In angustiis amici apparent!

Прохладный осенний ветер захлопал провисшим транспарантом на стене девятиэтажки. Стеша выдохнула длинную струйку пара, улыбаясь веселым оранжевым переливам в свете фонарей, и не спеша двинулась по направлению к дому. Настроение было на удивление хорошим, несмотря на холодящую ступни сырость, забравшуюся в туфли, поздний час и темные улочки. Впрочем, в этом маленьком городке не было иных улиц — не считая Красной Пресни, на которой концентрировалась жизнь населения. Выйдя, наконец, на ведущую к той самой Пресне дорогу, зажатую между гаражами и жилыми домами, Стеша вздохнула с облегчением: ее уже начало подмораживать. Как бы ни хотелось девушке еще полюбоваться на по-осеннему тонкие струйки пара, пора было уже возвращаться домой. Но прежде, чем она успела подойти к крутой лестнице, за которой уже шуршали колесами по асфальту многочисленные машины и кто-то громко говорил по телефону, ее будто что-то резко дернуло назад. Удивление — вот и все, что испытала Стефанида. В голове даже мелькнула ошарашенная мысль, что она умудрилась так вот странно поскользнуться. Эта мысль сбила девушку с толку, когда что-то пережало ей рот, не давая сделать полноценный вдох, и поволокло назад и в сторону — за стройный ряд обшарпанных гаражей. Точнее, кто-то. Прийти в себя Стеша смогла, только уже увидев, как из густой тени за фонарем появляется несколько человек в черных одеждах и масках. Бесшумно, словно призраки в фильме, даже мокрые листья у стен не шуршали. Рука в плотной черной перчатке, зажимавшая ей рот, надавила на губы Стеши немного сильнее. — Не дергайся и не кричи, — прошипел неожиданно нежный женский голос. Внезапно ставшая жертвой девушка даже оторопела, попытавшись связать в своей голове этот красивый голосок с пугающими черными людьми. — Ответишь на несколько вопросов, поняла? — Мм, — лаконично промычала Стефанида. И в кровь, наконец, брызнул адреналин. Сердце заколотилось, как перепуганная колибри, в голове прояснилось. Перед ней стояли опасные люди, наверняка вооруженные (а если и нет, то все равно очень сильные — девушка припомнила, как похитительница тащила ее с улицы) и чего-то ждущие от нее. Как будто она могла быть им чем-то полезна. Но раз они считали, что могла, значит, для этого есть причины. Хотя времени раздумывать особо не было: чужая рука перестала перекрывать путь воздуху, и Стеша судорожно вздохнула, унимая паническое желание броситься прочь. Далеко ли она убежит на каблуках да по мокрому асфальту от таких страшных бандитов? Как только тот же голосок из-за спины заговорил, Стеша собралась, четко осознавая внутри две цели, даже скорее эмоции: выбраться живой и невредимой, не навредить своими словами никому. Ведь вряд ли от нее прогноз погоды потребуют, верно? — Говори кратко и по существу, — прошипела похитительница, отпуская плечо Стефаниды, в которое прежде вцепилась, как клещами. Теперь, в этой абсолютной тишине проулочка, до которой едва доносились звуки оживленной дороги, девушка невольно ощущала себя жертвой наркотического бреда — настолько нереальным казалось происходящее сейчас, когда ее даже никто не удерживал! Казалось бы, бросься вперед — и сбежишь… — Что это за место? — увлеченная тоскливой мыслью о побеге, Стеша не сразу смогла сообразить, что за странный вопрос был ей задан. — Что? — пискнула она, тут же кашлянув, чтобы убрать этот омерзительный тон, — Эмм… Что Вы имеете в виду? — Отвечай, — равнодушно бросила женщина из Черных людей. Впрочем, не столь уж и черных — прорези на масках были затянуты желтой сеткой, как смогла увидеть Стеша, а на груди слева выделялись какие-то невнятные пятна. — Мы… мы находимся на Таёжной улице, — неуверенно произнесла девушка. Не дождавшись реакции, она тихо продолжила, — Город