Mathew

      Несмотря на всю усталость, Тобиас всё никак не мог уснуть. Ворочаясь на неудобной постели, он думал лишь о том, что на самом деле представляет из себя это Бюро Генетического Обеспечения. Мысли путались и мешали расслабиться. Итон привык контролировать происходящее, а эта неизвестность пугала и нервировала. Странные эксперименты над детьми и подозрительная вакцинация, совсем не выглядели, как помощь. Насильно стирали память о родных и близких, даже память о самих себе. Никаких гуманитарных миссий на самом деле не проводилось. Фор не спасал людей, как было задумано, а похищал их. Похищал детей. Руководство в лице Дэвида, находило смысл в том, чтобы стирать их сущность. Подстраивать мир под себя и свои законы, не взирая на жестокие методы и ужасные последствия. Он был растерян и не представлял, что делать дальше. Помощи от кого-то в этом месте ждать было бессмысленно, поэтому Тобиас решил действовать самостоятельно. Один из его страхов — причинить боль невиновным — разъедал изнутри, требуя прекратить этот кошмар.       Он встал из постели и бесшумно вышел из своеобразной комнаты. Побродив по пустым коридорам, Фор вышел на крышу одной из многочисленных вышек Бюро и сел на широкий выступ, который огибал конусообразную крышу. Тишина напрягала и давила на виски. Парень вдохнул прохладный воздух и попытался ни о чём не думать.       — Не спится? — Тобиас вздрогнул и резко повернул голову в ту сторону, откуда донёсся вопрос. — Прости, что напугал, — молодой человек, который сидел, свесив длинные ноги с крыши, усмехнулся. — Бесстрашный.       — Очень смешно, — Итон отвернулся и, откинувшись назад на локти, посмотрел на красную землю, что была повсюду, куда не глянь. — Как это Дэвид ночью обходится без своего мальчика на побегушках?       Мэтью тихо засмеялся и посмотрев вниз, поправил упавшие на лицо волосы. Он и не сомневался в том, что мнение о нём ходит не самое хорошее, но было обидно услышать тому подтверждение от этого бесстрашного, которого он буквально боготворил почти всю жизнь, наблюдая его жизнь с экранов. Он знал его как облупленного. Знал какой Фор на самом деле был добродушный, хоть снаружи это и скрывалось за напускным хладнокровием воина. Знал, какие именно четыре страха таит в себе этот храбрый дивергент. Знал, что его отец стал причиной двух из этих страхов. Мэтью наблюдал, как Фор в равной степени старается соответствовать лучшим сторонам каждой фракции, всеми силами особо не привязываясь к Бесстрашию. Это и было отображено в его татуировках на спине, в которую помощник Дэвида мог всматриваться часами, представляя, как проводит по ним пальцами. Они ему безумно нравились.       Тобиас стал кумиром для парня. Мэтью старался пережить вместе с ним все трудности, все разочарования. Сводил себя с ума невозможностью прикоснуться по-настоящему. Злился на свою ничтожность, терпел насмешки Дэвида про бушующие гормоны и подростковую зависимость. Его зависимость, под названием — Тобиас Итон, который сейчас сидит в паре метров от него и смотрит своими горячими тёмными глазами, с усмешкой на полных губах.       — Ты, правда, так считаешь? — Фор осёкся, ухмылка исчезла, а сам он смотрел на серьёзное лицо юноши, который с едва заметной обидой смотрел своими большими серыми глазами в ответ.       — Эй, прости, я же пошутил. Знаешь, о тебе в лагере разные слухи ходят и я обычно не верю такому, просто… — Итон посмотрел растеряно и Мэтью сдался, искренне улыбнувшись, он отвёл взгляд.       — Я привык, — немного обречённо выдохнул помощник руководителя и, откинувшись назад на локти, посмотрел на соседнее здание. — Но я не трахаюсь с Дэвидом.       