Любимых ведь не выбирают

Ино стучала пальцами по столу. Мигрень стучала по голове. Сердце стучало бешено. На столе перед девушкой лежала газета, сверху - приглашение. На первой странице была статья, гласившая о большом приеме в честь американских меценатов. Будет вся-вся японская знать. Прием должен состояться сегодня. Ино - вообще без понятия, узнала только по газете, где указано имя мужа и ее. От Обито вестей - ноль целых - хуй десятых. Зато пригласительный пришел от Асумы Сарутоби, как личное желание видеть юную особу своей гостьей. Записка в черном конверте, где добродушно оставлен номер мужчины. Ино не была недалекой девушкой. Конечно, вначале на нее накатила лютая обида, что муж, который и так обосрался по всем канонам, решил вычеркнуть ее из своей личной жизни. О, ведь прошла вновь целая неделя, а от этого придурка признаков жизни не поступало. Пичалька. Признаков жизни не подавала толком и девушка, проваливаясь медленно в депрессию. Ком обиды из горла оплавлял внутренности и спускался на сердце. Что там творилось - черт его знает, - Ино было невыносимо. Больно. Тоскливо. Мир девичьих грез, разлетался некогда прекрасным витражом, осыпаясь мутными осколками под ноги мужа. И опять перемотка ощущений. Как кружится голова в руках этого мужчины. Как ноги подгибаются в его близости. Как все трепещет, когда Обито ее касается. Ах, да, еще эти проклятые поцелуи. Стоит выкинуть это все из себя к ёбанной матери, потому что оное - для него ничего не стоит. Не имеет ценности. Ино, пусть и целовалась впервые, ощущала этот привкус пустоты. Она же отдавалась четно. Он же видел в ней очередную, бесчисленную, никакую. Пыхтя от злости и глотая горькие слезы, девушка решилась на нечто очень злобное и мстительное. Придется обращать на себя внимание по-плохому. Она устоит Обито вечер пиздецов.

***

Обито попивал коньяк, курил сигары и всем улыбался. Его сопровождала знойная Анко в шикарном черном платье. Приобнимая пассию, мужчина был в хорошем настроении. Любовница обвивала руку Учихи, лучезарно всем улыбаясь в ответ. Они танцевали, болтали, порой перешептывались, готовясь провести эту ночь в номере дорогого отеля на каком-нибудь двадцатом этаже. Играл джаз, внося игривость в присутствующих. Мужчине было абсолютно плевать на свое оскорбительное поведение в сторону жены. Обито просто знал, что ни одна падла не посмеет ему что-то пискнуть про нравственность. Обито знал, что весь круг приближенных оповещен об Анко. Да и в их обществе просто принято заводить таких "питомцев" - любовниц. Учиха нагло и мстительно сверкал белоснежной улыбкой, нескромно обнимая любовницу, когда их фотографировали репортеры. Пусть белобрысая стерва удушится от злобы. Он намеренно все делает так, чтобы задеть эту дуру. Потому что она своей дуростью неибово задела его своим отказом. Собственная жена отказала Учихе. Ему, который все же решился посмотреть на нее, как на женщину. Которую он признал женщиной, обращая свое внимание. Учиха не пристало падать в колени каким-то глупым девкам. Поэтому, даже если эта дура не читает газет, он просто в этом уверен, дракониха-Сакура ее непременно оповестит. Пусть грызет локти, тупая сука.

