То, о чем нельзя забывать

      Между нами была какая-то неловкость, когда мы ехали с Юнги в особняк Минов. лицо парня не выражало прежнего пафоса и дьявольщины. Сейчас я смотрела на его лицо и видела в нем что-то невинное и скромное. Его чертовски привлекательное закусывание нижней губы иногда мазало весь этот образ парня-очаровашки, что заставляло меня ежиться на месте. Полное молчание: никаких лишних вопросов и бессмысленных разговоров. Юнги сейчас был в своих мыслях, а я находилась в своих, и никто не позволял себе нарушать покой друг друга.       В голове полная каша. Да, я знаю, что творю. Я еду со злейшим своим врагом в его убежище, я сбежала от брата и от его друзей. Я догадываюсь, к чему это всему, и могу только тяжело вздыхать, так как понимаю, что в ловушке Юнги, но не могу совладать своими чувствами, как будто меня кто-то подменил. Но я нахожусь в своей памяти, поэтому никого не виню, только подчиняюсь.       Спустя какое-то время мы подъехали к воротам уже знакомого мне особняка. Ворота открыли пару охранников солидного и крепкого вида. Можно было бы подумать, что это какой-то фильм, а не жизнь. Вся территория кишела охраной и персоналом дома. Я сделала вывод, что в этом месте наверняка многое поменялось, так как времени прошло много, а людей здесь только прибавилось. Все здесь какое-то хмурое, тяжелое, угнетающее, что мигом повлияло на мое настроение.       Юнги остановил машину возле крыльца. Парень расслабленно скинул руки с руля и откинул голову назад. На его лице отразилась улыбка. Такая улыбка обычно у людей, которые достигают чего-то такого, что по сути ждали всю жизнь. Я непонимающе взглянула на Мина. Что бы будем делать дальше? Какие наши дальнейшие действия? Юнги лениво повернул в мою сторону голову. – Вот мы и на месте, – сладкая улыбка все не сползала с его лица, – Ты же на моей стороне, Тэми?       Почему-то этот вопрос заставил меня встрепенуться. Вообще стоило ожидать такой вопрос со стороны Юнги. Тогда чего я пугаюсь, если сама осознанно все это творю? В ответ я неуверенно кивнула и уставилась в сторону особняка. Я вернулась обратно в свою самую первую клетку.       Юнги вышел из машины. Я проследила все его действия: вот он кидает ключи подошедшему охраннику в черных очках. Этот мужчина похож на Дони из "Еженедельного айдола", что заставило меня усмехнуться. Вот Юнги подходит к моей дверце и галантно протягивает мне свою сильную руку. Я уверенно хватаюсь за эту руку, как за что-то последнее и важное в моей жизни. Парень ведет меня в дом. Внутри все не так как раньше. Если в те времена, когда мы с Тэхеном жили здесь, преобладали антикварные вещи и шикарные шторы, обои, люстры, потолки, то сейчас в доме преобладал белый цвет и выглядело все более современно. Но уют будто испарился. – Я тут все поменял после того, как ты уехала. На меня давило то, что все напоминает об отце. Но я не смог окончательно избавиться от его вещей. Только кабинет я оставил нетронутым. Так я могу побыть рядом с ним.       То, каким сейчас стоял передо мной парень, казалось искренним. Вот какой на самом деле Юнги: ранимый человек, который тоже умеет любить и скучать. И сейчас все его слова заставили меня взгрустнуть. Я оглядела еще раз этот большой дом, пытаясь зацепиться за что-то, что возможно бы оставили из прошлой жизни. Но все было совершенное новое. Оно и правильно. Нужно уметь забывать прошлое и жить настоящим ради будущего, как этот делает сейчас Юнги. – Давай пройдем в кабинет и поговорим насчет того, что происходит. Пожалуйста, - умоляюще я взглянула на парня. Юнги серьезно посмотрел на меня, но согласно кивнул и первым направился в сторону кабинета. – Теперь я имею право все знать, Юнги. Я знаю, что сейчас я нахожусь на твоей территории, что я по своему согласию сюда приехала с тобой и я не смогу сбежать отсюда. Просто расскажи мне все.       Мин по-деловому уселся на кресле своего отца, чертовски привлекательно прикусил губу и достал из ящичка стола папку с документами. Меня ждало что-то интересное. – Да, ты имеешь право все знать. Я не скрою от тебя ничего, ни в коем случае, так как ты и вправду являешься ключом, – парень сделал паузу. Видимо, ему нужно было собрать в кучу все мысли, чтобы рассказать мне правду, или же для того, чтобы искусно соврать, - Ты наверняка помнишь о завещании моего отца, что я остаюсь ни с чем, если не женюсь на тебе и мы не проживем с тобой душа в душу несколько лет. Так вот, Тэми, мои адвокаты нашли маленькую зацепку: никакого срока не нужно. Мы можем сделать так, что все достанется мне. Нам нужно только пожениться. – Стой, Юнги. То есть ты хочешь использовать меня? – Нет, Тэми. Я правда испытываю к тебе чувства. Есть вероятность, что этот брак будет самым настоящим, здесь все зависит только от тебя! Только подумай, ты не будешь нуждаться в чем-либо! - взгляд парня резко изменился: серьезный Юнги превратился в помешанного Юнги, и это выглядело не впечатляюще. – Юнги, – я устала потерла переносицу, – но мне не нужны все эти деньги и богатство. Мне нужна семья и любовь. Я сомневаюсь, что ты можешь дать это мне...       Мин молниеносно возникнул прям перед моим креслом и расположил обе руки на спинку по бокам от моей головы. Выглядело это угрожающе. Съежившись я уставилась на парня. Юнги стал медленно наклоняться к моему лицу и почти в губы произнес: – Я смогу дать тебе все, что ты захочешь.       Страх. Внутри сейчас был только страх. Но мое противное второе "я" даже не думало отталкивать парня, наоборот даже соглашалось на всего его условия, короче говоря, соглашалось стать его вечной рабыней. Но моя "я", которое было не у руля моего сознания, но все так же подавало свои признаки существования, кричало, что Тэми – самая идиотская дурочка из всех существующих, что бить его надо в область паха и бежать к чертовой бабушке из этого печального места! Но это "я" было резко заткнуто и посажено на свое место первым "я", поэтому мне оставалось лишь наблюдать за всеми действиями Юнги и не сопротивляться. А парень в это время времени даром не терял: он молнией впился в мои губы, терзая их грубо, но в то же время и с аккуратностью. Но тут мое бойкое второе "я" решило все-таки проявить себя: я оттолкнула парня. Юнги непонимающе смотрел прямо в глаза своим пронзительным. Защитной реакцией оказалась фраза, которая машинально вылетела из моих уст:"А что у тебя тогда было с Бохи?" Юнги за пару секунд побелел на моих глазах и растеряно удалился из кабинета, оставив мой вопрос без ответа.

