Испытание временем...

Глава 22

Неделимое, я прошу: не разделяй, Я найду дорогу к сердцу — только ты не остывай. Исправимо всё — лишь надежды не теряй, Я верну назад, что было, только ты не отпускай. (Саундтрек к главе Андрей Леницкий — Неделимое)

Я сидела на диване в гостиной дома Калленов, не видя ничего вокруг, в воздухе витало напряжение, один лишь Мейсон казался спокойным. Я смотрела прямо перед собой, но перед глазами стояло удивленное лицо Эдварда, эмоции терзавшие его душу в тот момент, когда он узнал о сыне, причиняли боль. Мне хотелось забрать его страдания, но это было не в моих силах. В голове звенели его слова, пронзавшие мое тело. «Чем твой поступок лучше моего? Да, я сделал тебе больно по глупости, но ты сделала это специально и осознанно, Белла! Ты лишила ребенка отца. Каким бы херовым я не был, ты должна была мне сказать. Должна!» Я не слышала ничего, кроме его злого, наполненного болью крика. Я схватилась за голову, пытаясь унять боль, я из последних сил сдерживала себя, пытаясь не закричать. Резко поднявшись с места, я быстрым шагом направилась к выходу. Не произнося ни слова, я выбежала на улицу и запрыгнула в машину. С пробуксовкой стартуя с места, я гнала машину за город. Я знала, что о Мейсоне позаботятся и все объяснят. В данную минуту, я хотела оказать подальше ото всех. Я ехала в неизвестность. Всхлипы становились громче. Подсознательно я искала место, где могла бы найти утешение. Словно на автопилоте я свернула на повороте, ведущем к школе. После того, как взбешенный Эдвард уехал, я задавалась вопросом: Где он и что с ним? Я бы солгала, сказав, что не переживаю за него. Не представляю, какого ему сейчас. Я опасалась того, чтобы он не натворил ошибок. Нужно найти его, только куда ехать? Где искать? У меня даже мобильного номера его нет. Нужно позвонить Элис и спросить. Вдруг на школьной парковке я заметила серебристое Вольво. Облегчение и радость взметнулись в груди, я поспешила припарковаться рядом с ним. Прислонившись к рулю головой, я глубоко дышала, унимая горькие слезы. Выбравшись из своего авто, я подошла к машине Эдварда. Она оказалась пустой. Любимый, как и я, искал уединения. Где, как не на старом месте посреди темного леса можно его найти. Сумерки опустились на Форкс, среди чащи деревьев, света будет еще меньше. Тяжело вздохнув, я направилась к тропинке. Раньше я боялась одна находиться в лесу в вечернее время, но все меняется когда-нибудь. Чем дальше по тропинке я уходила в лес, тем сильнее меня охватывал страх. — Ты взрослая девочка, Белла, — шептала я себе. — Ты должна найти Эдварда, он не должен быть один. Как никогда я возрадовалась тому, что с утра надела удобную одежду. Мне необходимо выяснить, не возненавидел ли он меня. Сможет ли когда-нибудь вновь посмотреть мне в глаза, как делал это прежде. Любит ли, как на протяжении всех прошлых лет. От одной мысли, что все изменилось к худшему, грудь скрутило. От ужаса я споткнулась и чуть не упала, но вовремя схватилась за ствол ближайшего дерева. Делая шаг за шагом, я задавалась вопросом, когда мне стала необходима любовь Каллена, я ведь даже не верила в это до сегодняшнего дня. Точнее, отказывалась верить. Когда поменялись приоритеты? Вместо того, чтобы избегать Эдварда, я искала с ним встречи? Я не знала ответов на эти вопросы, важны ли они сейчас? Нет. Главное, что волновало меня это Эдвард Каллен. Осторожно переступая через упавшие ветви деревьев, я вышла к поляне и замерла. В вечерней мгле, прислонившись к валуну спиной, сидел тот, кого я искала. Наплевав на дорогостоящий костюм, Эдвард сидел на земле. Его голова покоилась на руке, лежащей на согнутом колене, вторая нога была вытянута рядом. Я боялась пошевелиться, чтобы не потревожить его, но в тоже время отчаянно жаждала оказаться рядом с ним. Сделав глубокий вдох, я несмело пошла к Эдварду. Если он и почувствовал меня, то виду не подал, даже не