***

- Ты уверена, что это - хорошая идея? - Шикамару чуял пиздец за версту. Чуял, что можно попасть под горячую руку. Не отмоешься потом, а неразбериха по-любому начнется. - Не ссы, братюня, - хмыкнула Сакура, довольно озираясь. Подруга так распробовала какое-то красное вино, что приговаривала уже второй бокал. - Собственно, мой пригласительный как раз на две персоны, - виновница грозящей катастрофы отчаянно выискивала мужа взглядом. Ино решила пойти на пакость. Сакура получила приглашение от своего Учихи, что буквально пнуло Ино в неком решении. Достать нытьем-угрозами-побоями лучшего друга, Шикамару, чтобы тот сопровождал ее на гребаный светский прием. Они стояли у столика с закусками. Сакура вырядилась в черное длинное платье, что шикарно контрастировало с ее розовыми локонами. На Шикамару напялили костюм, а сама Ино пришла в красном длинном платье в пол. Роковая блондинка в красном. Муж нигде не был обнаружен, что начинало злить девушку, потому что она хотела застать его врасплох. Поступить назло, мол, ты не пригласил, а я все равно приперлась. Но этого недоноска было не видать в этом хаосе пафоса. - На, лучше выпей, - легонько толкнулась Сакура плечом в подругу и подмигнула, протягивая бокал с красным вином. - Не, лучше не пей, - замотал головой Шикамару, стягивая резинку со своих длинных волос. Те, словно после работы мастера, аккуратно легли позади. - Нара, каким же ты вырос красавцем, - довольно улыбалась Сакура. - Я вас оставлю, а то Саске на меня волком смотрит, - деловито она прошептала и поспешила к своему парню. - И их осталось двое. Вот скажи мне: что во мне не так? - повернулась Ино к другу и пристально посмотрела в глаза. Первый глоток вина был невозможным, как и второй, и третий. На четвертый вино показалось приятным, обволакивая грудь теплом. - Ты прекрасно знаешь мой извечный ответ, который можно приравнять к константе - если бы не было Темари, я бы на тебе женился, - закатывая глаза, устало ответил друг. Тяга у него такая, к этим, мать их, проблематичным женщинам. Причем с детства и намертво. - Но ты женат на Темари, а я вышла замуж за черти что, - бокал был допит и поставлен на стол. - Ты же уже понял, что вечер закончится скандалом, - вдруг она хмыкнула и посмотрела заговорщически. - Я прогнозирую потасовку, пару сломанных ребер, скандал... и танцы на столе, - он тихо рассмеялся. Ино на секунду потонула в глазах лучшего друга. Таких теплых, карих и добрых. Не то, что некоторые, которые не ценят, что им досталось. - А танцы, это вот хорошая идея, - прислушиваясь, она заметила. - Не зря ж нас предки заставляли ходить на эти гребаные занятия! - Ино рассмеялась, вспоминая детство, где приходилось успокаивать Шикамару в истерическом припадке. Как приходилось залезать за ним на дерево. Как она его выманивала конфетами. Как угрожала поколотить. Было забавно. - Потанцуем? Не падем лицом в грязь? Ну, в нашем случае в дорогой паркет? - подмигнул парень, протягивая руку и кланяясь. - А давай потом свалим в караоке? - предложила девушка - гулять так гулять! - Я только у Темари отпрошусь, - сделав несчастное лицо, пискнул друг, на что Ино закатила глаза. Зал наполнился парами. И Ино вдруг увидела его. С той самой девушкой, с его любовницей. Анко же уловила напряженный взгляд на себе, повернувшись. Ино подняла бокал, приветствуя. Любовница споткнулась, тормозя в танце и тормозя Обито. Мужчина чуть не завалился на любовницу, а потом увидел красный низ платья, что мерцало волшебно. Стал поднимать голову, приятно подчеркивая откровенный разрез справа, стройные ноги, округлые бедра, закрытый верх платья, под которым так соблазнительно выделялась грудь, светлые волосы, что отдавали солнечным, губы, что были такими блестящими... И глаза, синие, яркие, испепеляющие... И Обито затаил дыхание, потому что перед ним стояла его жена в нескольких метрах. Ино подмигнула и улыбнулась, а потом развернулась, эффектно так, что волосы ее стукнули по заднице. Обито лишь моргнул. Он