Ошибки прошлого

  Солнце светило так ярко, что пришлось опустить козырёк. Спасительные солнечные очки благополучно были забыты дома. Я ехала на своём стареньком автомобиле на встречу выпускников в родном городе. На самом деле мне совсем не хотелось ехать: мне там не место. Была бы я рада остаться дома, но приглашение прислал единственный в школе человек, которого я уважала, поэтому решилась приехать. У меня никогда не было хороших отношений с одноклассниками, да и сейчас я тяжело схожусь с людьми, сторонюсь их. Тем не менее за двадцать пять лет своей жизни мне удалось хоть чего-то добиться. Хотела попробовать себя в написании книг, но спонсора найти не удалось, а публиковаться за свой счёт не было возможности. Зато мне предложили попробовать себя в написании сценариев, чем я и зарабатывала последнее время на жизнь. У самого въезда в город, стоя под указателем «Добро пожаловать в Сайлент Хилл», голосовала девушка. Мне ничего не стоило её подвезти. При её виде подозрение закралось, что мы с ней направлялись в одно и то же место: возраста она была одного со мной. Красивая, стильно одетая, мастерски сделанный макияж, причёска — явно дело рук парикмахера. Должно быть, она была звездой какого-нибудь класса либо просто выросла, в отличие от меня. Меня мало волновал внешний вид, так как редко выходила в свет. Мои тёмно-русые волосы до пояса были убраны в хвост. Кое-как отслеживала, чтобы концы сильно не секлись. Из косметики использовала только блеск для губ да немного тонального крема. Насчёт пункта назначения я оказалась права. Девушка назвала то же кафе. Она представилась как Мира. Мы учились в параллельных классах, потому я её совсем не узнала. В основном провели дорогу в молчании, слушая радио. Мы были слишком разными, поэтому просто не нашли общей темы. Чем ближе подъезжали к кафе, тем сильнее мне хотелось отсрочить встречу с людьми, ничего не значащими для меня. Уютный небольшой городок так и манил сделать лишний круг. Высадив попутчицу у кафе, как оправдание для собственной совести, нашла причину в задержке перед неминуемым в виде улаживания формальностей с подтверждением брони в мотеле неподалёку. Очереди не было, поэтому закончила быстрее, чем хотелось бы. Там же оставила автомобиль, отправившись пешим ходом к месту встречи. Прибыв в кафе, первым делом я попыталась отыскать мисс Эван, что отправила приглашение. Спрашивая у бывших одноклассников о ней, вновь почувствовала себя не в своей тарелке. Почему-то в большинстве случаев меня принимали за ненормальную, пока не нашёлся человек, соизволивший снизойти до объяснения, что мисс Эван давно почила с миром. Хотелось поверить, что всё это было глупой жестокой шуткой, но другие ребята подтвердили. Странно, но я не была сильно ошарашена этой вестью, просто стало немного грустно. Собирая материал, мне много раз приходилось встречаться со смертью, поэтому я относилась к ней весьма скептически. Все умирают. Когда плохо знакомый человек покидает этот мир, не чувствуешь ничего. Но если человек дорог, становится больно, пусть и терпимо. А письмо? Его могли прислать и недоброжелатели, подделав почерк. Всегда найдутся люди, желающие посмеяться над тобой. Потому тем более не стоило тратить на них эмоции в пустую. Зато у меня больше не было причин оставаться. Пара безалкогольных коктейлей — и встречу можно было заканчивать. Как и ожидалось, ничего, кроме тягучей серости в душе она не принесла, лишив даже единственного луча света в этом кромешном кошмаре. Прежде чем раз и навсегда распрощаться с этим местом, зашла в туалет ополоснуть лицо. Прохладная вода успокаивала, смывала весь жгучий негатив, а мысль о скором окончании фарса вызвала невольную улыбку и чувство освобождения. Закрыв кран, я сделала шаг в сторону двери и… потеряла сознание. Впервые в жизни. Без особой на то причины.

