Семь дней для любви

Послушай, Остановись, пока не поздно, Я падаю вниз за тобой Туда, где светят твои мёртвые звёзды, Ослепляя солнце пустотой.

(с) Время неспешно бежало вперед. Вот уже как больше полугода наша неугомонная парочка проводит выходные вместе. Мисаки любила оставаться в квартире Усуи. По мнению девушки, вкуснее него никто не готовил кофе. Черный, без сахара и сливок, оставляющий на языке приятное горькое послевкусие, да и терпкий аромат щекотал обоняние. Так мог заваривать кофе только он. В эти выходные блондин все же умудрился заболеть. На улице холодная осень, а он как засыпал с мокрой головой, после принятия душа, так и засыпает. Аюдзава устала ругаться с ним по этому поводу. Подсознательно она даже думала, что он делает это специально, так как при малейшем намеке о простуде, девушка тут же включала режим чрезмерной заботы. Парню это нравилось. Они просто созданы друг для друга. - Усуи, иди сюда, - приказным тоном промолвила девушка. В её руках был специальный пластырь-компресс, который снимал жар. – Иди сюда, кому сказала! - Может, не надо? – с непривычной хрипотцой в голосе отозвался парень, медленно приближаясь к сердитой Мисаки. Все же, как он ни старался, улыбка играла на его губах. - Олух, что тебе врач сказал? Никаких простуд! Осложнение захотел? – бурчала Аюдзава, клея на его лоб компресс. Воспользовавшись тем, что девушка занята и находится в зоне вытянутой руки, Такуми приобнял её за талию. Мимолетное касание горячих губ в висок. Мисаки не сопротивляется, привыкла. Но все же, против её воли, на щеках появляется румянец. Нет, сколько ни говори, президент не мог спокойно относиться к прикосновениям блондина. Да и вряд ли к такому можно привыкнуть. Все, чего он касается, наливается приятной истомой, а по телу пробегает табун мурашек. - Идиот, - буркнула девушка, не разрывая объятий. - К тому же, у меня такая прекрасная горничная. Она позаботится о своем непослушном хозяине, - шепчет ей на ухо, ненавязчиво касаясь мочки уха. - Ах ты, пришелец-извращенец! - улыбаясь, кричала девушка, выскальзывая из объятий и запуская в его сторону подушку. Рассмеявшись, парень уклонился от снаряда и продолжил свои играющие приставания. Мисаки сопротивлялась, но не переставала улыбаться. Они больше не ругались так часто, это стало чем-то повседневным. Вот только Аюдзава не намерена так легко меняться. Она все еще ругалась и кричала, но скорее для проформы, нежели всерьез. Ей и самой начинало это нравиться. «Говорят, что если сложить тысячу бумажных звезд, сбудется самое заветное желание». Мисаки замерла. Глупо смотря на экран телевизора. Отчего то в её голову пришла неожиданная мысль, что не всегда так будет. Что придет тот час, когда им придется расстаться. Не будет ссор, веселых подколов, пошлых шуточек, заразительного смеха и озорных искр в зеленых глазах. Сердце екнуло. - Усуи, а давай попробуем… - не осознавая, что сказала это вслух, она не глядя на парня, покраснела. Мисаки неприятна та мысль, что она бессильна. Нет, она не устроит истерику, не будет плакать. Она ведь сильная, по крайней мере для других. Брюнетка не даст слабину при нем. Не даст лишний повод для волнений. - Это глупо, - Такуми не дурак, он все понял. Парень точно знал, о чем думает его девушка, так как не раз замечал этот тусклый взгляд и мрачное выражение лица. Если глаза и можно скрыть челкой, то лицо не скроешь. Мисаки всегда была открытой книгой. - Если конец неизбежен, его не остановить какими-то бумажками. Хлестко и больно. Слова – пощечины, холод говорившего и осознание его собственного смирения. Аюдзава знала, что это глупо, но после его ответа уже не могла себя сдержать. Пусть глупо, но хоть что-то! Не сидеть же сложа руки, когда на твоих глазах исчезает любимый человек. Ведь это не какая-то поездка, после которой можно встретиться. - И пусть глупо, - Мисаки перевела взгляд на Такуми. Глаза смотрели со злобой, голос был холодным и безэмоциональным. – Почему бы все равно не попробовать? - Зачем тешить себя ложными надеждами на чудо? – прямо спросил блондин. Девушка онемела. Вскочив с дивана, она посмотрела в его глаза. Такие холодные и пустые сейчас. - Почему бы не поверить? Тебе проще смириться! А я не хочу! Я… - Мисаки, - парень не повышая голоса, перебил девушку. - Чудес не бывает. Мы не в сказке и не в какой-нибудь дешевой книжонке, где будет необоснованный и сопливый хеппи энд. Это жизнь. Реальная жизнь. Я предупреждал тебя, но ты осталась и совершила ошиб… - Замолчи! - крикнула девушка. - Знаешь, я не могу так больше… Собрав вещи, девушка выбежала из квартиры. Как только дверь за ней захлопнулась, парень устало опустился на диван. Это их первая крупная ссора за последние пару месяцев. Аюдзава стала более терпимой к его выходкам, но как только речь заходит об ошибке, которую, по мнению Такуми, она совершает, Мисаки тут же «загорается». - Молодец, Такуми, - прошептал парень, откидываясь на спинку дивана и закрывая глаза. - Просто молодец…

