Скальпель детям не игрушка

      После того, как Джек принес меня в этот дом, прошло два дня. Два проклятых дня! Я не выходила из комнаты. Чисто из-за того, что не хотела с ним видеться, так еще тут я чувствовала себя более-менее в безопасности.       Хотя, от полного внимания монстра убраться у меня не получилось. Как ни странно, но Джек все-таки кормил меня. Хоть раз в день, но кормил. И, в основном, в одно время, ну или близко к нему. И еда была однотипная. Грубый, слабо-обжаренный кусок мяса и стакан с водой. Вот в чем ограничил меня убийца. Хотя, это же не ресторан, чтобы мне давали сто блюд на выбор.       На самом деле, мне было достаточно и этого. И в обычной жизни я ела не так уж много. Так что куском мяса я перебивалась. Но даже этого было много. Видимо, из-за стресса и всего, что со мной происходило, организм не принимал большего. А насильно я не заставляла cебя.       За два дня я хорошо изучила свою комнату. А что мне еще делать все сорок восемь часов в пустом помещении? Именно изучать.       Моя комната была небольшого размера, может, около четырех метров в длину, так же ширину. Но большую часть занимал старый, полуразваленный шкаф, что придавало комнате еще меньший размер. Кроме него была небольшая тумба и кровать с матрасом.       Кровать еще древних времен, железная, что ножки уже стали покрываться эрозиями. Матрас был потрепанный и пыльный, но более-менее чистый, куда чище, чем сам дом. Но все же оценим ситуацию — это лучше, чем спать на дряхлом, деревянном полу.       Сама комната была в серых тонах, кое-где на стенах с желтыми потеками от воды. Крыша протекала. И это говорило о том, что «хозяину» всячески наплевать на этот дом. Также в комнате была встроено деревянное окно. Хоть я пыталась через него выбраться наружу, но все бестолку. Оно было хорошо заколочено, створки давно оторваны, так что открыть его у меня не получалось. Да и сил таких я не имела, как тот же самый убийца.       Кроме маленького окна свет в комнату и не попадал. Поэтому, как только в комнате становилось достаточно темно, я старалась заснуть. Даже если и из-за вечного напряжения, что тебя могут убить, спокойный сон не приходил.       Постепенно от одиночества в пустой комнате меня начали посещать галлюцинации. Мне казалось, что за мной следят и вот-вот на меня нападут — убьют. Хотя, это могло произойти в любую минуту, лишь бы было желание у убийцы. Иногда я слышала то какие-то голоса, то на стене падали неправильные тени. Все это приводило к одной мысли — я медленно схожу с ума.       На третьи сутки моему терпению пришел конец! Мне надоело попусту просиживать свою свободу в этом проклятом месте. Я начала подумывать о плане побега.       Он не был таким уж и сложным. Главного часть плана составляло незаметно выбраться из дома, без привлечение внимания Джека, и бежать в направлении города.       Но где город?       В течение двух дней, а точнее ночей, пока находилась в своем заточении, я заметила, что на горизонте каждую ночь появлялось небольшое свечение. Скорее всего, свечение придавал свет уличных фонарей. Так и решила, что именно в той стороне находится город. Оставалось лишь ждать подходящего момента.       И вот как всегда монстр принес еду в то же самое время. Он пунктуальный, что удивляло. Я беспрекословно приняла пищу. Как только дверь захлопнулась, я тут же стала быстро запихивать в глотку этот проклятый кусок, давясь водой. На этот раз мне нужны были силы, чтобы убежать, много сил.       Доев свой ужин, я стала дожидаться, когда Джек придет за посудой. Поставив ее чуть дальше от первоначального места, я встала за дверь, держа в руках старый светильник. Повезло то, что дверь открывалась вовнутрь, поэтому спрятаться было очень удобно. Оставалось лишь дождаться момента, когда Джек зайдет в комнату, чтобы приложить его по голове. А дальше — бежать в город…

