На лабутенах

      Мир моды всегда активен, это отдельная вселенная, со своими правилами и законами. И, порою, модные веяния требуют слишком больших жертв. Здесь нет места слабым, это — арена, на которой ежесекундно проходит новый бой, а твой успех зависит исключительно от мнения тех, кто называет себя критиками. Хочешь прославиться? Будь добр, собери всю свою оригинальность, и каждый раз выдавай что-нибудь новое…       За кулисами творился хаос. Стилисты носились от модели к модели, поправляя причёски и нанося макияж; девушки со скоростью главных героев мегаблокбастеров, уносящих свои конечности от опасности, надевали на себя новинки этого сезона, постоянно посматривая в зеркало и переживая не хуже домохозяек, смотрящих бразильские мелодрамы. Организаторы показа закатывали глаза, требуя делать всё минимум в два раза быстрее.       Адриан Агрест сидел на диване возле выхода на подиум и мысленно благодарил всех известных ему богов за то, что его специализация — фотография. Наблюдая подобные картины на каждом показе, на котором он побывал, парень уже не удивлялся тому, что многие из начинающих не выдерживали такого дикого режима и слишком рано давали задний ход. А смотря на девушек, мечтающих щеголять под тоннами мейк-апа на лице под ритмичную музыку и вовсе вздыхал от сочувствия.       Но это не было обычным показом. Нет. Этот показ был очень важен для его отца, Габриэля Агреста, и всё должно пройти И-Д-Е-А-Л-Ь-Н-О. Хотя, всё, что делает этот дизайнер — идеально, не считая отношений со своим чадом. — Это катастрофа! — парень повернул голову и увидел запыхавшуюся Натали, яро жестикулирующую перед лицом своего босса.       Агрест-старший лишь приподнял правую бровь, задавая женщине немой вопрос. — Месье Агрест! — ассистентка была готова завыть белугой. — Одна из наших моделей, Сара, только что повредила ногу. Она не может ходить, и у нас совершенно нет времени искать ей замену!       Дизайнер обвёл взглядом закулисье и задумчиво протянул: — Это может стать проблемой…       Действительно, показ вот-вот начнётся, а Сара как раз должна была его открывать.       Он совсем не думал. Просто глубоко вздохнул, и, поправя причёску, двинулся к двоим людям, которые не знали, как найти выход из создавшейся ситуации. — Я могу её заменить! — заявление прозвучало как гром среди ясного неба. Он, что, простите, может?       Рассказывать отцу, что у него был опыт в подобных делах, он, конечно, не стал. Тогда пришлось бы рассказать и о Коте Нуаре, да и вообще много чего интересненького о себе.       Где-то в кармане парень почувствовал шевеление и ему показалось, что он услышал смешок Плагга. — Я могу её заменить, — настойчиво повторил будущая звезда этого вечера.       Отец недоверчиво покосился на сына — мало ли, что натолкнуло того на подобное заявление. А, часом ли, Агрест-младший не… — Да не-е, — Габриэль покачал головой, — выбора особо нет, поэтому прошу тебя, Адриан, иди переодевайся.       Шпильки больно стягивали волосы, а непроизвольное качание головой в такт ритмичной музыке усугубляли положение. Визажист, которая на скорую руку делала из него конфетку, прыгала и кружила вокруг него, попутно успевая восхищаться его смелостью, разговаривать с другой моделью и обильно поливать его волосы лаком для более глубокой фиксации. — А этот парик обязателен, а? — Адриан критически осматривал себя, сидя перед зеркалом. Оттуда на него смотрел не парень, но ещё не девушка с изумрудными глазами и светлыми кудряшками длиной до плеч. — Ага, сейчас ещё и личико в порядок приведём, — Иринэ, так звали девушку, запихнула в рот то ли печенье, то ли конфету, и, взяв в руки тушь для ресниц, развернула стул вместе с парнем спиной к зеркалу.       Ему хотелось смеяться. Дико смеяться. Он помнил, как находился под влиянием Рефлекты. Помнил, как пришлось учиться ходить на лабутенах. Помнил реакцию ЛедиБаг. И теперь его опыт повторялся: он, накрашенный и одетый по последнему писку (— Именно писку! — Плагг, будь добр, заткни свой рот чем-нибудь съедобным!) встал в позу, дабы остальные смогли лицезреть его образ. — Он выглядит в этом лучше, чем могла бы я…       В отличие от своей ассистенки, дизайнер молча разглядывал то, что ещё несколько минут назад было его сыном. А что, вполне годная девушка вышла. Может, с дочерью у него отношения будут получше?.. — Ну всё, я пошла, — услышав голос ведущего, Адриан откинул шикарные локоны назад и, под громкие аплодисменты, направился к выходу на подиум. Он — мастер своего дела, а лабутены мастеру не помеха.