Преодолевая страхи.

      Юнги вздрогнул, когда за ним захлопнулась тяжелая дверь. Он даже не заметил, как оказался в подъезде своего бывшего дома. Капли дождя, падающие с потемневших волос, неприятно стекали за шиворот и липли к коже спины. И все-таки умудрился же он оставить зонт, когда ведущий прогноза погоды обещал, что на город выльется огромное количество воды. Мин поежился и, гонимый желанием поскорее оказаться в теплой квартире, спешно начал подниматься по лестнице.       Сколько времени прошло с того момента, как Юнги переехал от четы Кимов? Он, на самом деле, и не считал даже. Просто в какой-то из моментов понял, что в одной квартире им больше не ужиться, а может всему этому послужило то, как Мин в очередной раз наткнулся на голых влюбленных, которые вновь облюбовали диван в гостиной. Юнги было до смешного неловко и самую каплю одиноко. Поэтому ему пришлось съехать, но перед этим, конечно же, выслушать длинную речь от мамашитиренаседки Намджуна, который за друга беспокоился больше, чем сам друг за себя. Но что уж тут поделать, если Юнги что-то взбрело в голову – он от этого не отделается легко.       Сам Юнги даже толком свыкнуться со своим решением не успел, когда Джун вложил в его ладонь связку ключей, слишком уж быстро нашлась свободная квартира, но Ким отшучивался, что ожидал побега Юнги из «родового гнездышка». Квартира Мину понравилась. Небольшая, но уютная кухня, одна светлая и абсолютно квадратная комната с выходом на широкий балкон, на котором стоял маленький удобный диванчик от прежнего хозяина. Вообще-то Мин был рад, что хозяин оставил столько полезной мебели, ему очень нравилась обстановка, и парень даже не стал ничего менять. Долгими вечерами, когда из колонок лились звуки любимой музыки, Юнги позволял себе пускаться в раздумья того, как его нынешнее обиталище выглядело ранее. В голове возникали разные картинки, что Мин даже пугался того, насколько реальными они ему казались. Вообще-то его даже преследовали странные ощущения, но он отмахивался от них, думая, что это всего лишь последствия его так называемой болезни, но однажды нашел под кроватью маленькую квадратную фотографию, на ней светилась яркая улыбка, охватывая почти все пространство бумаги, и более ничего. Мин мог бы сказать, что это не самая удачная фотография из-за того, что лицо человека даже не вошло на ее пространство полностью, но в этой улыбке что-то было такое… успокаивающее. Юнги не стал выкидывать фото, просто наклеил его поверх бледно зеленой стены аккурат над кроватью. Почему он так сделал, даже сам себе объяснить не смог.       Первые несколько недель в новом жилье Юнги плохо спал. Ему навязчиво снились чьи-то обнимающие руки, приятный голос, копна темных волос, и каждый раз он просыпался с ощущением чего-то утерянного. Иногда даже хотелось выть волком от досады, но, со временем, сероволосый свыкся. Он старался заваливать себя какими-то делами, чтобы под вечер сил оставалось лишь на маленький поход от входной двери до кровати.       Вообще, в жизни парня многое поменялось. Он разобрался со своей «болезнью», и приступов уже не было долгое время. Мин вспомнил некоторые моменты касаемые того, как наткнулся на одну стремную контору, люди в которой предлагали навсегда избавиться от своего соулмейта по скромной цене. Но личности этих ублюдков до сих пор остаются для Юнги нераскрытой тайной. Правда, Джун все-таки затащил его к одному знакомому следователю, и тот был несказанно рад, что внезапно получил хоть какие-то дополнительные сведения по этому вопросу. Оказалось, что в полиции давно занимаются этим делом, но безуспешно – все свидетели ничего не помнили, поэтому информация, полученная от Юнги была сродни свежему глотку в этом непростом деле. Мин почувствовал небольшое удовлетворение, что смог хоть чем-то помочь в расследовании.       