Шрамы над бровью и небо над головой

— Все-таки есть что-то охуенное в этом небе над моей головой, — тихо бормочет Кирстен, развалившись на крыше дома и вглядываясь в звёздное полотно перед глазами. Ей хорошо, по-настоящему хорошо, уютно, прохладно и удобно. Кай смотрит на нее нахмуренно, немного недовольно, но, в целом, достаточно спокойно, учитывая, что всего полчаса назад, поняв, что она так и не явится на их очередную встречу, готов был разорвать ее в клочья. — Я слышала, что ты чуть не убил своих сестер, — заплетающимся языком говорит она. Кай кидает короткий взгляд в сторону почти опустошенной бутылки виски и садится рядом. — Типо того, — вздыхает он. — Какой-то праздник? Он смотрит на Кирстен немного удивленно, почему-то уверенный в положительном ответе. — Мне сегодня двадцать семь исполнилось, — говорит она грустно и немного подавлено. Кай думает, не критический ли это возраст у женщин или Кирстен только что продемонстрировала ему индивидуальную реакцию? — Звучит так, будто это плохо, — озвучивает он свои мысли, удивляясь, что блондинка не отвлекается на посторонние звуки как обычно, не озирается и не сыплет оскорблениями в пустоту. — Где Майклсон? — сразу догадывается он. — Сделал мне подарок, — отвечает Кирстен, как-то слишком грустно. — Исчез сегодня. Кай вскидывает брови, думая, что на ее месте был бы счастлив до усеру, но она выглядит какой-то… опустошенной. — И ты пьешь в одиночестве, потому что он с подарком не угадал? — предполагает он. Кирстен фыркает в ответ. — Ты что, намекаешь на то, что он мне нравится? — удивляется она как-то слишком наигранно и фальшиво. Кай усмехается. — Тогда в чем проблема? — спрашивает он. Кирстен вздыхает. — В том, что Майклсон был единственным, кто поздравил меня сегодня, — грустно протягивает она. Кай пожимает плечами. — Меня хуеву тучу лет никто не поздравлял, — слишком грубо отвечает он. — Не трагедия. — Не трагедия, — сокрушенно повторяет Кирстен. Она садится рядом с ним, тянется к бутылке, делает глоток из горла и протягивает ее ведьмаку. Паркер принимает алкоголь следом, вдыхая чистый вечерний воздух в лёгкие. — Но в прошлом году меня поздравил хотя бы Мэтт. А сейчас… Кай качает головой, не понимая этого нытья по поводу какого-то дня рождения. — Почему в моей семье сплошные уебаны? — словно не у него спрашивает Кирстен. Она задаёт этот вопрос в воздух, ни к кому не обращаясь. — Лет двадцать назад я тем же вопросом задавался каждый день, — говорит он, делая очередной глоток. — И потому решил искоренить всю семейку? — хмыкает она. Кай качает головой, потому что, кажется, сказал лишнего, и смотрит на нее слишком серьезно для себя самого. — Ты собралась о семье моей говорить или принять мой подарок? — спрашивает он. Кирстен не понимает о чем он, и, воспользовавшись этой заминкой, Паркер подаётся вперёд, целуя ее и, поставив бутылку, стягивая с себя куртку.