Изменяя реальность

      Подземелье, где находились темницы, дышало затхлой сыростью. Было слышно, как вдалеке монотонно падают капли воды. Я поежился — мне еще ни разу не доводилось бывать здесь. Стражник грубо толкнул меня в спину, и я аккуратно сошел по скользким ступеням. Стража последовала за мной.       Коридор освещался плохо — я видел метров на десять вперед, не больше. С обеих сторон тянулись одинаковые серые камеры. «Как склепы», — подумал я, гадая, какой из них уготован мне.       — Дальше, дальше! — повторял стражник, толкая меня вперед. И я покорно шагал, пока не услышал:       — Стоять! Вот, сюда!       С минуту мне пришлось ждать, пока стражники справятся с замком. Наконец тяжелая дверь открылась, и меня с силой толкнули внутрь — я едва устоял на ногах. В этот момент я словно очнулся. Словно только сейчас поверил, что это не сон.       — Постойте! Это неправильно! Я же…       Дверь с лязгом захлопнулась. Щелкнул замок.       — …ничего не сделал, — закончил я тихо.       Закончил и сразу понял, что это ложь. Сделал, конечно, сделал. Ночью, у древнего озера. Но откуда ж я мог знать, что все так обернется? Я же не просил всего этого. Я просил только… Может, это возмездие?       Надо было срочно что-то предпринимать. Темница… Можно ли из неё выбраться? Судя по рассказам, которые я слышал с раннего детства, шансы ничтожно малы. Я не знал ни одной истории об удачном побеге. Впрочем, не изучал эту тему подробно — даже представить не мог, что однажды… Ладно, посмотрим.       — Кто здесь? — послышалось сверху. Я узнал этот голос!       — Сиф?       Взбежав по короткой винтовой лестнице и очутившись в тесной тюремной камере, я понял, что не ошибся. Сиф сидела, прислонившись к стене и поджав под себя ноги — явно замерзла. Меня поразил её вид. Серая кожа, глубоко запавшие глаза, а волосы, которыми она всегда гордилась, превратились в спутанный грязный клубок.       — Локи.       Она говорила, едва шевеля губами, но в этом болезненном шепоте отчетливо читалось презрение. Сиф зло усмехнулась, и я только сейчас заметил, что, вдобавок ко всему прочему, её губы сочатся кровью.       — Я знала. Однажды… тебе воздастся. И жалею только, что слишком слаба, чтоб размозжить тебе о стену лицо. Но ты и без этого плохо кончишь. Сгниешь здесь, как…       — Как и ты, — сказал я невольно.       Мне хотелось выспросить, что происходит, и чем Сиф заслужила такую немилость, но я почему-то не мог.       — Забавно, не правда ли? Все подхалимы кончают так.       — Подхалимы? — только и переспросил я. Не знаю уж, что именно Сиф показалось забавным.       — Не притворяйся, что это к тебе не относится.       Внезапно Сиф всхлипнула, а по её впалой щеке покатилась слеза. Впервые за свою жизнь я видел, как она плачет.       — Ты думаешь, я не знаю? — спросила она, содрогаясь всем телом. — Сколько пострадало людей, по твоим… доносам? Сколько семей…       — Каким доносам?       Внутри у меня похолодело. Я понятия не имел, о чем Сиф говорила, но почему-то сразу ощутил себя виноватым.       — Ну и мразь же ты, Локи!       Я вздохнул и сел на пол, скрестив ноги. Недалеко от Сиф, но и не слишком близко — так, чтоб она не могла до меня дотянуться, если захочет ударить.       — Слушай, можешь не верить мне, и… это будет логично, но я ничего не понимаю. Совсем.       Она посмотрела на меня странно. Так, словно готова была допустить — всего лишь на миг — что я ей не лгу. Это придало мне уверенности, и я продолжил:       — Что-то случилось с Асгардом. Что-то очень плохое.       — Проснулся? — сколько же яда и отвращения было вложено в это слово!       — Да, — сказал я спокойно. — Да, именно так. Я проснулся сегодня, а здесь… все по-другому. В залах тихо и пусто, и никого нет. Я как будто перенесся в какой-то другой Асгард.       — Как может быть два Асгарда?       — Понятия не имею. Но для меня еще вчера все было совсем не так. Все было другим. Ты была другой. Я только вчера тебя видел — вы с Тором стояли возле окна и смеялись.       — С каким Тором?       Я замер. Сердце застучало с перебоями. Сиф спросила так, как будто впервые слышала это имя. Так значит, все получилось, как я просил? Нет, быть не может! Я же не это имел в виду. И кто же тогда…       — Стоп. А кто в тронном зале? По чьему приказу мы с тобой здесь?       Сиф смотрела на меня выжидающе. Я отвечал ей тем же. Эта игра в гляделки длилась от силы минуту, а потом Сиф сказала:       — До сих пор не могу понять, то ли ты вконец умом тронулся, то ли…       — О, я тоже хотел бы знать. В одном могу заверить, это не ложь. Какой смысл мне лгать? Тебе, здесь? Давай так — ты расскажешь свою историю, я — свою. А потом будем думать, что это значит, и что с этим делать.       Сиф промолчала, и я расценил это, как согласие.       — Так ты скажешь, кто он такой? Тот, кто сидит на троне?       Сиф на мгновение закрыла глаза и нервно сглотнула. Затем вновь на меня посмотрела и тихо, будто борясь с собственным страхом, произнесла:       — Его зовут Рагнарек.