Что бы ни случилось, мы всегда будем вместе

Спустя несколько дней после битвы заседала Эспада. Состав был неполон – Старк Койот затерялся в недрах своей башни и не желал показываться наружу, Алессандро Дордони руководил процессом восстановления рухнувшей части замка; Чируччи Сандервич и Гантебейн Москеда находились в реанимации – им не удалось избежать газа, выпущенного Гранцем-младшим. Арранкары держали совет о том, стоит ли им нанести ответный удар по Артуро или же зализывать свои раны и ждать возвращения чужаков. Под рухнувшей юго-западной частью Лас Ночес были погребены не только жилые комнаты многих арранкаров, но и весь корпус Заэля, вместе с его медицинской частью и исследовательскими лабораториями. Поэтому временно решено было организовать их в нижних ярусах башни Восьмой Эспады. Сам же Гранц-младший находился под постоянным наблюдением приставленного к нему конвоя. Гриммджоу Джаггерджак был помещен в реанимацию вместе с другими выжившими арранкарами. Несмотря на косые взгляды Заэля, Хина постоянно крутилась где-то поблизости с медицинским корпусом в ожидании пробуждения Гриммджоу. Но в какой-то момент она исчезла, незаметно для всех, и когда Джаггерджак, наконец, пришёл в себя, девушки рядом не оказалось. С того самого времени, как Хина очнулась с перевязанной головой и заплывшим кровью правым глазом где-то в глубине медицинской части, её не покидала одна единственная мысль – она, и только она во всём виновата. И когда стояла за дверьми реанимации, куда ей нельзя было входить, и когда видела своё отражение в глянцевых черных полах – везде было одно и то же. Ильфорт был прав – Хина помеха для Гриммджоу Джаггерджака. И если раньше она была уверена, что докажет обратное, то теперь все произошедшее лишь подтверждало, что Гранц был прав. И в какой-то момент Хине стало страшно встретиться лицом к лицу с очнувшимся арранкаром. Но когда и голые стены новой комнаты и темный угол, в который Хина загоняла себя воспоминаниями о забрызганном кровью белом костяном панцире, стали также невыносимы, как существовавший за их пределами мир, она набралась сил и распахнула дверь палаты, в которой находился Джаггерджак. Девушка зашла внутрь, не в силах вымолвить ни слова, и надеялась, что пребывавший в палате даже не захочет смотреть ей в глаза. Но Гриммджоу смотрел прямо и открыто, и только сведенные к переносице брови, казалось, вошли в привычку. - Если ты не приходила ко мне из-за угрызений совести, то разворачивайся и вали отсюда, - грубо произнес он, почувствовав настроение Хины. Но девушка, скованная собственными страхами, только насупилась, спрятав глаза под повязкой на голове. Джаггерджак ещё больше поднялся на кровати, принимая сидячее положение. - Отлично. Я так и знал. Знаешь, я не буду тебя переубеждать, - не переводя взгляда с Хины, процедил сквозь стиснутые зубы арранкар. – Хочешь чувствовать себя виноватой, сделаем вид, что так оно и есть. И я до сих пор не понимаю, какого черта я постоянно трачу время на тебя. И чтобы ты там не передумала в своей голове, я скажу только одно: да, так всё так и есть. Хина вздрогнула, раскрыла слипшиеся после долгого молчания губы и произнесла: - Прости меня, - её осипший голос звучал печально и устало, - Прости, что не позаботилась о тебе так, как ты всегда заботился обо мне. Я… не хочу больше доставлять тебе неудобств. Мне… очень стыдно. Девушка поклонилась и вышла из палаты. Гриммджоу молча ещё несколько минут смотрел в закрытую дверь, потом откинулся на подушки и тут же поморщился, ощутив режущую боль в левом боку. Хина пришла в свою комнату и пролежала там на полу несколько часов, почти не моргая смотря в потолок с совершенно пустой головой. В конце концов, она поднялась и снова пришла в