От ненависти до любви.

Усаги сидела в кресле, подтянув под себя ноги и обняв колени. Ее отсутствующий взгляд был устремлен на тело Мамору, которое так и лежало в проходе. Мамору... Душа Усаги разрывалась. Он ведь ничего плохого никому не сделал. Он всего лишь хотел поддержать ее и быть опорой. Простого, добродушного парня попросту пристрелили как собаку из-за нее. Слезу катились градом, а рассудок Усаги был затуманен. Ее взгляд был прикован к дверному проему, где лежал труп. Даже когда его оттянули двое в масках, взгляд Усаги даже с места не сдвинулся. - Усаги, - Сейя обратился к девушке, которая сейчас напоминала слабоумную и ни на что не реагировала. - Понятно... Ступор. Звонкая пощечина вернула Усаги к реальности. И сейчас эта реальность напоминала фильм ужасов, в котором монстр из ее кошмаров сейчас стоял перед ней. В кармане Сейи зазвонил телефон, и тот поднял трубку, ведь это был крестный, который сейчас управлял ситуацией гораздо больше самого Сейи. - Вы на месте? - поинтересовался Мицуке. - Да, только вошли, - Сейя замялся. - Правда, я не думал... - А, ты про Мамору? Тебе нужны лишние проблемы? Мне - нет. А он мог стать этой самой проблемой, потому так. - Ну, вообще да, - выдохнул Сейя. - Я вот почему звоню. Аканэ передаст тебе ключи от моего особняка, ты знаешь, где он находится. Телку повезешь пока туда, возьмешь с собой троих бойцов, они помогут тебе. Ребенка отправь с Аканэ, - услышав это, Сейя тяжело сглотнул. - В смысле? Зачем? Вы не собираетесь... - Сейя, не нервничай. Убивать ребенка никто не будет, уже ведь все решили. Но если Усаги забрала ребенка раньше времени из больницы, то не факт, что он здоров. А раз ты собираешься обзавестись семьей, нужно проследить, чтобы девочка была без патологий. Ее отвезут в частную клинику к моему знакомому, там проведут обследование. Когда привезешь Усаги в город, возьми у нее выписку из роддома и дуй ко мне. Нужно записать ребенка на тебя, - Мицуке выдавал распоряжения четко и ясно. - Я понял. - Ну раз понял, то давай быстрей там делай предложение и выезжайте, - послышались короткие гудки. В комнату вошел один из людей прокурора, держа в руках люльку с ребенком. Усаги тут же вскочила с места. - Отдайте мне ее! - истерически закричала девушка, пытаясь добраться к малышке, но она была тут же поймана Сейей, который, схватив ее сзади за шею, усадил на место и сквозь зубы процедил: - Сидеть, я сказал! - Усаги вновь попыталась вырваться, но Сейя еще более грубо удержал ее. - Слушай, я к этому ребенку еще не привык, я даже на руках его не держал, так что он для меня такой же, как миллион таких же карапузов. Ты понимаешь, о чем я? - зарычал Сейя на ухо рыдающей Усаги. - Если ты сейчас же не угомонишься, то наш с тобой разговор закончится очень быстро, и тебе такой исход не понравится, - тело Усаги наконец обмякло под рукой Сейи, а это говорило о том, что она сдалась. - Так-то лучше. Ребенка отвезут в больницу, на обследование. И как скоро ты его увидишь, зависит исключительно от тебя, - Сейя кивнул мужчине, который держал люльку и тот еще с тремя громилами вышел из дома. - Господи, что тебе от меня нужно?! - взвыла Усаги, закрывая лицо ладонями. - Вот! Это правильный вопрос, - Сейя отпустил Усаги и, подвинув стул, который стоял у стены, сел напротив девушки. - Значит, так. Мой старик каким-то образом узнал о ребенке, выяснил, что ребенок мой, и отписал половину моего наследства ему, а это ну очень много, и я не готов расстаться с таким состоянием... Усаги убрала руки от лица, посмотрев на Сейю, который, как всегда закинув ногу на ногу, сидел с невозмутимым видом. - Я откажусь от всего. Что нужно подписать? Только оставь нас в покое, - рыдала девушка. - Конечно, ты бы отказалась, - утвердительно кивнул Сейя. - Если бы могла, то непременно бы отказалась. Но завещание составлено так, что отказаться от завещания ты не можешь, ты вправе им только распоряжаться до совершеннолетия ребенка, как опекун наследника. - Мне ничего не надо, я ничем распоряжаться не буду, только отпусти нас, пожалуйста! - Усаги слезла с кресла, упав на колени возле ног Сейи. - Умоляю тебя. - Сядь на место, - требовательно проговорил Сейя. Усаги тут же подчинилась, боясь разозлить его. Ведь только теперь, после убийства Мамору, она поняла, что Сейя не просто избалованный ублюдок, а настоящее чудовище. И чего от него ожидать дальше, она не знала. - Я тронут, но то, что ты не будешь пользоваться наследством, не умаляет того факта, что оно не достанется мне, поэтому у меня к тебе предложение, - Сейя намеренно выделил последнее слово, что уже говорило о том, что это, скорее, будет ультиматум. - Какое? - уже не плача, спросила Усаги. Она была настолько морально убита, что даже слезы так и остались застывшими в глазах, не успев скатиться по щекам. - Выходи за меня замуж, - спокойно произнес Сейя, будто речь шла о какой-то мелочи. - Что? - переспросила