Что бы ни случилось, мы всегда будем вместе

Лас Ночес ломался с такой легкостью, словно был карточным домиком, и падал в пропасть черного Леса, забирая с собой всех своих жителей. Арранкары исчезали среди бетона и песка, падали и кричали, а замок продолжал погребать их заживо. Но тех, кто переживет падение, внизу ждала не менее жестокая участь: Лес под Лас Ночес был заполонен пустыми из армии Артуро. Они день за днем готовили подрыв замка, пока их предводитель изучал его изнутри. И теперь за какие-то несколько минут непобедимая крепость в пустыне, какой считали её чужаки и созданные ими фальшивки, исчезла в воронке и пропала в Лесу Меносов. За взвесью песка и пыли не было видно даже собственных рук, но Шестая Эспада чувствовала, что за этой белой стеной прячутся пустые. Они осторожно кружат возле руин, выжидают, вслушиваясь в крики раненых, словно падальщики, которые наконец-то дождались своего часа и ждут не дождутся, когда начнется пиршество. Каменная плита, придавившая по пояс, отгораживала девушку от пустых снаружи. Нелл попыталась избавиться от куска бетона при помощи рейацу, но её отвлек шум неподалеку. Из руин вылез окровавленный нумерос. Поднимаясь с колен, он стал невнятно выкрикивать чьи-то имена, но голос его переходил на кашель, а затем, пошатываясь, арранкар двинулся в белую завесу. Эспада замерла, прислушиваясь к тому, что будет дальше. За скрывавшей всё живое пылью вспыхнула духовная сила пустого и в миг накрыла раненного нумероса. Схватка была недолгой - ничего не подозревавший арранкар был уничтожен, жестоко и быстро. Одершванк затаилась и вжалась в камень. Так вот какой план у Артуро! Перебить их, пока они не готовы к сражению! И словно в подтверждение её мыслей то тут, то там начали вспыхивать огоньки духовной силы, к которым тут же спешили затаившиеся пустые. Стараясь сдерживать свою духовную силу, Нерриел попыталась снова выкарабкаться из бетонной ловушки, но обломок так и не поддался. Радовало одно – придавленные ноги, кажется, были целы: Эспада их чувствовала и могла ими пошевелить. Она бы могла воспользоваться ресурекшионом, чтобы освободиться от преграды, ведь впереди её всё равно ждал бы бой, но внезапно Одершванк стало страшно. А что если никто не придет ей на помощь? Вдруг ей единственной удалось оказаться так близко к поверхности, а все остальные погребены заживо в руинах? Арранкар в ужасе стала глотать ртом воздух, но белая взвесь тут же попала в легкие, что вызвало приступ раздирающего изнутри кашля. Ичимару Гин чувствовал, как над его головой повисла многотонная каменная громада. К счастью, он успел воспользоваться кидо, и голубая пирамида надежно защитила шинигами от обломков замка. Альбинос был жив, но вот выбраться из развалин у него ни за что не получится. Капитан поднялся со дна пирамиды и попытался унять одолевавший его гнев. Артуро Платеадо обвел его вокруг пальца. Он прикинулся тем, от кого меньше всего можно было ждать подвоха! Он подобрался к Ичимару настолько близко, что самому шинигами стало ужасно от мысли, что он так запросто разговаривал с псевдоХиной… А хуже всего, что Платеадо забрал Хогиоку! Каким-то образом этот арранкар ликвидировал стражу, и… Боже, боже, как он был глуп! Он должен был не переставая следить за замком дальше, но как только след Артуро пропал, шинигами решил, что тот покинул замок. И вместо этого он смотрел старые записи. Зачем же, ну зачем? Ичимару был готов удавить себя собственными руками за своё болезненное любопытство. Он же мог бы всё это предотвратить! Но… Как? Что бы он сделал с арранкаром, который разрушил ползамка, выстрелив всего лишь серо? Да уж придумал бы что-нибудь… Боже, боже, эти три Эспады ведь говорили, что, возможно, Артуро охотится не за ними всеми, а за Хогиоку! Почему он хорошенько не обдумал это предположение? А