Чей отец хуже?

       Драко повернул голову, глядя на своё отражение в пруду. Остекленелые глаза, бледное лицо с нездоровым румянцем. С чего это этому ненормальному Фаджу захотелось посмотреть на наказание? Неужели приятно видеть чью-то боль и унижение? На какие-то доли секунды у парня включилось иллюзорное зрение, позволившее наблюдать всю сложившуюся картину как бы со стороны. Отец с каменным лицом и полыхавшими глазами нервно сжимал серебряный набалдашник трости, ухмыляющийся министр, приподняв бровь ждал решения лорда, подросток в центре, высоко поднял голову и стиснул зубы... и домовики. Они прилипли к окнам и довольно потирали свои мерзкие лапки. Что же... Если отец не откажет, то младшего Малфоя ждёт публичная казнь. Драко и сам не понял, как это случилось, только прошептал: - Папа, пожалуйста... Видимо, это стало последней каплей. Люциус Малфой впервые вышел из себя. - Раздевайся! - рявкнул лорд и направил палочку на столетнюю лиственницу. Вспышка и гибкий прут оказался в руке родителя. " Даже ветку по-маггловски отломать не хочет" - ехидно промелькнуло в голове у Драко и тут же исчезло - по розгам Ледяной Принц совсем не успел соскучиться. - Однако, ваш сын вас совсем не слушается, - протянул министр и впервые обратился к Драко: - на твоём месте, юноша, я бы не был столь дерзок. - Бесконечо жаль, что вы не на моем месте, - губы парня скривила злая усмешка, которая в тот же момент оказалась стёрта ещё более тяжелой пощёчиной. - Да как ты смеешь? - отец схватил наследника за воротник и толкнул к лавочке, - или разденешься сам, или тебе поможет заклинание. - Сам, - выдохнул Драко и негнущимися пальцами стянул пуловер и расстегнул пуговицы на рубашке. - О, нет, молодой человек, - ухмыльнулся министр, - тут довольно холодно, вам дозволено оставить рубашку. А вот штаны придётся спустить... иначе родительское внушение не достигнет нужного результата. Драко затопил дикий стыд. Он прямо слышал мерзкое хихиканье домовиков и тяжёлое дыхание отца. Желудок свернулся клубочком и на глаза готовы были навернуться слезы. Ну уж нет! Ещё большего удовольствия он этим тварям не доставит. Ещё сильнее не опозорится. Хотя, куда уж хуже. Только бы, как-то, сохранить остатки чести. Но как это сделать, если он, наследник древнейшего из магических родов, стоит посреди собственного парка с голой задницей и ждет неминуемого возмездия. Словно герой, брошенный на съедение львам на арене Римского Колизея. Однако, такое сравнение, неожиданно, придало юноше сил. Неужели ж, он не стерпит? В конце концов, не впервой. А с домовиками Драко разберется позже, да и гребаный министр еще пожалеет, что захотел подобного зрелища. И, когда розга впервые нарушила тишину векового парка, Драко был готов. И вместе с болью в его душе поднялась волна гнева. Младший Малфой не считал удары. Он стискивал кулаки, скрежетал зубами, но упорно молчал. Боль, затопившая все его тело не шла ни в какое сравнение с гневом, поглотившим его разум. Драко боялся самого себя. И изо всех старался не возненавидеть собственного отца....