Другие миры

Лязг мечей приятным будильником ворвался в мое утро. Небрежным пассом руки я уже привычно согрела себе чашку бодрящего настоя, с вечера дожидавшегося меня на столе, и подошла к окну посмотреть, кто же это такой бодрый на рассвете развлекается на полигоне. А развлекался там мужчина. Более того, шикарный мужчина. Прямо все, как по моему заказу: высокий, темный как кожей, так и волосами, с телом древнего бога и скоростью его же. Если он и на лицо такой же обалденный, как на тело, я опять влюблюсь, а ведь только избавилась от желания охмурить директора – все благодаря его мерзостному характеру, конечно, некромант он и в сказке некромант. Высунувшись из окна максимально, насколько могла, как будто это помогало стать ближе к одинокому бойцу, я прищурилась и попыталась магически приблизить изображение. Фокус этот несложный, но владение магией, несмотря на два года обучения в Высшей школе, еще давалось плохо в каких-то моментах – прямо как на экзаменах после первого курса, когда уважаемый совет преподавателей пытался выявить мою стихию, чтобы дальнейшее обучение вести узконаправленно. На просьбу зажечь свечу я зажгла стол, чтобы погасить его, вызвала вместо струи воды целый водопад. Потом полетала под потолком вместо поднятия листочка бумаги. Хорошо, что хоть не перенесла в здание кусок скалы, хотя он упорно стучался к нам в стекло – это я перепутала вектора и использовала телекинез взамен создания портала и доставки через него камня. В общем, силы много, ум не помогает. Спасибо преподавателям, которые не заклеймили как идиотку в кубе, а утроили мои занятия в плане обуздания собственных сил, по большей части проводя индивидуальные уроки, дабы никому не навредить. Итог мне уже нравится – по знаниям и силе я постепенно догоняю второй курс, так что скоро мне разрешат присоединиться к общему потоку. Единственное, в чем я обгоняю на текущий момент всех – это владение колюще-режуще-рубящим оружием. Помнится, магистр - преподаватель физической подготовки подскочил на месте, когда увидел, как я разминаюсь, держа меч в руке. А потом, проведя со мной пару спаррингов и увидев стиль управления оружием, перевел меня сначала к старшим курсам, а потом и вообще на индивидуальные занятия, так что теперь мы с ним занимаемся по утрам до начала занятий у всех. Но вернемся к мужчине. Разглядев его лицо и оценив умение обращаться с холодным оружием, я послала весточку к преподавателю с вопросом, можно ли мне выйти к этому красавчику или на сегодня отменим занятия, отдав полигон ему. Преподаватель ответил в духе «я знать не знаю, кто это такой и вообще полигон наш по праву и гнать его в шею», и добавил, что сам ко мне присоединится через пару минут. Я, не теряя времени, призвала свой клинок и выскочила через окно, благо комнату мне выделили на первом этаже. Незнакомый мне боец тем временем методично разрубал учебные столбы, что удивительно, исключительно с помощью меча, в то время, как студенты любых курсов старались хотя бы по минимуму использовать магию, в последний момент эффектным жестом выпуская огненный шар, призванный поставить точку в избиении несчастного учебного пособия. — Не помешаю? Я тактично остановилась невдалеке, чтобы не попасть случайно под руку. Мужчина, не останавливая движения, бросил на меня взгляд и мотнул головой. Нет, дескать, не мешаешь. Я пожала плечами — ну не хочет человек разговаривать, его право — и пошла разминаться, а то магистр Гелиарт не даст мне возможности сделать зарядку, сразу заставит спарринговать и разбирать потом каждый понравившийся ему удар. Краем глаза я наблюдала за мужчиной, считывая его технику удара. А ведь мужик то молодец, сколько уже работает, а дыхание ровное как у спящего. Подошедший магистр тоже внимательно смотрел на работу незнакомца и тихонько комментировал его действия. — Посмотри, как