Тысяча миль до покоя +341

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Сверхъестественное

Автор оригинала:
FagurFiskur
Оригинал:
http://archiveofourown.org/works/4048012

Основные персонажи:
Джон Винчестер, Дин Винчестер, Кастиэль (Кастиил, Кас)
Пэйринг:
Дин/Кастиэль, Сэм, Джон
Рейтинг:
R
Жанры:
Романтика, Ангст, Hurt/comfort, AU
Размер:
Мини, 6 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
В жизни Дина кое-что случается, и он пытается бросить всё и исчезнуть, но лучший друг не может этого ему позволить.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
31 августа 2016, 20:56
— Как он?
Кастиэль покосился на Дина, прислонившегося к Импале, грызущего орешки и упрямо делающего вид, что Кастиэль не говорит с Сэмом всего в пяти метрах от него.
— Бывало и лучше, — ответил Кастиэль. Технически это не было ложью — хотя не было и всей правдой.
Сэм вздохнул.
— Он говорил что-нибудь о том, когда хочет вернуться домой?
— Я пытался его спросить, — признался Кастиэль. — Но он просто не слышит. — Строго говоря, Дин почти всю поездку делал вид, что его не слышит. Он вовсе не хотел, чтобы Кастиэль был рядом, но тот настоял: или они оба едут, или оба остаются в Лоуренсе. — Сейчас, по-моему, он вообще не собирается возвращаться.
— Можно мне с ним поговорить? — спросил Сэм.
Это было маловероятно, но Кастиэль всё же повернулся к Дину.
— Сэм хочет…
— Нет, — сказал Дин и забросил в рот очередной орех.
— Прости, Сэм, — вздохнул Кастиэль.
— Ничего. Просто не теряйся.
Кастиэль кивнул.
— Конечно. — Он вздрогнул, когда Дин, явно уставший ждать, сел в машину и хлопнул дверью. — Мне пора.
Вряд ли Дин бросил бы его здесь, километрах в десяти от ближайшего городка, но рисковать не хотелось. Кастиэль быстро попрощался и сел на своё место, как раз когда Дин завёл мотор.
— Куда теперь? — спросил он.
Дин пожал плечами, как и каждый раз в ответ на этот вопрос в последние три дня. Он включил радио и подкрутил звук. Голос Роберта Планта пресёк всякую возможность завести разговор.

Перед самым закатом они припарковались у придорожного мотеля. Пока Дин оформлял номер, Кастиэль наскоро переговорил с Сэмом, закончив прежде, чем Дин смог бы его обнаружить, но, судя по свирепому взгляду Дина, он и так всё понял.
Комната была достаточно приятной — никаких заметных пятен на ковре или белье, не особенно кричащие обои, душ в приличном состоянии — к счастью, потому что Кастиэль чувствовал себя грязным после целого дня в машине.
Но прежде чем он всё это изучил, Дин объявил:
— Я видел бар неподалёку. Пойду прошвырнусь.
— Я с тобой, — заявил Кастиэль голосом, не допускающим возражений.
— Мне нянька не нужна, — всё равно заспорил Дин.
— Знаю. — Это была неправда, и оба это понимали. — Я хочу пойти с тобой.
Дин стиснул зубы, но ничего не сказал, когда Кастиэль пошёл за ним следом.

*

До того момента, как Джон заявился на пороге, Дин не видел его уже почти три года.
Часть Дина — немаленькая часть — хотела захлопнуть дверь у него перед носом. Ублюдок это заслужил. Но, как бы его отец этого ни заслуживал, Дин не мог от него отвернуться, так что он отступил в сторону и впустил его.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он, когда Джон уютно устроился на диване.
— Я тоже рад видеть тебя, Дин, — сварливо ответил Джон.
Дин закатил глаза.
— Ага. Было бы лучше, если бы ты позвонил и предупредил о приезде.
— Думал, ты не поднимешь.
В груди Дина разгорался гнев; эту тактику он хорошо знал. Джон вёл себя так, будто не поддерживает связь с детьми потому, что они сами этого не хотят. Зачем спрашивать, что они думают? Джон Винчестер лучше знает.
Конечно, вслух Дин этого не сказал. Лишь спросил:
— Надолго ты в городе?
— Зависит от того, сколько ты меня вытерпишь.
Дин моргнул, осознавая эти слова.
— Хочешь остаться здесь? У меня нет лишней кровати.
— Диван подойдёт.
Так всё и началось.