Помимо помощи в расследовании, Юнги решился на некоторые изменения в своей собственной жизни. Он наконец-то окончательно бросил курить, и по началу это было тяжело и раздражающе, Мин даже временами думал, что непременно заработает себе сахарный диабет от количества употребляемых карамелек, чтобы хоть как-то приглушить желание ощутить вкус табака. Еще он уволился с прошлой работы, потому что нашел себе более интересное занятие – создавать эскизы для небольшого рекламного агентства. Его талант к художеству оценили по достоинству, а то, как он креативно подходил к каждому заказу, радовало не только внутреннего творческого человечка Юнги, но и директора агентства, ведь клиентов стало гораздо больше. Еще он позволил себе небольшой риск – купил классический мотоцикл фирмы Suzuki, и, честно говоря, ему он очень нравился, как и те ощущения, что приносила езда на этом стальном красавце. Единственное, что не изменилось в его жизни это то, что он до сих пор боялся узнать имя, начертанное на его бледной спине. Этот страх он так и не смог побороть.       Юнги выдохнул прежде, чем нажал кнопку звонка. За дверью отдаленно слышался детских смех и басовитый хохот взрослого парня, губы Мина сами собой растянулись в улыбке. Дверь распахнулась и…       - Ты пришел, - Джун по-собственнически обнял друга, не обращая внимание на степень влажности того от дождя.       - Я слышу, Юна уже тут, - Юнги позволил втянуть себя в тепло квартиры.       - Конечно, сестра только узнала, что мы можем посидеть с Юной, тут же привезла ее, - Джун смешно закатил глаза, - все щебетала о том, что наконец-то нашла того самого, и у них сегодня свидание. Не знаю, что из этого получится, ведь про дочь она ему, видимо, пока рассказывать не собирается. Только Юне об этом не говори, не хочу, чтобы малышка расстраивалась.       - Да я понял, - Мин поежился, - мне бы подсушиться, на улице льет как из ведра.       - А ты решил, что не царское это дело – зонт с собой таскать? – хмыкнул Ким.       - Я просто забыл его.       - Как на тебя это похоже. Ладно, проходи.       Юнги скинул промокшую насквозь обувь и потопал на звук смеха вслед за Джуном. В гостиной обнаружился распластанный на полу Тэхен, он громко хохотал, пока маленькая черноволосая девочка усердно щекотала его ребра. Джун попытался привлечь к себе внимание этой парочки, но безуспешно, слишком заняты они были баловством, в конце концов Ким смирился, даже успел пнуть Юнги в ванную, чтобы тот переоделся, а когда позже усадил Мина за стол, желая отпоить того чаем, в дверном проеме появился Тэ, его ногу крепко обвивала Юна на манер маленькой обезьянки.       - Джун, я бэйбика хочу, - с квадратной улыбкой радостно сообщил брюнет на всю кухню.       Намджун вздрогнул, выронив пачку чая, и ошеломленно выдал под смех Юнги:       - Ну, приехали…

***

      - Ты опять пишешь ему? – устало прошептал Тэхен, прокрадываясь за спину Джуна, он только что кое-как уложил Юну спать, малышка все никак не хотела отпускать полюбившегося ей брюнета.       Джун откинулся на спинку стула, с усердием потирая пальцами переносицу, он так устал за все эти месяцы, если честно. Груз молчания сильно давил на него, но он не мог нарушить данного Хосоку слова. Лишь исправно писал Чону на почту каждую неделю о том, как поживает Юнги, иногда делится тем, что происходит и в жизни его брата. Но Хосок ни разу не ответил на отправленные письма. Джун понимал его, с одной стороны, но все-равно злился на Чона, потому что тот неслыханный дурак и трус немного. Злился на то, что бросил Мина вот так в незнании. Злился на Юнги тоже, потому что тот такой же трус и боится узнать имя своего соулмейта. Намджун коротко выдохнул, ощущая сильные пальцы на своих плечах, Тэхен усердно разминал напряженные мышцы блондина.       - Тебе не кажется, что ему… все равно? – колеблясь, проговорил, мучавшие его давно, слова Тэхен, - он за все время ни строчки не написал, ни позвонил. Мы даже не знаем где он находится. Тебе не кажется, что он попросту сломался и пытается обо всем забыть, а ты этими письмами лишь вскрываешь заново его раны?       Ким ничего не ответил, Тэ бил своими словами прямо в десятку, блондин сам много раз думал об этом, но почему-то не хотел сдаваться, надеялся на что-то. Похоже эти надежды все-таки были изначально пустыми.       - Пойдем спать, - тихо промурлыкал Тэ ему на ухо, обдавая кожу Джуна горячим мятным дыханием, - тебе нужно выспаться и откинуть все эти мысли на некоторое время, к тому же, завтра нам рано вставать.       - Это еще почему? – хриплым голосом поинтересовался блондин.       - Я обещал Юне, что мы сходим с ней в парк развлечения, - на одном дыхании виновато выдал его возлюбленный.       - Тэхен! Я надеялся завтра поработать над одной важной статьей, мне нужно перевести ее в срочное вре…       - А ну тихо, - безапелляционно оборвал Тэ Джуна, - я разобью твой ноутбук, если ты не будешь позволять себе отдыхать.       Джун крутанулся на своем стуле, чтобы повернуться лицом к своему соулмейту. Он изучающе прошелся взглядом по телу Тэхена, а после закусил пухлую губу, сдерживая хитрую улыбку.       - Отдыхать можно по-разному, - соблазнительно прошептал Джун, с удовольствием замечая, как округляются глаза брюнета в удивлении.       - Но.. но за стеной спит Юна, она же все услышит! – начал оправдываться Тэхен, - Джун, ты же знаешь, я не смогу быть тихим, - красные пятна начали покрывать щеки брюнета.       - А ты постарайся, - весело проговорил Джун, вскакивая со своего места, он подхватил Тэхена и через пару шагов кинул того на мягкую постель.       - Ты дьявол, - со стоном отчаянья пробормотал Тэхен, - точно тебе говорю, - но вопреки своим словам сам потянул на себя Джуна.       Кажется, придется приложить много усилий, чтобы никого не разбудить этой ночью.

***

      Отчаянье било по голове набатом, сердце дико ныло, будто случилось что-то невообразимо ужасное, парень поежился, смахивая выступающие слезы, позвоночник жгло в том месте, где на коже выступали чернильные буквы. Дыхание внезапно перехватило, и он почувствовал резкую боль в грудине, парень сжал в кулаке ткань белого халата. Паника накрыла его с головой, он дернулся, хватаясь за край стола, даже не обращая внимание на то, что смахнул с него колбы с реагентами. Ему показалось, что он слышит визг тормозов и чудовищный скрежет мнущегося металла.       - Юнги… - болезненно сорвалось с его побледневших губ, - что с тобой, Юнги…

***

      - КАК ЭТО ПРОИЗОШЛО?! – на Джуне не было лица, когда он залетел в фойе клиники. Он задыхался и ощущал резкие острые боли в боку, но это оставалось без внимания, лишь всепоглощающий ужас и страх за жизнь Юнги.       - Молодой человек, успокойтесь, - успокаивающе проговорил, - пациент жив, ничего не угрожает его жизни.       Намджун глубоко втянул в себя воздух и медленно выдохнул, пытаясь собраться с мыслями, на кармане медицинского халата доктора он увидел бейджик с именем.       - Доктор Ли, прошу вас, объясните мне все.       - Пациент Мин не справился с управлением мотоцикла, его занесло на мокрой дороге, и он выехал на встречную полосу. Ему очень повезло, он слетел с мотоцикла ранее, чем тот врезался в автобус. На его теле множество ушибов и ссадин, треснуло два ребра, имеется перелом левой руки и несильное сотрясение мозга. Сейчас он отдыхает, мы вкололи ему успокоительное. И еще… - доктор немного замялся, поправляя на носу очки, - он постоянно звал некого Хосока. Я так понимаю, это вы?       Джун нервно хихикнул, едва ли подавляя истеричный хохот.       - Нет, Хосок это его соулмейт.       - Простите за поспешные выводы, - сухо проговорил доктор, - позже вы можете узнать у медсестры за стойкой в какую палату перевезут пациента Мина, а пока можете заполнить документы и оплатить лечение. И я бы посоветовал поскорее сообщить соулмейту мистера Мина о его состоянии. Присутствие того позитивно скажется на самочувствие пациента, - договорив эту небольшую речь, доктор поклонился и покинул Намджуна.       - Черт, - под нос пробубнил себе Ким, - и где я ему Хосока достану?       Когда все документы были оформлены, а между звонками Тэхену было выпито около пяти чашек посредственного кофе, Намджун все-таки узнал номер палаты Юнги, ему пришлось очень постараться, чтобы парня определили в одноместную, он точно знал, что Мин негативно воспримет то, что ему пришлось бы делить помещение с кем-то незнакомым. Так же Намджун остался ночевать в палате Юнги на самом неудобном в мире кресле, едва ли не ворочаясь через каждые пятнадцать минут, потому что поясница нещадно затекала от жесткой мебели.       Ким поморщился и решил, что ничего страшного не произойдет, если он спустится вниз в поисках чего-нибудь съестного, желудок уже давно давило от голода, и только он поднялся с неудобного места, потягиваясь и разминая затекшие конечности, как скрипнула дверь. В палату тихо вошел Джексон, придерживая в одной руке коробку и стаканчики с кофе, а в другой – тяжелый пакет. Намджун явно не ожидал увидеть этого парня в подобном месте.       - Ты что тут забыл? – вышло грубовато, но Ким до сих пор не мог избавиться от некой агрессии по отношению к бывшему мужу Тэ.       - Решил позаботиться о тебе, пока Тэхен нянчится с твоей племяшкой, - дружелюбно начал Джекс, пока его не оборвал требовательный голос.       - Ну что ты встал? Дай пройти, - Джексон закатил глаза, не скрывая неумолимо растекающейся улыбки, и отошел немного в сторону, чтобы пропустить кого-то вперед.       - Джебом? – Ким не поверил своим глазам, - это что еще за неожиданная миссия благотворительности?       - Давно не виделись, Джун, - высокий черноволосый парень держал в руке объемный букет каких-то неизвестных Киму цветов и улыбался во все 32, превращаясь из-за этого в хитрого лиса, - хоть бы звонил изредка, а то узнаю про вашу семейную жизнь через Джексона, - тот, к слову, уже умудрился водрузить все что было в руках на столик у койки Мина. – Что говорят врачи?       Джун осел обратно в ненавистное кресло, упираясь локтями в бедра, и скользнул взглядом по спящему Юнги.       - Ничего такого, что угрожало бы его жизни, сейчас он просто спит, - ответил Ким, - напомните мне, что вы тут забыли?       - А, - Джебом кинул взгляд на Джексона, тот явно нервничал, не зная, куда себя деть, - мы тут кое-кого привели.       Ван выпрямился, оставляя попытки выгрузить фрукты для Юнги, и шагнул к двери, шире распахивая ее.       - Заходи.       В дверном проеме показался бледнющий Хосок. Под его глазами пролегли тени, губы были потрескавшимися, он постоянно нервно облизывал их, боясь смотреть в глаза Намджуна. Руки подрагивали, стискивая лямку сползшего с плеча рюкзака.       - Здравствуй, Джун. Я вернулся.       - Окей, что еще должно произойти в этот момент, чтобы утро стало еще более безумным? – он даже не удивился, что Мин заворочался на своей постели, - чувствует, что ты тут, - последние слова были обращены к Чону.       Все четверо уставились на Юнги. Он тихо простонал, реснички затрепетали, а после парень распахнул глаза и поморщился от дискомфорта. Он проморгался, а после обвел взглядом палату, поочередно натыкаясь на своих посетителей. На лице отразилось недоумение, раздражение и… злость.       - Хосок, что ты тут делаешь? – Юнги было дернулся, но катетер в руке причинил боль, - господи, что за хрень в моей руке, - Мин впился взглядом в Намджуна, - что со мной?       - Ты свалился с мотоцикла, поэтому лежи смирно и терпи теперь все эти медицинские штучки, иначе я своими руками привяжу тебя к кровати, чтобы с твоей тощей задницей больше ничего не случилось. Блять, Юнги, как можно быть таким безответственным???? Сколько еще я должен потратить нервов, переживая за тебя? Ах, к черту все, - Намджун соскочил со своего места, - это мне? – он кинул взгляд на кофе и коробку с пончиками, как оказалось. Джексон на его вопрос лишь кивнул, - окей, - он подхватил свой завтрак и двинулся на выход, - Ван и Им, на выход. Этим придуркам нужно поговорить. – Он остановился рядом с Хосоком и, серьезно глядя в его лицо, добавил твердым голосом, - только попробуй сбежать вновь, найду тебя и надеру задницу. А теперь сделай все, чтобы мой друг был счастлив, - и вышел прочь. Через пару минут Хосок остался наедине с Юнги.       Чон, молча, скинул рюкзак на пол, прикрывая за собой дверь. Он нерешительно глянул на Юнги, считывая с его лица злость.       - Т-ты помнишь меня? – ладони вспотели от страха и вины.       - А ты надеялся, что нет? – Мину грубости не занимать, он хотел бы дать в лицо Чону, как в ту их первую встречу в треклятой лаборатории университета.       - Я не думал, что такое возможно…       - И поэтому решил за меня, что будет лучше свалить из моей жизни? Как вообще ты додумался до такого? Я же, черт возьми, люблю тебя! И плевать мне хотелось на эту дурацкую связь соулмейтов. Да, я был тем еще уродом, когда от страха решился на такие меры, но я понял это и готов понести за это наказание, но не такой ценой! А ты! Ты бросил меня… - Юнги внезапно затих и прикрыл глаза, из уголков глаз потекли слезы. – Я все это время мучился от того, что не мог вспомнить важное для себя, мучался от таких ярких снов, которые дарили мне мимолетное тепло, а просыпаясь я не мог толком вспомнить что это было. Что было бы со мной если не эта авария? Ты бы так и не удосужился заявить о себе?       - Мне жаль, Юнги, - голос Чона звучал надрывно, будто соскребая с горла живое мясо, ему больно было видеть такого Юнги, больнее того, что он испытал когда-то от попытки Мина разорвать связь. В памяти всплыли события вчерашнего дня, когда он испуганный, со слезами на глазах набрал номер Джексона, желая узнать о том, как там Юнги. И как его сердце разорвалось на части от слов друга, что сероволосый попал в аварию. Джексон на тот момент не знал, что с Юнги все обошлось, зато полученная информация стала для Чона тем самым пинком, который сподвигнул вернуться обратно, откидывая все свои страхи. Хотя то, что Юн может его не принять, пугало его еще больше.       - Мы оба совершили непоправимые глупости, причиняя друг другу боль, - хмыкнул истерично Мин, - значит ли это то, что мы друг друга стоим? Хосок с мгновение вглядывался в блестящие от слез глаза Юнги, испытывая неимоверно обжигающее тепло, разливающееся в груди, и, не удержавшись, резко наклонился вперед, чтобы впиться требовательным поцелуем в любимые губы. Поцелуй был недолгий, но дарящий удовлетворение обоим.       - Думаю, что да.