Тында, Амурская область. Ээ… Российская Федерация. Черные силуэты шевельнулись — словно тень заколыхалась от ветра — и снова замерли. У Стеши захолонуло сердце от такого зрелища. — Хорошо, — отозвался голосок за спиной, — Насколько большой этот город? — Тридцать три тысячи населения, — четко и быстро ответила на этот раз Стефанида. Непонимание ситуации пульсировало в голове комом недооформленных мыслей. Она облизнула губы, почувствовав привкус вишневого ароматизатора ее помады. Приятно… И чего Николаю не нравится? Молчание затягивалось, прерываемое только дрожащими вздохами жертвы — а жертвы ли? Даже не ударили, спросили какую-то чушь и ничего не требуют. Она уже ничего не понимала, позабыв о почти онемевших от холода ногах. Только пар гуще повалил изо рта: с приближением ночи становилось холоднее. Хотя сейчас наверняка было не больше восьми часов вечера… Неожиданно послышалось нарастающее шуршание шин и гул мотора, скрип от торможения — к гаражам подъезжала машина. А Стеша и Черные люди стояли аккурат на въезде к лицевой части маленьких зданий. Девушку ослепил белоснежный свет фар свернувшего автомобиля, и она неловко отскочила с дороги, прижимаясь спиной к твердым кирпичам, — и замерла. Обладательницы нежного голоса позади уже не было. Только холодная неровная кладка, так реально впивающаяся в спину сквозь кожанку… Снова облизнув губы, Стеша длинно выдохнула. Облачко пара весело заклубилось в желтом свете задних фар въехавшего авто. Но стоило только сделать шаг вперед на негнущихся ногах, как нечто острое на мгновение уткнулось в шею девушки у основания черепа. В воздухе повисло едва слышное шипение, отдаваясь эхом в голове застывшей Стеши. Спустя секунду давление исчезло. Тяжело дыша, с полной пустотой в голове, жертва невероятно странного нападения побрела к выходу из проулка. Дорога до дома едва ли запомнилась шокированной девушке. Вверх по выщербленной лестнице, пара минут у «зебры», по маленькому мостику через широкую канаву, споткнуться о до боли знакомую ямку в асфальте возле подъезда ее дома… Только в лифте, залитом тусклым оранжевым светом, Стешу немного попустило. Она начала выравнивать дыхание. Снова и снова облизывая губы, на которых уже вовсе не осталось помады, подрагивающими руками девушка вдавила черный кругляш звонка. Она даже не заметила, что кнопку заело, заставив резонатор в квартире захлебнуться и загудеть — каким-то тревожным гулом. Послышался топот, щелкнул ключ в замке, и дверь гостеприимно распахнулась, выпуская в подъезд сноп белого света. На пороге стояла чем-то явно взволнованная, но улыбающаяся Мирра в смешной ярко-зеленой футболке и цветастых лосинах. Такая домашняя, такая… безопасная. — Стеша, ты сегодня ну просто невероятно медленная! А, и выключи звонок! — воскликнула девочка, улыбаясь еще шире и пропуская сестру в дом. Пока та несколько механически раздевалась, Мир продолжала что-то булькать своим переливчатым голосом. Стефаниду всегда забавлял голос младшей, но сейчас это еще и очень успокаивало. — Слушай, Стёп, — неожиданно внятно произнесла Мир, посерьезнев и поймав девушку за ледяную ладонь, — Мне надо очень серьезно с тобой поговорить. Ты готова слушать? — Мне тоже есть, что тебе сказать, — криво усмехнулась Стеша, чувствуя, как дрожь пробежала по спине. И осторожно задвинула воспоминания чуть-чуть подальше. Мирра провела сестру в свою комнату и усадила на кровать, так и не убрав горячую ладошку с холодных пальцев, что было даже приятно. И сама присела рядом, нервно заелозив на покрывале в кои-то веки заправленной постели. А потом внезапно обняла Стешу. Девушка даже замерла, оторопев. Ее неласковая, уворачивающаяся от прикосновений младшая сестра, с которой они постоянно ведут боевые действия, сама потянулась