Поговори со мной, Ольга

Ты даже не решаешься присесть с ней рядом, поэтому продолжаешь подпирать собою стену. Честно признаешься себе, что представляла это немного иначе. Никаких обязательств, никаких лишних эмоций. Но весь облик светловолосой женщины и ее поведение рушат твои представления о том. как должно было быть. Она слишком серьезная и немного печальная. Возможно, при беглом взгляде слегка и смахивает на стерву, но приглядевшись ты понимаешь, что первое впечатление обманчиво. Ее плавные движения, неторопливая и обдуманная речь, милый, почти детский жест, когда она поправляет за ухо выбившуюся прядь волос – это никак не вяжется с тем образом, который ты для нее придумала.Ты выяснила, что ее зовут Ольгой. Задала несколько стандартных вопросов. Ни о чем. Лишь бы заполнить чем-то напряженную атмосферу. Только вот она вела себя как-то странно, торопилась, будто опаздывала куда-то. - Может, мы уже начнем? Действительно, сколько можно тянуть. Ее неожиданный и резкий вопрос приводит тебя в легкое недоумение, перерастающее в раздражение. - Что начнем? - Ну собственно то, ради чего я вам понадобилась. А сейчас она не кажется тебе такой уж милашкой. Высокомерный тон выводит из себя. - Уже начали, - ухмыляешься, оценивающе оглядывая Ольгу, отчего ее щеки розовеют. - В каком смысле? - Вообще-то я хотела выговориться, в жилетку, знаете ли, поплакаться. - Тогда вы не ко мне должны были обращаться, а к психологу, - ее сложенные на коленях руки подрагивают. Видно, что не очень любит говорить резкие вещи, но в настоящий момент вынуждает себя поступать подобным образом. Уж так мы устроены – порой желаем спрятать природную доброту и выпускаем колючки. - Зачем мне психолог, если есть ты. Поговори же со мной, Ольга. Твои карие глаза смотрят на нее вызывающе, фразы словно выплевываешь. Чеканишь их издевательским голосом. Ладонь запускаешь в густые курчавые волосы, перекидываешь их на правую сторону. И ждешь. Ждешь, когда она созреет для достойного ответа. - Знаешь, я думала, что мы просто займемся … - она хмурится, пытаясь подобрать слово. - Сексом? – подсказываешь ты. - Любовью. - А не все ли равно? - Вовсе нет. Ведь любовью занимаются, - произносит нравоучительно. - А сексом? – вновь перебиваешь ты. - А сексом трахаются, - почти смеется. Дело сдвинулось с мертвой точки – вы нашли, о чем поговорить. И ты перестала злиться. Физически она тебе очень приятна. Хотя ты и предпочитаешь другой типаж женщин. Жгучие темноволосые красавицы всегда привлекали тебе – такие, как твоя Леся. И темперамент у них тоже был соответствующий – огонь в глазах, за словом в карман не полезут. Ольга же предстала перед тобой холодной, характер скорее нордический. Светлая, с рассудительным взглядом ледяных голубых глаз, высокая и худая, как графиня из фильма. Ты любишь прикалываться, и большинство сказанных тобою слов принимать всерьез ни в коем случае нельзя. Ты просила ее поговорить с тобой, хотя на самом деле лишь подтрунивала, желая проверить, удостовериться, так ли она беззащитна. Оказалось, что не зря. - Я думаю, у нас ничего не выйдет. - Правильно думаешь. - Но вечер у меня полностью свободен, поэтому предлагаю провести его вместе. Она размышляет над тем, что ты ей говоришь. - Хорошо. И ты тащишь ее в кино. В ближайший кинотеатр. Она не подает вида, что удивлена твоим выбором. Вы подходите к кассе и ты покупаешь билеты. Продавец еще очень молодой, незрелый и немного неловкий. И ко всему прочему крайне общительный. - Два билета для вас и вашей, кхм… спутницы? Подруги? – парень мнется, начинает стесняться и явно жалеет о своей болтливости. Иногда с покупателями не стоит разговаривать.Ольга стоит позади тебя. Тихонько смеется над запутавшимся мальчиком. - Жены, - подсказываешь ты, улыбаясь одними уголками губ. Вы проходите в зал. - Я не хожу в кинотеатры, - признается она, - уже лет пять. - Почему? - Привыкла смотреть фильмы дома. Обстановка уютнее, и нет огромного количества людей, мешающих своими глупыми комментариями и жеванием попкорна. - Спасибо, что напомнила. Я сейчас, - ты встаешь со своего сиденья. Попкорн и газировка. Вредно, конечно, для фигуры губительно, но надо.Ты успела несколько раз пожалеть, что привела ее на «Тайное влечение». Хотя в жанрах и значилась драма. Однако вы почти весь фильм прохихикали. На некоторых моментах смущенно переглядывались.