Магнитик

      Не успел. Эта мысль билась в подсознании пойманной птицей, вытесняя все прочие. Лео стоял на, чудом уцелевшей, крыше одного из домов и с ужасом осматривал то, что осталось от деревушки. Ни одного целого здания, лишь дымящиеся, а кое-где еще догоравшие, остовы домов. И ни единой живой души. Кто-то успел сбежать, а кто-то так и остался в родной деревне, погребенным под грудой обломков в собственном доме. Зловещая тишина повисла над, некогда оживленным, селением, нарушаемая воем собак, по несчастью оставшихся без хозяев, и треском обваливающихся деревянных конструкций. Это было слишком даже по меркам контрабандистов. Казалось бы, за столько лет бесконечных стычек с городскими отморозками, Шреддером и иже с ними, можно было привыкнуть ко всему, но у него не получалось. Леонардо постоянно мучился чувством вины от того, что ничего не мог поделать, не смог вовремя прийти на помощь, даже если это было физически невозможно на тот момент. И этот случай не исключение.       Сжав кулаки от бессильной злости тот, кого местные прозвали Призраком, бесшумно спрыгнул вниз, чтобы осмотреть все с земли. С такого ракурса пейзаж был еще более угнетающим. Здесь сильнее пахло гарью, обуглившиеся стены домов возвышались печальным напоминанием о человеческой жестокости, а едкий дым от редких догорающих костров заставлял глаза слезиться. По крайней мере, ему хотелось верить, что все дело в дыме. Проходя мимо чернеющих провалов окон и дверей, Лео непроизвольно заглядывал внутрь, будто надеясь увидеть выживших. Он прекрасно понимал, что после такого едва ли кто-то уцелел, и спешно отводил взгляд, завидев подтверждение своих невеселых мыслей. Но не уходил. Мечник почему-то не торопился покидать место трагедии, будто ожидая, что сейчас кто-то хлопнет в ладоши и вернет все на свои места. Глупая и совершенно не свойственная ему фантазия. Черепашка даже фыркнул, отгоняя наваждение. Однако, хлопок был и достаточно громкий, чтобы спугнуть птиц с веток близ растущих деревьев. Даже не хлопок — треск прогоревшего до углей старого дерева. Завертев головой в поисках источника звука и найдя его, Леонардо почувствовал, что если бы у него были волосы, они бы обязательно зашевелились. В паре домов от него догорала крыша небольшой часовни. Потолочные балки с громким треском рухнули и по какой-то своей прихоти начали заваливаться вбок, на улицу. Но напугало его не то, как, а то на кого они падали. Весь этот мусор летел прямо на ребенка, стоявшего под обвалом. Лео не успел даже подумать, что нужно предпринять, дабы избежать еще одной трагедии. Ему показалось, что время вокруг на какой-то миг остановилось, а в следующий момент он обнаружил себя на противоположной стороне улочки с бешено колотящимся сердцем, сжимающим в объятиях того самого человечка. Мутант мог поклясться, что никогда до этого не двигался так быстро. — Пронесло, — выдохнул мечник, откидывая голову назад. Ребенок в его руках завозился, и он ослабил хватку, давая тому возможность выбраться из рук незнакомца, а через секунду на черепаху уставились огромные серые глаза. — Не поранилась? — девочка, до этого пораженно смотрящая на своего спасителя, вздрогнула от неожиданности. У нее на лице большими буквами отпечаталось удивление, и весь ее вид так и говорил «Оно еще и разговаривает?!».       Рука Лео машинально дернулась к капюшону, и, не найдя его на своем законном месте, он на секунду замер, после чего осторожно перевел взгляд на ребенка. Казалось, что она вот-вот заплачет. Ручки комкали подол старенького платья, губы дрожали, а в уголках красивых глаз цвета предгрозового неба собирались слезы, делая их неправдоподобно большими, как у героев аниме-мультиков. Сердце ниндзя сжалось от страха и немножко (совсем чуть-чуть) от обиды. Но быстро отогнав ненужные мысли, он осторожно протянул руку и стер первую сорвавшуюся с ресниц слезинку, оставив грязный развод на перемазанном пылью и сажей личике. — Не бойся, — мягко произнес Лео, не очень уверенный в том, что его поймут. — Я тебя не обижу. — В этот момент девчушка перестала сдерживаться и разрыдалась, бросившись на шею ошалевшему мутанту. Судорожно стискивая в кулачках края его накидки, она сквозь слёзы что-то лепетала на своем языке, из которого он понял только то, что ей очень страшно. На счастье, он вырос с тремя братьями, одного из которых успокаивать приходилось по нескольку раз на дню. Тихо улыбнувшись воспоминаниям, мечник все так же осторожно приобнял плачущую девочку, легонько поглаживая по спине, продолжая говорить, что все будет хорошо и она теперь в безопасности. И это сработало, дети есть дети. Через какое-то время ребенок успокоился, убаюканный мягким голосом, и теперь лишь изредка шмыгал носом где-то в область ключицы. Но покидать насиженное место отчего-то не торопился. Когда же Леонардо опустил взгляд, то с удивлением обнаружил, что его новая знакомая ухитрилась уснуть. А впрочем, оно и не мудрено.       И что ему теперь делать? Оставить здесь он ее никак не может. По-хорошему, нужно отвести ее к людям, но до соседней деревни засветло он явно не успеет. Поразмыслив на эту тему и придя к каким-то своим выводам, Лео свободной рукой надвинул капюшон поглубже на глаза и, аккуратно поднявшись на ноги, направился прочь из разоренного селения, бережно прижимая к груди спящую девочку. Нужно попробовать добраться до его временного убежища и отдохнуть. А завтра, завтра он обязательно отведет малышку к своим.       Знал ли он, что эта девочка перевернет его жизнь и станет едва ли не самым дорогим существом на планете? Что всерьез задумается над тем, чтобы остаться здесь вместе с ней? Что вернувшись домой, поддавшись уговорам старой подруги, наткнется на открытую неприязнь к его названной дочери? Едва ли все эти мысли посещали черепашьего лидера. Сейчас он думал лишь о том, что на его сердце давно не было так спокойно.