шевельнулся. Мужчина передо мной казался столь беспомощным, я была виной его переживаний. Не произнося ни слова, я присела справа возле Эдварда. Мы вздрогнули, едва наши тела соприкоснулись. Не глядя на меня, он откинулся на валун, устремив взгляд в небо. Я наблюдала за ним, волосы растрепаны, губы искусаны в кровь. Мне пришлось сжать ладони в кулаки, чтобы не прикоснуться к Эдварду. Как никогда ранее, я нуждалась в прикосновениях к нему, но боялась сделать первый шаг. Набравшись смелости, я прислонилась спиной к камню, подтянула колени к груди и склонила голову на плечо Эдварда. Когда-то давно, еще в школе, мы часто сидели вот так у подножия камня, шепча слова любви. Время прошло, мы стали взрослыми, у нас общий сын, но отношения, к сожалению, утеряны безвозвратно. Тех Беллы и Эдварда больше нет, мы не можем обернуть время вспять, предотвратив ошибки молодости. Любовь к Эдварду Каллену по прежнему жила в глубине меня. Как и раньше я замирала при его появлении, мое дыхание учащалось, сердце сбивалось с ритма. Моя реакция на Эдварда не изменилась с годами, став сдержанной, но моя тяга к нему усилилась. Из красивого парня он превратился в статного мужчину. Лежа на его плече, я тихо плакала, не зная, что сказать. Мы виноваты друг перед другом, и только нам решать, как жить с этим дальше. Сможем ли мы простить друг друга. — Прости меня, я так виновата перед тобой, — всхлипнула я. Эдварду не к чему моя истерика. — Как мы докатились до этого, Беллз? — прохрипел он. — Где мы свернули с намеченного пути? Как я смог так облажаться? Я повернула голову к Эдварду. — Я не знаю, Эдвард. Мы были молоды и глупы. Мы живые люди, нам свойственно ошибаться, кому-то больше, кому-то меньше, — я смотрела ему в глаза. — Мы всегда причиняем самую сильную боль тем, кого любим. — Да, — прошептал он, отводя взгляд. Ночь медленно, но уверенно вступала в свои права. Рядом с Эдвардом мой страх испарился, я чувствовала себя в безопасности. Мы оба молчали, не зная, что сказать. Комфортная тишина. — Ты когда-нибудь пытался меня найти? Позже, спустя годы? — я шепотом задала волнующий меня вопрос. Эдвард зашевелился и сел прямее. Я не видела его действий, но ощущала их. Почувствовав его взгляд на себе, обернулась. — Не было и дня, чтобы я не желал это сделать. Но из-за уважения к тебе и тому, что между нами было, я не искал, — произнося слова, он внимательно наблюдал за моей реакцией. — Возможно, я просто струсил. Зная его достаточно хорошо, он поступил именно так, как того требовала его совесть. Поэтому я не удивилась ответу Эдварда.  — Я так отчаянно старалась вычеркнуть тебя из своей жизни, что потеряла себя. Если бы не помощь друзей, не знаю где бы была я сейчас, да и была бы вообще. — Эдвард опустил глаза. — Прости меня за всю боль, которую я причинил тебе, любимая, — он пододвинулся ближе и несмело погладил мою спину. — Прости, что был глупцом, не сумевшим оценить твою любовь. Я принимал ее как данность, когда должен был оберегать и благодарить за нее каждый день, — Эдвард прикоснулся к моему лицу, беря его в свои теплые ладони. — Прости, что тебе пришлось в одиночку вынашивать, рожать, а после и растить нашего сына. Я понимаю, что не был достойным человеком, чтобы знать о нем, — он вытирал большими пальцами мои слезы. — Прости, что осложнил твою жизнь, появившись вновь, Белла. Я мечтал о нашей встрече на протяжении долгих лет, я очень сильно люблю тебя. Мне было больно и приятно одновременно слышать эти слова. Зажмурившись, я соприкоснулась своим лбом с его. Сердце бешено колотилось в груди, порываясь вырваться. Накрыв ладони любимого своими, я сжала их, целуя. Говорят, глаза — зеркало души, если это так на самом деле, то у Эдварда самая прекрасная ранимая и любящая душа. В этот момент мне стало не важно, что он предал меня семь лет назад. Все в прошлом. Он по-сей день раскаивается за тот поступок. Сейчас важно не то, что было, а