Хроники Смертельной Битвы. Часть 1. Начало

Добравшись по прибытии в Китай до Храма Света на каком-то полусгнившем и пропахшем тиной музейном экспонате, который его владелец гордо именовал лодкой, за откровенно неумеренную плату, Лю Канг увидел, что все монахи, давно узнавшие о возвращении блудного послушника, уже в сборе, и в душе пожалел, что отправил деду из аэропорта ответную телеграмму — начнут сейчас отчитывать, как малолетнего ребенка, ты, такой-сякой, взял да Храм бросил! У главных ворот, рядом с большой мусорной кучей (после смерти Чена другие монахи и не думали убираться в своем жилище), Лю встретил дедушку по матери — сектанта со стажем, по которому давно плакали все психдиспансеры страны. Молодой человек не поприветствовал старика, а лишь указал ему на стену: — Это произошло здесь? — Да, здесь мы нашли его труп, — вздохнул дедушка. — Что произошло? — Лю с трудом скрывал дрожь в голосе. — После твоего отъезда в Америку Чен пошел по твоим стопам и стал готовиться к турниру, — укоризненно произнес старичок. — Дедушка, неужели недостаточно того, что ты мне забивал голову всеми этими глупостями? — молодой человек явно злился, думая, что впечатлительного Чена сгубили именно сектантские байки. Еще до отлета Лю пришла в голову мысль о том, что его младший брат под влиянием идиотских россказней дедушки принял местного бандита за демона из иного мира и попытался вступить с ним в бой, но не рассчитал своих сил. Юноша решил, что в любом случае он найдет отморозка и заставит его ответить за смерть ни в чем не повинного ребенка, но сейчас предстояло разобраться с более насущными вопросами — например, выяснить обстоятельства произошедшего. — Спасение мира — не глупость, — дедушка смотрел на внука так, словно тот совершил нечто совсем уж непростительное. — Люди, участвующие в простом состязании, не решают такие вещи! Как ты, мудрый человек, можешь верить в это? Скорее всего, ваша Смертельная Битва — обычное подпольное соревнование между местными мастерами! — Лю в очередной раз пытался привести разумные, с его точки зрения, доводы, но чувствовал, что попросту говорит в пустоту. — Мы все верим, и твой брат верил тоже, — невозмутимо возразил старик. Внутри Храма в толпе монахов какой-то однояйцевый евнухоид истошно пищал: — Лю Кангу приснился вещий сон! Он Избранный! Ему вторил другой монах с чуть менее противным голосом: — Нет! Он покинул наш храм и отвернулся от нас! Почему ты вернулся? — Я хочу представлять Орден Света на турнире! — жестко бросил Лю; в такой момент ему совершенно не хотелось с кем бы то ни было объясняться. — По какой причине? — спросил его кто-то из монахов. — Убийца моего брата будет там! — все больше кипятился юноша. — Это не может быть единственной причиной, иначе ты потерпишь поражение! — назидательно произнесли сектанты. — Да… Мы сражаемся за судьбу мира! — с откровенной иронией и злостью в голосе ответил Лю Канг. Ах, милосердные монахи: у него такое горе, погиб его единственный брат, а все эти престарелые фантазеры вместо того, чтобы посочувствовать, продолжают рассказывать байки! Внезапно из-за угла выполз могучего сложения мужчина ростом однозначно за два метра, наряженный в идиотский балахон из драной рогожи, посконные штаны и явно найденную на свалке соломенную шляпу, дырявую и прожженную во многих местах; обуви на нем не было, и босые ноги нежданного гостя были покрыты толстым слоем пыли. У незнакомца были перетравленные перекисью водорода аж до цвета помойной тряпки грязные волосы, свисавшие на плечи длинными нечесаными сальными космами, нечищеные ногти с траурной каймой, яркие голубые глаза без зрачков и странное выражение лица, свидетельствующее, как подумалось рассерженному Лю Кангу, о весьма низком интеллекте этого типа. При его появлении все монахи дружно повставали раком, затем опустились на колени, а в довершение всего простерлись ниц в пыли, уткнувшись физиономиями в камни, лишь брат Чена остался стоять. Глаза хмыря в рогоже вспыхнули еще ярче, и он заговорил весьма приятным голоском, который звучал так, словно его обладатель