Усаги. - Я не хочу быть с тобой даже просто рядом... Я боюсь тебя... Ты вызываешь у меня чувство ужаса. О каком замужестве может идти речь? - Я тебе верю. Верю, - будто утешая, проговорил брюнет. - Тогда послушай, какие варианты у тебя еще есть. - Усаги внимательно уставилась на Сейю, она была уверена, что любой другой вариант ей подойдет больше. Но она так думала ровно до тех пор, пока Сейя вновь не заговорил. - Вариант первый: я избавлюсь от прямого наследника, то есть от ребенка. Надеюсь, не нужно объяснять, каким образом. Вариант второй: я избавлюсь от тебя и твоего ближайшего родственника, то есть от твоей матери, и оформлю опеку над ребенком. Вариант третий... кстати, мне он нравится больше всего. Тебя я упеку в психушку, навсегда. Избавлюсь от твоей матери и, опять-таки, оформлю опеку над ребенком. И ты всю жизнь проведешь в психбольнице, не имея возможности видеть ребенка и зная, что твоя мать погибла из-за тебя. Лицо Усаги исказилось в ужасе. Она прекрасно понимала, что он не шутит и ему ничего не будет стоить убить еще пару человек, так как это уже сделали с Мамору. Сейя встал и подошел вплотную к сидящей на кресле Усаги. Довольно нежно - для него - он взял ее за подбородок и поднял голову девушки, чтобы видеть глаза. - Где же материнская самоотдача, Усаги? - ехидно поинтересовался Сейя. - Сейчас от тебя зависит судьба твое... нашего ребенка, судьба твоей матери... Так неужели я такой страшный, что ты готова пожертвовать всем, лишь бы не быть рядом со мной? - вкрадчиво спросил он. - Ты ужасный, - на глазах Усаги вновь заблестели слезы. - Ты монстр. Я ненавижу тебя, - теперь крупные слезы уже скатывались по щекам. - Если бы ты знал, как я ненавижу тебя... Мне противно даже дышать одним воздухом с тобой. - Неужели? - парень ядовито вскинул брови, а его рука неспешно с подбородка сползла на шею Усаги. Медленно Сейя стал сжимать горло девушки. - У тебя есть все шансы не дышать им. Кислород стал поступать все меньше, руки Усаги автоматически схватились за руку Сейи, но она была неподвижна. Лицо залилось жаром, а перед глазами стали появляться мелкие темные точки. Но даже недостаток кислорода и темные точки не мешали Усаги видеть надменное и спокойное лицо Сейи. Он сейчас душил человека, а на лице, кроме ехидной улыбки, не было больше никаких эмоций. На какой-то момент Усаги показалось, что она даже хочет этого. Пускай он сейчас ее задушит, и все... Больше никаких проблем. Но она не могла пойти таким простым путем. Вслед за ней пойдет мама, а ее крошка останется наедине с этим чудовищем. - Я согласна... - сдавленно прохрипела Усаги. Пальцы Сейи перестали сжимать горло, но остались на прежнем месте, не ослабляя хватку. - С чем ты согласна? - все так же ехидно спросил он, хотя понимал, о чем идет речь. - Я согласна выйти за тебя замуж, - выдавила из себя Усаги, с новой волной слез. - Умница, - Сейя резко разжал пальцы и сел обратно на стул; Усаги, в свою очередь, пыталась отдышаться, хватаясь за шею, на которой явно отпечатались пальцы Сейи. - А теперь слушай условия нашего брака. Усаги подняла на него ошарашенный взгляд. Ей казалось, что этот ужас никогда не закончится. - Что? - переспросила она. - Да-да, ты не ослышалась. Будут условия. Слушай и запоминай, а если не в состоянии, можешь записать. Начнем с того, что ты должна меня беспрекословно слушаться. Я говорю - ты исполняешь. Дальше. Никаких подруг и друзей. У тебя будет телефон, с которого ты сможешь позвонить только мне и принять звонок только от меня. Все вопросы, типа врач, парикмахер и так далее, ты решаешь через меня. Ты будешь иметь свободу передвижения по дому, но не за пределами его. На улицу ты выходить только со мной или с охраной. Ребенком займется няня, и он будет в отдельной комнате от тебя. Для моего отца и своей матери - ты безумно меня любишь и замуж выходишь добровольно. Как ты будешь справляться со своими эмоциями - это твои проблемы, но, скорее всего, на днях мой отец захочет поговорить с тобой, и не дай Бог он что-то заподозрит... Ты - труп. С матерью станешь общаться по стационарному телефону, но учти, он будет на постоянной прослушке, поэтому не вздумай жаловаться или еще что, - Сейя ехидно хмыкнул, увидев круглые от шока глаза Усаги. - И запомни... За любую выходку ты будешь жестоко наказана, поэтому не советую доставлять мне проблемы, - Сейя триумфально сложил руки на груди. - Вопросы есть? - Только один, - тихо отозвалась Усаги. - За что? За что ты так безжалостно растоптал мою жизнь? - Дай подумать, - Сейя наигранно поднял глаза. - Может, за то, что ты публично меня унизила? А потом у тебя не хватило ума вовремя избавиться от моего ребенка и ты доставила мне массу проблем? - Но... - Усаги подняла на Сейю вспухшие от слез глаза. - Никаких "но", куколка. Я не прощаю людям меньшего. А теперь, если тебе все понятно и возражений нет, собирай вещи и поехали, - Сейя встал и подал Усаги руку.