за объятиями? В лесу кто-то сдох и в тихой Тынде завелись бандиты? Впрочем, почему бы и да. — Стёп, ты в чудеса веришь? — грустно спросила Мир, поднимая глаза и слегка надувая полные щеки. — К чему вопрос? — приподняла брови Стефанида, как прожектором просвечивая девочку взглядом светло-зеленых глаз. — Случилось какое-то чудо? — Ну, чудо-не чудо, а кое-что странное точно приключилось. Слушай, ты сейчас не кричи только, ладно? — Мир улыбнулась одними губами и наморщила лоб, — Хотя я знаю, что ты вряд ли орать будешь… В общем, ребят, заходите! «Слишком быстро», — вертелось в голове у Стеши, когда она смотрела на входящих через балконную дверь мутантов. Она не успевала за событиями, которые происходили вокруг. Вот только что все было хорошо — фильм понравился, Коля поцеловал в край губ на прощание — помаду не любит, настроение было на третьем небе как минимум… А затем Черные люди, шипящий голосок, острие чего-то возле ее шеи, «серьезный разговор» и герои детства в придачу… Перед глазами поплыли облака черных точек, а всю грудь насквозь прошило ноющей болью, с силой врезавшей по позвоночнику — держать спину прямо стало нереально, вдохи не приносили желанного кислорода. Стеша согнулась, одной рукой обхватив ребра, а другой прикрыв рот и нос. — Стёпа?! — вскрикнула выпустившая ее из объятий Мир, цепляясь за правое плечо сгорбившейся сестры. Рухнув перед ней на колени, девочка перепугано заглядывала ей в лицо, пытаясь оторвать ладонь ото рта, — Стёпа, что с тобой? Тебе плохо? Принести ингалятор? Стеша! — Я в порядке, — крепко зажмурившись, прошептала девушка не своим голосом. — Это не астма… Просто голова закружилась. Она издала нервный смешок, когда открыла глаза и сквозь эти черные точки увидела зеленую трехпалую конечность, протягивающую ей кружку с водой. Но помощь приняла, даже кивнула благодарно — в конце концов, сходить с ума надо с удовольствием. А в голове что-то неторопливо складывалось, разгоняя туман, подозрительно похожий на облака пара. Черепашки-ниндзя, да? И Черные люди с невнятными пятнами на левой стороне груди. — Да твою ж дивизию на четыре раза… — как-то безнадежно высказалась Стеша, рассматривая белую кружку и тонкую коричневую трещинку на ручке. Наконец-то глубоко вдохнув (похоже, кто-то из их… гостей открыл форточку), девушка с трудом заставила себя выпрямиться и посмотреть прямо на зеленых чудовищ перед ней. Затем перевела усталый взгляд на так и замершую перед ней на полу Мирру, которая смотрела взглядом нашкодившего щенка. — И какого… А, блин, даже спрашивать не буду, — поморщилась она, рывком поднимаясь с кровати, — Я хочу чай. И нормального рассказа. Но сначала чай. Избегая смотреть на пришельцев из мультика, она торопливо покинула комнату, неуклюже задев плечом косяк дверного проема. Она даже уловила начавший говорить что-то мальчишеский голос, но снова зажмурилась и мотнула головой — думать потом, все потом! Уже на кухне ее догнала все еще виновато краснеющая Мир, попытавшаяся непринужденно спросить: — Стёп, а может, кофе будешь? — Мне нужно успокоиться, — пробормотала в ответ Стеша, вытаскивая из кухонного шкафчика изрядно выпотрошенный пакет с лекарствами. Приподняв брови, она глянула на опустившую глаза сестру, но промолчала. Сначала все-таки чай. «Сюрп, сюрп», — Мирра, не знающая, куда деть глаза, взяла стакан с водой, пока Стеша наливала себе чай и разбавляла его молоком. Бабушкиным, козьим молоком. О чем бы еще подумать, чтобы не убить хлюпающую девочку? Просто так, давая выход эмоциям. Опустившись на мягкое кожаное сидение табуретки, Стефанида глотнула чая и с тяжелым вздохом спросила: — Ну и где ты умудрилась их встретить? — Здесь, — коротко ответила Мир, поднимая взгляд и тут же натыкаясь на поднятую в саркастичном