* * *

Пробуждение отозвалось гулкой болью, затихающей постепенно. Было ужасно темно и жутко. Под собой я чувствовала металлическую решётку от вентиляционного проёма, ржавую на ощупь. Что было странным: я не помнила, чтобы она была в туалете, когда зашла умыться. Была ли я всё ещё там, или же мерзкие шутники перетащили меня в другое место, предварительно подсыпав что-то в напиток? Вытащив решётку из-под себя, отбросила прочь. С неприятным звуком она заскрежетала по грязному полу. — Кто здесь?! — тревожно вырвалось, когда я услышала стук где-то в стороне. Пытаясь отползти в сторону, я больно стукнулась головой обо что-то. Этим чем-то оказалась раковина. Значит, я всё ещё находилась в туалете. Но почему так темно? И что за решётка? Откуда-то упала, а я слишком переволновалась? Меня мало волновало, что и как в туалете, когда я стремилась поскорее уйти. Тогда почему я была на ней, а не она на мне? В давящей тишине сглотнула, прислушиваясь. Ничего. Словно всё умерло. Встала неуверенно, всё ещё посматривая с опаской в сторону стука. Показалось? Не мудрено: слишком странным всё было. Нарастающая тревога буквально кричала, чтобы я поскорее убиралась отсюда. У двери пришлось повозиться немного, прежде чем она открылась: замок заклинило. Сзади что-то вновь заскребло, но, от греха подальше, я захлопнула дверь, выйдя из «дамской комнаты». Страх оказался сильнее любопытства. В зале никого не было. Свет не горел, но под барной стойкой светил налобный фонарик. Куда все делись? Ни за что не поверю, что за всё время никто не заходил в туалет. Слишком много для сговора: хотя я и была изгоем, на которого всем наплевать, сотрудники кафе всё равно так просто меня не оставили бы. Благо у меня не было привычки поддаваться панике: в своей не столь долгой жизни я уже успела многое повидать. Главное — оставаться спокойной и мыслить трезво. Всему можно было найти логическое объяснение, пусть и не сразу. Возможно, я упустила из виду что-то настолько очевидное, что мне потом стыдно будет. Однако тревогу сложно было унять. Взяв фонарик, я подошла к входной двери. Открыв её, поняла, что фонарик мне попался весьма кстати, так как на улице царила кромешная тьма — тут уже точно сговор можно было отмести. Выходить не спешила, потому как снаружи было довольно холодно. На дворе месяц май, даже по ночам в этом богом забытом городке, кем-то в насмешку названном курортным, такого мороза не бывало. Погодные аномалии можно было бы и пережить — природа не раз преподносила сюрпризы, — но не полное отсутствие света. Не работал ни один фонарь, не было замечено автомобильных фар, да и в окнах не горело даже маломальской свечки. Словно в городе не осталось ни единого источника света, кроме найденного мной фонарика. Закрыв дверь, так и не решившись выйти на улицу, стала растирать руки и перешагивать с ноги на ногу, дабы согреться. Выходить было холодно и страшно, хотя холод отпал, когда я нашла несколько байкерских курток и белую женскую кофту с высоким воротом, оставленных на спинках стульев. Вот только от их наличия стало ещё более не по себе. Куда делись их хозяева? Оставаться определённо не стоило. Мой принцип не отправляться в дальнюю дорогу на ночь глядя был разбит: уж лучше убраться из города поскорее. Мотель совсем недалеко, всего в квартале отсюда. Минут за десять добраться — не проблема. Даже не буду претендовать на возвращение денег за заранее оплаченный номер. Если вообще будет у кого просить… Одевшись потеплее, вышла на улицу. Подгоняемая холодом и страхом, шла быстро, не смотря по сторонам. Тот шорох в туалете не выходил у меня из головы. Чтобы на каждом шагу не мерещилось всякое, полностью сконцентрировалась на дороге перед собой, практически ни о чём не думала. Мысль была только одна: «Поскорее бы убраться отсюда!» Остановилась лишь тогда, когда услышала рычание за спиной. Сердце словно замерло в груди на мгновение. Чего мне только стоило унять панику? Ведь всё хорошо. Всё должно быть хорошо. Скованно обернувшись, я увидела пса. Не разбираюсь в породах собак, но, похоже, это был доберман. Шкура местами была разодрана, словно пёс подрался с другими во дворе, откуда только что вышла ещё одна такая же. Оба пса были покрыты кровью, активно капающей на дорогу. Бешеные? Стало быстро неважным: одна из псин… одно из чудовищ раскрыло пасть. Так называемую. Голова