Косплей-роман. 2 книга.

Никита вернулся рано утром домой к Алексу. Заглянув в спальню, улыбнулся. Брюнет еще спал. Пройдя на кухню, он поставил чайник и стал готовить кофе. С утра нет ничего лучше горячих блинов! Он обожал тонкие, округлой формы блины. И вместо привычной утренней трапезы – яичницы. Он часто готовил именно блины. На звук журчащей сковороды вышел и хозяин квартиры. Слегка растрепанный и полусонный. - С добрым утром! Проснись и пой! – широко улыбнулся блондин, подставляя тарелку с блинами, от которых тонкой струйкой шел дым и подливая в кружку свежо сваренный кофе. - И тебе привет, - улыбнулся мужчина в дверях. - Иди, умывайся, завтрак почти готов. Присев за стол, они начали завтракать. - Вчера папу вызвали на работу, а Даша сдавала последний экзамен, поэтому пришлось остаться. С ней так трудно общаться! Сразу вспоминаю нашу с тобой встречу. Только она не огрызалась, - усмехнулся блондин. - Вы, как-то не очень похожи, - издалека начал Алекс, мешая сахар в чашке. - М? Ну, как бы мы не кровные родственники, ее удочерили еще в младенчестве. Чайная ложка в руках брюнета вздрогнула, ударившись о край кружки, издав тонкий звон. - Она кстати, часто на тебя засматривалась в новом году. - Правда? Че-то не заметил. - Я полагаю, твой отец так и видит ее рядом с тобой. - Ал, серьезно? Что еще за ревновашки?! Я с ней нормально поговорить то не могу. - Со мной же так было… - Алекс! Это глупо! - В чем именно? Ты же не видишь людей, какие они. И это Даша, не такой простой человек. - Да она самая тихая и спокойная! Ты чего на нее гонишь? - «В тихом омуте только черти водятся» не слышал такую поговорку. - Ал! Все! Хватит! – рассердился Никита, встал из-за стола. - Ты же смотришь на все и всех в розовых очках! Думая, что все люди хорошие, это не так. Она еще покажет себя, ты в ней ошибаешься! – чуть в повышенных тонах начал говорить мужчина. Его вывело из себя, что блондин так поверхностно относится к предупреждениям. - Может, это я в тебе ошибся? – крикнул голубоглазый, не понимая, на что Алекс разозлился, затем поняв, что сказал, осекся, опустил взгляд. Алекса сильно удивили слова юноши. - Не… не надо говорить так о моей родне… - чуть по тише сказал Никита. – Они все любят меня и желают счастья. Отец тоже… - Вот именно – ТЕБЯ. А твой отец скорее больше желает видеть тебя рядом с ней, нежели со мной. Он никогда не примет наши отношения, а ты словно ждешь его благословения. Неужели не видишь, как бы он не улыбался и прилежно разговаривал, он даже не считает меня за твоего избранного. - Не говори так о моем отце! – Никита начал раздражаться, почему Алекс не хотел понять, что чувствует сам он? Почему он вечно настроен против его родителя? - Он столько раз причинял тебе боль и словами и действиями, но ты все равно цепляешься за него. - Он же мой отец! И желает мне лучшего. - А я? Я, значит, не желаю? – У брюнета словно ком в горле застрял, ему казалось, что все что он делал для голубоглазого не в чет. – Определись уже. На чьей ты стороне. - Хм! - возмущенно хмыкнул Никита, - Ты сейчас заставляешь выбирать между тобой и отцом? Что за чушь?! – Юноша развернулся, и хотел было уйти, но его за запястье поймал Алекс, крепко сжимая. - Отвечай! – словно приказал он. - Отпусти! Больно же! – пытался освободиться от цепких пальцев. - Я хочу знать, важен ли я для тебя больше. - Дурак! Отцы всегда важны для сыновей, тебе-то откуда знать! – крикнул он и, вырвавшись, накинул куртку на плечи, и впопыхах натянув ботинки, выскочил из квартиры, громко хлопнув дверью. Спустившись на первый этаж, юноша остановился и часто задышал, он повернул голову, не пошел ли следом Ал, в подъезде никого не было. - Дурак! Дурак! Ну, кто