***

      Чонгук и Тэхен подъезжали к особняку Минов. Волнение огромной волной захлестывало обоих. Тэхену было стыдно за себя, свои действия и мысли. Но он был счастлив, что его здравое мышление возвращается к нему, что сестренка теперь стоит на первом месте, что она больше не ключ для него, а милая, любимая младшая сестренка. Слезы стали наворачиваться на глаза, но парень незаметно смахнул с глаз пару слезинок, чтобы не показывать перед другом свои слабости, чтобы не было никаких подколов в будущем.       В голове Чонгука вертелись совсем иные мысли: он совершенно не понимал, почему Тэми сбежала с Юнги, оставив своего любимого в стороне. Как теперь расценивать все эти действия? Простить или после удачного спасения порвать с ней все отношения с ней? Парень больше склонялся к первому пункту. Уж сильно он любил сестру своего друга, что готов простить ей все, лишь бы девушка была рядом. – Я позвонил копам. Они, должно быть, уже выехали. Диктофончик я закрепил под рубашкой. Нам стоит лишь грамотно и без лишних действий поговорить с самим Юнги, чтобы вывести его на чистую воду. Тогда Хосока освободят, Юнги окажется в тюрьме, а Тэми – с нами.       По дороге к особняку Тэхен успел созвониться с полицейским отделом, который проводил расследование по нападению на Чонгука. У друзей было уже давно все схвачено, только дела в больнице все вывернули на изнанку. Но сейчас все были решительно настроены на победу. Вот на соседней улице притормозило два автомобиля: фургончик и простой автомобиль. Во второй машине Чонгук узнал детектива из полицейского отдела, который допрашивал его после произошедшего. Чон кивнул Киму. С души парней словно половина камней свалилась. Вторая добрая половина оставалась лежать на душе мертвым грузом, ведь Тэми и Хосок все еще были в неведении друзей. Переглянувшись еще раз, парни синхронно вышли из машины и двинулись в сторону ворот такого ненавистного особняка Минов. – Мы продвигаемся в дом, – сообщил тихо в воротник рубашки Тэхен, оповещая полицейских за углом соседней улицы о том, что операция официально началась.