опять не узнал свою жену. Опять завороженно смотрел на девушку, на ее наряд и тело. Он был готов бросить Анко, напрочь о ней забывая, чтобы познакомиться с этой чаровницей. Но красивый мыльный пузырь вновь лопнул, а мыльные его брызги чуть не выжгли глаза мужчине. - Ты не сказал, что она тоже будет, - зашипела Анко, сквозь улыбку. - Я сам об этом узнал только что, - пытаясь понять, как выкрутиться из ситуации, ответил мужчина. Потому что с любовницей он уже точно не смел быть остаток вечера. - Извини, но тебе придется как-нибудь самой себя развлечь. - Кто бы сомневался, - хмыкнула девушка. - Удачи тебе, горе-муж. Обито пошел в сторону, где только что мелькнула жена в своем ахуенном красном платье. По пути мужчина выпил пару бокалов коньяка. Когда он протиснулся и увидел жену, танцующую с каким-то парнем, рожу Обито перекосило. Дикое бешенство буквально клюнуло мужчину в жопу. Его. Жену. Лапали. Обито не мог ее полапать, блядь! Он протиснулся к танцующей паре и навис буквально позади, шумно дыша. - По-моему, я должен попросить вас отстать от своей жены, - прорычал буквально Учиха. - А, так вы и есть тот самый третий муж? - Шикамару хмыкнул. Он знал, что рискует оставить шуфлятку на полу, но оно того стоило. - В смысле тот самый третий муж? - словно Обито окатили ледяным ушатом воды. Какой-такой нахуй третий муж? - Вы не сочтите меня грубым, но Ино моя жена еще с самого детства, мы даже обменялись пластмассовыми кольцами некогда, так что, не обессудьте, но первый танец мой, - ирония во взгляде Нары просто смешила Ино. Обито лишь только раскрыл рот, не понимая, что ему сказали. Так, сука, вежливо, но явно гаденько. - Ах, да, был бы тут наш третий друг, Чоуджи, вам бы пришлось ждать дольше, ибо второй танец по праву принадлежит ему, - не унимался Шикамару, потому что пакостить можно и вежливо, со вкусом. - Мне абсолютно плевать на вашу дикую иерархию, но вот эта особа - принадлежит мне, а все связанное с ней - мое по праву, - буквально вырывая жену из объятий парня, оскалился Обито. - Неужели вы это, наконец, поняли, - брезгливо сказал Шикамару и посмотрел на Обито как на что-то противное. Обито дернулся в сторону нахальной рожи, но руки жены крепко вцепились в грудки. Учихи перевел бешеный взгляд на девушку. На ее грустное лицо. На ее синие и пронзительные глаза. На блестящие губы, которые Ино кусала. - Пригласи меня на танец, - обвив шею мужа обеими ладонями, прошептала девушка. Обито очень хотел сбросить ее руки с себя, умчаться куда-нибудь, но приличия не позволяли. Эта дрянь его поймала в ловушку. И Обито грубо и жестко притянул жену к себе. Хочет веселухи - она ее получит. Он повел жену, кружась в медленном танце. Он смотрел с вызовом в ее синие глаза, злобно ухмыляясь. Ино выгнулась невольно, когда муж схватил ее за зад, прижимая к себе еще ближе. - Мне нравится, когда ты в меня вжимаешься грудью, - склонившись к ее уху, прошептал он горячо. Обито понравилось то, как девушка задрожала в его руках, как сбилась в ритме, спотыкаясь. Но Ино стоически держалась, пытаясь быть хладнокровной, стараясь и дальше танцевать. Учиха же решил ее довести до белого каления своим способом. Он не отпрянул от жены, наоборот, вжимался в ее тело при каждом повороте. Толкался в ее тело, прикусывал верх уха, скользил по тому языком. Руки блуждали по спине девушки, а в пальцах жгло забраться в трусы жены, чтобы... Обито сам не понял, как возбудился, как завелся - дотерся, блядь, называется. А Ино была такой приятной, не отталкивающей, горячей. То ли алкоголь, то ли непонятно что, но девушка потихоньку начинала испытывать острое, накатывающее чувство. Оно разрасталось в ее теле, гонимое из низа живота, поднимаясь к груди. Обито лишь хватило раз посмотреть в ее глаза, которые заволокла страсть и желание. Судя по всему, девушка и сама не понимала, что с ней происходит. Рассудок туманило. Учиха знал, что тут есть комнаты отдыха. Он остановился, обнял свою жену и буквально поволок ее куда-то