Трио мастурбирующих

Не смея поднять глаза выше его красной обувки, она тупила взгляд преимущественно в пол и виляла попой, выпрашивая ласки. Симка играла в послушную кошечку и не хотела расстраивать хозяина. Впрочем, так или иначе, а Файер нынче не был благосклонен. В глазах заиграли чертовы огоньки, а рука потянулась к помогатору Симки. Все нужные вещи были там. Он достал фаллос, в этот раз не привязанный к призраку, а тот, который страпон, который на ремне. Застегнув его на себе, Файер ощутил себя самым настоящим человеком. Увесистое дилдо мягко покачивалось при ходе, заставляя Симку невольно поднять взгляд повыше. У нее началось слюновыделение, будто у собачки. Эти игры… она никогда не представляла себе, что все может вот так вот обернуться. Парень, который ей жутко нравится, и роли хозяина с его рабыней… — М… — А? Ты что-то попыталась сказать? — голос его звучал с надменной издевкой, кроткий, чуть певчий тон — и она вся потупилась. — Нет-нет, продолжай. — Можно мне?.. Его пальцы оказались на ее подбородке, Файеру пришлось немного нагнуться, чтобы совершить это действие. Член мягко прошелся по щеке Симки и застыл в нескольких миллиметрах от ее губ. — Не можно, — прошептал хозяин, — а нужно. Ее руки неожиданно затряслись, дыхание перехватило, она еще никогда ничего такого ни с кем не делала, поэтому сейчас… — Давай я тебе помогу. — Файер подал руку Симке, она подумала вдруг почему-то, что это все, игра закончилась, так и не начавшись, но нет, он сделал это всего-то для того, чтобы помочь ей накрыть своей маленькой ручкой огромный хуй. Ее пробрало. Казалось, будто изнутри все завибрировало, как будто она сама вдруг стала одним огромным вибратором. Рука начала водить чисто сама, без контроля умом, по члену туда и обратно. Симка села на колени, потому что на четвереньках было неудобно работать руками. Она обхватила фаллос уже двумя руками и начала неистово наяривать. В глазах все мутное, в голове белиберда, но нужно было продолжать. Где-то в сторонке послышался тихий хриплый стон — ДимДимычу было хорошо. Симка посмотрела через щель на парня. Внимательно наблюдая за его четкими движениями, Симка старалась в точности их повторять — ускорялась, когда нужно было ускориться, и сбавляла темп, когда нужно было добавить ощущений. Слюна медленно потекла от уголка губ по подбородку, затем капля упала на ключицы и исчезла под пошлой одеждой. Она не видела, как на все это реагировал Файер, но примерно понимала, что этот страпон фактически был наполнителем энергии — прибор, этот интереснейший увесистый прибор, передавал своему носителю микрочастицы возбуждения и заставлял, словно в ломке, изнывать от страсти и накапливаемых единиц скупого мужского оргазма. Она только примерно понимала это, но в конце концов убедилась в правоте собственных мыслей, когда Файер, ее великий хозяин, начал чуть ли не умолять ее взять член в рот и хорошенько промочить его слюной. Кажется, от правила «добавь немного жидкости» должен был быть особый эффект. Отчего-то ей стало очень весело, ведь теперь они, не меняясь ролями, по сути это и сделали. Отсос получился смачным. Член еле-еле, но все же входил в ее рот. С усилиями Симка пыталась пропихнуть его все глубже и глубже, стараясь заглотить полностью, но чуть он касался того места, где начинается переход в глотку, как Симка начинала задыхаться, отстранялась и кашляла, захлебываясь, вполне естественно, выступившими слезами. Как бы комично это ни звучало, но Файер сгорал. У него будто фитилёк перегорел уже, а внутри остался только пепел. Все тело пылало красным цветом, его светодиоды, яркие и с каждой секундой становящиеся все сильнее, и ее, такие же «набухшие» и мерцающие, создавали в приборе некое световое шоу, которое, как они надеялись, ДимДимыч, почти довевший себя до пика, не заметит. — Я… — просипела Симка. — Я. Больше не могу. — Я тоже, — простонал Файер. Странное дело, но говорили они каждый о своем: латентный хозяин ощутил, как под ремнями и самим страпоном стало липко и неприятно, он тихо протянул «а-а-ах» и свалился на задницу, пытаясь перевести дух; Симка же была только раздражена — ни удовольствия, ни радости, ни даже обыденного отвращения к процессу, а вернее — к его завершению, — ничего этого не было, вместо того Симка сплюнула на пол, встала и ушла нахер оттуда. — Ты это куда? — чуть ли не промямлил Файер. — Отъебись. Она забрала помогатор и ушла приводить себя в порядок в ванной комнате. Взгляд в зеркало — и безграничная жалость к себе. Между ее ног было мокро, но не от возбуждения, не от кончи, а из-за того, что начались специфичные фиксиковские месячные. Они не были такими регулярными, как у людей, но были тоже только у девочек. Нет, в это время даже болей не было, но девочка-фиксик меньше хотела поглощать энергию и страдала от красных пятен на гладкой коже, с которыми и сделать-то ничего нельзя было. Иногда они превращались в маленькие ранки и кровоточили, без боли, но зато портя одежду. — Все так не вовремя. Из-за этой фигни в ней включилась фригидность. Ну, и к слову, там где-то кончил ДимДимыч.