он ровно движется. Ни одного лишнего движения. И удар у него… на вдох??? А нет, на выдох. Нет, на вдох. Так, я ничего не понимаю, как он вообще дышит? Пойду с ним поболтаю. — Он не выдержал и побежал к мужчине, помахав ему рукой для привлечения внимания. Мужчина остановился и что-то тихо ответил магистру. Тот оглянулся, мотнул мне головой, давая знак приблизиться, и что-то быстро начал втолковывать мечнику, получая в ответ неуверенные кивки. Когда я подошла, услышала нечто невероятное: — Он согласился с тобой поспарринговать. У вас разные стили работы, интересно будет посмотреть, чья школа возьмет верх. Это что, шутка такая да? Я вылупилась на магистра, словно увидела оживший труп гигантского медведя, случайно поднятый первокурсником вместо мышки. Он не обратил внимания на мои хлопанья ресницами и дал знак на сближение. Мужчина, вблизи показавшийся неправдоподобно молодым, тут же поднял меч наизготовку и пошел вокруг меня, заставив автоматически поворачиваться вокруг своей оси и ждать атаки. Однако вот уже прошла минута, пошла вторая, а мы все танцуем. Нет, я понимаю, он ищет брешь в моей защите, чтобы атаковать, но сколько можно? У меня уже голова кружится, да и клинок тяжелеет с каждым шагом. Я же не железная! Чтобы прервать этот "вальс", я обманчиво легким движением руки сделала выпад, наподобие укола шпаги. Рука сразу же заныла от веса оружия, но хотя бы мой спарринг-партнер ожил, на лице появилось выражение удивления. Ну конечно, только последний идиот будет так делать, да еще и тяжелым клинком, но мне же не запретили использовать магию, смогу на пару секунд удержать удар и ей, чтобы вернуть руку обратно. У меня и щит заготовлен в другой руке, осталось только его за долю секунды развернуть. Однако противник не решился атаковать, технично отбив мою попытку его «заколоть». Завязалась нудная борьба — кто кого подловит на ошибке — с ленивыми попытками задеть друг друга. Я видела, что ему не интересно со мной проводить спарринг, а первоначальная эмоция была удивлением от идиотской выходки. Магистру Гэлиарту это тоже надоело и он начал ругаться. Сначала тихо бурча под нос, потом он уже не стеснялся высказывать свое возмущение, чуть ли не топая ногой. Я же по-прежнему не видела, как можно напасть. Мелькнула даже подленькая мысль закончить этот тягомотный поединок ударом огня, как вдруг при очередном шаге мужчина чуть замедлился, и появился крохотный зазор в защите. Не думая ни секунды, я сделала выпад и обрушила на него удар. Тяжелый меч принял на себя нагрузку, однако мой клинок проскользил по лезвию и прорезал неглубокую рану на его руке. От неожиданности, что финт все же удался, я замерла как суслик перед опасностью, приковав взгляд к ране, ожидая, что вот сейчас кровь соберется сначала маленькими капельками, потом они набухнут, как почки по весне, и польется ручеек крови. Кровь у этого жителя мира была тягучая и прозрачная. Желтая. И больше всего она напоминала банальное машинное масло из моего мира, но это было бы совсем бредово. Я завороженно смотрела на руку противника, опустив и практически уже отбросив свой меч. Он же, досадливо цыкнув, положил аккуратно меч на землю, а потом, мама дорогая, раздвинул края раны и внимательно осмотрел, не поранила ли я ему начинку. Механическая рука, офигеть! — Ну и чего таращишься то? — голос у мужчины оказался высоким, что не вязалось с его мускулатурой. — Никогда не видела механизмов? — Да как бы вам сказать. Как раз видела, но не ожидала их увидеть в этом мире. — Ааа, очередной путешественник между мирами. Начитались про магические академии, решили повеселить себя в жизни? Ну и как оно? — Я прямо таки чувствовала океан сарказма в его словах, но ровная интонация сводила все на нет. — Я как бы и дома немного магом была. А что вы имеете против нас? — Только то, что мне