***

      Прошло около тридцати минут. Убийцы не было. «Странно, раньше он никогда не опаздывал. Интересно, почему именного сегодня он опаздывает?» — нахмурилась я, но продолжила выжидать его.       Прошло еще двадцать минут. На улице уже начало смеркаться, но его так и не оказалось. Я уже сидела на полу, подогнув ноги под себя. «Он что там, заснул что ли?» — терпение стало перерастать в недовольство. Тогда я решила самой спуститься вниз и понять, почему его не было. Лампу решила взять собой. Как ни как, но хоть какое-нибудь оружие. Повернув ручку и переступив границу своей обители, я отправилась вниз, в «пасть» монстра.       Через пару минут я уже находилась на первом этаже. Осмотрев все вокруг, попутно заглянув на кухню, поняла: его нигде нет. «Странно, может быть, он отправился в лес? Ведь откуда-то он берет мясо», — предположила я. Тогда это только мне на руку. Прошла еще немного вперед, и мое предположение было разрушено.       Напротив камина на кресле сидел Джек. Я даже опешила от неожиданности, но быстро взяла себя в руки, покрепче сжав люстру у себя в руках. Джек сидел ко мне спиной, направленный к камину лицом. Сам источник тепла был потушен и завален пеплом, видимо, его давно не разводили. Каннибал не шевелился, даже не слышно было его дыхания. Лишь ужасные руки сжимали уже облезшие со временем ручки мебели. «Он спит?» — пронеслась мысль в моей голове. Рядом с монстром находился небольшой столик, а на нем лежали скальпель и его маска. Это сразу привлекло мое внимание.       «Скальпель! Можно осторожно взять, он куда лучше, чем эта штукенция в моих руках», — я просмотрела на кресло и сидящего в нем убийцу. — «Черт, а вдруг он не спит? А вдруг он специально притворился и ждет меня, чтобы я подошла к нему? И тогда он нападет на меня и убьет! Но если бы он этого хотел, то я бы давно была убита. Черт!» — нарастало внутреннее волнение. Но выбор был невелик. И было только два исхода событий. Либо убийца правда спит, и я смогу украсть скальпель, либо меня поймают и вспорят словно какую-то свинью.       Я сглотнула и, взяв всю волю в руки, медленно, небольшими шагами стала подходить к Джеку. Сердце сильно ударялась в груди и эхом отдавало в мои уши. Мне казалось, что его слышит даже Джек.       Я у цели, осталось протянуть руку, взять и… «Давай, соберись!» — мотивировала я себя, и, потянув свою трясущуюся руку, нерешительно взяла скальпель. Неожиданно Джек начал шевелиться. Я вздрогнула, чуть не выронив хирургический инструмент из моих рук. Но, видимо, удача была на моей стороне. Каннибал лишь повернул голову в противоположную от меня сторону и продолжил лежать неподвижно. Его волосы были как у шатена с легким рыжеватым отливом, а кожа такая же, как и на руках. Но лица не видно.       Я бесшумно выдохнула. «Это было рискованно», — подумала я. Неожиданно мой взор упал на маску. Я задумалась, попутно переводя взгляд на монстра. «Блин, какое у него лицо? Как он выглядит? Что он скрывает под маской?!» — терзало меня любопытство. Но чувство самосохранения взяло вверх. Я потянула руку вместе с трофеем к себе и быстро, также бесшумно отправилась к выходу. Люстру я оставила перед входом, теперь она мне не нужна.       Как же я обрадовалась, когда мои легкие заполнились свежим воздухом. От непривычки, я стала судорожно кашлять. А вы подышите несколько дней тяжелым воздухом, пропитанным пылью, вы не только кашлять будете. Но я не стала терять и так дорогое мне время и, положив скальпель в карман кофты, отправилась в сторону предполагаемого города.

