Секрет на двоих

      — Худи? — Тим в ужасе наблюдал за тем, как его напарник прикрывает глаза, а его слегка шершавый язык оставляет влажный след на чужом пальце, после чего парень немного приостанавливается и берет его в рот. На несколько мгновений Маски теряется, впадая в полнейший ступор. Но его надолго не хватает и русоволосый перехватывает инициативу на себя, вдавив прифигевшего друга в диван. Убийца очень ловок и быстр, прибавить к этому щепотку нетерпения, и вот, Тим оказался сверху сидящим на друге.       Блэки удивленно смотрит на серьезного парня, поджав под себя ноги, словно котенок. Его лицо ярко-красное, сердце бьется в неистовом ритме, каждую секунду накручивая частоту своего удара. Большие ладони Маски ложатся на более тонкие и миниатюрные, в сравнении с ними, ладошки Худи, после чего пальцы прокси переплетаются, и Райт еще сильнее притесняет оппонента в пространстве.       — Ну что мы, как маленькие, — усмехнувшись, наркоман с трудом выдыхает, обжигая чувствительную кожу Алекса, который прикусывает сухую губу. От нетерпения младший тщетно пытается поднять руки и обвить ими чужое тело, прижаться поближе. Голову он тоже отрывает от дивана и тянется к Тиму за поцелуем. Маски подается навстречу, за секунду сократив расстояние между губами обоих. Он явно не против.       Одно легкое касание. Худи с головой накрывает волна дрожи и он отстраняется. Тимоти ждет, расстояние между лицами парней теперь составляет не больше двух сантиметров. Это слишком опасная близость, все тело горит, как при высокой температуре во время простуды.       Брюнет ловит на себе голодный взгляд знакомых, таких родных глаз. Парень отчетливо читает в них вопрос: «Может теперь по-взрослому?» и в качестве согласия легонько кивает. Этого даже более, чем достаточно. Двое парней вновь замирают в поцелуе, на этот раз настоящем. Их языки касаются кончиками, после чего осмелевший Маски нагло проталкивается в чужой рот, по-хозяйски орудуя в нем.       Алекс стонет сквозь поцелуй, когда Тим забирается ему холодной рукой под толстовку. Теперь кисти будут свободны. Пользуясь случаем, Блэки обхватывает ладонями друга за шею, удерживая его рядом с собой.       Все же в какой-то момент Худи самому начинает не хватать воздуха и он пытается отстраниться. Маски послушно приходится оборвать столь приятную близость, хоть ему самому того не особо хотелось.       Красный как помидор грустный смайлик жадно глотает воздух, наклонив голову набок. Райт затуманенным взглядом продолжает смотреть на слегка припухшие губы младшего, наблюдая за каждым легким подрагиванием и параллельно перебирая пальцами по ребрам у него под кофтой.       — Еще, — запыхавшись, монотонно произносит Пенбер, прикрывая глаза и послушно впуская к себе в ротик столь желанного «гостя».       Следующий поцелуй получается еще более страстным, грубым и мокрым. Тиму окончательно сносят крышу тихие стоны младшего, и он по швам рвет желтую худи, стягивая куски ткани с парня и прижимая разгоряченное тело к себе. Маски замирает с сомнением на лице, когда видит эти большие, полные боли глаза.       Алекс непонимающе смотрит на парня, не видя явной проблемы, из-за которой все прекратилось. Но уже в следующую секунду очередной поцелуй, два человека вновь прикрывают глаза, сосредоточившись лишь друг на друге.       Худи что-то невнятно мычит, не смея оторваться от столь теплых желанных губ. Это будоражит воображение настолько, что просто сравнивать не с чем! Грустный смайлик тщетно пытается снять с Тима футболку, параллельно отвечая на ласки с его стороны.       — М, как же… — обрывая поцелуй, Маски резко приподнимается над другом, слегка хмуря брови. Он за несколько секунд снимает с себя кофту и швыряет её в неизвестном направлении, оголяя торс. В его глазах вовсю бегают чертики, он как бы спрашивает «Ну что, этого хотел?». Из-за этого жеста и без того красный Алекс сильнее старается вжаться в диван. Он отводит взгляд, но через секунду невольно начинает рассматривать небольшие кубики пресса на животе у приятеля, слегка выступающие ребра. С правой стороны заметны несколько глубоких порезов, что вызывают воспоминания из их общего прошлого.       Блэки помнит, как когда-то давно сам же обрабатывал эти раны приятелю, боялся прикоснуться, причинить боль. Парень всегда хотел лучшего для своего друга. Тогда Маски тихо шипел, ему было больно, но он терпел эти адские муки, когда младший заливал зеленкой открытые раны. Зачем? Это было для поддержания статуса?       А ведь были времена и того хуже. Помнится, однажды в доме не осталось места. Пришлось в этот вечер запереть напарника в ванной и вколоть ему трифогедона, чтобы он успокоился и не смог нанести себе вред…       — Тим? — брюнет с паникой посмотрел на напарника, который ловко стягивал с него последний предмет одежды.       