удивлении бровь. — Я серьезно сейчас! Они появились в моей комнате сегодня утром. Не пришли, а именно появились, Стёпа. Объяснения девочки заняли некоторое время, в течение которого ни один звук не выдал присутствия в доме кого-то постороннего. Аж мурашки по коже — словно галлюцинации в черепушку постучались… Но не обеим же сестрам сразу? — Я верю, — Стеша поставила кружку на стол, когда почувствовала, как подкатывает к горлу тошнота. В глазах снова на пару секунд потемнело, и она ссутулилась под встревоженным взглядом Мир. — И я помогу по мере своих возможностей. Чего ты там хочешь? Еда, вода, электричество? Я не против, накопленных денег должно хватить, да и Николай подкинуть может. Но я должна поговорить с… черепашками. Мирра прыснула, заметив паузу в словах девушки. Озорно улыбнувшись, она похлопала Стешу по руке: — Так странно называть их «черепашки», да? Я теперь говорю «ребята», это как-то проще воспринимается… — заметив, как застыло лицо сестры, девочка снова сдвинула брови, — Стёп, ну что с тобой? — Я же говорила, мне тоже есть о чем рассказать, — скривила губы в усмешке девушка, убирая руку Мир с левого плеча — того самого, в которое вцепилась Черная. Скорее всего, там уже наливался синяк… Переодевшись в свободную серую майку, Стеша в этом убедилась — покраснение в форме пятерни уже приобрело нехороший багровый оттенок и явно не собиралось исчезать. Снова скривив губы (кажется, скоро она привыкнет к этому действию), девушка открыла дверь своей комнаты, движением руки приглашая Мирру и четверку мутантов войти. — Не спрашивай, — фыркнула она в сторону открывшей было рот девочки. Только Мир успела упрямо насупиться, как она продолжила: — Я сама расскажу. Просто я только что с футами встретилась… — Чего? — впервые подал голос… если Стеше не изменяет память — а на это жаловаться ей не приходилось — Рафаэль, — Футы тоже здесь? — Почему бы им и не быть здесь, раз сюда попали мы? — резонно заметил Донателло. Стефанида внезапно поймала себя на том, что жадно ловит звучание их голосов: это настоящие голоса, не озвучка и не перевод озвучки. Настоящие. — Ребята, дайте ей договорить, — шикнул Леонардо, о боги, настоящий Леонардо!.. Заметив ну очень понимающий взгляд Мирры, Стеша фыркнула и отвела взгляд, надеясь, что не покраснела. Да, она фанатела именно от Лео. Сама-то ты чем лучше? — Я ничего такого не говорила, — развеселилась Мир, когда была озвучена последняя мысль, — А утром еще и похлеще отколола! У тебя хотя бы постера на шкафу не висит… И Раф к стенке не припирает, хах. — Рафаэль заворчал, как нашкодивший пёс, но не ответил на реплику. Видимо, чувствовал себя немного виноватым. — Да уж… А тебя в подворотне не спрашивают о названии улицы, тыкая какой-то хренью в затылок, — плотно сжав губы, девушка все-таки вздрогнула. По коже снова пробежали мурашки, а ладони похолодели. — Я даже не сразу сообразила, чего от меня хотят. Теперь хотя бы понятно, с какого перепуга такие вопросы дебильные были, а то я уж думала, на психов напоролась. Или глюками обзавелась, тоже так себе вариант. — Тебе угрожали оружием, а ты считала это глюком? — нервно усмехнулась Мир, сочувственно глядя на сестру, но не решаясь приблизиться: никаких телесных контактов сверх необходимого между ними никогда не водилось. — Крепкая же у тебя психика! — Да они как призраки были, я только себя и слышала! Тихо сам с собою я веду беседу, блин, — девушка принялась растирать ладони, чтобы остановить озноб, — Даже сбежать не пыталась — поймали бы и черт его знает, насколько целой я бы до дома добралась… — Правильно сделала, — хмуро кивнул Раф, складывая руки на пластроне. Стеша заворожено проследила этот жест, затем скользнув взглядом по всей фигуре мутанта. — Что?! — Жизнь меня к такому не