***

      Сколько прошло времени — не могла сказать. Но я лишь шла вперед, надеясь, что вот сейчас увижу город, и мои мучения, наконец, закончатся! Наивная…       Но лес не заканчивался, а лишь продолжал расти дальше, раскидывая свои жуткие ветви в стороны. Хотя, сам лес был странным. Слишком темный, непохожий на другие. Небо было темно-синее, даже черное, без единой звезды, лишь тяжелые тучи, и лишь тусклый свет луны, с трудом пробивающийся сквозь них, позволял мне идти вперед и хоть что-то видеть. Также из-за остроконечных верхушек деревьев, похожих на шестокол, лучам было тяжело проникнуть и достигнуть самой земли.       Деревья были кривыми, словно над ними поиздевалась сама природа. Полуголые. Вряд ли тут будет жить обычная живность, но кое-где все-таки каркали вороны, но ни одной я так и не увидела.       Пока шла, меня мучил один вопрос. Почему меня никто не ищет? Я не встретила ни одного намека, что тут кто-то был, или хотя бы пытались что-либо предпринять. Нет, родители все равно не оставили все просто так. А что с Лизи? Что стало с ней? Жива ли она? Сказала ли она, что произошло? Эти вопросы продолжали мучить, а ответа я так и не получала.       Не заметив, я остановилась напротив старого дуба. Он был настолько безобразным, что у меня по спине пробежали мурашки. Но я продолжала смотреть на него, словно загипнотизированная. Его ветки были широко раскинуты в сторону, не давая пройти дальше. А посередине дупло. На мгновение у меня возникла мысль засунуть руку в это самое дупло. Но если бы у меня не было здравого смысла, я бы так и сделала. Махнув головой, я лишь быстрее отправилась в другую сторону, чтобы убраться от этого места.       Время текло своим чередом, а я шла дальше. «И все же, где я нахожусь?» — продолжала думать я. Можно лишь предположить своё расположение. Ведь Джек вряд ли забрал меня далеко от места призыва. Зачем ему это надо? Но лес все еще ни кончился, и, видимо, не собирался.       Из моих раздумий вывело место, где я была некоторое время назад. Я снова остановилась напротив этого проклятого дерева.       — Что за черт? — не понимала я, смотря на дуб. Но волнение уже стало подкашивать ноги.       «Может, я лишь повернула не туда и пришла на место», — успокаивала саму себя. И, решив попытать фортуну заново, я прошла в противоположную сторону, через которую только уходила.       Но меня ждало огорчение: опять оказалась на том же месте. Снова этот дуб. Пульс стал учащаться, а в голову бить кровь. Я вздохнула, собирая себя в руки, и уже решила пойти туда, откуда пришла. Попутно оставляя отметены с помощью скальпеля, чтобы не заблудиться окончательно.       И снова меня ждал провал. Так еще отметины, которые я оставила, неожиданно пропали. Они пропали! Словно по магии! Стволы были гладкие, будто на них ничего не оставляли. Я словно пропала в бермудский треугольник. Это заставляло паниковать ни на шутку!       «Тут нет выхода, чтобы сбежать», — вспомнила я слова монстра, которые он мне сказал в самый первый момент, когда была еще связана. Неужели они оказались правдивыми?       — Что делать? — задавала я вопросы сама себе, не в состоянии ответить на них. Была полная безысходность. Я в ловушке. Словно зверь, которого поймали охотники и вот-вот должны разделать. Страх, отчаяние, безысходность — вот что переполняет людей, попавших в тупик.       Я снова посмотрела на дупло. Оно продолжало притягивать меня. А я стояла и смотрела, словно ждала, что оттуда вылезет монстр из кошмара и тут же утащит за собой. Но ничего не происходило. Это снова играла со мной фантазия злую шутку.       Отставив здравый смысл, я подошла к дубу и без колебаний засунула в черную дыру руку. «Я пожалею об этом. Нет, точно пожалею!» — закрыв глаза, начала шарить рукой в дупле. Наверное, я ждала, что меня что-то схватит и отгрызет руку к чертям собачьим. Но вместо этого мне в руки что-то попалось.       Я даже удивилась, открыв глаза, и поспешила вытащить руку из дупла.       — Детская игрушка? — не веря своим глазам, произнесла я.       В руках я держала потрепанного плюшевого медведя. Он был таким запачканным, что грязь сосульками торчала в некоторых местах. На нижних лапах оказались неаккуратные швы, из которых торчали лоскутки отсыревшего пуха. Вместо глаз пуговицы, правый напрочь оторван.       