же будет ставить выбор между родителем и любовником! Как ты не понимаешь, что это совсем другое! – сжимал кулаки и трясь их в воздухе. Он еще никогда не был так зол. Ярость захлестнула его, отчего закупорила легкие, блондин закашлял, стараясь успокоиться. Они впервые за долгие годы знакомства так серьезно поссорились. И повод глупый. Никита не понимал почему Алекс так взъелся? Алекс остался стоять в коридоре шокированным. - Конечно… откуда мне знать… я же рос без родителей… - отрывками смог произнести мужчина прислонившись к стене и медленно сползая. Он закрыл ладонями лицо, сильно стиснув зубы до скрежета. Слова, сказанные любимым человеком били словно острым ножом. Так вот значит, как он думал о нем? «Нет, нет!» Встряхнув головой, он встал и медленно прошел в спальную, присев на кровать, взял сотовый с тумбочки. - Нужно извиниться… зря я сказал о выборе… нужно извиниться… - пальцы мужчины дрожали. Удерживая двумя руками аппарат, он нашел номер и нажал «вызов». Гудки звучали долго, затем резко прервались. Алекс снова нажимал зеленую трубку. Никита видел на телефоне вызов, но из принципа не брал, нажимая на красную трубку. Он сейчас так зол, что не то, что разговаривать, даже видеть не хотел Алекса. Домой он сегодня возвращаться, не намерен. Чтобы хоть немного успокоиться, он сделал пару кругов возле дома родителей и пошел к ним. - Солнышко! Ты же только утром ушел, - спросила Наталья, открывая дверь. Как можно шире улыбнувшись, Никита прошел внутрь. - Да, Ал на работе уже, сказал, что задержится, может даже ночью не прийти, поэтому я снова на ночь к вам! - Я вовсе не против! – улыбнулась женщина, пропуская сына. Телефон снова звонил, убрав звук, Никита специально оставил сотовый у себя в комнате, прикрыв дверь. - Мы как раз собирались пить чай, будешь? - Не откажусь! – радостно произнес юноша, ставя чайник на газовую плиту. - Даша! – позвала женщина, - выходи пить чай. - Хорошо, - послышалось из гостиной. Выходя, девушка уловила звук вибрации. Она прошла в комнату юноши и увидела на столе сотовый. На дисплее высветилось имя «Ал». Девушка взяла телефон в руки, и ее большой палец прошелся по зеленой трубке. - Слушаю? В трубке сначала послышалась тишина. - Кто это? – хриплый голос. - Это Даша. - Где Никита, дайте ему трубку. - Он сейчас на кухне, пьет чай с родителями. - Все равно, передайте ему трубку. Девушка промолчала, оставаясь на месте. - Знаете, я думаю, у вас нет с ним будущего. - Это вас не касается! – зло рыкнул брюнет, развевая свои подозрения по поводу данной особы. - С этим же согласен и дядя Олег, - продолжила она, как ни в чем не бывало. - Мне Никита нравиться, а он как я поняла, вовсе не гей. Вы единственный парень, с кем он встречался и поэтому, он может поменять свое мнение. - Заткнись сука! И передай трубку! – стиснув зубы, зло процедил Алекс, крепко сжимая телефон в руке, отчего слышался тихий скрежет пластика. - Не надо так грубить, сейчас передам. Девушка прошла на кухню. - Извините, Никита, это, кажется тебя, - она передала трубку. Алекс сидел на кровати, сжимая одеяло до побеления костяшек. Он так и знал, что девушка оказалась не простой особой. Услышав тихое, «Зачем ты взяла трубку?» послышались шаги. Никита не хотел разговаривать с Алексом сейчас. Он прошел в комнату и, закрыв дверь, сел на кровать, у стены, облокотившись. - Что? – сухо ответил он. - Сейчас со мной разговаривала твоя «тихая и спокойная» и знаешь, что она наплела? – забыв про извинения, начал возмущаться Алекс. – Что они с твоим отцом в заговоре настроить нас против друг друга. - Что?.. о чем ты? Снова за свое. У тебя паранойя что ли? Ты для этого мне позвонил? Не хватало на отца наговорить, так и ее