— Кхм, я кто?

Сиэль сидел в своём кабине за столом. Его веки прикрыты. Мальчик выглядел задумчиво. В голове летают разные мысли. Но они имеют общую тему — Джек Потрошитель. Недавно он получил письмо от Королевы Виктории, где был высказан её приказ о ловле убийцы. Фантомхайву уже было известно, что преступник убивает дам лёгкого поведения, и то, что все убийства происходит поздно вечером, именно когда гуляют «ночные бабочки». Больше информации нет. Но это пока. В скором времени он собираеться отправится за сведениями к своему информатору — Гробовщику. Но что-то тревожило его помимо преступлений. Сам не знает, что это за чувство тревоги, которое поселилось в сердце утром, когда он проснулся. Ему интуиция подсказывает, что-то произошло довольно сильно значимое для него. И это «что-то», не очень хорошее. — Сегодня что-то произошло, — пробормотал Сиэль и откинулся спиной на спинку мягкого кресла, — Но что? — закрыл глаза и тяжко выдохнул, — Может это связано с Миддлфорд? Или же Мадам Рэд? — открыл сапфировые очи, — Тётя… Давно я Вас не видел. Вы неожиданно исчезаете, и так же неожиданно появляетесь. Возможно, даже сегодня мы встретимся. — Ваша правда, Господин, — в кабинет своего хозяина зашёл дворецкий с тележкой, на которой стоял узорчатый чайник и не менее красивые чашка на блюдце с тарелкой куска шоколадного торта, посыпанного лесными ягодами, — Я слышал, как к поместью приблизился экипаж. А этот аромат духов, — Себастьян остановился около рабочего стола Сиэля и глубоко вздохнул, вытягивая в лёгкие побольше воздуха, — Точно принадлежит вашей тётушке, Анджелине Даллес, — Себастьян поставил перед мальчиком чашку ароматного чая, — Чай «Эрл Грей». — Хм, — граф вновь задумался. Он обхватил пальцами маленькую ручку чашки и поднял её перед своим лицом. Сделав один глоток, опустил часть сервиза обратно на блюдце, — В чём же теперь заключается цель Вашего визита, Мадам Рэд? Просто проведать? Или же что-то случилось? — Сиэль взглянул на своего «дьявольски хорошего дворецкого», — Когда она прибудет? — Мадам Рэд уже идёт в сторону входа особняка Фантомхайв со своим дворецким Греллем Сатклиффом, — Себастьян положил руку на то место, где должно быть сердце и поклонился, — Позвольте, Ваш верный слуга встретит их. — Позволяю. Демону два раза повторять не надо, так что он уже был около главной двери, встречал гостей. Сиэль остался наедине со всеми своими тревожными домыслами. Что же такое случилось, что даже смогло взбудоражить сердце нашего хладнокровного Сиэля Фантомхайва? Опять же задумчиво, синеглазый взял чашку. Когда мальчик почти проглотил свой любимый чай, в кабинет, в самом, что ни на есть в прямом смысле, врывается его непутевая тётка с громкими словами: — Здравствуй, Сиэль ФантомЧего-тоТам! Весь чай тут же вырывается на свободу… *** — Здравствуй, Сиэль ФантомЧего-тоТам! Думаю, эффект неожиданности у меня получился больше чем на «5+». Первое, что я увидела, это был откашливающийся мальчик и маленькая лужица на столе, где он сидел. Даже как-то стыдно стало за сделанное. А если бы он захлебнулся или подавился, а потом умер? Возможно, я преувеличиваю, но кто был бы виноват в этом и винил себя до конца своей жизни? Правильно, Анджелина. Ты. Он же твой племянник, нельзя с ним так. — Ты… Это… Извини, — подбежала к рабочему столу и слегка постучала по спинке синеволосого, — Живой хоть? — ответом мне стал грозный взгляд со стороны одноглазого мальчика, — Поняла. Живой, — отошла от него и виновато поправила шляпу, — Не, ну, правда извини, — на моём лице появилась милая улыбка. Оглядев пацана, моя особа