*

Бар, как и мотель, внутри выглядел куда приличнее, чем казался снаружи. Людей было мало, наверное, потому что был вторник, и большая часть мест была свободна. Сев, Дин сразу заказал виски.
— Мне просто воду, спасибо, — сказал Кастиэль бармену.
— Воду? — недоверчиво переспросил Дин.
— Не люблю пить в незнакомых местах. Ты же знаешь.
Дин хмыкнул.
— Как знаешь.
После этого они какое-то время не разговаривали. Дин потягивал виски, Кастиэль — воду. Молчание было почти дружелюбным. Музыкальный автомат в углу мурлыкал какую-то старую песенку, незнакомую Кастиэлю, бармен болтал со стариком в джинсовке и бейсболке в паре стульев от них, а в остальном было тихо.
Допив, Дин развернулся, оглядываясь, и когда его взгляд остановился на чём-то, он улыбнулся сам себе. Повернувшись, Кастиэль с разочарованием обнаружил, что вызвала улыбку женщина, сидевшая за столиком одна.
Словно почувствовав взгляд, она подняла голову и встретилась с Дином взглядом, а потом едва уловимо мотнула головой, приглашая.
Дин поднялся и направился к ней, а Кастиэль заставил себя отвернуться. Он видел подобное уже сотню раз и предпочитал не задумываться над причинами, по которым в последнее время это его напрягало. В любом случае, Дин нуждался в каком-нибудь удовольствии, и Кастиэль держал рот на замке и не пытался ему помешать.
Спустя минут десять на его плечо опустилась рука; наклонившись ближе, чем, по мнению Кастиэля, стоило бы, Дин пробормотал:
— Я на выход. Не жди, ладно?
Кастиэль коротко кивнул и не стал смотреть им вслед, услышав лишь, как хлопнула дверь.


Просидев в баре меньше часа, Кастиэль вернулся в мотель. Он принял душ — хотя оборудован тот был неплохо, напор воды оставлял желать лучшего — и лёг спать.
Какое-то время он провалялся без сна. Он и спать в незнакомых местах не любил, а ещё ему было тревожно не знать, где Дин. И всё же наконец его веки потяжелели, и он провалился в неуютный поверхностный сон.

Посреди ночи он проснулся от того, что кровать просела. Он не осмелился обернуться; сердце бешено заколотилось, и он не сразу понял, что это Дин — если бы в номер кто-то вломился, он бы услышал.
Дин, который лёг на кровать рядом с ним. Это никак не могло заставить сердце утихнуть, но он попытался убедить себя, что Дин просто его не заметил и посчитал эту кровать своей.
Но тут Дин сжал ткань его футболки в пальцах. Он действовал осторожно, словно не желая разбудить, и всё равно Кастиэль чувствовал, что его рука дрожит. Ему до боли хотелось развернуться и притянуть Дина к себе, подарив ему ту тактильную поддержку, в которой он отчаянно нуждался.
Он не стал этого делать. Он знал, что тогда Дин уйдёт, что это отпугнёт его и даже таких крохотных шажков уже не будет. Так что он лежал в темноте и уснул только тогда, когда дыхание Дина выровнялось, а пальцы, сжимающие ткань его футболки, обмякли.

Когда он проснулся, Дин был в собственной кровати.

*

— Думаешь, сможешь уговорить Сэма прийти?
Дин не отвёл взгляда от экрана.
— Если только не говорить ему, что ты здесь.
Джон хмыкнул и не стал спорить. Он пробыл у Дина уже день и, судя по всему, ни с кем пока не увиделся. С Сэмом уж точно. Наверное, понимал, что Сэм-то не побоится хлопнуть дверью у него перед носом.
— Тогда не говори ему.
Дин нахмурился и покосился-таки на него.
— Не стану я помогать его обманывать. И зачем это он тебе так сдался?
— Он же мой сын.
— Последние три года тебя это не напрягало.
Джон посмотрел на него сердито, но как-то будто приглушённо. Вообще-то всё в нём было словно приглушённым в последние дни — если сравнивать со злобным пьяницей, каким его знал Дин. Он состарился больше, чем на три года, которые отсутствовал. Он выглядел старым и уставшим.
— Почему ты здесь, пап? — спросил Дин.
Джон молчал довольно долго, а когда наконец заговорил, его голос звучал напряжённо.
— Просто хотел повидать вас, мальчики.
Было что-то ещё, но Дин не стал давить.