прочь из зала. Выйдя из помещения и оказываясь в мрачном коридоре, мужчина потащил девушку до комнаты отдыха. Открывая дверь, проверяя наличие кровати в той, мужчина заволок жену в помещение. Ино стояла в своем шикарном платье и потерянно смотрела на Учиху. На его грозовые глаза. Черные, угрожающие и опасные. Обито первым шагнул к жене. Притягивая ее к себе, целуя жадно, закрывая глаза и проваливаясь в темную похоть. Находя на спине молнию, справляясь с той за секунду и срывая вниз это ебанное платье. - Что ты делаешь? - под его жаркими поцелуями, было сложно думать. - А на что это похоже? - усмехаясь в поцелуе, шептал горячо мужчина. Он целовал ее шею. Наконец добрался до тяжелой груди, жадно ту сминая. Спускаясь губами к светлым соскам. Облизывая то один, то второй. Громко всасывая. Ино лишь стояла и дрожала. То, что делал с ней муж... выбивало почву из-под ног буквально. Он делал все так откровенно пошло, но девушку это не отталкивало. Наоборот, заводило, лишь поднимая градус возбуждения. Обито оторвался от поцелуев, но лишь для того, чтобы завладеть губами жены. Мужчина сделал пару толчком бедрами, и девушка отступила на пару шагов, пока не почувствовала позади кровать. Учиха толкнул жену на мягкую поверхность, попутно заваливая Ино на матрас, устраиваясь между ее бедер. Девушка завороженно смотрела в лицо мужа, широко распахнутыми глазами. Обито вновь склонился в поцелуе. Более медленном. Рука легла на грудь, начиная сминать ту. Ино чувствовала, как муж трется об ее бедра твердым и горячим пахом. И ловила себя на мысли, что хочет больше. Хочет ближе. Хочет горячее. Обхватить его за плечи - было так естественно. Выгибаться под ним - было так правильно. И так ахуенно было вдруг ощутить его пальцы между своих бедер. Так волнующе было понимать и чувствовать, как мужские уверенные пальцы оттягивают нижнее белье. Как проскальзывают под шелковистую ткань. Обито и сам задыхался в горячем поцелуе. В этой кристально-чистой-ахуенной похоти. Он ловил язык жены своим, закрывая глаза, обмакивая пальцы в доказательство желания Ино. Водил нежно по влажной плоти. Стараясь принести лишь только удовольствие. Желая лишь завести идиотку под ним. Но заводился и проваливался в возбуждение Обито. Сам не зная почему, не понимая злоебучих причин и следствий. Но улавливая абсолютно каждое подрагивание своего сердца. Когда девушка впервые застонала тихо в его рот, Обито раскрыл глаза - он и сам не заметил, как зажмурился от удовольствия. Ее ресницы дрожали. Обито оторвался от медленного поцелуя. Но не перестал ласкать жену внизу. - Эй, открой глаза, - ласково он позвал и вдруг понял, что улыбается. Смотрит пристально на лицо девушки. - Я боюсь, - мотнула она головой, и еле заметная улыбка чуть скривила ее губы. - Не бойся, - прошептал мужчина, надавливая чуть сильнее на влажную плоть. Она все же раскрыла глаза, вскрикивая. И щеки тут же покраснели. Но это не грамма не испортило вид лица. Обито откровенно любовался женой. Ее распухшими губами от долгих и страстных поцелуев. Ее волосами, что разметались по кровати, вызывая желание наматывать те на кулак. От ее глаз, что так пронзительно-искренне заглядывали в самую душу мужчины. - Это ведь то, что я хотела тебе отдать в первую брачную ночь после свадьбы, глупая, правда? - она слегка отвернулась, закрывая глаза, а по щекам полились слезы стыда. И Обито вдруг как-то стало дурно от этой откровенности. От этой ее данности. Некой покорности и неизбежности. Веяло такой холодной обреченностью. - Скажи мне: ты сама меня хочешь? - он стал гладить по влажной щеке девушку. Испытывающе на нее смотря. Почему в груди сердце замерло? Почему так важно услышать утвердительный ответ? Ебанных почему слишком много. Она кивнула. Еле заметно. Но Обито увидел. - Знаешь, я хочу тебе кое-что подарить. Кое-что приятное, - это мужчина прошептал уже в ее губы. А почему нет? Может ведь и он подарить девушке удовольствие, не забирая ничего взамен? Просто так. Обито