псины раскрылась, будто бутон цветка, обнажая множество острых клыков. Казалось, время замерло, как и моё сердце, пока я не сводила глаз с пса. Я словно смотрела в глаза смерти. Впервые в жизни я испугалась настолько, что не могла сдвинуться с места. Из подворотни вышел третий пёс, а вдалеке бежал ещё. Их сложно было назвать лучшими друзьями человека. Из оцепенения меня вывел звук от когтей пса с открытой «пастью», шагнувшего мне на встречу. Это цоканье об асфальт будто послужило сигналом к бегству — в мозгу сработал переключатель резким щелчком. Рывок! Не оборачиваясь. Как можно быстрее. До боли в слабых лёгких. Пробежать бы всего один длинный дом, окружённый лесами, — в мотеле найти спасение. Никогда не могла бегать долго. Никогда не открывалось второго дыхания. Подступающие слёзы, боль, тьма в глазах. Я задыхалась. Желание жить остановиться не позволяло. Не видела, только слышала, как что-то с последнего этажа полетело вниз, руша леса. Мысли проносились в голове с молниеносной скоростью. Что лучше: быть загрызенной или раздавленной? Успею ли я пробежать, или стоит остановиться, дабы попробовать сразиться? Какая смерть менее болезненна? Умру ли я сразу, если меня завалит, или меня успеют поглодать? И другие в этом духе. Человеческий мозг поистине бесподобен. Самой последней оказалась не особо умная мысль: «Какое счастье, что я не ношу высоких каблуков!», так как с платьем пришлось надеть туфли. Ничего из этого обдумывать не было времени, потому я просто бежала. Грудь разрывало от боли, я уже почти ничего не видела от недостатка кислорода, по щекам текли слёзы, но я не останавливалась. Удача оказалась на моей стороне: мне удалось пробежать, а собакам — нет, что я даже не заметила бы, не споткнись об отскочившую стальную трубу, слегка оцарапавшую ногу. Три адских псины почили с миром, а отстававшая избежала смерти; хотя я и не уверена, что она вообще была жива изначально. Пёс был уже слишком близко, даже встать не успею. Да и сил не осталось. Перед глазами всё ещё стояла пелена, сквозь которую я видела только очертание монстра. Недолго думая, схватила обломок трубы и выставила острой частью вперёд. Закрыла глаза, когда собака прыгнула. Кровь брызнула на лицо. Радовало, что не моя. Оттолкнув от себя проткнутую тушу, я стала жадно глотать воздух, пытаясь отдышаться и успокоиться. От переживаний вновь потекли слёзы. Раньше ещё можно было сослаться на сон, но теперь я была уверена, что всё происходящее реально. Это место… Этот город буквально превратился в кошмар. Издёвки одноклассников уже не казались таким большим злом. Любого из них я была бы рада видеть, лишь бы не переживать всё одной. Больше всего страшила неизвестность. Непонимание того, что происходило. Какое-то время я просто сидела, глядя на обломки и кровь из-под них. Слёзы высохли, оставив после себя стягивающее ощущение. Мне даже в голову не пришло, что оставаться на месте слишком опасно, что могут прийти другие. Жар от бега постепенно спал, сидеть на тротуаре стало холодно. Вытащив из псины трубу — скорее подсознательно, нежели осознанно, — я встала. Ноги подкашивались, но держали, хотя и плохо, потому шла медленно, прихрамывая и шаркая. Должно быть, я сейчас была похожа на зомби: на лице кровь; некогда белый ворот кофты окрашен в красный; по куртке стекали багровые капли; шла, неестественно пошатываясь; в руке жуткая труба, на зубчиках обломанной острой стороны которой остались кусочки плоти. А сердце… так болело от пережитого, стремясь остановиться в любой момент. Подходя к автомобилю, держалась уже достаточно ровно. Открыв дверцу, я, наконец, облегчённо выдохнула. Домой… была бы рада я поехать, но двигатель мне отказал. Машина вообще не подала признаков жизни, когда я повернула ключ, словно аккумулятора не было. Пришлось выйти, пусть и нехотя, проверить. Всё было на месте. Бензина, масла было в достатке. На телефон надежды тоже не было. Мой-то сел ещё по дороге в город, поэтому ничего не оставалось, кроме как проверить телефон в мотеле. На всякий случай: ничего другого мне всё равно не оставалось. Идти в мотель я не спешила. Была ли то паранойя или действительно интуиция, но я испытывала плохое предчувствие. Желая отсрочить заведомо бесполезное действие, а заодно согреться, я решила переодеться. А то ноги ужасно замёрзли, да и туфли натёрли пару мозолей. Вытащив