что будет дальше. Сможем ли мы построить совместное будущее ради нашего малыша и нас самих? Смогу ли я доверять Эдварду вновь? Не знаю, но если не попробую, так и не узнаю. Лучше жалеть о совершенных ошибках и попытках, чем не делать ничего. Глубоко вздохнув, я пристально посмотрела в глаза Эдварда и прошептала: — Я люблю тебя, Эдвард Каллен, и не хочу проворонить второй шанс на счастье. Спустя секунду, я почувствовала теплые требовательные губы Эдварда на свои губах. Обняв любимого мужчину за шею, я что было сил, прижалась к нему, стремясь к полному и безвозвратному растворению. Я простонала, когда язык Эдварда ворвался в мой рот, переплетаясь с моим. Его руки крепко удерживали мое лицо, но потом отпустив, стали гладить тело. Мне не нравилось даже малейшее расстояние между нашими телами. Не разрывая поцелуй, я забралась на колени Эдварда, седлая его. — Маленькая моя. Любимая моя девочка, — шептал он между поцелуями. Я трепетала от каждого произнесенного признания, прикосновения сильных мужских рук, неистового желания тела, вспыхнувшего во мне. Мое тело помнило, каково заниматься любовью с Эдвардом, сердце и душа требовали закрепить наше перемирие. Каждая клетка во мне возбужденно горела, требуя своей маленькой, прекрасной смерти. Плоть требовала освобождения, стоны, скольжение, трение, жадность ласк, все сплелось в единый клубок. Мои руки сами стянули с Эдварда галстук и отбросили его в сторону, за ним отправился пиджак. Маленькие пуговицы на рубашке не желали поддаваться, но я настойчиво боролась с ними. — Белла, ты что творишь? — перехватив мои руки, спросил любимый. — Раздеваю тебя? — я наградила его недовольным взглядом, попробовав освободить руки. Эдвард отпустил их. — Если мы сейчас же не займемся любовью, я за себя не ручаюсь, — прорычала я, продолжая борьбу с мелкими злодеями. — Любимая, — он снова накрыл мои ладони своими, останавливая, — я слишком долго ждал этого момента, чтобы любить твое тело посреди леса на Богом забытой поляне. Его обидные слова в адрес нашей поляны задели меня за живое. — Это наша поляна Эдвард, а никакая-нибудь левая. С ней связано слишком много, чтобы так пренебрежительно относится к ней, — отстранившись от него, я попыталась встать, но Каллен не дал. — Прости, ты права, я снова мудак, — прошептал он, покрывая поцелуями мою шею, я выгнулась ему на встречу. — Здесь мы впервые поцеловались, — прикусив мочку, он пососал ее. — Впервые занялись любовью, — подул на заветное местечко за ушком. — Первый раз сказали, люблю, друг другу, — прошептала я, стягивая с Эдварда рубашку и отбрасывая ее. Не теряя времени, мы избавились от остальной одежды. Постелив пиджак, любимый опустил меня на него, располагаясь сверху. — Моя красивая девочка, — прошептал Эдвард, целуя мелкими поцелуями мое лицо, медленно опускаясь по телу вниз. Я отзывалась на каждое его прикосновение. Тело горело под настойчивыми ласками, я не ощущала прохлады окружающего воздуха на обнаженной коже. Эдвард умело играл с моей грудью, нежа лаской мои соски. — Пожалуйста, ты мне нужен, — умоляла я, выгибаясь навстречу его пальцам внутри меня. Сливаясь в поцелуе, Эдвард медленно заполнил меня, маленькая прекрасная смерть на вершине блаженства. — Белла, любимая, как же в тебе хорошо, — простонал надо мной Эдвард, начиная двигать бедрами. Мы находились в лесу, вокруг не было ни души, я могла бесстыдно кричать, стыдливо шептать, прося большего, растворяться и растворять в себе того, кого любила. Впервые за семь лет я почувствовала себя целой, лежа в объятиях любимого человека. Ночной воздух холодил обнаженную кожу, но мне не хотелось одеваться, нарушив тем самым наш послеоргазменный покой. Я лежала на боку, подперев рукой голову, рисуя на груди Эдварда незамысловатые узоры, задержавшись там, где билось сердце, я оставила легкий, как ночная прохлада поцелуй. Любимый играл с моими растрепавшимися волосами. — Мне