Уже после сеанса, когда вы брели по темной улице к гостинице, Ольга разговорилась. - Чудной фильм. Герои только и делали, что ели, пили, смеялись, занимались любовью. Ну и страдали, изредка. - Зато как страдали! – идешь рядом с ней, взяв женщину под руку. - Душещипательно. Ты отпустила ситуацию и перестала волноваться. Наверное, вы выглядели в кинотеатре как две полнейшие идиотки. Особенно когда одновременно схватились за стаканчик с попкорном, рассыпали половину. Тебе пришлось сделать вид, что все в порядке, и аккуратно носком ботинка замести остатки под сиденье. Ты шуршала довольно громко, люди недовольно зашикали. Потом вы шли по лужам. Ты – смело, не боясь намочить ноги, она – мнительно и с опаской. Ты поделилась с ней последней пластинкой «Орбита». За что была вознаграждена благодарной улыбкой. - Слушай, да он же детский, - она вертит розоватую пластинку в руках. - Зато без сахара. Считай, что забочусь о твоем здоровье. Бульвар заканчивается. И вы подходите ко входу в гостиницу. Она останавливается, а ты в свою очередь намереваешься идти вперед. Но получается не очень: Ольга держит тебя за локоть и не отпускает. - Я не хочу возвращаться, - жалобно тянет она. - Что, прости? Ты ощущаешь, как хмуришь лоб, но ничего не можешь с собой поделать. Из-за таких вот упертых мадам у тебя непременно появятся ранние мимические морщины. - Вечер чудесный. - И? Не разделяешь ее восторгов. Марине тридцать лет. Марина устала. И хочет лишь прилечь на кровать и забыться очередным беспокойным сном. А Ольга требует ночных прогулок. И буквально умоляет тебя пойти с ней на фестиваль фейерверков, о котором она только-что вспомнила. Разумеется, будь то обычная пятница, она бы ни за что не поехала к черту на рога, чтобы поглазеть на яркие разноцветные вспышки, разрезающие небо на части. Однако ты была сговорчива. И вот вы уже стоите в переполненном троллейбусе, потому что от такси она отказалась. Когда тебя сдавливают незнакомые люди, ты наконец вспоминаешь, почему ненавидишь общественный транспорт. Уцепилась одной рукой за поручень, а за другую хватается твоя спутница. Почти виснет на тебе мертвым грузом. Мешая держать равновесие, да и вообще мешая.Ты не в состоянии сейчас разделить ее приподнятого настроения. Троллейбус резво набирает ход, вас с ней пошатывает. Твоя ладонь соскальзывает, и тело по инерции отбрасывает в другую сторону. Ты продолжаешь цепляться, что есть сил, описываешь полуокружность и все же врезаешься спиной в дверь. Ольга падает на тебя, так и не удосужившись выпустить твой рукав. Спина от удара ноет. Остальные пассажиры моментально отвлекаются от своих скучных дел, и вы становитесь их новым объектом наблюдения. Ловишь на себе чужие неодобрительные взгляды. Кажется, они думают, что вы не совсем трезвые. Ольга врезалась в тебя и сильнее придавила к двери. Она должна благодарить за то, что ты взяла удар на себя. Ей-то мягко, и даже, наверное, где-то приятно. Часто дышит, уткнувшись в твое плечо лицом. А в твоем воображении предстает картина маслом: двери с визгом распахиваются, и вы с ней вываливаетесь на асфальт. Женщина приходит в себя и принимает нормальное положение. Ты до безумия сильно желаешь забыть этот неловкий момент, но боль в районе ребер не позволяет. Неслабо ударилась. Хотя лучше сказать - вдолбалась в дверь. Вы отворачиваетесь друг от друга. Но ты замечаешь, что она смеется. Хотя лучше сказать ржет. Достаточно громко, повергая пассажиров в еще большее недоумение. Ты недовольно бурчишь что-то. Конечно, смешно ей. Если бы она не держалась за тебя словно ребенок, боящийся потерять родителя в людном месте, такого конфуза бы не произошло. Не выдерживаешь – губы против твоей воли растягиваются в широкой улыбке. Забавно вышло. Вы долго стоите, подняв головы к небу, отчего шея затекает. У Ольги ледяные руки – она забыла перчатки в номере. И ты предлагаешь ей свои, но она отказывается и вместо этого засовывает руки в твои карманы. Чувствуешь ее тепло и размеренное дыхание. Она нащупывает что-то в твоем кармане. Достает из него зажигалку. Прозрачную, наполовину пустую. - Ты разве куришь? – довольно ожидаемый вопрос. - Нет. И не буду. Никогда. Отвечаешь категорично, слишком быстро. И она понимает, что задела одну из болезненных тем. И не лезет в душу. Кладет подбородок на твое плечо и вновь замирает, услышав шипение и следующий за ним взрыв, озаривший небо золотом. - Сколько себя помню, отец вечно ходил с зажатой в зубах сигаретой. Несколько лет назад обнаружили рак легких. Лечение не сильно помогло, - голос срывается и становится глухим. Зачем об этом рассказываешь? Ведь до сих пор еще не зажило. Решила устроить перед ней душевный стриптиз? - И сигареты я с тех пор ненавижу. Она молчит. И серьезно смотрит в глаза. Пронзительно-голубые и сочувствующие, ты даже ежишься. Пусть только не произносит жалостливых фраз. Не надо.

***

Вы с трудом добираетесь до гостиничного номера. Полусонные, еле шевелящие ногами. Пока ты отходишь на кухню, чтобы заварить вам чай, она засыпает, сидя на диванчике перед включенным телевизором. Шевелит во сне губами. - Оль, вставай, - ты теребишь ее за плечи. Нет реакции. Наверное, она утомилась от вашей бесконечной прогулки. Ты проявляешь милосердие и даешь ей возможность отдохнуть. Уходишь на балкон, захватив с собой чашку чая. Открываешь одно из окон. Выдыхаешь изо рта морозный воздух. В трети окон в доме напротив уже погас свет. Но ты знаешь, что люди не спят. - Ты могла и разбудить меня, - раздается за спиной полный укора голос. Ольга оперлась о дверной косяк. Немного растрепанная и сонная. - Каким образом? Она встает рядом, закидывает длинные светлые волосы за спину. - Сказки читала? Ты пытаешься понять, к чему она клонит. Выстраиваешь логические цепочки. Если речь идет о сне, то ты можешь назвать разве что «Спящую красавицу». Помнится, принц будил заколдованную девушку поцелуем.