из сумки на заднем сидении спортивный костюм, носки и кроссовки, положила их на пассажирское сидение и достала аптечку из бардачка. Царапина на ноге была мелкая, но продезинфицировать стоило: мало ли какая зараза обитает в местном воздухе. Вот только если зараза и правда имелась, мне бы уже ничего не могло помочь. Укол антибиотика разве что. Спортивные штаны надела прямо поверх платья, стесняться всё равно некого. Налепив пластырь на мозоли, надев носки, обулась в любимые удобные кроссовки. Было так тихо и спокойно. И нападение то — всего лишь дурной сон. Происходящее уже не казалось таким же реальным, как и во время атаки собак. Так что же всё-таки случилось? Мне всё приснилось? Тогда почему я не проснулась, когда была близка к смерти? Почему мне было больно, когда я задыхалась от бега? Я провела по пластырю, закрывающему царапину на ноге, — боль была настоящей. Она никуда не делась. И кошмар немого города тоже. Оставив вопросы на потом, отправилась в мотель. Нужно было выбираться из города. Но для начала стоило воспользоваться последней надеждой связаться с внешним миром или же убить её окончательно, убедившись, что ничего не работает. Телефон был у стойки администратора, старенький такой, дисковый. В трубке тишины не наблюдалось, впрочем, как и гудков, зато «радостно» шипели и пощёлкивали помехи. После того, как несколько раз попыталась сбросить несуществующий звонок, помехи сменились на хрипы и стоны — бросило в дрожь. Стараясь убедить себя, что это всё ещё всего лишь помехи и разыгравшееся от волнения воображение, я поспешно повесила трубку. Но жуткое ощущение после услышанного не проходило. Сделав шаг назад, я почувствовала прикосновение чего-то холодного, отчего едва не поседела от страха. Не металл. Не пластик. Ходячий труп рабочего, которого я разглядывать не стала, оттолкнув в сторону, с криком выбегая наружу. Забравшись в машину, я по инерции стала пытаться включить зажигание, забыв, что это бесполезно. Как этот зомби умудрился подкрасться так незаметно? Неужели я была напугана неудавшимся звонком настолько, что перестала воспринимать окружающий мир? Из мотеля никто не выходил. На улице тоже никого не было видно. Отдышавшись, я посмотрела на трубу, лежащую на пассажирском сидении. Почему я её не взяла с собой? Как талисман на удачу, однажды спасший мне жизнь? Имеет смысл впредь носить при себе! Нужно выбраться из этого места как можно скорее! До границы города отсюда идти более полутора часов. Если всего за пятнадцать минут на меня уже было совершено два нападения, то что же может случиться за большее время? Одна заострённая палка уверенность в безопасности не вселяла. Оружейного магазина поблизости не находилось. Зато до полицейского участка добраться было вполне реально. О спасительной встрече с бравым полицейским я могла не мечтать, зато на оружие вполне рассчитывать можно было. Вот только бы добраться дотуда без эксцессов. До участка добираться минут пятнадцать пешим ходом. Можно и пробежаться, но будет совсем не здорово, если выдохнусь не вовремя. Поборов страх, я вышла из автомобиля и направилась в участок, судорожно оглядываясь по сторонам. От страха живот сводило. Через некоторое время вдали стал виден тусклый свет одинокого фонаря. Где был тогда мой инстинкт самосохранения? Почему на этот раз любопытство оказалось сильнее страха? Ведь логичнее было бы пройти мимо и зайти для начала в участок, обезопасить себя. Возможно, просто расслабилась из-за того, что почти добралась, и при этом на меня никто не напал. Факт в том, что я, как мотылёк, пошла к свету, вселявшему надежду. Фонарь освещал стенд с картой города. — Спасибо, хоть не заблужусь… — вслух, но шёпотом скептически произнесла я. Это была словно чья-то насмешка. Родной город я знала вдоль и поперёк без какой-либо карты. Только зря потратила время. Я уже могла бы быть в участке, запасаться оружием. Из тёмного закоулка донёсся рык, заставивший моё сердце вздрогнуть. Собака вышла на свет, а со стороны дороги подбежала другая. Кровожадные твари наступали с двух сторон. Я не знала, как буду защищаться, поэтому невольно прижалась спиной к стенду. Благо напали они в итоге поодиночке. Одну псину удалось заколоть, но труба застряла между рёбер, а времени возиться не было. Оставалось спасаться бегством. Вновь — не зря силы берегла. Надежда на спасение