Занимательная физика

      Кастиэль, просунувшись от неприятного дребезжания будильника, почувствовал хриплую боль в горле и настойчивое ощущение озноба. Стараясь как можно меньше выбираться из-под одеяла, он кое-как нащупал градусник в аптечке, которая лежала в прикроватной тумбочке. Прибор показал высокую температуру. Как в подтверждение увиденному, из горла больного физика вырвался кашель. Сильнее укутавшись в одеяло, Кас решился слезть с кровати, направляясь в комнату Сэма. Уже около соседского логова он краем глаза заметил на полу тело, которое, на первый взгляд, не подавало признаков жизни. Пойдя ближе, стало понятно, что это лежал Дин. Живой. Жаль.       У Каса появилось дикое желание пнуть его в бок, чтобы тот проснулся. Но вместо он этого начал доставать его словесно.       Спустя две минуты усиленного ворчания физика, Винчестер, наконец, проснулся. Перевалившись на спину, а затем приподнявшись на локтях, он посмотрел расфокусированным взглядом на стоящего рядом Кастиэля, который был недоволен, судя по его выражению лица.       — О, доброе утро, чудик, — бессмысленно улыбаясь, сказал Дин, с помощью стены поднимаясь на ноги. Видимо, из крови выветрился ещё не весь алкоголь. Из-за чего он не сразу вспомнил, что пришёл извиняться.       — Во-первых, я не чудик, я физик со степенью бакалавра и двумя докторскими, а во-вторых, ты был официально изгнан, так что попрошу покинуть помещение, — Кас вытащил руку из-под одеяла и указал на дверь. Выглядело это довольно забавно, потому что одеяло расходилось где-то в ногах, и Новак изредка снова пытался его "закрыть".       Дин, стараясь не обращать на это внимания, подошёл ближе и положил руки на плечи парня. Последний заметно напрягся от этого действия. Даже через плотную ткань, он чувствовал как руки, спустившись чуть ниже, сжались на его предплечьях.       — Я хотел извиниться! — Винчестер подался чуть вперёд. Ещё немного и они оба впечатались бы в стену.       — Ну, — неловкая пауза, — так давай. Извиняйся, — Кас говорил, запинаясь, опустив голову, и смотрел на свои ноги. Возможно, он смутился от такого близкого контакта, а возможно, это просто сказывалось его нездоровое состояние.       Дин неудачно пытался разобраться в своих мыслях, стараясь их озвучивать. Кастиэль всё ещё смотрел в пол, но иногда, не поднимая головы, поглядывал на собеседника, который, к слову, так его и не отпустил. В какой-то момент послышался скрип входной двери, в проходе которой застрял Сэм, зевая.       Парни посмотрели на него одновременно. Кас сразу решил оповестить друга о своем состоянии.       — Сэм, я заболел.       Тот резко взбодрился и, не обращая внимание на необычное положение друзей, быстро сгрёб какие-то вещи со всего стола в сумку, убегая из квартиры, сославшись на то, что у него срочная встреча на Луне. С лестницы до квартиры доносился грохот шагов, а потом звук, будто кто-то упал, потом опять шаги. Дину стоило бы воспринять это как знак.       — Что ж, раз Сэм ушёл, — он повернул голову к Винчестеру. — Ты должен позаботиться обо мне. Приготовь мне суп.       — Какой суп?       — Мм, гороховый, с маленькими нарезанными колбасками, — на мгновение парень о чём-то задумался, — пожалуйста.       — Почему я должен готовить тебе суп? — Дин сразу же принял возмущённый вид.       — Потому что Сэм ушёл на работу, а ты хотел извиниться, в другой раз ты бы так легко не отделался, но я сейчас себя плохо чувствую, поэтому разрешу тебе позаботиться обо мне, извиняйся на здоровье.       Кастиэль прошёл к дивану и сел на своё привычное место.       В конце концов, Дин сдался и стоял около плиты, помешивая гороховый суп. Рядом на сковородке жарились мелко нарезанные кусочки колбасы. Кастиэль упорно прожигал Винчестера взглядом.       — Может, ты не будешь пытаться прожечь во мне дыру? Ведь тогда некому будет варить тебе суп.       Кас презрительно хмыкнул и отвернулся, сильнее заворачивать в плед.       — Всё, чудик, твоё пойло готово, — поставив тарелку на стол, Дин вытер руки о джинсы, — извинения приняты? Я могу идти?       — Нет, ты ещё должен натереть мне грудь. И я говорил не называть меня так.       — Что я должен сделать? — Винчестер с непониманием уставился на физика.       Они начали, не моргая, смотреть друг на друга. Первый сдался Кас, закашлявшись, но ничего не сказал. Дин обреченно вздохнул.       — Ладно. Хорошо, я натру тебя... Твою грудь.       Кастиэль устроился поудобнее на своей кровати, расстегивая верхние пуговицы рубашки пижамы. Дин с интересом его разглядывал, сидя рядом на стуле и мучая в руках баночку с мазью.       "Я просто натру его этой хреновиной и попытаюсь свалить", — Дин повернул крышку и, нанеся мазь на пальцы, начал медленно втирать её в кожу.       — Ещё что-нибудь?       — Да, — с серьёзным видом сказал Кас, — спой мне "Пушистого котёнка".       Дин, закатив глаза, начал успокаивать себя тем, что он почти свободен, и, кажется, Кас его простил. Осталось только спеть ему эту дурацкую колыбельную и свалить в свою квартиру. И только он собрался петь, как понял, что не знает слов. Дин сказал об этом Кастиэлю, в надежде свалить к себе прямо сейчас. Но не тут-то было:       — Я тебя научу.       "Не надо".       — Тёплый, пушистый..       "Хочу свалить".       — Котёнок спиит...       "А у него неплохой голос".       И Дин начал внимательно вслушиваться, стараясь как можно детальнее запомнить этот голос. Хоть Кас немного хрипел, но пел он красиво. Винчестеру, во всяком случае, очень нравилось.       — Теперь ты.       До Дина не сразу дошёл смысл сказанного. А точнее, вообще не дошёл. Он просто продолжал пялиться на Кастиэля, который слишком часто моргал, в ожидании когда ему уже споют.       Рука всё ещё лежала на груди. И, кажется, не собиралась испариться оттуда. По какой-то причине, это не причиняло дискомфорта.       Тепло.       — Чё вы делаете? — в проходе комнаты стоял нахмуренный Сэм.       — Ну, судя по всему, мы играли в гляделки,— Новак перевёл взгляд на сидящий рядом объект, который повернулся и пустым взглядом смотрел сквозь брата, почему-то почти не подавая признаков жизни. — Так ведь?       — Да, — вяло ответил он. Но, сообразив, что Сэм, его спасение, здесь, почти сразу же подскочил на месте и стремительно направился к выходу, крикнув напоследок:       — Сэм тебе допоёт!       Последний лишь тяжело вздохнул, очень сильно пожалев о том, что выдал своё присутствие, так беспечно подставившись.

