Freak

      

«Сириус Блэк, занявший место главы рода после смерти своего отца, Ориона Блэка, снова оказался в центре внимания. Выступив на очередном собрании Попечительского совета Хогвартса, Блэк решительно осудил нынешнего преподавателя истории магии Катберта Биннса, которого, я уверена, знают все читатели нашей газеты, когда-либо учившиеся в Хогвартсе. «Мы все уважаем старика, но продолжать так и дальше просто преступно! — говорил Блэк, ставя вопрос на голосование. — Большая часть выпускников нашей альма матер не знают даже элементарных вещей!» Члены Попечительского совета практически в едином порыве подписали резолюцию, и теперь директор школы Альбус Дамблдор либо должен воспользоваться своим правом вето, либо выполнить предписание. От имени редакции я бы хотела выразить свою поддержку начинанию Сириуса Блэка и задать один маленький вопрос — а почему этим никто не озаботился раньше?»

      

Специальный корреспондент Рита Скитер, Ежедневный Пророк, от 24 декабря 1984 года.

      — Это как же, вашу мать, извиняюсь, понимать? — нараспев спросил Дамблдор после заседания Попечительского совета. — Насколько я помню, раньше тебя этот вопрос не занимал, во всяком случае, никто не мешал тебе учиться на уроках Истории Магии, а не спать. Чего ж это теперь тебе в голову взбрело, да еще и после окончания школы?       — Но, профессор, так же действительно нельзя! — несмотря на то, что с момента его выпуска прошло уже немало лет, Сириус никак не мог привыкнуть называть Дамблдора как-то иначе.       — А как можно? Те, кому надо, учат историю самостоятельно, но таких единицы, — пожал плечами Дамблдор. — Остальных всё устраивает.       — Меня тоже все устаивало, но потом меня пару раз ткнули носом в мою некоторую… безграмотность.       — И поэтому ты решил, что раз уж ты в школе не учился, то хоть пусть потомки поучатся? — Альбус с милой улыбкой продолжил растаптывать собеседника. — И почему сразу в Попечительский совет? Нельзя было обратиться ко мне?       На это Сириусу ответить было уже нечего, и он отвел взгляд в сторону.       — Ты вообще задумывался, почему Историю Магии в Хогвартсе ведёт привидение?       — Ну, жалко обижать старика и вообще… — Блэк чувствовал, что он где-то крепко лажает, но пока не мог понять, где именно.       — «И вообще»! — издевательски передразнил его Альбус. — О Мерлин, и эти люди мне потом запрещают мне ковыряться в носу! Ты ещё скажи, что привидение замечательно вписывается в антураж магической школы! Биннс, к твоему сведению, преподаёт в школе только по той причине, что больше этот предмет преподавать никто не хочет! На это есть две объективные причины. Первая — через его призрачные руки прошло уже много поколений учеников, даже в те времена, когда я учился, он уже был мёртв! Из первой вытекает вторая — если специалисты по Истории Магии в конечном итоге так уникальны, то как их заманить на нищенскую ставку в Хогвартс? Поверь, за такие деньги никто горбатиться не собирается. Короче, раз ты заварил эту кашу, тебе теперь её и расхлёбывать. Найди мне преподавателя по истории магии и убеди его работать в школе, а то умные советы давать да резолюции выписывать каждый дурак может.       — Да где ж я его найду?! — возопил Сириус, который в этот момент проклинал Гринграсса с его «выступи с общественно полезной инициативой, пора зарекомендовать себя с нужной стороны».       — А где хочешь, там и ищи,. — решительно отрезал Дамблдор дальнейшие прения. — Отвергаешь — предлагай. Ладно, дам тебе маленький совет. Обратись для начала к Батильде Бэгшот, она, конечно, вряд ли согласится, но может хоть посоветует тебе кого. Если она ткнёт пальцем в меня, ко мне можешь даже не идти — у меня и без того дел по горло. Успехов, мой мальчик, успехов на сём нелегком поприще!       Глядя в спину уходящему Дамблдору, Сириус чувствовал себя очень уставшим и морально избитым. Да, до такого уровня ему ещё расти и расти.