поняла, как сильно он похож на того малыша на картине. Один в один. Только вот эта повязка портит абсолютно всю картину. Что же с моим племянником такое произошло? Вот сейчас я впервые почувствовала грусть, из-за того, что получила амнезию. Ведь может никогда уже не вспомню всё произошедшее ранее. Все мои прекрасные воспоминания будут утеряны на веки. Кто были мои родители? Живы ли они? Сколько родственников и кто они? Не знаю, и возможно, не вспомню. Все мысли на такую тему заставляли исчезать ту мою улыбку. Одинокая слеза хрусталиком покатилась по щеке, но быстро её смахнув, я уселась на стоящий около стола стул. Нужно поискать плюсы во всём этом. Да, приятные моменты жизни будут утеряны. Но. Ужасные ведь тоже? Никогда не вспомню то, что возможно когда-то пыталась забыть, а тут такая возможность про них и не знать. А прекрасных воспоминаний я ещё наберусь. Оторвавшись от своих мыслей, заметила, что уже позади графа стоял этот высокий брюнет, а около меня Грелль. Кстати, той лужицы чая на столе как не бывало. Когда успел убрать этот кареглазый? Слишком шустрый. Мне нравится. — Прощаю, — одноглазый ещё раз прокашлялся, — В чём цель Вашего визита, Мадам? — он, поставив локти на стол, скрепив пальцы в замок, и положив на них подбородок, выжидающе на меня посмотрел. — Ну, я, — вся уверенность, которая было со мной несколько минут назад… Она исчезла. Как ему изложить, что его тётка потеряла память? Просто изглаголить: «Сиэль, прикинь, твоя тётушка потеряла память ударившись о дверь!» я не могу. Может надо как-то намекнуть ему на это? Или же сказать на прямую? Не знаю. Хотя, у меня есть план. — Пусть тебе расскажет мою проблему Грелль. Вот так я спихнула свою работу на своего дворецкого, который сейчас вопросительно посмотрел на меня, а-ля, «Я-то тут причём?». А ты ещё как причём. Ты же мой слуга, так зарабатывай себе жалование или что там у вас, дворецких. Взгляд Сиэля спрыгнул с меня на Сатклиффа. Тот чуть поёжился от этого. Но, как я понимаю, собрав все мысли в кучу, он доложил: — Эээ, Госпожа потеряла память, — коротко и ясно доложил мальчишке длинноволосый, а после поправил округлые очки на переносице. — Правда? — я увидела усмешку на лице племянника. Значит, не поверил. Ох, Сиэль, это самая правдивая правда во всём правдивом мире. Тебе придётся принять это. Надеюсь, твоей детской психике эта новость никак не повредит, а то меня замучает совесть. — Да, — последовал согласительный кивок с моей стороны, — Я даже не смогла бы без помощи вспомнить своего имени, — думаю, в моей памяти навсегда останется тот момент, когда сегодня утром проснулась с абсолютно пустой головой. Мда, сколько у меня было вопросов о себе к моей служанке Анастасии. Даже чуть волосы ей не вырывала, чтобы она чётче произносила информацию. Вот настал тот момент, который так ждала. Лицо мелкого вытянулось. Глаза, кхм, пардон, глаз его расширился от шока. Походу, у него что-то разбилось внутри. Я не имею ввиду какие-то внутренности, как органы, а более глубокое, то есть душу. Что-то творилось именно в душе. Видно, мальчик сильно был шокирован и растерян. Пробежался по моему лицу взглядом, а потом повернулся в сторону своего дворецкого, имени которого до сих пор не знаю, точнее не помню. Беззвучный вопрос читался в его сапфировом глазу. Брюнет, посмотрев на меня с безразличием, кивнул и чуть слышно сказал: «Это правда, она не лжёт». Вот здесь-то я впала в каплю. Чего это Сиэль спрашивает «правда — не правда» у какого-то слуги? Он что, экстрасенс, чтобы всё вот так вот знать? —«Странный этот дворецкий какой-то. Но красивый, сволочь…»