теперь он замурован в огромной бетонной могиле. И ни Хогиоку, ни Хины… Он же мог бы всё это предотвратить… В самый последний момент, когда пустыня стала оседать, Гриммджоу собрал все свои оставшиеся силы в кулак и прыгнул вверх, навстречу падающему куполу. Он понимал, что если остаться в эпицентре взрыва, то можно распрощаться с жизнью, поэтому, несмотря на все раны, полученные во время битвы с пустым, арранкар летел вперед, перепрыгивая с одного летящего ему навстречу куска бетона на другой. Он ни разу не оглянулся назад в поисках своих нумеросов: Джаггерджак знал, что ему не удастся им помочь в любом случае. И знал, что никто из них его не осудит, потому что сейчас каждый был сам за себя. Замок продолжал разваливаться, а обломки стен падали всё быстрее. Гриммджоу еле успевал переводить дыхание, каждый новый прыжок отдавался дикой болью в поврежденной грудной клетке. Главным сейчас было оказаться как можно выше, преодолев как можно большее расстояние. Как разъяренный зверь, арранкар прыгал вверх, стремился к выходу на свободу, сбегая от смерти, но обломков становилось всё больше, и, в конце концов, не совладав с некоторыми из них, почти у самой поверхности Гриммджоу исчез среди пыли и крошева. Когда всё закончилось, и над развалинами Лас Ночес повисла могильная тишина, Джаггерджак скинул с себя обломки, открывая путь воздуху. Полная пыли взвесь тут же осела на зубах, языке, горле. Арранкар скорчился и уткнулся головой в бетон, сдерживая порывы кашля, но уже в следующее мгновение зашелся в болезненных судорогах, вместе с кашлем отплевывая на крошево красную слюну. На языке сразу почувствовался металлический привкус. Гриммджоу лег, перевернулся на спину и попытался прощупать свои ребра. Если с левой стороны было ещё терпимо, то прикосновения к правой стороне грудной клетки тут же отозвались болью. Нумерос приподнял голову, набрал полные легкие воздуха и сразу же почувствовал, как сломанные ребра впиваются во внутренние органы. Гриммджоу ощерился, положил ладонь на ранение, снова откинул голову назад и закрыл глаза, а другой рукой прикрыл нос. До сих пор Джаггерджак не замечал, что происходило рядом, но постепенно он пришел к осознанию того, как вдруг много стало вокруг звуков. То тут, то там слышались крики и шум. Арранкары, погребенные заживо, вопили и вылезали наружу, где к их голосам примешивался … вой пустых. Гриммджоу снова перевернулся на живот и настороженно осмотрелся. Среди темноты и медленно оседающей белой пелены в свете Луны сновали тени. Черт, черт, черт, не такой смертью он хотел умереть! Какой позор – его убьют эти низкопробные уродцы, только потому, что сейчас он не в состоянии вступить в бой… Черт, черт, черт! Арранкар напрягся – если он будет медлить, его найдут по его рейацу, поэтому Джаггерджак попытался как можно быстрее снизить уровень духовной силы. Затем Гриммджоу осмотрелся и, увидев высоко выступающий бетонный обломок, за которым можно было бы скрыться, пополз в сторону. Если так пойдет и дальше, пустые быстро доберутся до всех, кто оказался на поверхности или сумел выбраться… Артуро, сукин сын! До чего додумался! Стоило Джаггерджаку оказаться рядом с плитой, как он услышал за ней какой-то звук. Арранкар насторожился, но едва уловимый след знакомой рейацу заставил его подползти ближе. За обломком стены он увидел Шестую Эспаду, давящуюся собственным кашлем. Ту Одершванк услышала шорох совсем близко от себя, резко дернулась и подняла на Гриммджоу перепуганные огромные серо-зеленые глаза. - Джаггерджак-сан, - едва слышно прошептала арранкар. Нумерос дернул губой в знак приветствия и сполз в нишу под обломком. Оказавшись рядом с Эспадой, Гриммджоу увидел, что половина туловища арранкара погребена под обломком. - Джаггерджак-сан, мне не выбраться, - умоляюще-обреченно