придавала сил: полицейский участок совсем рядом. Но мне не удалось даже разбежаться. Сверху напал монстр. Неуклюжий. Он словно упал, а не спланировал на своих перепончатых крыльях от рук до ног. Человеческое туловище было всё разбито, а лицо вовсе состояло из кровавого месива из костей, мяса и мозга. Присев на корточки, мне удалось избежать его атаки, но увернуться от клыков пса было уже невозможно. Пытаясь хоть как-то извернуться, я упала на асфальт, ударившись мягким местом. Отгородившись руками от монстра, стиснув крепко зубы и зажмурив глаза, готовилась к неминуемому. «Боже, да я сейчас умру!» Но, к своему удивлению, острых клыков, впивающихся мне в плоть, я не почувствовала. Не к счастью, а именно удивлению. Счастье от того, что я всё ещё жива, почувствовала уже гораздо позже. Дёрнувшись от громкого звука, я замерла в ожидании. «Это был выстрел, или мне показалось? Нет, определённо показалось». Послышались шаги. Кто-то или что-то. Ещё достаточно далеко, чтобы я могла успеть встать и убежать. Стоило мне открыть глаза и увидеть мёртвую псину, как мысль о незамедлительно побеге отступила. Собака была застрелена. Мне не показалось! Стрелявший не торопясь шёл в мою сторону, держа оружие наготове. Крылатый всё ещё летала где-то рядом. Прицелившись, человек застрелил пугающее создание с третьего выстрела. Юноша был высоким и широкоплечим, не перекаченным. Чёрные короткие волосы едва заметно вились. Возраст определять я никогда не умела, потому и здесь могла сказать лишь примерно: возможно чуть старше меня старше. Первый живой человек, встреченный мной после начала кошмара. Я чувствовала себя настолько воодушевлённо, словно все пережитые ужасы разом оказались позади. Будто бы больше нечего было бояться. Я еле сдержанно ликовала! — Даже не знаю, как вас благодарить! Слова благодарности не вызвали никаких эмоций у юноши. Он лишь молча подошёл и встал напротив меня. От его пристального взгляда стало немного неловко, так как ни есть хорошо бояться того, кто тебя только что спас. Впрочем, тут кого угодно испугаешься. Мысли о том, что всё позади, исчезли, словно их и не было. — Меня зовут Элия Мейси. Безумно рада встретить здесь кого-то! Я постаралась улыбнуться, но получилось слишком неестественно. Всё от его вида. На лицо незнакомца словно была маска надета, ни один мускул на нём не пошевелился. Если бы он не спас меня, решила бы, что он один из зомби. Но это был единственный человек, которого я здесь встретила. Приходилось верить, что всё будет хорошо, так как сбежать от парня с пистолетом мне не удалось бы при всём желании. Без всяких слов он взял меня за руку и повёл к карте, ткнув пальцем в среднюю школу. — Ты хочешь, чтобы мы пошли туда? — незнакомец кивнул в ответ. — Зачем? Эй! — вместо ответа парень потащил меня в сторону школы, где я когда-то училась. Я не знала, что мы могли там найти, но, возможно, ему было известно о происходящем больше, чем мне. Вдруг просто так из города выбраться нельзя, а единственный путь к спасению таился там, куда вёл этот человек. В своих сценариях мне не раз приходилось прибегать к созданию персонажей, которые наводили героев на нужный путь. В жизни, порой, тоже бывало подобное. Даже если те люди вовсе не подразумевали ничего подобного, а лишь случайно наводили на мысль… — Хоть имя назови. Ноль эмоций. «Ещё немного, и я привыкну к его отстранённости. Уверена». — Должна же я как-то тебя называть. Придумала! Ты будешь Мол… — хотела назвать незнакомца «Молчуном», но тут осеклась. А вдруг он правда нем? Что если у него комплексы есть по этому поводу, потому он так угрюм? Похоже, я слишком привыкла к сложностям, а также разум потеряла от страха. — Мотыльком, ведь ты тоже пришёл на свет. Ну, или просто Парнем! — я счастливо рассмеялась. На сердце словно что-то отлегло. Несмотря на то, что обычно предпочитаю компании — уединение, сейчас я точно не желала оставаться одна. Шли мы достаточно быстро. Я в основном пряталась за спиной нового друга, пока тот отстреливался от монстров. Стоит отметить, что меткостью он не отличался, часто подпускал противника слишком близко, рискуя быть покусанным. Буквально на секунду притормозила у магазина сувениров со всего мира. Чутка замедлила шаг, поддавшись щемящему чувству ностальгии. Мне нравилось это место. Оно приоткрывало завесу перед чудесами из других стран. Позволяло