готовила, — фыркнула она, снова смущенно пряча глаза. Господи, да за что ей такие приключения? Теперь она просто не может перестать разглядывать гостей своего дома, что, вообще-то, очень неприлично. Но черт побери! Сколько раз в жизни вы видели такие мышцы?! А кожа, пластрон, оружие и все эти повязки? Потрогать бы… Собраться с мыслями Стефаниде удалось не сразу, но хотя бы озноб прошел. И она снова подняла глаза на ребят, которые уже начали нетерпеливо шебуршаться. В частности, Майки с прилипшим к его рукам Базей полез смотреть статуэтку панды на шкафу прямо по его полкам. — Как вы планируете вернуться к себе? — спросила девушка, поочередно взглянув на Лео и Дона. Ей казалось, именно они должны решить этот вопрос. — Сначала было бы неплохо узнать, каким образом мы здесь оказались… — протянул лидер команды (хотя Стеша сразу себя одернула: не стоит обращаться в фанатской манере к реальному… гм, черепашке, даже в мыслях), зеркально отображая позу Рафа и опираясь панцирем о стену. — А там уж посмотрим. — Футов с собой забрать не забудьте, — улыбнулась Мир. Она удивительно быстро приспособилась к сложившимся обстоятельствам. Стеша припомнила, как естественно, хоть и не идеально, вела себя утром девочка. А ведь тоже встретилась с мутантами неожиданно, едва проснувшись, но не стояла в ступоре несколько часов. Пора бы и старшей Даниловой прийти в себя. Сеанс внутреннего урезонивания прошел успешно, и Стеша уже спокойно внесла предложение: — Что насчет интернета? Какие-нибудь пространственные явления, внезапные перепады давления, вспышки на Солнце — да что угодно, из-за чего-то же вы сюда попали. Скорее всего, это можно найти в Сети. — А ты введи пароль, тогда и воспользуешься интернетом, — резко ответила Мирра. Она все еще была обижена на родителей за поставленные ограничения, которые почему-то не касались старшей дочери. — Что не так с раздачей Wi-Fi? — насмешливо прищурилась Стефанида, возвращаясь к привычной манере общения с сестрой. — Или ты и об этом не знаешь, госпожа Всегда-Не-В-Курсе? — О, у кого-то язва в желудке проснулась? Ехидна! — воскликнула Мир, знакомым маминым жестом упирая руки в боки, — Если знаешь, объясни, а если нет, заткнись! — С какой стати ты мне рот затыкаешь? — обнажила в улыбке зубы девушка. Красивое лицо едва ли сочеталось сейчас с угрожающе-ледяным голосом… Хотя напротив, идеально сочеталось. — Воу-воу, девочки, полегче! — встрял Майки, просительно улыбаясь и поднимая руки, — Нам и Рафа с Лео хватает! Мы ведь вроде о возвращении домой говорили? Да? Девочки уставились на него, а затем искоса взглянули друг на дружку. Сцена получилась некрасивая, даже постыдная: переругались на глазах у гостей, которые попали в затруднительную ситуацию и ждут от них помощи. Но кто из них виноват, чтобы извиниться? От еще более удручающей картины извинений спас скрежет ключа в коридоре, а затем — звонок. — Папа пришел, — негромко сказала Мир, встав и взглянув на черные часы, висящие над диваном. Девять часов вечера. — Я открою, а вы, ребята, идите в другую квартиру. И ради Бога, не шумите так, как с утра, — вас прекрасно за стенкой слышно! Стефанида осталась в своей комнате, наблюдая, как быстро и бесшумно исчезают в комнате Мирры черепашки-мутанты-ниндзя; как сама Мир, весело улыбнувшись (и не скажешь, что она взволнована и расстроена), идет встречать папу и щебечет что-то в коридоре; как папа, с улыбкой поздоровавшись с дочерьми, идет в комнату к компьютеру в обход ужина… Ступор прошел, только когда за отцом с противным скрипом закрылась дверь в его комнату. Стеша вздрогнула и, сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, поднялась с дивана… чтобы тут же получить по лицу мягкой красной подушкой. — Стёпа, где твой мозг? — яростно зашипела