Маски жадно вдохнул полной грудью воздуха, после чего потрепал волосы Алекса. Вторая рука в этот момент коснулась пульсирующей плоти оппонента, немного сжимая её. Пальцы Тима были измазаны в густой прозрачной жидкости, запах которой пробивал его прокуренные легкие за километр. Пенбер взвизгнул от нахлынувших его ощущений, в ушах как назло зазвенело, мир перед глазами поплыл.       — Т-сс, — Райт сильнее сжал достоинство друга у себя в руке, после чего провел пару раз вверх и вниз по стволу, наблюдая реакцию Худи.       Блэки крепко стиснул зубы, прикрыв глаза и вдавив голову в плечи. Его била слабая дрожь, но он не стал отстраняться. Напротив, прижался к Тиму еще ближе, насколько это было возможным. Это был, по всей видимости, знак одобрения, поэтому старший продолжил.       Русоволосый опустил голову ниже, Блэки запаниковал раньше времени. Губы Тима коснулись возбужденного члена лучшего друга, от чего второй не смог сдержать стон. Это была последняя капля.       Ни с кем не церемонясь, Маски взял агрегат Худи в рот целиком. По комнате эхом разнесся громкий и пронзительный полустон-полувскрик.       — Агх, ну давай! — Кареглазый выгнулся кошкой, в такт двигаясь навстречу этим неземным ощущениям. Тим закинул ноги младшего к себе на плечи, которые от обилия смазки незамедлительно стали очень уж влажными.       Худи пытался приглушить громкие стоны хоть как-то, больно закусывая губу. Парень то резко откидывал голову назад, блаженно прикрывая глаза и что-то невнятно мыча, то резко приподнимал её, наблюдая за Тимом и не веря в происходящее.       То, что он видел было чертовски страшно, но до жути кайфово. Блэки не понимал, что видит, он просто не хотел понимать. Он был в экстазе и эти ощущения были непередаваемые… Именно. Он желал чувствовать, а не осознавать. Движение… Шершавый язык…       Маски целиком брал в рот его член, пошло причмокивая, после чего на миг отрывался и принимался растягивать нежную кожу, покусывая и посасывая её. Его слух ласкали громкие стоны младшего прокси, его обожаемого друга, нет, уже больше чем друга. Думая об этом Тим лишь сильнее начинал возбуждаться, наращивая темп. В какой-то момент стоны стали совсем уже громкими и больше походили на крики. Алекс сильнее вцепился своими длинными пальцами в волосы Маски, помогая ускорить движение. Решающий рывок и парень без чувств падает на диван. Его дыхание всё ещё сбитое, брови изогнуты, а веки сомкнуты. Лицо передает дикое напряжение.       Дьявол, что они вытворяют?!        Сквозь легкое головокружение Алекс чувствует, как Тим нежно целует его и отвечает взаимностью. И этот поцелуй получается очень нежным, мягким и робким, словно это не они полминуты назад занимались разными непристойностями.       Худи размыкает веки, встретившись взглядом с этой бескрайней синевой, такой испепеляющей и такой родной… Тим пошло ухмыляется, проводя ладонью по лицу Пенбера. Мужчина исподлобья посматривает на припухшие губки, на очертания скул, в то время как второй не отрывает взгляд от синевы любимых глаз. И снова два парня встречаются взглядами, теперь всё видно хорошо, Алекс не ошибся. Голодный, дикий взгляд Тима пугает омегу, но он не отстраняется, напротив — сам набрасывается на Маски с объятиями, вовлекая в еще один поцелуй. Русоволосый отвечает, жадно углубляясь и принося нереальное удовольствие…       Но вдруг всё резко прекращается, наркоман слегка отстраняется. Сделав пару глубоких вдохов, он хватает оппонента за плечи, опуская голову. Наступает короткая пауза, после чего альфа кладет голову на чужое плечо.       — Алекс, дай мне… Блять, я хочу тебе вставить! — Райт сильно прижимает хрупкое тело к себе, опаляя горячим дыханием шею приятеля. Руки Пенбера резко скользнули по его талии и, добравшись до последнего предмета гардероба, сняли его с тела. Он явно здесь лишний.       — Дурачок, не будь идиотом! — усмехается Худи. Он с самого начала только за, он сам это начал, и ему плевать, что будет дальше и будет ли он позже жалеть. Он любит Тима, он нуждается в нем, как в воздухе. Он бы не смог представить мир без него…       Русоволосый резко раздвигает перед собой ноги Алекса, встав рядом с диваном. Он аккуратно пристраивается у входа, уже просто сгорая от нетерпения. Отверстие кажется довольно большим, да и со смазкой проблем не должно возникнуть… Поэтому Тим жестко и быстро, одним резким движением заходит сразу на всю длину, утробно рыча.       — Агх, стой! Мм, Тимка, мне больно~       Из глаз Пенбера стекают тонкие струйки, он весь напрягается и начинает дрожать.       — Что с тобой? Потерпи немного, малыш… — пальцы прокси переплетаются, Тим не шевелится, давая младшему привыкнуть к новому ощущению.       «Этот гандон КагеКао всё испортил, говнюк, если ты его порвал, то я сам тебя выебу» — Райт начинает двигаться, слыша звон в ушах и сгорая от нетерпения. Теперь и с его уст срываются стоны.       Грустному смайлику больно, просто невыносимо. Однако он терпит, проглатывая всхлип на каждом толчке. Он вытерпит любую боль, ради Тимати. Ради его ненаглядного Тимки…