***

      Дин лежал на диване своей гостиной и пялился в потолок. Рядом валялись пустые банки из-под пива, оставшиеся после их с братом не совсем трезвой ночки. Прошёл уже час, как он сбежал из соседней квартиры. Шума оттуда тоже не было слышно, что наталкивало на один из двух выводов: Кас уснул и Сэм жив-здоров, или он умер тихо, а Кастиэль сейчас пытается доползти до Дина, чтобы тот повторил судьбу брата.       Кровавые размышления Винчестера прервал рингтон телефона. Звонил его новый начальник и по совместительству старый друг: Бобби Сингер. Дин шлёпнул себя по лицу, вспомнив, что у него сегодня не выходной.       Он вскочил с дивана и начал летать по комнате, чтобы собрать нужные вещи. Брать трубку совсем не хотелось, зная, что твоё ментальное здоровье не хило так подорвут. Но он должен сказать, что скоро будет, и что он, честно, случайно опоздал на пару часов.       Нажав кнопку ответа и поднеся телефон к уху, Дин, вопреки всем ожиданиям, услышал лишь тишину. Механическую и бездушную. Она всей своей тихостью показывала, что "собеседник" на другом конце провода очень и очень зол.       Первым начал Дин:       — Понимаешь, я могу это объяснить, — Бобби всё ещё молчал. — Ну, в общем, так получилось.       — Это было очень содержательно, — как никогда спокойно ответил Сингер, и, выдержав паузу, добавил, — балбес.       — Знаю-знаю. Я уже еду.       С этими словами, Дин закрыл свою квартиру и спустился вниз к своей детке. Через полчаса он был уже на работе.

***

      Спустя минут двадцать, как ушел Дин, Кас уже мирно спал в своей постели. А Сэм тихо крался к входной двери, всерьёз намереваясь бежать.       Дышать полной грудью он смог только тогда, когда оказался на лестничной клетке. Одарив оскорблённым взглядом соседнюю квартиру, он отправился... Да куда угодно, только не к себе.

***

      — ...Как бы то ни было, я сбежал, — закончил свой рассказ Дин, копаясь во внутренностях чьей-то машины. Бобби сидел на стуле неподалёку, скрестив руки на груди, и внимательно его слушал.       — М-да. Когда мы с Сэмом пресекались, он, конечно, упоминал о странностях своего сожителя, но... Он серьёзно заставил тебя петь детскую колыбельную? — ответом была короткая усмешка со стороны Винчестера, — Ну он и извращенец, — с этими словами Сингер ушёл.       Дин продолжил свою работу в гордом одиночестве.       Кто бы ни был хозяином этой машины, но он очень постарался, чтобы довести бедняжку до такого состояния. Как бы ему хотелось вырвать руки из жопы у этого человека и прикрутить обратно на их законное место.       Домой Винчестер возвращался уже во втором часу ночи — Бобби всё же наказал его за опоздание.       И, уже припарковав автомобиль на стоянке возле дома, он вспомнил, что в холодильнике шаром покати. А последнее, что было из съедобного в нём — какой-то бутер, который Дин успешно захомячил на завтрак. Или обед. В общем, когда сбежал от Кастиэля. К слову о птичках. Дин перестал биться головой об руль и перевёл усталый взгляд на окно, за которым предположительно спал Новак.       Парень ещё какое-то время пялился в полумрак по ту сторону стекла, а после решил, что всё-таки нужно сходить в магазин за едой. И сделать это он решил пешком. О чём вскоре пожалел — на улице довольно-таки холодно. Хотя его радовало, что до ближайшего круглосуточного было идти не больше десяти минут. А огорчало то, что после нужно снова идти по сырой и прохладной улице.       В магазине Дин обошёл все полки с полуфабрикатами, остановив свой выбор на паре сэндвичах с какой-то рыбой и вишнёвом пироге. Ещё он решил, что после такого трудного дня стоит выпить, поэтому кинул в корзину пару банок пива. Оплатив покупки, он нехотя вышел на улицу, где стало ещё холоднее: ветер ускорил передвижение своих негреющих воздушных масс, более того, начал моросить дождь. Чтобы окончательно не околеть, пришлось увеличить скорость ходьбы. А когда капли начали набирать скорость падения с небес — вовсе бежать.       Как бы Дин не пытался убежать от стихии, к подъезду он добрался уже насквозь промокший. И, уже поднимаясь по лестнице, Винчестер думал только о том, как бы не заболеть. Как чудик.       Винчестер остановился напротив лифта, между своей квартирой и квартирой физиков.       — Не верю, что я это говорю, но надеюсь, что он поправится, — голос был хрипловатым, приглушённым, чтобы не дай бог кто-либо услышал его "мысли вслух".