Таинственный незнакомец

      Она перестала видеться с друзьями, хотя те постоянно звонили ей, приходили домой, но девочка не открывала. Лика никого не хотела видеть. Эта боль была в ее сердце — самом важном органе человека. Но этот «орган» приносил сейчас лишь боль… другого она не чувствовала. Лика заметно похудела, почти не спала и постоянно плакала, будто от нее оторвали часть. Именно так все и было: от нее оторвали самую важную часть; ту, которая, отвечает за все важные функции… Родители, конечно, знали о случившемся, но все равно говорили, что зачем их дочка так убивается? кто он такой, чтобы она мучила себя? От этих фраз Лика снова начинала рыдать, убегала к себе в комнату и снова запиралась на весь день.       Позже, немного придя в себя, она начинала писать в тетрадях письма, адресованные Майклу, которые не отправлялись. Она будто мысленно обращалась к нему. Эта тетрадь и надежда на то, что Он ее слышит, стал ее своеобразным дневником. Там Лика описывала свой день: что произошло, кого видела, как прошли уроки, с кем она общается и так далее и тому подобное. И, разумеется, с тех пор девочка просто не могла поверить, что Майкла больше нет, поэтому всячески верила, что ее кумир жив. Нет, она знала это! Каким-то шестым чувством Лика чувствовала это.       Такими были те ужасные два года. Но сейчас… сейчас все стало намного лучше. Она перестала плакать, посвятила себя всю танцам, ведь именно Светлана помогла тогда ей справится со всем этим. Как-то раз девушка проходила мимо доски с объявлениями и там бросилась в глаза знакомая фотография: обложка This Is It. На листе было написано, что проводится набор в группу танцев для фанатов Майкла Джексона, которые мечтают научится двигаться, как он. В тот момент в Лике будто что-то проснулось. Она сфотографировала объявление, решив вечером позвонить. Так и началось ее знакомство с танцами. Девушка просто обожала посещать занятия! Это были единственные часы, где она думала только о музыке, движениях и о любимом и таком дорогом голосе.       Теперь она продолжала заниматься танцами, познакомилась с классными ребятами и мысль о смерти кумира постепенно отодвигалась на второй план. А вскоре и забылась совсем. Лика жила лишь тем, что когда-нибудь их труппа поедет в Америку и Майкл заметит ее! Он ЖИВ! ЖИВ!        — Лик, пойдем сегодня гулять? Сходим в кино, посидим в кафешке, в конце концов за покупками сходим? М? Ты так давно нигде не была. Хватит сидеть дома и думать неизвестно о чем! — выпрашивала подругу Алла.       — Нет. Не хочу. Хочу побыть дома и все.       — Ну сколько можно дома сидеть? — вопрошала та. — Тебе нужно развеяться. Ты какая-то странная последнее время: во-первых, я не вижу, чтобы ты что-то ела, ты вся бледная, разговаривать начинаешь только тогда, когда хочешь что-то спросить на счет танцев и лекций. Лик, что с тобой происходит?       — Ничего со мной не происходит! — воскликнула девушка, бросая футболку на стул.       — Я просто переживаю за тебя! Ты стала более замкнутой. Неужели этот Джексон все мозги и здравость ума выкинул из твоей головы?! — задела за живое Алла.       — Не смей! Хватит! Ты не имеешь права так говорить о нем!       — А, значит, я все-таки права? — сощурилась девушка. — Что ж? Ладно, — она схватила свое пальто и стала надевать его. — Когда тебе будет совсем плохо, из-за того, что ты питаешь себя напрасными иллюзиями или какими-то неизвестными мечтами, не говори, что я тебя не предупреждала! — подруга развернулась, вышла из комнаты общежития и хлопнула дверью.       Лика осталась наедине со звенящей тишиной. Слова подруги задели ее. Как она может так говорить о Нем?! Почему? Конечно, девушка никому не навязывает своего мнения о Майкле и все такое… Но элементарное уважение к интересам подруги должно же быть, верно? Ох, ладно. Нужно готовиться к завтрашнему зачету по искусству. Поэтому девушка села за конспекты, учебники и тетради и просидела до позднего вечера, уча материал. Алла так и не вернулась… ***       Будильник затрезвонил на всю комнату, оповещая о времени. Лика оторвала голову от подушки, дабы выключить этот раздражающий рингтон. Полежав еще минут пять в кровати, девушка приподнялась, свесила ноги на пол и обула в тапки. Только сейчас она обнаружила, что Алла так и не возвращалась: постель не измята, не расстелена, а куртки и обуви нет. Что ж? Неужели в очередной раз с кем-то загуляла… Лика уже ничему не удивлялась. Такие ситуации были не в новинку.       Девушка пошла в душ. Намыливая голову, она думала, куда же интересно все-таки пошла Алли? У нее там все серьезно? Или она просто не может отойти после попойки? Смыв шампунь, взяв полотенце, вытеревшись им, она повязала его в качестве халата. А еще одно повязала на голову. Поскольку, в комнате они с Аллой жили вдвоем, Лике нечего было бояться, что сюда могут заглянуть парни. Но очень и очень зря. Ибо, когда она пошла в кухню, дверь распахнулась и влетел запыхавшийся Толик, одногруппник девушки.       — Лиикаа!!! Прииивееет! — прокричал жизнерадостно парень, хватая ее за талию, отчего та подскочила.       — Эй! Назаркин! Ты чего влетаешь без стука? Чего за талию хватаешь? — девушка заметалась по кухне в поисках чего-то, чем можно было прикрыться от настырного парня.       — Ну вот. Я тут к ней с потрясающими новостями, а она ругается… — пробубнил он.       — Да от неожиданности потому что! Да и мало ли я могу тут голая быть или еще не проснулась? — все еще журила его Лика.       — Да ну, брось. Что бы ты, да и не встала в это время? НЕ ВЕРЮ!       — Ладно. Давай рассказывай, что стряслось. — указала на стул девушка.       — В общем, сейчас мне звонила Марина. Так вот, Светлана ей сказала, что мы на следующей неделе… летим в Калифорнию!!! В ЛА! Да здравствует земля солнца, пляжа, девушек и пальм! — прокричал Анатолий.       — Что??? А ну повтори! — то ли не поняла, то ли была в шоке.       — Мы летим в Калифорнию на следующей неделе! — повторил Назаркин. — Светлане позвонил какой-то там крутой мен, который пригласил нашу группу полететь в Америку и провести там несколько недель. Там будет проводиться конкурс. И если наши ребята понравятся американцам, то мы можем переезжать туда, заканчивать институт в ЛА, а потом и работать там же.       — Господи! Толик! Я не верю! Этого просто не может быть! — сердце Лики сразу затрепетало, девушка сразу занервничала.       — А ты поверь! Просто поверь. Такое действительно может быть, — улыбнулся парень, а потом вышел из кухни и растворился за дверью, оставив пребывающую в шоке одногруппницу.       Лика не находила места себе все утро. Она постоянно думала о поездке, думала о том, что вот он — ее шанс! Она должна выступить лучше всех, чтобы суметь остаться в Калифорнии и всеми силами найти Его.       Наконец сделав завтрак и заварив кофе, Лика пошла сушить волосы и переодеваться. Девушка достаточно долгое время простояла у шкафа, выбирая подходящий наряд. Их учитель, Николай Петрович, мужчина «старой закалки», оценивал не только знания, но и внешний вид студентов. Поэтому, нужно было одеться соответствующе. Наконец девушка остановила свой выбор на блузе цвета топленого молока и черной юбке прямого кроя в пол, которые подчеркивали все ее достоинства фигуры. Лика оделась и пошла завтракать. Выпив кофе, съев бутерброд и поняв, что она немного опаздывает, побежала обуваться, схватив по дороге сумку.       Лика влетела в аудиторию за десять минут до занятий. Группа была почти в полном составе. Заняв свое место, она стала повторять материал. Но Лику душили эти чувства, она только и делала, что думала о своей мечте и танцах. Забыв даже о том, что ее подруга пропала неизвестно куда и благополучно ей не позвонив, девушка продолжала тупо смотреть невидящим взором в тетрадь и думать…думать…думать…       — Доброе утро, студенты! — весело поприветствовал своих «подопечных» Николай Петрович. — Итак, что у нас сегодня? — ребята разочарованно вздохнули. — Ага… зачет по культуре и искусству двадцатого века, — протянул профессор. — Кто готов отвечать? — он сел на свое место. — Ну-ну… лес рук. — о да, его любимая фраза. — Тогда пойдем по списку. — По классу разнесся тяжелый вздох. Все студенты обернулись. — Иди отвечай, Базякин! Нечего вздыхать. Учить надо было. — Студент встал, взял зачетку и поплелся к учителю.       Лике стояла в списке двенадцатой, поэтому у нее еще было время повторить. Хотя чего там повторять, если эту тему девушка очень любила и знала наизусть? Наконец настала ее очередь. Она взяла красную книжечку и подошла к профессору.       — Садитесь, Милославская. — указал на стул Николай Петрович. — Ответите мне на несколько вопросов и я вас отпущу. Ведь прекрасно знаю, что вы отлично разбираетесь в этой теме. — Лика смущенно улыбнулась. — В каком году и где был поставлен первый балет «Щелкунчик»?       Но знания Лики куда-то растворились с самым первым вопросом. Она не могла концентрироваться, не могла вникнуть в суть вопроса и темы. Вроде минуту назад, за партой, она помнила весь материал, а тут… не может ответить ни на один из поставленных вопросов. Даже на самый простой… Профессор недоумевал, почему Лика не отвечает на такие простые вопросы. Она же так любит эту тему. И должно случиться по истине что-то такое, что может потрясти девушку… Но все-таки, поскольку студентка была на хорошем счету у всего университета, Николай Петрович поставил ей зачет и отпустил. Лика трясущимися руками взяла зачетку и прошла на свое место. А преподаватель тем временем думал: «Пусть у этой девочки все сложится хорошо. Пусть она найдет свое призвание в жизни. И пускай ее окружает только счастье и любовь.»       А никто и не мог подумать, что эти мысли профессора прозвучат, как мантра на всю жизнь девушки… Примечание: Наконец-то написала вторую главу и сделала себе такой подарок к ДР :))) Надеюсь, и вам понравится, дорогие читатели :3 А я пошел закупаться текилой на завтра <3 ыы)))