медицинский корпус. Гриммджоу спал, раскидав по белой ткани наволочки голубые волосы, отросшие уже ниже плеч. Арранкар бесшумно вошла внутрь, присела на самом краю кровати и приложила ладонь к покалеченному боку, прикрытому одеялом. Даже через все эти слои ткани она чувствовала, как горит воспаленная и поврежденная плоть. К горлу подступил ком, а в носу предательски защипало. Хина отогнала нахлынувшие на неё чувства и снова обратила всё своё внимание к ране арранкара. Через несколько минут, когда под повязкой не осталось и рубца, Хина также бесшумно, как и вошла, покинула палату Гриммджоу. На выходе из медицинского корпуса она стащила с головы бинт, закрывающий изуродованный глаз, и закинула его в найденную урну. Через несколько секунд она уже была полностью здорова и направлялась в сторону разрушенной части Лас Ночес. Третий номер Эспады руководил низшими нумеросами, которые занимались очисткой обрушенных этажей: сбором мусора и разбором завалов. Арранкары попеременно сваливали вниз горы бетонных обломков, которые вытаскивали из песка другие и уносили их в одну большую кучу разрозненного разноцветного каменного крошева. Хина устроилась на верхнем этаже и наблюдала за чужой работой до тех пор, пока рабочие нумеросы не скрылись в недрах замка, а на их смену не пришли караульные. Так продолжалось несколько дней – караул сменялся рабочими, за которыми бессменно следил Алессандро Дордони. И только когда были вычищены все руины, девушка спустилась вниз к своему давнему другу. - Давненько я тебя не видел! – воскликнул Эспада, когда увидел девушку, перепрыгивающую с этажа на этаж. - Ну, ты же постоянно здесь! – ответила она, приземляясь на песок рядом с Сокаччио. - Как поживает твой друг? – дружелюбно спросил арранкар. - Он уже полностью здоров, - улыбнулась Хина. - Уже выздоровел? Так быстро? – удивился Алессандро. - В медицинском корпусе у Заэля отличные врачи, - утвердительно кивнула девушка. – Какие планы на восстановление замка? – спросила она, переводя разговор с больной темы. - Всё убрано. Теперь будем заново отстраивать стены. - Я… можно я помогу? - ТЫ? – Дордони рассмеялся. – Чем же? Будешь таскать сюда камни? - О нет, ты что, я упаду раньше, чем донесу их до нужного места, - хмыкнула Хина. – Всё то время, пока вы вычищали этот бардак, я была тут и следила за вашей работой и… - И? - Просто мои способности… Я бы хотела их применить. Я всё время считывала духовные частицы, чтобы понять, что было разрушено и… - То есть ты хочешь сказать, что ты собралась в одиночку отстроить развалившийся замок? - недоверчиво произнес арранкар. - Нет, то есть да… то есть нет, - Хина замотала головой, запутавшись в своих мыслях. - Я просто хочу испытать свои силы. Алессандро продолжал скептически смотреть на девушку, а потом, разгладив усы, проговорил: - Что ж… Ну, посмотрим, что ты можешь сделать, - Сокаччио пожал плечами и кивнул в сторону зиявшей дыры. - Я сделаю, что смогу, - воодушевленно произнесла Хина и прошла вперед. Алессандро понимающе кивнул и протянул ладонь, приглашая девушку заняться работой. Ему было крайне любопытно узнать, что же из всего этого выйдет. Арранкар встала напротив выбоины, занимавшей весь угол замка от центральных ворот и до башни Десятого Эспады. Начинать удобнее всего было снизу, поэтому девушка пошла в обход по всему периметру первого этажа, попеременно дотрагиваясь до стен руками, словно проверяя их на ощупь. Алессандро ждал и внимательно следил за Хиной, совершавшей непонятный для него ритуал. Когда начали подтягиваться первые нумеросы, он остановил их подле себя и уже вместе с ними продолжал наблюдать за девушкой. Когда долгий, чуть ли не часовой обход закончился, Хина вышла за пределы стен на песок, откуда