вдруг очень захотелось увидеть лицо жены, когда та кончает. От его пальцев. Впервые с мужчиной. Впервые познавая именно с ним нечто, что священное таинство. Он вновь ее поцеловал. Губы настойчиво ласкали, требуя ответить Ино. И она отвечала. Ловила язык мужа своим и задыхалась, выгибаясь навстречу пальцам. О, его ласки приводили в состояние чего-то такого ахуенного. Ино недовольно хмыкнула, когда мужчина оторвался от ее губ. И ахнула, когда Обито стал спускаться поцелуями к паху. Однако она не стала противиться, когда мужчина снял с нее трусы. Когда развел ее бедра, смотря откровенно и возбужденно. Лишь вскрикнула, когда Обито склонился и провел языком по горячей, влажной и ноющей плоти. Выгнулась, когда муж стал лизать ее нетронутое никем лоно, когда его язык стал надавливать на девственную плеву. И это было чем-то убивающие-прекрасным, чем-то возвышающим до небес. Девушка неотрывно смотрела в глаза человека, который с ней делал что-то волшебное. Затуманенным взглядом, полным желания. И Ино могла бы поспорить, что муж сейчас самодовольно улыбается, но было плевать. В данную секунду имели лишь значение Его губы и язык. Когда же мужчина стал ласкать большим пальцем клитор и одновременно вылизывать Ино, девушка не смогла больше сдерживать это напряжение. Словно в ней разорвалась граната, и осколки разлетелись в виде удовольствие. И Обито продолжал ласкать, пока не прекратилось подрагивание всего тела. Мужчина вытер рот тыльной стороной ладони, довольно глядя на жену. Улегся рядом с ней набок. И Обито ожидал сейчас чего-то девчачьего, например, сожалений, стыда, но не того, что случилось в следующую секунду. Она так естественно прильнула к нему. Ино обхватила лицо мужчины ладонями, жарко целуя, вкладывая всю свою благодарность. Обито ее обнял, притягивая к себе еще ближе. Отвечая чуть лениво и обиженно. Потому что его желание никуда не пропало. - Почему ты меня не сделал своей? - спросила она, заглядывая в темные глаза. - Потому что я еще только сегодня спал с другой женщиной, - беспристрастно он ответил. - Но ты хочешь меня, ведь так? - настороженно она спросила, боясь получить отрицательный ответ. - Допустим, - прищурившись, он хмыкнул. Странное ощущение - вот так лежать с женой в постели. Не у себя дома. Не в своей постели. - Так сделай меня своей, - жарко она зашептала, целуя шею мужа. Скользя языком, прикусывая слегка. - Как-нибудь в другой раз, - он строго посмотрел в ее глаза. - Ты сама потом поблагодаришь меня, что я не трахнул тебя черт знает где, когда и суток не прошло, как я был в другой женщине. - А зачем тебе эти, другие женщины, когда с самого начала я для тебя доступна? - с вызовом спросила Ино. Обиженно так, готовясь к потасовке. Обито вздохнул. Прокрутил в голове все те бредни и святость жены. Ее бредни и ее отношение к мужу. Ее преданность. Ее открытость. Проклятую искренность. - Незачем. Я не ждал ничего от нашего брака, - просто он ответил. - Но сейчас я начинаю менять свое мнение, постарайся его не испортить. Он отодвинулся и встал. Девушка ощущала какой-то дикий, неправильный, космический холод со стороны мужа. Не могла понять, почему же такое прогорклое послевкусие после такого волшебного вечера. Пальцы задрожали. Обито просто нужно было осмыслить случившееся. Что с этим делать, как воспринимать. Он не любил свою жену. Он просто хотел ее. Как и множество других женщин в его жизни. Приятно порадовала ее открытость ему. Но ни более. Ино вздрогнула, когда на нее кинули ее же платье. Чувство унижения еще и придавал холодно-надменный взгляд мужа. - Приведи себя в порядок, нам пора, - чуть ли не в приказном тоне произнес мужчина, садясь в кресло и закуривая. Не смотря на жену вообще. Ино стало дурно. И обида ядом проникла в сердце. И это было ошибкой. Все то, что произошло. Обито не оценил преподношение к его ногам самого сокровенного. Своей чести. Верности и искренности. И он, кажется, не знал, как мстительны белобрысые фурии славного господина Шикамару.