проговорила Нелл, встречая удивленный взгляд арранкара. - Сейчас разберемся, - процедил Гриммджоу. – Только дай отдохнуть… - проговорил он и сел, опираясь спиной об обломок. Нерриел заметила, как арранкар держится за правый бок, и перевела глаза на усталое и напряженное лицо Джаггерджака. На запыленном лбу выступили капли болезненного пота, а губы были перепачканы в крови. Нумерос тяжело и шумно дышал через рот. Эспада снова перевела взгляд на бок, а затем потянулась рукой к арранкару. Гриммджоу дернулся, но в ответ услышал только успокаивающее «Шшшш». Девушка убрала загораживавшую бок ладонь и аккуратно дотронулась до грудной клетки, прощупывая её. Джаггерджак стиснул зубы, подавляя в себе желание отпихнуть Шестой номер. - У вас сломаны ребра, - прошептала она. - К счастью не все, - выдавил Гриммджоу. Нелл снова подняла испуганные глаза на нумероса. По его лицу было видно, что он изо всех сил терпит боль, но не желает показывать, как ему в действительности тяжело. Арранкар отвернулась и прислонилась к обломку стены, стараясь спрятаться от ставшего пугающим окружающего мира. Сейчас она чувствовала себя ужасно жалкой и беспомощной – Эспада, которая трусливо прячется тут, не в силах разбить эту дурацкую стену своей рейацу, потому что… ей страшно. Где-то недалеко послышался шорох обломков. Одершванк вздрогнула и в панике подняла голову, чтобы увидеть, что происходит вокруг, но тут же ей на плечо легла рука Гриммджоу, настойчиво разворачивавшая Эспаду обратно. Нелл застыла, продолжая вслушиваться в окружавшую их рейацу. Шорох продолжался ещё несколько минут, словно кто-то или что-то за их спинами раздвигало обломки и топталось по ним, но никакой духовной силы арранкары так и не уловили. Шестому номеру казалось, что это существо уже заметило их, и вот-вот выскочит откуда-нибудь сверху и нападет, растерзает, уничтожит. И то, что они арранкары, не спасет их, потому что сражение им сейчас не потянуть, отчего отчаяние охватывало Нелл с новой силой. Когда шорох стих, Ту Одершванк почувствовала, как ладонь нумероса исчезла с её плеча. - Джаггерджак-сан, - вдруг произнесла Эспада и резко повернулась, отчего он вздрогнул. – Пожалуйста, вытащите меня. И тогда вдвоем, может быть, мы сможем выбраться отсюда живыми. Арранкар дернул бровями, но Нелл схватила его за руку. - Пожалуйста, - умоляюще прошептала Шестой номер. – А я помогу вам… - И как? Ты собираешься вылечить меня? – усмехнулся Гриммджоу, грубо разжимая белые пальцы, вцепившиеся в него. - Я попытаюсь! Хотя бы уменьшить боль. - Нелл отпустила арранкара и стащила перчатки. – Пожалуйста, Джаггерджак-сан, доверьтесь мне! Гриммджоу обреченно вздохнул и, пока Эспада отвернулась, что-то делая со своими руками, осторожно задрал безрукавку и тут же увидел множество кровоподтеков на груди и животе. Чертов пустой… Наконец Одершванк повернулась и приложила обе ладони туда, где были сломаны ребра. Джаггерджак поморщился – руки арранкара были холодными и влажными. Но почти сразу боль в боку стала утихать. - Ребра на место не встанут, но хотя бы вам полегчает, - произнесла Шестой номер, наблюдая за тем, как меняются выражения лица у Гриммджоу. Спустя несколько минут Нерриел убрала руки и надела перчатки обратно. Джаггерджак чувствовал, как сломанные кости продолжают колоться изнутри, но той изматывающей боли уже не было. Конечно, это ненадолго, но, по крайней мере, хватит для того, чтобы вытащить Эспаду, поэтому арранкар отдышался и спустя какое-то время встал на ноги. Гриммджоу прислушался к окружающим их звукам. Судя по рейацу, ни одного пустого на опасном для них расстоянии не было, эти монстры кружили где-то в отдалении, обыскивая развалины. Выждав некоторое время, арранкар повернулся, положил руки на обломок стены и надавил, но ничего не произошло. Гриммджоу