сейчас никто не починит руку. — Ну так отбивали бы удар. Вы же отлично держались, но сделали все равно ошибку. — Я замерз, — несколько капризно заявил мужчина. — Я не могу поддерживать функционирование на сто процентов при такой температуре воздуха. Мне нужно больше двигаться. Слух зацепился за «функционирование» и «проценты». — Простите, уважаемый, за мою дерзость. — Я неловко склонилась в извинительном поклоне, распространенном в этом мире. — Но хочу поинтересоваться, а вы только в руке механический или есть еще? — Я механический на восемьдесят девять процентов. Так что да, есть еще. — Он хмыкнул, не отрываясь от разглядывания руки. — Порезали вы мне провод. Кто бы мог подумать, какая шустрая. Теперь не идет отзыв с трех пальцев. Он, и правда, пытался сжать кулак, но подгибались только крайние пальцы. — А заменить можно? — я сунулась поближе, чтобы рассмотреть повреждение. — А вы что-то понимаете в механике? — На лице робота задралась изящная бровь почти под самую челку, так и оставшуюся сухой, несмотря на активное занятие с мечом. — Ну, думаю, работа вашей руки не сложнее моего автомобиля, а как-то же его я чинила сама. Отодвинув его голову, чтобы обеспечить себе лучший обзор, я склонилась над рукой, разбираясь в гармоничном сплетении проводов в руке робота. Да, буду звать его роботом, пока имя свое не скажет и не объяснит, как называется его вид. Проводок, разрезанный почти до конца, требовал, по хорошему, обычной спайки, но где же я ему сейчас найду паятель? Пришедшая в голову мысль показалась дикой, но я не стала ее обдумывать, а сразу же зажала между пальцами оба конца провода и зажгла в себе огонь, стараясь не спалить тут все. Появился запах знакомой мне с детства, и через полсекунды я отдернула руку. — Ну-ка, проверь. Сожми кулак. Робот поочередно сжал каждый палец и с удовольствием посмотрел на меня. — А ты не так бесполезна, человечка. Может, еще и кожу заживишь? — Чего не умею, того не умею, — я пожала плечами, пропустив мимо ушей "человечку". — Как раньше мне не давалось это искусство, так и сейчас не понимаю, что и как делать. Действовать готовыми настойками и мазями – пожалуйста, а магией – не дано. Пойдемте в наш лазарет, Сашея наверняка уже проснулась. Кстати, я Кира. Кирея, если вам будет удобнее. — Гэвин. — Необычное для этого мира имя. — Когда я родился, оно было еще обычным. За четыреста лет своей жизни я понял, что не вижу необходимости менять свое имя в угоду изменяющейся моды. — Гевин поочередно показал брезгливую складку губ, раздувающиеся крылья носа и гневно прищуренные глаза. — И вообще, я полагаю, что лет через двести наши имена вновь войдут в использование. Магистр Гелиарт тенью следовал за нами, сопровождая в лазарет. И стоило нам отдать робота на попечение знахарки, цапнул меня за локоть и потащил в коридор пошептаться. — Я так и не понял, как ты умудрилась его порезать, это раз. И второе, как ты его вылечила??? — Я не вылечила, я его починила. Это было очень просто сделать, всего один проводок подрезала, так что сама накосячила, сама и спаяла. Делов-то. У меня дома была машина, которая каждый день ломалась. Вот с ней было сложно. В памяти возникла моя четырехколесная старушка. Раритет, мать ее. В то время как все нормальные люди и нелюди тоже пересели на более удобные летательные аппараты, я сохраняла верность машине. В частности, эта верность была вызвана и отсутствием денег на флаер, а с другой стороны, на этой машине еще моя бабка бодро рулила по улицам и она была мне дорога. Незаметно вытекший тьмой из стены директор чуть не довел меня в очередной раз до кондачка. С хитрой улыбочкой он мне сообщил, что механоид Гевин вчера изъявил желание учиться в их академии на отделении теории магии, и раз уж мы с ним уже «подружились», придется мне быть его куратором. Ну, ёлки-палки! Опять влипла.