решил приплести? – Никита снова разозлился, да что с этим брюнетом, зачем он ищет повода для ссоры? - Разуй уже глаза! Она совсем не такая хорошая, какой тебе кажется. - Стоп! Алекс! Хватит! - Почему ты мне не доверяешь?! – на повышенных тонах послышалось на той стороне трубке. - Успокойся и оставь меня в покое! Тебе нужно прийти в себя! Я не вернусь домой, пока ты не осмыслишь свой поступок и не извинишься. - Никита!.. Не успел мужчина досказать, как блондин нажал отмену и выключил телефон. - Да что же это такое! – злился юноша. Он взял подушку и, уткнувшись, не сдерживая себя, крикнул. Его распирала злость, от этого выступали слезы. Алекс сидел с опущенной головой. Он снова набрал номер, но вместо гудков, оператор оповестил о выключенном аппарате. До самого утра он сидел и названивал, пытаясь дозвониться. Он был в отчаянии, с глаз не переставали течь слезы. Почему все так вышло? Где он ошибся? Почему Никита не хочет верить ему? Когда он упустил момент? Никита не появлялся у Алекса три дня. Когда на следующий день, он включил телефон, то увидел около семидесяти пропущенных. Хмуро посмотрев, он не стал перезванивать. Первый день он был у родителей, и чтобы те не заподозрили, Никита напросился на ночевку к Владу. К Стасу обращаться не хотелось, иначе они с Сергеем не отстанут с расспросами. Он также посещал институт. Но с вечера второго дня, дозвоны прекратились, и блондин вздохнул «наконец, успокоился». Весь третий день, ни одного звонка. Настроение было паршивым, хотя он был вынужден иногда притворно улыбаться. Чтобы не вызывать лишних вопросов. Он прогуливался по улице, громко слушая музыку. Наушники и плеер он одолжил у Влада. Впереди показался знакомый силуэт. - О! Даш! Здоров! – махнул он, выключая музыку и убирая плеер в карман куртки. - Привет, - робко ответила девушка. - Гуляешь? - Да, иногда нужно и развеется. - Это точно! - Эмм… ты не против, может, мы сходим в кино? Я просто люблю смотреть фильмы на большом экране. - И я! Ощущения здоровские! – широко улыбнулся он, - я не против! На какой хотела бы? Девушка достала из сумки телефон и открыла афишу кинотеатра. - Тут есть вот такой, - показала блондину. - О! Этот фильм был снят по анимашки! - Правда? Я не знала, мне понравился трейлер. - Ты смотришь аниме? - Ммм… некоторые. Мне больше нравятся мистические. - И мне! Айда, тут как раз через полчаса начинается. Кинотеатр находится через одну остановку, как раз успеем. Побежали? - Ага! – радостно кивнула девушка. Вернувшись вечером, Никита наконец-то смог поднять себе настроение. Фильм ему очень понравился. С Дашей они потом всю дорогу обсуждали сюжет. Она оказалась более разговорчивее, чем юноша думал. Никите не хотелось идти домой к Владу, тем более, завтра суббота, в институт не нужно. Он решил прогуляться и сам не заметил, как ноги привели его к дому Алекса. Он посмотрел на окна, свет не горел. Потоптавшись, все же решился. - Ай! Была не была! – достав ключи из рюкзака пошел в сторону нужного подъезда. Как можно тихо вставил ключ и повернул. Открыв дверь, прошел внутрь. - Ал? – позвал он, в ответ тишина, - на работу ушел что ли? Сняв ботинки и пальто, прошел внутрь. Зашел в гостиную, спальную. В квартире было пусто. - И правда, нет дома… - юноша прошел на кухню и поставил чайник. Блондин уже остыл и готов был к разговору. Чтобы окончательно успокоиться на все ушло три дня. «Ну и ладно», пожал плечами он. Налив в кружку чай, он снова походил по квартире. Зайдя в их общую комнату, он вспомнил, что проходил три дня в одной и той же одежде. - Блин, надо бы переодеться. – Он подошел к шкафу, открыв дверцу, взял свои вещи. Кинул их на кровать, и хотел было стянуть футболку, как опешил. Резко