*

Они проехали Неваду и вскоре оказались в Аризоне. Никто не упоминал Дина в кровати Кастиэля, но это случалось каждую без исключения ночь.
И так же каждую ночь Дин цеплял какую-нибудь женщину. Иногда ему это удавалось, чаще — нет, но в любом случае в груди Кастиэля разрасталась дыра.
Днём было не лучше. Они ехали, вроде бы в никуда, останавливаясь разве что заправиться, поесть, размять ноги или отлить. Обычно такое нравилось Дину; дорога простирается перед ним, играет музыка, некуда спешить, нигде не ждут. Но сейчас его лицо почти всегда тревожаще пустое.

В тот вечер, когда они прибыли в Техас, им попался тематический ковбойский бар. На стенах были глупые сувениры, в углу стоял механический бык, а женщин, если не считать официантки за пятьдесят, там не наблюдалось.
Всё же они остались. Дин быстро выпил три кружки пива, а потом перешёл на что покрепче.
— Тебе бы притормозить, — заметил Кастиэль.
— Тебе бы разогнаться, — парировал Дин, подталкивая к нему виски. — Выпьешь — тогда я не буду. — Кастиэль сердито на него покосился, и Дин в ответ поиграл бровями и придвинул стопку ещё ближе к нему. — Опрокидывай, и я больше ничего не буду заказывать.
Наживка была очевидной, но Кастиэль знал, что попадётся. Взяв стопку, он опустошил её одним залпом. Он закашлялся, и ему показалось, что сейчас виски выйдет наружу, но вскоре тошнота прошла.
Дин издал улюлюканье — первый искренне радостный звук, который Кастиэль слышал от него за последние дни, и он не сдержал улыбки; он уже ощущал некоторую лёгкость от выпитого, пусть умом и понимал, что влияние виски скажется только через полчаса.
— Думаю, можно заказать ещё, — сказал он, не желая лишать Дина какой угодно радости.
— Шоты? — Дин расплылся в широкой улыбке.
Кастиэль кивнул.
— Шоты.

Спустя пару шотов и кружек пива они брели в свой мотель. Дин опирался о Кастиэля и хихикал ему в плечо, а тот попал ключом в скважину только со второй попытки. И всё же они перевалились через порог и даже умудрились не упасть.
— Чувак, — рассмеялся Дин. — Поверить не могу, что ты выпил все эти коктейли.
— Они были вкусные, — решительно ответил Кастиэль.
И тут его ноги решили, что с них хватит; он качнулся вперёд, приземляясь на ближайшую кровать, и утащил за собой Дина.
Тот вроде был не против; с негромким хмыканьем он потёрся о шею Кастиэля носом.
— Я рад, что ты здесь со мной, Кас.
— О, — только и ответил Кастиэль. От каждого выдоха Дина, щекочущего кожу, его всего покалывало. Он ощутил, что начал возбуждаться, и заёрзал, чтобы скрыть это от Дина.
Но тот тоже сдвинулся, буквально накрывая его собой, и задел его стояк бедром; Кастиэль отчётливо различил мгновение, когда Дин понял, что происходит, по тому, как он застыл.
— Кас?
— Прости, мне так жаль, — выдохнул Кастиэль, пряча глаза. — Я не хотел…
— Всё нормально, — перебил Дин, опуская ладони на его щёки и притягивая его для поцелуя — краткого, но влажного. Кастиэль обнаружил, что тянется за ним. — Лучше, чем нормально.
Кастиэль отстранённо подумал, что они не должны этого делать. Они оба пьяны, Дин в трауре и никогда раньше не выказывал интереса к Кастиэлю или любому другому парню; наверняка был ещё с десяток разумных причин, которые не пришли ему в голову, но наверняка были очень уважительны.
Но Дин поцеловал его снова, и Кастиэль растаял в этом поцелуе.

*

Спустя три дня после прибытия Джона Дин вернулся домой с работы и нашёл его на диване мёртвым.
Отказ печени, сообщили им с Сэмом пару часов спустя. Джон знал, что болен. Он приехал в Стэнфорд умирать.
Дин остался на похороны, а сразу по их окончании отправился домой и собрал вещи. Час спустя он уже был один в своей машине.
Был бы один, если бы не Кас.