попытался снова, но обломок так и не поддался. Нумерос чертыхнулся, развернулся к нему спиной и снова надавил. После нескольких попыток бетонная тюрьма Шестого номера поддалась, и Одершванк смогла выкарабкаться наружу. Как только Эспада была освобождена, Джаггерджак прислонился к обломку и снова схватился за бок. Боль в грудную клетку вернулась с новой силой. Черт, ещё немного, и он готов будет вырвать эти гребаные кости! Гриммджоу сполз вниз, чтобы ребра не так кололи, и перевел взгляд на Эспаду. - Всё цело? – спросил он, наблюдая за девушкой. Нелл обернулась, приподнялась на локтях и внимательно посмотрела на свои ноги. К тому моменту белая пелена над развалинами стала постепенно рассеиваться, и открыла взгляду не только картину разрушений, но и самих арранкаров, затаившихся среди бетонных плит. Большой темно-зеленый пустой медленно передвигался среди руин Лас Ночес, прильнув головой почти к самой поверхности обломков, и простукивал их длинными крючковатыми когтями, перепачканными в пыли и крови. Он внимательно прислушивался к рейацу под ним, а когда ему казалось, что где-то внизу кто-то есть, то начинал старательно разбрасывать в стороны бетонные куски, чтобы достать свою жертву. Внезапно, в очередной раз простукивая поверхность, он почувствовал толчки. Поняв, что они шли не из-под земли, а откуда-то сбоку, пустой поднял голову. Где-то вдалеке он заметил движение обломков и поспешил проверить, кто может там прятаться. Почуяв, хоть и тщательно сдерживаемую, рейацу противника, монстр облизнул пересохшие от пыли губы и со всех ног бросился в сторону укрытия. Удостоверившись, что её ноги целы, Шестая Эспада снова обратила своё внимание на Джаггерджака. Тот полулежал с перекошенным от боли лицом и пальцами, полными напряжения, сжимал ноющий бок. Теперь Нерриел и вовсе не знала, как облегчить страдания арранкара. Её слюна могла лечить мелкие раны и снимать боль, но с такими травмами справиться уже не могла. К тому времени Джаггерджак снова закашлялся, сплюнул кровь и устало закрыл глаза. Чувство собственной беспомощности вызвало у Одершванк мерзкую щемящую боль в груди. Нелл так была поглощена своими мыслями, что не сразу услышала враждебную рейацу. Завидев пустого, арранкар попыталась встать, но ноги, хоть и не поврежденные, онемели и были достаточно слабы, поэтому Одершванк рухнула обратно на песок, и в самый последний момент вскинула руки вперед, чтобы выпустить серо, но ещё до того, как оно успело сформироваться, пустой занес вперед окровавленные когти и наотмашь ударил арранкара. Очнувшийся, Гриммджоу тут же бросился вперед, выхватил катану и полоснул монстра по лицу. От белой череповидной маски отлетел кусок, пустой зашипел и рывком повалил Джаггерджака на обломки, продавливая и без того покалеченные ребра. Из уст арранкара вырвался истошный вопль. Пустой зашипел и пригнулся к своей жертве, но ему в спину тут же влетел заряд из белых духовных частиц. Монстра отбросило от Гриммджоу, перевернуло от силы взрыва и протащило по крошеву. Не собираясь сдаваться, гигант тут же поднялся, выпрямился во весь рост и издал утробный вой. Почти в ту же секунду нечто блестящее рассекло воздух и проткнуло маску пустого насквозь, отчего тот завалился на бок и уже в следующее мгновение превратился в черный пепел и осел на обломки. Нелл стерла с лица кровь и подползла к Джаггерджаку. Тот, скорчившись от боли, лежал на боку и заходился в судорогах. Арранкар прижала руки ко рту, наблюдая за тем, как нумерос из последних сил судорожно глотает воздух, потому что уже не может дышать – сиплые вдохи перемежались с кашлем, после которого под головой Гриммджоу всё больше и больше растекалась багровая лужица. Одершванк почувствовала, как на глаза выступили слезы, а затем мир вокруг и вовсе превратился в расплывчатое пятно.