Мир, заглядывая в комнату, — Надень кофту, у тебя все плечо красное! Или хочешь папе про футов рассказывать? Он тебя потом к Коле вообще отпускать не будет! — Ох, я забыла, — Стеша рассеянно посмотрела на багровый след нападения, только сейчас обратив внимание на легкую ноющую боль. Подняв глаза на сестру, она негромко выдохнула: — Спасибо. Мирра неуверенно постояла на пороге, глядя куда-то в белый потолок, но затем решилась и вошла внутрь, прикрыв за собой дверь. С независимым видом сев на ближайший к выходу край дивана и подобрав ноги, она забрала у Стеши свою подушечку и обхватила обеими руками, прижимая к груди. — Ты точно в порядке? — девочка старалась говорить серьезно, но не обеспокоенно, хотя волнение читалось во всей ее позе. — Давно не видела тебя такой. Выжидающее молчание повисло в комнате, когда Стеша в ответ лишь хмыкнула, покачав головой. Она действительно надела кофточку и забралась на диван с ногами, в чем-то копируя позу младшей сестры. Все пережитые волнения отразились на лице немного воспаленными глазами и потерявшими цвет губами, руки все еще зудели и мерзли, но в целом… — Я в порядке, наверное, — вздохнула девушка, упираясь подбородком в колени. — Не так уж и сильно на меня давили. Просто как-то всего слишком много. — Я тоже так подумала с утра, — призналась Мир, не отводя взгляда от расслабившейся сестры. Она улыбнулась, мимолетно подумав, что опять ни одна из них так и не пожелала заканчивать ссору извинениями. — Едва сумела сообразить их в другую квартиру засунуть. Расскажешь про этот твой… ну, для интернета? — Wi-Fi, птичьи твои мозги, — совершенно без запала произнесла Стеша, — Расскажу, куда я денусь?.. Почти через час, покидая комнату сестры, Мирра притормозила на пороге и с улыбкой бросила через плечо: — Сумасшедший сегодня был день, да? Стеша усмехнулась, кивая уже закрывшейся двери, и обессилено упала на диван. Определенно сумасшедший.

***

Мир, покинув комнату сестры (что за невероятный день! Обычно для нее вход в змеиную обитель строго-настрого запрещён), отправилась к себе. На автомате посмотрела расписание уроков, для вида раскрыла пару учебников, даже прочитала несколько строк, не вникая в них совершенно — кажется, это была география? Легко признав поражение в борьбе с душевным неравновесием, девочка соскочила с парты, на которой уже удобно устроилась, и пошла желать папе спокойной ночи. По крайней мере, она искренне надеялась, что хоть у него эта ночь будет спокойной. — Па-ап, я спать пойду. Устала сегодня… — Мир попыталась изобразить улыбку Буратино из старого фильма. Судя по ответной гримасе отца, получилось не очень похоже, но смешно. — Ты рано сегодня. Уроки сделала? — для порядка уточнил он, снова уставившись на бликующий от лампы монитор. Мирра вздохнула: даже если она ответит «нет», ей не грозит наказание. Только пугающий разочарованный взгляд, что гораздо страшнее. — Разумеется! — поспешила заверить папу девочка, пока молчание не затянулось. Быстро подошла к нему, наклонилась, обнимая за шею, и поцеловала в немного колючую щеку. — Спокойной ночи! — И тебе тоже, — он улыбнулся, прощаясь с дочерью до утра. Их маленькая, невесть откуда взявшаяся и чудесно успокаивающая традиция… Уже вернувшись в комнату и погасив свет, Мир задумалась над тем, что вообще не вспоминает о гостях из другого мира, когда нужно притвориться перед папой, что все хорошо. Она и сама почти поверила, что ничего не случилось, а уроки сделаны! «Могу же, когда захочу!» — удовлетворенно-смущённо подумала девочка, краснея до ушей, когда представила количество грядущего вранья. И снова взгромоздилась на стол — спать пока совершенно не тянуло, несмотря на реальную усталость. Какой сон, если чуть-чуть погодя можно отправиться к своим новым друзьям?