открывался вид на все обойденные девушкой точки. Затем арранкар занесла вперед вытянутую правую руку с выставленными вперед сложенными указательным и средним пальцами. После короткого движения пальцами на каждой из точек, которые обследовала Хина, образовались небольшие сферы из духовных частиц, которые слабо мерцали среди бетонных выступов. Удостоверившись, что появились все сферы, а затем сконцентрировавшись на одной из стен, девушка расслабленно вытянула вперед теперь обе руки и замерла, чуть прикрыв веки. Через несколько минут между её пальцев заструились белые нити из духовных частиц, берущие своё начало в груде обломков, вытащенных нумеросами, и тянувшиеся в сторону разломанной стены. Когда на глазах у Алессандро стена медленно поползла вперед, он сперва открыл рот от изумления, а затем растянулся в улыбке. Решив, что пока нумеросы не нужны, он тихонько отправил их обратно через главные ворота замка, оставшись наедине с Хиной. Девушка продолжала стоять. Проходил час, второй, а нити духовных частиц медленно, но верно тянулись к стене, восстанавливая сантиметр за сантиметром. Так закончилась одна горизонтальная стена, выросшая заново перпендикулярно линии песка, и стала появляться вторая. Когда закончилась и она, Алессандро подошел к Хине и опустил ей руки. Духовные нити дрогнули и растаяли. - Хватит. На сегодня хватит. Ты не должна перенапрягаться, - спокойно, по-отечески, проговорил он. Девушка согнула занемевшие пальцы и посмотрела куда-то вдаль. - Ты правда молодец, - кивнул Сокаччио и похлопал девушку по плечу. - Я буду приходить сюда каждый день. Я должна научиться делать это быстрее, - серьёзно сказала она и направилась внутрь замка. Третий номер Эспады проводил арранкара взглядом, а затем отправился за нумеросами. Как Хина и обещала – она пропадала на руинах каждый день, возводя стены под присмотром Дордони. Когда она уставала, ей на смену приходили нумеросы и работали под руководством Улькиорры. После каждого изнурительного дня арранкар возвращалась в свою новую комнату и без сил падала на валявшийся прямо на полу матрас, моментально проваливаясь в сон. Новое утомительное занятие полностью занимало её голову и отвлекало от пугающих и болезненных мыслей, в которых постоянно фигурировал Гриммджоу. Хина решила для себя, что не будет видеться с ним так долго, как это будет возможно, по крайней мере до тех пор, пока Лас Ночес не будет восстановлен. Она надеялась, что к тому времени поймёт, как нужно вести себя, сотрет из головы все страшные воспоминания, а Гриммджоу, наконец, будет рядом с теми, кто не представляет для него опасности. * * * С тех пор, как на Лас Ночес было совершено нападение, прошло больше двух недель. За это время все арранкары пришли в себя, а замок постепенно начал восстанавливаться. Кроме наружного обвала жители замка активно ликвидировали внутренние разрушения, учиненные червем. Птица, которую отправил за адьюкасами Алессандро, исчезла в песчаном море, и поэтому Эспада стала посылать отряды разведки, чтобы обнаружить какие-либо следы, ведущие к Артуро Платеадо, но пустыня оставалась безмолвна, впрочем, как всегда. Даже дыра в сводах Леса Меносов пустовала. Казалось, во всей наземной части Хуэко Мундо живыми существами были только обитатели замка Короля. Когда Гриммджоу проснулся после своей встречи с Хиной, то первым делом почувствовал невероятное облегчение. Сначала он подумал, что над ним поработали нумеросы Гранца-младшего, но, обнаружив рядом с собой следы рейацу девушки, понял, кто лечил его. В тот день он долго бродил по замку в поисках глупой беглянки, но так и не нашел её – ни в новой комнате, ни под куполом, ни где бы то ни было. Оставив свои поиски и снова изрядно разозлившись, он ушел