нравится твоя стрижка, — с кривоватой улыбкой прошептал он, слегка дергая меня за локон. — Мне тоже, — ответила я, покрывая поцелуями его грудь медленно подбираясь к шее. — Я словно снова стал целым, — заключив меня в объятия, Эдвард перевернул меня на спину, зависая надо мной. — Обещаю, что сделаю все возможное, чтобы не подвести тебя вновь. Серьезность его слов была подкреплена искренним взглядом. — Просто будь честным и люби нас с Мейсоном, о большем не прошу. — Вы моя жизнь, — выдохнул он в поцелуе. Где-то сбоку заиграла мелодия мобильного, я со стоном прервала поцелуй. — Мне нужно ответить, это Джаспер, — рык вырвался из груди любимого, я удивленно на него посмотрела. — Эдвард, он мне как брат, Джас переживает за меня, потому что не знает где я и что со мной. Я покинула дом твоих родителей никому ничего не объяснив — они тревожатся. Под рукой оказалась рубашка Эдварда и я накинула ее. Найдя телефон, я ответила на звонок. — Братишка, я в порядке. — Боже, Белла, ты с ума сошла? — проорал он. — Прошло три часа. От тебя ни слова. Эсми и Элис места себе не находят. Еще и Каллен на звонки не отвечает. — Отставить панику, с нами все отлично, — проговорила я, надевая трусики и джинсы, за ними последовали кеды. — С вами? — переспросил Джаспер, немного успокоившись. Обернувшись, я посмотрела на почти одетого Эдварда. Я любовалась его упругим накачанным торсом, покусывая губы. Заметив мой взгляд, любимый усмехнулся и покачал на пальцах мою футболку. — Белла, ты чем там занята? — полюбопытствовал Хейл, я опомнилась, возвращая внимание к нему. — Прости, что ты спросил, Джаспер? — тихий смех Эдварда обволакивал мое тело. — Свон, только не говори мне, что ты и … — на миг друг замолчал. — Черт, я в шоке! — Ты сам сказал это Хейл, я молчала. — Ладно, возвращайтесь скорей. Я передам остальным, что вы в порядке, но было бы не плохо, если бы вы сразу ответили на звонки. Джаспер отключился и я улыбаясь посмотрела на Эдварда, убирая мобильный в карман. — Оказывается, прошло три часа. Нас чуть в розыск не объявили, — сняв рубашку, я отдала ее Эдварду, схватив свою футболку. — Мой телефон в машине остался, — накидывая мне на плечи пиджак, ответил любимый. Он надел рубашку, и я помогла застегнуть пуговицы. Взяв меня за руку, Эдвард осторожно вел меня по тропинке, предупреждая о возникающих на пути препятствиях. Я помнила о них, но радовалась заботе Эдварда. Когда мы вышли на парковку, он поцеловал меня и усадив в машину, сказал ехать первой. Он следовал позади меня. Я глупо, но счастливо улыбалась, поглядывая на серебристый Вольво в зеркало заднего вида. Мы остановились на подъездной дорожке дома, практически одновременно. Не успела я выбраться из машины, как оказалась в объятиях Эдварда. — За нами шпионят, — хохотнула я, заметив, как покачнулась штора в гостиной. — Такое чувство, что мы озабоченные школьники, которые боятся гнева родителей, — засмеялся Эдвард, целуя меня в последний раз. Обнявшись мы пошли в дом. Дверь нам открыла взволнованная Эсми. — Ну кто так поступает, и вы называете себя взрослыми людьми? — запричитала она, отчитывая нас. — Один срывается, уезжая в неизвестном направлении, слова не сказав, вторая спустя время с горящим взглядом следует его примеру. Вы хотя бы представляете, как мы волновались? — Прости, мы были немного заняты выяснением отношений, — произнес Эдвард, целуя меня в висок. Эсми только сейчас обратила внимание, что мы стоим в обнимку перед ней. Удивление быстро сменилось искренней улыбкой, ее глаза засветились счастьем. — Карлайл, иди скорее сюда, — позвала она мужа. Он вышел из гостиной и нахмурился, заметив слезы жены. — Что случилось? — спросил он, поворачиваясь к нам. — О! — воскликнул он улыбаясь. — Теперь понятно, откуда слезы. — Где Мейсон? — спросила я, впервые вспомнив о сыне. Мне стало стыдно. Что я за мать такая? — С ним все в порядке, — заметив мою тревогу, поспешно ответила