*

Кастиэль проснулся один.
Медленно моргая, он попытался понять, почему ожидал чего-то другого, а вспомнив, резко сел на кровати. От этого движения его чуть не вырвало, но он подавил тошноту, в панике оглядываясь.
Дина не было и в своей кровати. Его нигде не было.
Кастиэль в отчаянии подумал, что ночью он сбежал. Протрезвел, понял, что натворил, запаниковал и сбежал. Он неизвестно где, один, и злится на Кастиэля и на себя тоже, потому что…
И тут раздался звук смыва. Открылась дверь туалета, и вышел Дин — в одних трусах.
Он бросил на Кастиэля беглый взгляд.
— Ты думал, что я свалил.
— Нет, — сказал Кастиэль и отвёл глаза. — Может быть.
— Я вроде как хотел, — признался Дин, подходя и садясь на кровать рядом с Кастиэлем.
Кастиэль расстроенно выдохнул.
— Прости. Я не должен был вот так тебя использовать.
— Использовать? — недоверчиво переспросил Дин. — Это я тебя споил.
— Но ты и сам был пьян. И эмоционально уязвим. Я должен был сдержаться.
Дин схватил Кастиэля за плечи, и тот снова поднял глаза. На щеках Дина горел румянец, но выглядел он решительно.
— Ты хотел этого?
— Конечно, — без колебания ответил Кастиэль. Дин вспыхнул ещё ярче.
— Ну, э, — он убрал руки, — и я тоже. Значит, никакого вреда.
Кастиэль облизал губы, ощущая, как путаются мысли; ему хотелось снова поцеловать Дина, вжать его в матрас, заставить его хотеть себя ещё больше.
Но между ними было слишком много недосказанного. Прежде чем что-то делать, нужно было во всём разобраться.
— Это из-за твоего отца? — спросил он.
Дин так и подскочил.
— Что? Боже, Кас! Что ещё за вопрос?
— Да или нет? — настоял Кастиэль.
— Нет! Я хотел этого… давно хотел, ясно?
— Какое-то очень уж большое совпадение. Ты поддался желанию так скоро после… случившегося.
Опустив голову, Дин стал сверлить взглядом одеяло. Кастиэль терпеливо ждал. Наконец Дин сказал:
— Я не в порядке.
Кастиэль застыл. Он ждал чего угодно, но не этого.
А Дин ещё и не закончил.
— Я был не в порядке ещё до папы… до его смерти. Но сейчас я совсем не в порядке. Я даже ещё не плакал, я ужасный сын.
— Дин. Это неправда.
— Разве? — Дин поднял взгляд. — Он пришёл загладить вину, Кас. Да, он был ужасным отцом, но хотя бы попытался.
— Это не отменяет всего, что он сделал.
Кастиэль импульсивно потянулся к Дину и обнял его за шею одной рукой. Вздохнув, Дин подался ему навстречу, прижимаясь лбом к плечу.
— Я даже не уверен, что мне его не хватает.
Кастиэль поцеловал его в макушку.
— Это нормально. Нет ничего, что ты обязан чувствовать.
Какое-то время они молчали. Кастиэль слушал тихое, но спокойное дыхание Дина, ощущая его ключицей.
— Кас?
— Да?
— Мы можем вернуться домой?

До дома они добрались всего за три дня: до этого они в основном нарезали круги.
Первый день прошёл без событий, а на второй Дин остановился посреди ничего, и Кастиэль обнимал его на заднем сиденье, пока Дин рыдал два часа. Ночью он снова плакал, и его тихие слёзы непрестанно стекали на плечо Кастиэля.
На третий день Дин снова остановился неизвестно где и утащил Кастиэля на заднее сиденье, но на этот раз он страстно поцеловал и столкнул их брюки пониже, чтобы обхватить их обоих ладонью. От этого тёплого и влажного скольжения они и кончили с тихими вскриками, и Дин зарылся в шею Кастиэля и прошептал, что это не интрижка и он хочет, чтобы это длилось вечно. Больше никаких признаний не прозвучало, но Кастиэль всё равно их услышал, и они согрели его сердце.

Когда они вернулись в Стэнфорд, Кастиэль повёл Дина к себе. Тот не пытался возражать, и это только подтвердило подозрения Кастиэля: он не хотел оставаться в месте, где умер его отец, не больше, чем Кастиэль хотел оставлять его одного.
Две недели спустя они отправились туда с Сэмом и Джесс и собрали все вещи Дина. Большую часть мебели они продали — только диван отвезли на пляж и сожгли на песке. Всё это время Дин не отпускал руку Кастиэля, сжимая её крепко, как спасательный круг.