Я стояла и разглядывала игрушку, пытаясь понять. Что плюшевый медведь может делать в этом чертовом лесу?!       Неожиданно за моей спиной раздался детский смех. Я тут же обернулась и, опешив, попятилась назад. Передо мной стояла девочка лет восьми. У нее были волнистые коричневые волосы, зеленые глаза, настолько насыщенные, что походили на кукольные. Кожа была бледной, словно не живой, на ней розовое платье и беленькие носочки без обуви, но они, также как и мишка испачканы в грязи, а подол платья разодран. На платье видны засохшие пятна крови, уже темно-бордового цвета. От нее так сильно несло холодом, словно сейчас не лето, а поздняя осень.        «Почему тут ребенок? Что он тут делает?» — снова и снова появлялись вопросы без ответа.       — Ты нашла моего мишку! — звонким голоском произнесла девочка, радостно улыбнувшись. — Ты выиграла! Как тебя зовут?       — Джи… — еле выдавила из себя. Внутри все неприятно сжималось. А по телу бегали мурашки от холода.       — А я Салли! Давай играть! — продолжал улыбаться ребенок, прикрыв глаза.       — Прости… Салли, но мне нет времени играть с тобой, — уверенней произнесли мои губы. На секунду мне показалось, какой я сейчас выгляжу взрослой по сравнению с этой девочкой. Но у меня и правда не было времени.       — Взрослые такие скучные… — измененным голосом произнес ребенок. Его улыбка тут же пропала. — Но ты все равно поиграешь со мной, потому что я хочу этого!       Вдруг на ее руках и ногах стали появляться мелкие царапины. А на лице, с головы, струями полилась кровь, капая на розовое платье. Салли открыла глаза. Они светились красным огнем, на лице заиграла безумная улыбка.       Меня постиг дикий ужас. Руки стали трястись, а ноги не двигались — парализовало от ужаса.       Салли стала не спеша подходить ко мне, пронизывая своим мертвым взглядом. «Играть! Играть!» — произносил призрак.       — Уйди! — крикнула я, швырнув игрушку в девочку. Медведь пролетел сквозь нее, словно я швырнула в воздух.       Но это мне помогло. Призрак засмеялся и тут же исчез. Но чувство, что она рядом, не покидало меня. А шевелить ногами я так и не могла.       Зажмурившись, я сжала кулак и с размаху ударила себя по ноге. Почувствовав неприятную, тупую боль, я освободилась от этой необъятной силы и смогла двигаться.       Не теряя ни минуты, я побежала. Не зная куда. Это было не важно! Главное — подальше от этого дерьма. Адреналин ударял в голову, заставляя картинку темнеть в моих глазах. Вдалеке я все еще слышала радостный смех Салли. Было страшно, ноги снова стали ватными, бежать все тяжелее. Чувство, что я бегу не от нее, а обратно к ней. Словно она меня привязала и не отпускает.       Но, неудачно наступив, я подвернула ногу. Не удержав равновесия, тут же кубарем полетела вниз, цепляя все ветки и камни своим телом. Последний удар оказался наиболее сильным. Я упала на грудь и почувствовала, как внутренние органы заходили ходуном. Скальпель в кармане уперся в мой живот. Как же повезло, что я на него еще не напоролась. Вся одежда была в грязи и в сухой листве. Чувство, что призрак где-то рядом, не покидало. Но сил нет то что бежать, а встать уже не было. К глазам стали подступать предательские слезы от безысходности.       Собрав последние силы, я смогла поднять тело от земли. Но резкая боль пронзила низ, заставляя крик вырваться из груди.       — Нога! Больно! — сипела я, схватившись за больное место на ноге. — Только… не… перелом!       На месте голени стало постепенно синеть. Кость не торчит — не перелом. Громкий стук сердца перебивал мое рваное дыхание. Я понимала, если меня не убьют, то я просто умру тут. Но, видимо, судьбе было мало моих мучений и она решила добавить еще.       — Так, так, кто тут у нас… — раздался рядом со мной ехидный, слегка хрипловатый голос. — Неужели раненая овечка?       Я вздрогнула. Забыв про ногу, я обернулась на незнакомый голос. Возле дерева, недалеко от меня, стоял парень в белой толстовке. Лица было не видно из-за капюшона, лишь черные пакли волос свисали из-под него.       — Да ты кто еще? — нахмурилась я. Страха уже не было, было лишь безысходность и злость.       — Я тот, кто уложит тебя спать, крошка! — вскрикнул парень, доставая из кармана огромный кухонный нож.