* * *

      — Ну и куда ты собрался? — Вальбурга после экстренного вмешательства врачей из Мунго всё-таки смогла преодолеть кризис, но пять лет постоянного донорства серьезно сказались на её здоровье. Теперь она соблюдала строгую диету, в спальне появилась целая батарея из всяких зелий, мазей и припарок, а колдовать было вообще запрещено минимум полгода. Характер у неё, что и следовало ожидать, от этого не улучшился, и теперь не выдерживал даже боготворящий хозяйку Кричер.       — Гринграсс устраивает приём, мне надо там появиться, — после того, как он согласился на предложение Роджера, проблем у Сириуса только прибавилось, особенно с учётом того, что остальные с него никто не снимал. С подпиткой Регулуса помогали Ремус и Фрэнк, которые дали Непреложный обет хранить тайну Блэков, хотя мать была против и после принесения клятвы. К счастью, главой рода всё же был именно он. — Похожу с умным видом, поговорю с кем-нибудь и потом свалю.       — Неужели я дожила до того момента, когда мой сын взялся за ум? — риторически вопросила Вальбурга, закатывая глаза. — А хотя нет, просто теперь тобой крутит не Дамблдор, а Гринграсс. О, точно! Может, тебе ещё жениться? Ты только подумай, это же всем на пользу! Роду — наследник, а тебе вообще не надо будет думать своей головой, ведь тобой будут управлять сразу трое. Ты только задумайся, какие перспективы!       — Мама! — рявкнул Сириус, за эти два месяца доведённый уже до ручки, но пока мать была в таком состоянии, оставлять её одну, пусть и с домовиком было нельзя — мало ли что в голову взбредёт. — Это моя жизнь! Что хочу, то и делаю! Если захочу — женюсь, но уж точно не по твоему распоряжению.       — Ты это лучше в следующий раз своим дружкам скажи, — посоветовала Блэк, ничуть не смущаясь гневной отповеди. — Хочешь остаться последним из рода Блэк — да флаг тебе в руки, что я с тобой могу сделать-то? Раньше хотя бы могла Силенцио кинуть, чтобы на мать не орал, а теперь и сама хуже сквиба! Ты мне лучше скажи, как старый пень отреагировал на твой демарш?       — Нормально, пообещал подумать, — буркнул Сириус, стараясь не давать матери повод для новых издевательств, вот только Вальбурга с её многолетним опытом интриг видела его насквозь.       — Ой ли? Дай угадаю, Дамблдор свалил поиск нового преподавателя на тебя? — по изменившемуся лицу Сириуса, Блэк поняла что её догадка попала в цель, и дважды хлопнула в ладоши. — О, старик в своём репертуаре! Знаешь, как его некоторые из моего поколения называли? Дамблдорогад. Некоторые еще до Дамбигада додумались сокращать. А знаешь почему? А потому что вначале они сами обосрались, а этот нехороший человек ткнул носом в их же дерьмо. Только вот признавать свой идиотизм никто не хочет, вот с тех пор и повелось обвинять старикана во всех смертных грехах. Он, конечно, не святой, но если верить всему, что про него говорят, то он уже должен третий срок в Азкабане мотать.       — А я и не пытался на него свалить свою ошибку, — огрызнулся Сириус, забирая с полки ключи от машины. — И вообще, с каких это пор ты стала хорошо отзываться о Дамблдоре? Неужели у тебя возникли к нему чувства? А что, завидный жених, даром что песок из задницы сыплется!       — Сириус Блэк третий! Немедленно вернись сюда и извинись перед матерью!       — И не подумаю! — Сириус, как в детстве, сбежал вниз по лестнице и громко хлопнул дверью. Нельзя сказать, что их пикировки приносили им большое удовольствие, но жить по-другому они пока не могли.       — И всё-таки я не понимаю двух вещей, — размышлял вслух Ремус, которого Сириус подхватил по дороге к крестнику, — зачем на этом вашем приёме я и на кой чёрт мы собираемся везти туда Гарри, с учётом всех его проблем?       Сириус ещё сильнее вжал педаль в пол и резко вильнул рулем, в последний момент уводя машину от столкновения.       — Политика, дементоры её побери! — в сердцах выругался Сириус, опасно сближаясь с идущей впереди машиной. — Со смерти Джеймса и Лили Гарри общественность не видела, и кто-то начал намеренно распускать нехорошие слухи. Последний перл, что я слышал — это то, что Гарри мёртв, а его место занял Волдеморт, приняв его облик! Даже Лавгуд в своей газетёнке пишет более адекватные вещи, но этим слухам начинают верить. Если мы не опровергнем их сейчас, то потом, когда крестник выйдет в свет, и если ваш хваленый отдел не решит его проблему, на него повесят всех собак, и славься Мерлин, если не начнут травлю. Слухи надо пресекать сейчас, мы предъявим им живого и здорового мальчика, а если повезёт, то накроем и источник всего этого лживого бреда! Насчёт тебя же, друг мой, я точно не знаю, но не одному же мне мучиться? Присмотришь за Гарри, в конце концов, а если хоть какая-то падла рискнет на тебя варежку раскрыть, то я ему сам зубы обратно вобью!       — Но что делать с браслетами? — Ремус с опаской смотрел на приближающуюся машину. Злой Сириус уже неприкрыто начал ездить по встречке, но делать замечания было бесполезно. Промелькнувшая мысль о том, что аппарация гораздо безопаснее, была спешно изгнана за явную крамольность. — Их заряда хватит на четыре часа, дальше сам знаешь, что будет.       — Знаю! — рыкнул Сириус как заправский оборотень в полнолуние. — Мы покрутимся там часа три, а потом поедем домой, Роджер обещал прикрыть. Поберегись!       Путь, обычно занимавший у Сириуса больше полутора часов, они преодолели за час.       — Запомни еще раз, Гарри, — с ребёнком говорил Ремус, а Сириус аккуратно ехал по Лондону. Его манера езды претерпела резкие изменения, и только побелевшие пальцы, лихорадочно сжимающие руль, выдавали тщательно скрываемую агрессию. — Мы сейчас едем к другим волшебникам. Если у тебя возникнут какие-то вопросы, подожди и задай их мне или Сириусу после приёма. Никому, я повторяю, никому не говори про свои игры в том месте, куда Сириус тебя возил на прошлой неделе. И браслеты никому не показывай, слышишь?       — Да, дядя Ремус, — Гарри с интересом смотрел на ночной Лондон, мелькающий за окном автомобиля. — А что именно не рассказывать?       Ремус обречённо вздохнул и начал всё сначала.       — Лунатик, успокойся, это не так делается, — длинная дорога наконец-то подошла к концу, и они подъехали к нужным воротам. — Значит так, Сохатик. Помнишь, о чём мы говорили? — Гарри кивнул, глядя в глаза крёстному. — Вот и отлично. Никто не должен знать о нашей маленькой тайне. Ты же умеешь хранить тайны?       — Конечно! — обиженно воскликнул мальчик.       — Ну, вот и не болтай лишнего. Там будет Невилл, ты его уже знаешь, так что совсем скучно тебе не будет, а потом мы поедем домой. Договорились?       Глядя на воодушевленного мальчика, Люпин не удержался от вопроса:       — И как ты умудряешься так хорошо находить с ним общий язык?       — А, это просто, — широко улыбнулся Сириус. — Просто перестань относиться к нему, как к ребёнку, он же всё понимает. Мне это ещё Петунья говорила, только я не сразу понял, что она имеет в виду.       Блэк достал из машины ларец с браслетами и застегнул их на Гарри.       — Ну что, готовы? — стоило гостям только двинуться в сторону дома, из воздуха появился домовой эльф, на которого мальчик уставился во все глаза. «Упс, — подумал Сириус, — эту часть магического мира мы обошли стороной. Будем надеяться, в его памяти отложилось хоть что-то из того, что мы с Ремусом сказали».       — Добро пожаловать в поместье Гринграссов! — восторженно пропищал домовик. Блэк вспомнил Кричера и пришёл к выводу, что хоть старикан и ворчит через слово, но таких интонаций воодушевленного идиота Сириус никогда от него не слышал. — Позвольте мне провести вас в дом!       — Пошли, — коротко бросил Сириус, в душе надеясь, что эльф заткнётся и перестанет действовать ему на нервы. Надеждам сбыться было не суждено, но и заткнуть его Блэк не мог, видя интерес Гарри к рассказу домовика.       — Я счастлив служить семье Гринграсс. Мой хозяин — самый лучший хозяин! — продолжал заливать эльф, перемежая свои восклицания небольшими вставками в стиле «а вот эти цветы выращивает хозяйка, очень редкий вид» и «посмотрите на эти статуи, они сохранились с пятнадцатого века!». Кричер с огромным отрывом выигрывал первенство «лучший домовик по версии Сириуса Блэка». Сириус уже даже начал задумываться о дизайне медали, которую он трансфигурирует для старичка, но тут его мысли прервал вопрос Гарри.       — А как вас зовут? — ну всё, теперь у домовика будет кризис личностного восприятия. Мало того, что у него спросили имя, так ещё и обратились на «вы». Надо всё-таки заняться образованием крестника всерьёз.       — Сэр хочет знать мое имя? Сэр так добр к недостойному Динки!       К счастью, спасительная дверь уже открывалась навстречу гостям, отсекая поток славословий уже в адрес Гарри.       — Мистер Блэк, мистер Люпин, мистер Поттер, — несмотря на то, что Гринграсс знал всех перечисленных достаточно хорошо, чтобы называть по именам, этикет запрещал фамильярность, — позвольте вам представить мою супругу, Кэтрин Гринграсс. Кэтрин, это Сириус Блэк, Ремус Люпин и Гарри Поттер.       — Очень приятно, — сказала Кэтрин, обворожительно улыбаясь гостям и подставляя ручку для поцелуя, к которой Сириус тут же с удовольствием приложился.       Нарушая торжественность момента, откуда-то из-за спин взрослых выбежала белокурая девочка и, схватив Гарри за рукав, повела куда-то в сторону.       — Прошу извинить нас за нашу дочь, Дафну, — повинилась Кэтрин, пока Сириус обменивался напряженными взглядами с Роджером. — Это мы сказали ей, что на сегодняшнем приеме будет Гарри Поттер, и она повела его к другим детям, будет хвастаться знакомством с сыном героев. Надеюсь, вы простите ей некоторую бесцеремонность?       — Я в её возрасте был еще большим непоседой, — вежливо ответил Сириус, получивший от Роджера молчаливый ответ «не привлекай внимания, это я её попросил».       — В таком случае, добро пожаловать! Нас, к сожалению, держат обязательства перед другими гостями, но чуть попозже мы обязательно с вами поговорим. Пока же развлекайтесь, наш дом к вашим услугам!       — Ты Гарри Поттер, — констатировала факт девочка, проводя его в обход бального зала. — Я сразу тебя узнала! Меня зовут Дафна Гринграсс.       — Я знаком с твоим отцом, — неуверенно сказал Гарри, который уже забыл, имеет ли он право говорить о мистере Гринграссе кому-то ещё.       — Правда? — надулась Дафна. — Он ничего мне не говорил! А где твой шрам?       — Какой шрам? — недоумённо переспросил Поттер, на котором, сколько он себя помнил, всегда всё заживало, как на собаке.       — Я слышала, что во время дуэли между твоими родителями и Сам-знаешь-кем в тебя попало заклинание, — глядя на нахмурившегося мальчика, Дафна сбавила обороты. — Ой, прости, я не хотела. Больше не буду. Мир?       — Мир, — Гарри уже потерял нить разговора и большую часть времени глазел по сторонам, смотря на движущиеся картины и убранство дома. — А кто это?       — Я тебе попозже расскажу, если ты захочешь, — предложила Дафна, открывая дверь в комнату. — Ребята, смотрите, кого я вам привела!       — Кузина? — сделал стойку Сириус, разглядев в зале Нарциссу. — А она-то что здесь делает?       — Спокойнее, Сириус, — Ремус, оставшийся с другом поспешил перевести его мысли в мирное русло. — То же самое, что и ты. Её проверяли, она не замешана в деятельности Пожирателей.       — Но она же наверняка не одна! Вот ходит жена Нотта! И у них у всех есть дети! Гарри остался с ними наедине!       — Не привлекай к нам внимание, балбес, — прошипел сквозь зубы Люпин. — Ничего они ему не сделают, это же дети, мать их! Разборки в песочнице? Убийство из-за совочка? Это же даже не смешно!       — Ладно, извини, ты прав. Просто день сегодня выдался весёлый, вот и начали сдавать нервы. Пойдём, подыщем тебе будущую миссис Люпин!       — Только после того, как ты меня познакомишь с миссис Блэк! — Ремус ткнул Блэка в плечо, перекидывая мяч на его сторону.       — Невилл, а почему эти мальчики сидят в сторонке ото всех? — Гарри видел Невилла только один раз, но ему задавать вопросы было всяко проще, чем спрашивать у Дафны, уже что-то обсуждающей с компанией девчонок.       — Эти? — Лонгботтом кивнул в сторону небольшой группки, держащейся обособленно от остальных. — Это Малфой, Нотт, Яксли и ещё кто-то, я забыл как его зовут, — видя что Гарри так и не понял, Невилл продолжил. — Их отцы поддерживали Сам-знаешь-кого и теперь сидят в тюрьме.       Помня заветы старших, спрашивать, кто такой этот «Сам-знаешь-кто», про которого все говорят таинственным шёпотом, Гарри не стал.       — Ребята, а можно с вами поиграть? — Гарри был общительным мальчиком, и уже через полчаса он сидел среди детей Пожирателей и спокойно с ними играл, не обращая внимания на косые взгляды. Ещё через полчаса границы между двумя компаниями благополучно не стало.       — Сириус, я действительно рад, что ты смог выбраться ко мне и привести с собой Гарри. Кажется, он настоящая душа компании! — довольно поглаживая небольшую бородку, сказал Роджер. — Я недавно заглядывал к ним в комнату, так они играют все вместе, хотя на прошлом приёме дети наших политзаключенных сидели особняком.       — Весь в Джеймса! — гордо воскликнул Сириус. — Но всё-таки, разве это не опасно?       — Что именно? Его сближение с детьми? Ты становишься копией Грюма, — отмахнулся Гринграсс. — Я тебе больше скажу, если он сможет наладить с ними отношения, это будет огромным плюсом, ибо скоро «осуждённые за убеждения» выйдут на свободу и снова вернутся в большую политику, да ещё и с репутацией пострадавших за свои взгляды. У них будет просто прорва сочувствующих, особенно на первых порах.       — Но зачем тогда Дамблдор? — Сириус не стал договаривать, прекрасно понимая, что собеседник и так знает, о чём его хотят спросить.       — А у него не было другого выбора, — пожал плечами Роджер. — Дать им пожизненный срок он точно не мог, да и никто бы его не поддержал, но и наказать он их должен был, показать, что у власти ещё имеются зубы, и она не собирается миндальничать с бунтовщиками. В итоге им дали как можно больше, отложив политические проблемы на более поздний срок.       — И что с этим делать?       — Учись, вникай и начинай трезво смотреть на вещи, — посоветовал ему Гринграсс, цепко оглядывая зал. — Если ты сможешь войти в мир большой политики, то именно ты станешь тем противовесом, который сдержит вернувшихся игроков.       — Мерлиновы подштанники!       — А ты что, думал, всё будет просто? Ты должен стать самостоятельной фигурой, слишком уж многое на тебя завязано. А теперь вам с Гарри, наверное, пора идти, пока мой дом ещё в целости и сохранности.       — Очень смешно. Ха. Ха-ха.       — Мистер Поттер? — в комнату заглянул мужчина, все лицо которого покрывали оспины. — Меня зовут Август Руквуд. Мистер Гринграсс попросил довести вас до бального зала.       Незаметно прицепленный магический жучок растворился в обуви мальчика. Август поздравил себя с успешным началом выполнения задания Лорда, но стоило только Поттеру удалиться за пределы поместья, Руквуд потерял сигнал.       «Что ж, — подумал он, — пожалуй, это будет даже интереснее, чем я думал».       Маленькую сквозную дырочку в подошве парадных ботинок Гарри Петунья заметила только весной, когда убирала их на хранение.