***

Они не виделись целую неделю. Девушка не брала трубку, не выходила из комнаты, когда он приходил к ней домой. Одним словом – игнорировала. Такуми нервничал. Он тысячу раз проклинал себя за то, что наговорил ей. Пусть они бы сделали эти несчастные звезды. Мир бы не рухнул. Главное, что бы она была рядом, а не прокляла его. И вот, очередной унылый вечер в пустой квартире перед телевизором. Выйдя из душа, он по привычке не высушив голову, разместился на диване. Медленно клонило в сон. В итоге задремав, парень подскочил, от неожиданного звонка в дверь. Последнее, о чем подумал бы парень, так это об Аюдзаве, и поэтому, рассердившись, направился открывать входную дверь незваному гостю. Распахнув дверь, он удивленно смотрел на смущенную Мисаки. В её руках была коробка, стараясь не встречаться взглядом с блондином, она протянула ему картонное изделие. Проигнорировав её действие, он схватил её за запястье и буквально втянул в коридор. Коробка выскользнула из рук, Такуми не теряя времени, крепко обнял девушку. - Я идиот, - коротко проговорил блондин, утыкаясь носом в макушку девушки. - Голова, - смущенно пробормотала девушка, - ты снова не вытер голову… олух. Парень тихо рассмеялся. Уткнувшись лицом в грудь парня, она пыталась скрыть румянец и появившуюся улыбку. Простояв так какое-то время, парень все же выпустил девушку из своих объятий. Подняв коробку, держа Мисаки за руку, пошел в гостиную. Усадив несопротивляющуюся Аюдзаву на диван, он начал рассматривать коробку. Взгляд невольно скользнул к рукам девушки, которая, явно не замечая, начала теребить край своей футболки. Небольшие порезы и едва заметные мозоли на пальцах. - Что это? – тихо спросил Такуми. - Звезды, - все больше краснея, говорила девушка, - бу-бумажные звезды. Ровно тысяча штук. - И из-за этого ты меня игнорировала? – бровь парня от удивления дрогнула. - Ну, говорят, что эффект будет гораздо сильней, если не видеться с тем, кому они предназначаются. – Аюдзава в тысячный раз пожалела, что затеяла все это. - Загадай желание… Усуи внимательно вглядывался в лицо девушки. Ему было приятно, что она так заботится о нем. Счастье маленьким клубочком теплилось внутри. От очередной мысли, что ему очень повезло с девушкой и что Мисаки очень милая, когда совершает подобные глупости. - Что же, - раскрывая коробку, начал парень. - Я хочу, чтобы Миса-тян снова приготовила свою чудо-кашу. Ах да, и пусть она будет в костюме горничной! Мисаки удивленно распахнув глаза и, приоткрыв рот, смотрела на довольно улыбающегося парня, высыпавшего на её голову разноцветные звездочки. Краска медленно сходила с её лица, а улыбающийся Такуми, все больше напоминал кота, объевшегося сметаной. - Ты хоть знаешь, сколько я их делала? – вскочив с дивана, начала кричать Аюдзава. Занеся руку для удара, она уж было хотела отвесить парню знатных оплеух, но наученный горьким опытом Усуи, перехватил её руку. Поднеся ладонь девушки к губам, он заботливо поцеловал порез на пальце. - А я слышал, что если делать это вместе, то эффект просто сногсшибательный, - рассмеялся парень, кивая головой в сторону окна. Переведя взгляд, брюнетка увидела большую коробку, до краев наполненную разноцветной бумагой. - Ты… ты просто, - отчаянно краснея, заикалась Мисаки. Усуи улыбнулся и поцеловал её. Мягко и нежно, не спеша углублять поцелуй. Слегка прикусив нижнюю губу и издав один тихий смешок, разорвал контакт. - Миса-тян, так как насчет наряда горничной и кашки? - невинно хлопая глазами, проговорил Такуми. - Обойдешься, чертов, пришелец-извращенец, - улыбнулась девушка. Очередной поцелуй был более агрессивным. На этот раз его прервала Аюдзава. Еще какое-то время глядя друг на друга, они тихо смеялись. И все же... они такие идиоты. Собирая разбросанные звезды с пола, Такуми то и дело получал по шее за свои пошлые шуточки. Собрав последствия масштабного «звездопада», блондин поставил на стол коробку с цветной бумагой. Задумчиво вертя в руках красный лист, он перевел взгляд на девушку. - Миса-тян, я слышал, что бумажные журавлики тоже исполняют мечты, - серьезно проговорил Такуми, Мисаки недоуменно на него посмотрела. Поймав угол листка губами, он озорно улыбнувшись, продолжил. – Давай и их сложим на всякий случай. Целую тысячу…