Эсми. — Он в комнате наверху. Джаспер укладывает его спать, точнее пытается. — Явились, не запылились, — недовольно сказал Элис, спускаясь по лестнице, стреляя в меня злым взглядом. — Какие-то проблемы, Каллен? — холодно поинтересовалась я, выбираясь из объятий Эдварда. Я прошла мимо Эсми, на ходу поцеловав ее в щеку, стала подниматься по ступенькам. Остановилась напротив подруги, вопросительно приподняв бровь. Мы посмотрели друг другу в глаза, потом Элис посмотрела на брата и, повернувшись снова ко мне, кивнула. Взглядом я попросила ее дать брату шанс, как это сделала я, потому что любила его, а он меня. — Я рада, за тебя, — обняла меня подруга. — За вас обоих, — отстранившись, она посмотрела на Эдварда, который стоял у подножия лестницы. Улыбнувшись и поцеловав Элис, я продолжила подниматься по ступенькам, но обернулась заметив, что Эдвард по прежнему стоит внизу. — Пойдем к сыну, — позвала я. — Сделаешь ей больно еще хоть раз и я собственноручно закопаю твой хладный труп, — предупредила брата Элис. Она неожиданно ударила его в живот, и Эдвард вздрогнул. Эсми ахнула, а Карлайл хохотнул. Я не знала то ли посмеяться, то ли посочувствовать любимому. — Хороший удар, коротышка, — потирая ушибленное место, усмехнулся он. — Я тоже люблю тебя сестренка. — Придурок, — бросила она, спускаясь вниз. Со своего места я видела, как Элис сдерживает улыбку. — Сильно болит? — поинтересовалась я, когда Эдвард настиг меня по пути на третий этаж. Так получилась, что комната Мейсона располагалась напротив комнаты Эдварда, что в нашем случае очень удобно. — Терпимо, — поморщился он. — Не думал, что она такая сильная. — Ты многого не знаешь о ней, Эдвард. — Откуда мне знать, за долгое время она впервые со мной заговорила минуту назад. Я виновато вздохнула, качая головой. — Белла, это не твоя вина, — Эдвард повернул меня к себе лицом. Он стоял на ступень ниже меня, наши глаза находились на одном уровне. — Я единственный, кто виновен в этом. Мне исправлять эту ошибку, не тебе, — прошептала он, целуя. — Эдвард, либо мы выступаем как одна команд, либо прямо сейчас расходимся разными дорогами, иначе никак. От перспективы идти по жизни одной, после того как я вновь обрела его — внутренности скрутились. — Мы вместе разберемся с этим, любимая, — сказал он, сделав выбор. — Какая идиллия, — раздался голос Джаспера позади, я обернулась. Друг стоял, облокотившись о перила, наблюдая за нами. Его невозмутимость немного пугала меня, я не имела понятия, чего от него ожидать. Он холодно смотрел на Эдварда, любимый спокойно принял этот взгляд, чуть приподняв бровь. — Мейсон уснул? — спросила я, преодолевая последние ступени, разделяющие нас с сыном. — Нет, он ждет тебя, — ответил он, притягивая меня в объятия. — Ты уверена в нем? — прошептал он еле слышно и я кивнула. — Я рад за тебя, сестренка, ты как никто заслуживаешь счастья. — Спасибо, что заботишься о нас, — я посмотрела на Джаспера, он заулыбался. — Ну, теперь нас таких двое, — покосившись мне за спину, он поцеловал меня в щеку и отпустил. — Иди к малышу. Подтолкнув меня к комнате Мейсона, Джаспер подошел к Эдварду, я напряглась вспоминая слова Элис о мордобое. — Обидишь ее или Мейсона, я голыми руками сверну тебе шею, уяснил? — предупредил друг любимого. — Не волнуйся, этого не повторится. — Очень рассчитываю на это. Мне бы не хотелось лишать Мейсона обоих отцов. Парни обменялись мужскими взглядами и пожав друг другу руки разошлись. От удивления мои глаза широко раскрылись. — Обошлось без мордобоя, — произнесла Элис, останавливаясь между вторым и третьим этажом. — Значит, в этот раз ты ошиблась, — подчеркнула я. — Нам нужно о чем-то знать? — поинтересовался Джаспер, глядя на свою девушку. Эдвард смотрел на меня, вопросительно приподняв бровь. — Это между нами девочками, — взяв за руку парня, Элис повела его за собой вниз. Игнорируя взгляд Эдварда, я вошла в детскую комнату.