Тобиасу стало неловко и даже обидно, потому что это меньшее из всех мерзостей, что ребята наговаривали на этого парня. Он вспомнил о том, каким презрительным взглядом они провожали Мэтью, каждый раз, когда тот проходил мимо, хвостиком ступающий за их главой.       — Знаешь, я восхищался тобой долгое время, — Фор и не заметил, как юноша оказался сидящим напротив него. — Да я и сейчас восхищен, — дивергент в изумлении поднял брови и Мэтью смущённо отвёл взгляд в сторону.       — Понимаешь, мне ничего не оставалось, как следить за тобой отсюда. Смотреть твою жизнь, как чёртово телешоу.       — Это какое-то безумие.       — Да, знаю, это тебя пугает, — Мэтью перевёл взгляд на Тобиаса, замечая, что у того в голове вот-вот случится короткое замыкание из-за попыток вспомнить все те действия, которые он хотел бы, что бы никто не узнал и не увидел. — Успокойся, тебе поздно волноваться на этот счет. Ты ведь… столько пережил, — тихо произнёс он под конец.       — И какие ты сделал выводы? Ты же анализировал всё, что я делал, верно? Что скажешь? — Фор тяжело выдохнул, понимая, что бессмысленно осуждать этого парня.       — Я, — Мэтью нервно облизал губы и посмотрел на Тобиаса. — Я бы хотел хоть немного твоей храбрости. Честности с самим собой и другими. И еще кое-что, — Мэтью закусил нижнюю губу, скользнув взглядом по сильной шее Итона.       — Что же? — от внимательного взгляда карих глаз не укрылось то, как жадно на него смотрят.       — Можно взглянуть на твою спину? — с опаской спросил юноша, чувствуя, как румянец предательски покрывает его бледные скулы. — Твои татуировки, — конкретизировал он. — Очень красивые.       Фор кивнул и молча повернулся к парню спиной. Он быстро стянул через голову футболку, открывая взору изящные черные линии, покрывающее почти всю спину. Мэтью довольно улыбнулся и, придвинувшись ближе, осторожно коснулся одной из линий пальцами. Не услышав никаких замечаний, юноша медленно скользнул пальцами вдоль чёрных полос к плечу. Тобиас шумно вдохнул и сильная спина напряглась, демонстрируя перекатившееся под кожей мышцы. Длинные пальцы Мэтью прошлись вдоль позвоночника прямо по символам фракций.       — Бесподобно, — выдохнул он и, удостоверившись, что парень не видит его, другой рукой бесшумно сжал себя сквозь штаны, зажмуриваясь от накативших ощущений.       Итон нервно усмехнулся и сел удобней, расправляя широкие плечи.       — Наверное, ты видел её миллион раз, когда… наблюдал за мной, — Фор невольно смутился собственных слов.       — Да и всегда хотел сделать так, — мягкие губы робко коснулись одной из черных линий на затылке, а потом еще раз, медленно целуя.       Тобиас удивлённо вскинул брови, ощущая чужое тёплое дыхание и почти невесомые прикосновения.       — Хэй, — прошептал он и прикрыл глаза. — Что ты творишь?       Одна рука парня скользнула в короткие волосы Итона, пока другая ощутимо прошлась по груди, чтобы после, не почувствовав сопротивления, скользнуть к плоскому животу.       — Ты думал, что я просто наблюдал за тобой? — Мэтью нежно провёл носом вдоль позвоночника к затылку, жадно вдыхая запах Фора, и шумно выдыхая прямо на символ Искренности.       Дыхание Тобиаса предательски сбилось и он зажмурившись, как заколдованный слушал хриплый голос за спиной.       — Когда ты трахал очередную бесстрашную шлюху, я не мог отвести взгляд от экрана, — шёпотом ответил на свой вопрос Мэтью. — От тебя, Фор.       Погладив полувозбужденный член Тобиаса сквозь тонкую ткань штанов, парень услышал, как тот шумно выдохнул через нос. Мэтью прикрыл глаза и продолжил бесстыдно шептать в покрасневшее ухо бесстрашного.       — Я видел, что ты любишь, когда на тебе верхом, — русоволосый парень усмехнулся и скользнул пальцами под резинку штанов. — И видел ещё кое-что любопытное.       