тренироваться в компании Ильфорта и присоединившихся к нему Шаолонга Куфонга, Эдуардо Лионеса, Ди Рой Ринкера и Нахима Гриндины. На этот раз всё было именно так, как мечтал Гранц-старший. Наконец, спустя несколько дней до Гриммджоу дошла случайная весть о том, что белобрысая девчонка околачивается где-то на руинах, а когда позже появились слухи о том, что она помогает возводить обрушенные стены, Джаггерджак пожелал лично в этом убедиться. Арранкар выбрался в восточную часть через верхний этаж и ждал появления девушки. Время тянулось отвратительно долго, и наблюдать за нумеросами, занимавшимися стройкой, было скучно. Но вот после долгих часов ожидания, появилась Хина. С ней к стенам замка вышел и Алессандро. Дордони дал распоряжения уходящим нумеросам, и когда те покинули стройку, за работу взялась арранкар. Хина быстро пробежала между остовов стен и углублений коридоров, оставляя после себя светящиеся метки рейацу. Затем выскочила наружу, на песок, и принялась за дело. Из расставленных в сторону рук к стенам и груде обломков потянулись духовные нити. Плавно извиваясь, они скрепились между собой. В обеих ладонях девушки оказалось по пучку нитей, ведущих к двум перекрытиям. Хина потянула за нити, и как по волшебству, две параллельные стены начали на глазах вытягиваться вперед. Гриммджоу долго наблюдал за тем, как Хина перекидывала духовные нити от одной стены к другой, набирая темп. Он хотел объявить о своём присутствии сразу, как только она появилась, но теперь, увидев её старания, передумал и молча удалился заниматься своими делами, решив, что предстанет воочию как-нибудь в другой раз. * * * Хина устало выдохнула набранный в легкие воздух и с облегчением выгнула спину. Работа шла медленно и уже начинала надоедать, когда обезумевшие нумеросы в порыве разногласий умудрялись сломать уже восстановленное. Вот и на этот раз девушка махнула на них рукой, и отправилась отдыхать на гору обломков, в ожидании ушедшего куда-то Алессандро. Ей было нестерпимо жарко, поэтому она стянула с себя черную водолазку, оставив на груди только белую перетяжку, промокнула тканью лоб, по которому стекали капельки пота, и выкинула себе под ноги. По пустыне проходил едва уловимый ветер, поэтому Хина встала в полный рост и расправила плечи и руки, чтобы хоть как-то поймать его легкие касания. - Ты тут теперь местная статуя? Встречаешь приходящих в замок? – сзади раздался ироничный голос. Хина развернулась и, захваченная врасплох неожиданностью и внезапно накатившим страхом, съехала вниз по бетонному крошеву, цепляясь пальцами за выступы. К её собственному счастью, окончательно упасть ей не удалось, и оставшийся путь с груды вниз она проделала самостоятельно. - Гриммджоу? – тихо спросила она, не веря своим глазам. Арранкар поморщился. - Я надеялся на более разнообразное приветствие. - Я не… эм… прости, - Хина беспомощно захлопала глазами, не зная, куда деваться от стыда. С того дня и до этих самых пор она так и не решила, как теперь вести себя с ним. Джаггерджак ухмыльнулся, дернул руками, спрятанными в прорези хакама, и внимательно посмотрела на Хину. Взгляд его зацепил огромный уродливый шрам, тянувшийся от ключиц вниз. Арранкар отвернулся в сторону замка. - Не рада меня видеть? Хина поджала губы. Не дожидаясь ответа, арранкар продолжил. - Видел, как ты работаешь. У тебя здорово получается, но всё равно медленно. Вы даже и до половины не дошли… Ну так что, ты не рада меня видеть? - Я рада, - прошептала Хина, борясь со своим смущением. – Но… я не хотела встречаться с тобой сейчас… потому что… Гриммджоу повернулся, обращая к девушке вопросительный взгляд, но Хина ничего договорить не смогла. За их спинами раскрылась гигантская Гарганта, и наружу вышли трое чужаков.