развернулся лицом к открытому шкафу. - Что за… - не понимал он и тут же начал судорожно передвигать вещи на вешалке. Ему не показалось. Половина вешалок пустовало. Он не мог поверить своим глазам. Побежал в коридор, открыв шкаф для обуви. - Нету… - внутри была только обувь юноши и пустые места, со следами еле видной грязи, где когда-то стояла другая обувь. Он тут же побежал в кабинет Алекса, буквально сшибая дверь. Рабочий стол, когда-то заваленный кучами бумаг с формулами и расчетами, был абсолютно пуст. - Нет… нет… не может быть… - схватился за голову юноша и стал часто дышать, - это неправда! Он вытащил из куртки телефон и тут же стал набирать номер Алекса. Послышались гудки, затем знакомая мелодия, доносившаяся из квартиры. Никита повернулся на звук и медленно прошел в ванную комнату. Где на полке рядом с единственной ярко оранжевой зубной щеткой, чьим обладателем являлся сам блондин, лежал сотовый телефон брюнета. Все еще не веря, в происходящее, его рука медленно опустилась и разжала пальцы. Сотовый упал на кафельный пол, и закатился под ванну. - Алекс… - дрожащим голосом позвал он, осознавая, что ему не ответят, - Алекс… - чуть громче. – Алекс!!! – надрывая глотку, закричал Никита. Он еще раз зашел в спальную и посмотрел в шкафу, хватая одежду и бросая прямо на пол. Ни одной одежды брюнета. Он побежал на кухню, именной кружки, которую Никита дарил, тоже не было. Со злостью, он стал кидать тарелки и кружки об стену, разбивая их вдребезги. - Нет! Нет! Это не правда! – юноша прикусил дрожащие губы и всхлипнул. Голова резко разболелась, осознавая, происшедшее. Он еще раз пробежался по всем комнатам, зовя мужчину, тщетно. Он вышел в коридор и упал на колени, схватившись за голову и до боли дергая светлые волосы, что есть мочи громко закричал. Медленно опуская голову и касаясь паркета. Он кричал и плакал, не веря своим глазам. - Дурак! Дурак! Дурак! Дурак! Дурак! Какого хрена? Я же тебе говорил, если еще раз меня бросишь, я не прощу тебя! - Он орал до хрипоты, даже не обращая внимания, что тем самым сорвал себе голос. Перед глазами потемнело, и он упал без сознания. Еле разомкнув тяжелые веки, Никита оглянулся. В коридоре горел свет, но в квартире было уже светло, значит, настал другой день. - Ал… - прохрипел юноша, поднимая голову. Он поднялся на локтях, осматриваясь. Может, ему все же приснился кошмар? И Алекс на самом деле здесь. Еле поднявшись, с дрожащими ногами, облокотился о стену. Опираясь на холодный бетон, обтянутый тонким слоем обоев, он прошел на кухню. Разбитая посуда до сих пор лежала на полу. Пошел в спальную. На ковре в разброс валялись вещи блондина. Зайдя в ванную он протянул руку к телефону Алекса, пальцы дрогнули и уронили аппарат. Никита вздрогнул и упал на колени, тут же поднимая телефон. Он посмотрел на темный экран и лбом прижался к холодному стеклу. - Ал… - снова потекли слезы. Никита лежал на кафельном полу, прижимая к груди телефон его любимого человека. Он смотрел в пустоту. Его взгляд упал на руку, который сжимал телефон. На пальце блестело кольцо, то самое, с золотым листом и спиралью. - А как же наша свадьба? - полушепотом произнес Никита, вертя кольцо на пальце. Тут из под ванны послышались гудки. Вздрогнув, на радостях он резко подался вперед. - Ал! – его рука потянулась за аппаратом, увидев на дисплее «Стас» он не принял вызов. Затем, его взгляд упал на другую руку, держащий сотовый брюнета. Внутри словно что-то оборвалось и это давило легкие, было тяжело дышать. Рваные вдохи хрипотой отзывались в горле. Он словно забыл, как дышать. Он согнул колени, упираясь лбом, и заплакал. Юноша не мог поверить в это. Осознание, что Ал его бросил, пришло окончательно.