Мэтью улыбнулся шире, чувствуя, как Тобиас напрягся и слыша, как он задержал дыхание.       — То, что так и не узнали о тебе на честном суде.       Бесстрашный тихо простонал, выдыхая, когда длинные пальцы обернулись вокруг уже полностью твёрдого члена.       — То, как ты раньше любил ставить парней на колени и трахать их в рот, — хитро сказал русоволосый, погладив большим пальцем влажную головку.       Фор задрожал и дёрнулся бёдрами вверх, желая почувствовать больше. О тех временах он вспоминать не любил. О тех временах, когда он поступал с другими жестоко и несправедливо.       — Ещё я слышал, как ты беспомощно стонешь, когда кончаешь. Это обычно становилось для меня последней каплей, — при каждом слове губы касались изгиба плеча и шеи, посылая электрические разряды по всему телу бесстрашного.       Тобиас отказывался верить в происходящее, от слов этого парня он слишком быстро терял голову. Такие откровенные признания и его собственные воспоминания застали его врасплох. Бесстрашный не ожидал, что этот правильный, на первый взгляд, мальчик, может говорить подобные вещи вслух. Им ещё никто так открыто не восхищался, никто не говорил подобного. Фор был растерян, но тепло парня за спиной не давало полностью отрезвить рассудок. Он покорно давал себя соблазнять этому чужаку и делать, что хочет.       Мэтью, дорвавшись до желаемого, продолжил целовать напряженную спину, медленно проводя языком по черным линиям. Мышцы живота бесстрашного стали каменными от напряжения. Парень провёл по всей длине члена сильно сжатыми пальцами, заставляя Тобиаса сдержанно застонать и вцепиться в чужое предплечье, не желая чтобы Мэтью останавливался. Юноша за спиной тихо засмеялся, продолжая двигать рукой по стволу.       Фор зажмурился, облизывая пересохшие губы и чувствуя, как Мэтью сзади судорожно выдохнул ему в затылок, касаясь кожи влажными губами, видимо так же трогая себя и от осознания этого, по телу бесстрашного пробежали мурашки.       Сначала Мэтью показался ему высокомерным и самовлюбленным прихвостнем Дэвида, который бегал за ним и выполнял всё, что тот попросит. А теперь он не знал, что и думать. Из своих размышлений Тобиаса вывело что-то влажное и горячее, скользнувшее сзади по спине вверх. Осознав, что это, он почувствовал дрожь, что спустилась прямо к паху, заставляя член дёрнуться в чужой руке. Мэтью стал на колени позади парня и толкнулся бёдрами вперёд, проезжаясь мокрой головкой по чёрным линиям татуировок, шумно выдыхая. Фор непроизвольно выгнулся и член скользнул по впадинке позвоночника, заставляя юношу глухо застонать.       — С ума сойти.       Мэтью задвигал рукой быстрее, от чего бесстрашный задышал чаще, наблюдая сверху вниз как длинные пальцы движутся вокруг его потемневшего члена. Надолго его не хватило, поэтому вскоре юноша услышал долгожданный хриплый стон. Следом на спину Итона кончил и он, заляпав чёрный рисунок мутными каплями, которые тут же начал собирать губами, не успев толком отдышаться. Тобиас тысячу раз пожалев, что не видит этого зрелища, усмехнулся, наконец-то осознавая, что произошло. Он повернулся к облизывающему губы Мэтью и неспешно поцеловал его. Юноша улыбнулся в поцелуй и с удовольствием ответил, посасывая нижнюю губу бесстрашного, а за тем сталкиваясь с ним языками, целуя глубже. Ему казалось всё происходящее каким-то сном.       — А теперь слушай меня внимательно, — Фор поймал серьёзный взгляд Мэтью и нахмурился. — Завтра тебе предоставят возможность вернуться в Чикаго и ты, соответственно, согласишься. Но это будет ловушка. Ты не полетишь в Чикаго. Тебя должны будут убить еще на корабле, поэтому, пожалуйста, будь осторожен.       — Зачем ты говоришь мне это?       — Потому что я верю в тебя, — он улыбнулся. — И ещё, ты не повреждён, Фор. Помни об этом.