совершить маленькое путешествие, не уезжая за пределы города. Мелькнула тень. Мгновение — и звук разбитого стекла. Через витринное окно, попутно снеся выставленный товар, наружу выпрыгнуло обезьяноподобное чудовище, истерично гогоча. Излишне очеловеченное лицо было искажено в нездоровой улыбке, глаза источали безумие. Пусть безмолвный парень и не отличался меткостью, реакции ему было не занимать. Обезьяна была достаточно близко, чтобы снести её одним выстрелом в голову. Я испугалась больше звука разбитого стекла, чем самой твари. Моё внимание привлёк не столько новый монстр — Мотылёк уже зарекомендовал себя, как отличный телохранитель, — сколько муляж катаны, лежавший среди осколков разбитого стекла. Как оказалось, это был вовсе не муляж. На гладкой зеркальной поверхности клинка отражались мои глаза, острое лезвие играло на свету фонарика. Поистине бесподобное и завораживающее оружие. Есть у меня привычка проверять остроту кухонных ножей, коснувшись их лезвия большим пальцем, но здесь я не рискнула: даже лёгкое прикосновение, несомненно, оставило бы рану. И такое сокровище словно само попросилось в руки. Любоваться безупречностью оружия можно было вечность, но пришлось отвлечься, когда парень похлопал по плечу, напоминая тем самым, что мы далеко не в безопасности, и нам надо идти дальше. Оставшийся путь стал ещё проще теперь, когда я тоже могла постоять за себя. С оружием в руках я чувствовала себя намного увереннее. Проблема того, что мой защитник подпускал зачастую врагов слишком близко, уже не беспокоила так сильно. Ножны довольно скоро пришлось выбросить, к моему великому сожалению, так как они лишь мешались, да и меч всё равно практически всегда был обнажён. Лезвие катаны было достаточно острым, чтобы разрубать чудовищ с одного удара. Главное — вовремя направить оружие в нужную сторону, а там монстр сам себя убьёт. Будь это обычный рыцарский меч, всё было бы несколько сложнее. Чем ближе мы подходили к школе, тем больше монстров встречалось на пути. Практически у самых ворот нам пришлось всерьёз бороться за свои жизни. О смерти я больше не думала, просто сражалась, чтобы выжить: лишние мысли отвлекали. Наличие напарника очень помогало поддерживать дух. Просто его наличие, не нужно было большего. В основном территорию охраняли собаки, которые совсем взбесились, неустанно атакуя группами. Я благодарила судьбу, что она буквально всучила мне в руки катану. Без неё мы бы точно быстро стали закуской местной нечисти. На беду, единственный источник света, мой фонарик, стал «шалить», то отключаясь, то включаясь через секунды, отчего глаза заболели. Сконцентрироваться на защите стало тяжелее, но путь к входу очистить быстро не удавалось: на смену убитых псов приходили другие. Я упустила из виду спутника, ориентировалась больше на слух. Страх смерти вновь медленно, но уверенно захватывал душу. Опять уповать на чудо? «Я так от безысходности вскоре начну молиться тому, в кого не верю и не верила никогда!» Одна из псин прыгнула прямо на меня. В то же мгновение свет погас. Рубанув наугад, я почувствовала, как лезвие разрезало плоть. Фонарик заработал лишь после того, как тело упало. Это была не собака… Вокруг больше не было трупов монстров, что были ранее убиты, словно и вовсе только что два человека не сражались с ордой за свои жизни. Только три псины бродили неподалёку, иногда рыча. Единственным, кто лежал на дороге, был мой разрубленный спаситель. Я убила его… Времени осознать происходящие до конца не дали псы, ринувшиеся на меня, заставляя бежать к школе. Заперев за собой дверь, опершись об неё, я медленно осела. Как такое могло случиться? Я всё ещё не верила в произошедшее. Я не желала верить, что убила человека. Мне даже проще было предположить, что искажённый мир всё же реален. В груди было ужасно больно, а из глаз текли слёзы. Разрыдавшись в итоге, я стала убеждать себя, что это какая-то ошибка, что ничего подобного быть не могло, что мне всё показалось, что всё, что было снаружи — плод моего больного воображения, вызванное страхом. В конце концов я просто сплю, а всё происходящее — кошмарный сон. Трупы той оравы монстров исчезли. Значит, их не было. То есть и парня могло вовсе и не быть. Тем не менее я никак не могла остановить слёзы, продолжая сидеть в холле, поджав и обняв колени. Окровавленный меч лежал рядом на полу.