был в респираторе или противогазе: — Вот почему ты покинул храм и сбежал, да? Лю несколько опешил. Вот кого он меньше всего ожидал увидеть… однако представлял его себе несколько иначе! Хотя какого хрена? Они просто придуриваются, легко ж им было гулять без работы и жить на подаяния, пока он горбатился в супермаркете! И этот тип не тот, за кого хочет себя выдать! — На великом турнире на тебе лежит слишком большая ответственность. Месть намного проще, — продолжал незнакомец. Наставник Храма Света с удивительным для его возраста и габаритов проворством на карачках подполз к замызганному гостю и, непрестанно отбивая поклоны, почтительно облобызал край его драной рогожи. — Рейден? — с явным сомнением и недоверием в голосе ухмыльнулся Лю, испытывая горячее желание подойти к наставнику сзади и дать ему пинка — уж очень располагающая у того была поза. — Ты по-прежнему убегаешь от своей судьбы, — вещал тип в рогоже. Лю внезапно подумал, что один из богов все-таки не может выглядеть столь жалко. Скорее всего, это очередной деревенский тунеядец-попрошайка, который купил в городе необычные контактные линзы и теперь ломает тут комедию перед неграмотными монахами, выдавая себя за бога. Вернее, почему это «скорее всего»? Однозначно! — Рейден? Дедушка, встань! — юноша схватил старика за плечо. — Он не бог грома и молнии, а простой нищий, а до кучи еще и мошенник, пусть идет работать, а не гадит вам в мозги! — Пощадите его, повелитель. Пощадите нас всех, мы слишком непочтительны к вам и недостойны вашего высочайшего визита! Жизнь в Америке затуманила его разум, ослабила его. Он слишком много смотрел телевизор, — дедушка, поднявшись с Земли, с мольбой протянул к Рейдену руки. О пощаде старый монах взмолился неспроста: в его душе еще были живы воспоминания о том, как пятьдесят лет назад Рейден, узнав о том, что Земной Мир проиграл девятый турнир подряд, в ярости убил током наставника Храма и нескольких его подручных, оставив их обугленные тушки валяться на храмовой площади; другие монахи, напуганные гневом божества, не решались к ним прикоснуться, и в итоге трупы, поедаемые падальщиками, долго тухли на солнце. — Так ты собираешься победить? — спросил босоногий громила. — Да! — рявкнул Лю. — Покажи, как! — настоятельно потребовал незнакомец. Лю растерялся. По характеру он был довольно миролюбивым человеком, и ему совершенно не хотелось лезть с кем бы то ни было в драку. — Не говори, что испугался обычного нищего, — тот обнажил в улыбке неровные зубы. Окончательно выведенный из себя Лю, рассчитывая на легкую победу над нищим-самозванцем, бросился на Рейдена с кулаками, но через секунду сам оказался на земле. Он даже не успел осознать, как это произошло. Значит, деревенский попрошайка и в самом деле бог? Простой человек вряд ли смог бы в мгновение ока уложить Лю на лопатки… — Раз ты и есть Рейден, — злым голосом произнес молодой человек, встав и отряхнувшись, — почему ты позволил убить Чена? Почему ты не защитил его? — А почему ты этого не сделал? — тут же оправдалось божество в драной рогоже. — С меня хватит! — гневно заорал Лю. — Я найду на турнире убийцу Чена с твоего согласия или без него! Молодой человек повернулся и быстро пошел по дороге, ведущей в близлежащий городишко, чтобы снять там на время захудалую гостиницу. В душе он был даже рад ссоре в Храме: так, по крайней мере, он может уйти без оправданий и переночевать в относительно приличном месте, потому что перспектива остаться на ночь у монахов не прельщала его ни капли. После жизни в цивилизованной Америке Лю Кангу совершенно не хотелось спать на ветхом тюфяке без подушки и умываться в грязной речке, равно как и использовать в качестве туалетной бумаги лопух, а по сравнению с Храмом Света любая однозвездная гостиница показалась бы дворцом. Рейден мрачно посмотрел на дедушку Лю Канга. Тот затрясся как осиновый лист и, упав на колени, принялся целовать божеству руки. — Он не готов, мой повелитель, — грустно сказал старик. — Мы потеряли слишком много времени. — Я знаю, но больше никого нет, — буркнул протектор Земли.