Треугольники

Я не люблю играть в бильярд. Играл всего пару раз. Но раз уже собрались зрители, и Саша заинтересованно смотрела в сторону нашего бильярдного стола… Пирамиду из шаров первым разбил Павел. Знаю, что засчитывается и шар, прицельно заброшенный в лузу, и сам закатившийся. И забросить надо восемь шаров. На этом мои познания в бильярде закончены. Дацюк одним ударом три шара в лунку закатил. — Эй, — возмутился я и прицелился на два шара, стоявших прямо напротив лузы в дальнем правом углу. Если повезет, то два — одним ударом. Тут еще и скорость рассчитывать нужно. Почти как от синей линии по шайбе щелкать. — Догоняй, догоняй, — подтрунивал Дацюк, наблюдая за моим ударом. Ну, конечно, только один закатился, второй ушел влево. Выругался про себя. Наблюдаю за Пашиным ударом. Хитро улыбаюсь, так как ни один все-таки в лузу не зашел. Краем глаза заметил, что Саша пересела за столик рядом, а официант ей принес коктейль. Ох, как неудобно шары расположены. Провел рукой по волосам, прикинул. Ну, вот с углового если. — Ага, — победно воскликнул я, — второй! Дацюк улыбнулся мне и прицелился к шару, который удобно остался после моего удара. Ну конечно. Пока у нас разница в два шара. Теперь я целюсь. И снова нехитрая комбинация. Да мне везет, что ни говори. Вот нет, чтобы скопится где-нибудь в одном месте, у лузы. Надо проблемы мне создавать. Ладно, мы по-тихоньку заколотим шарик, который только легонько ткнуть, и он в «домике». Так я и сделал. — Сократил отставание на один, твой ход, — сказал я и увидел, как Саша похлопала. Это приятно, и захотелось во чтобы то ни стало выиграть партию. Павел, тем временем, увеличил свое преимущество на два шара. Но мне повезло с комбинацией! Если правильно по диагонали ударить по шарику, то он забьет в лунки два, и сам закатится. Я выдохнул, прицелился. Первый пошел, второй… Эх, третий не получился. — Пять — пять! — произнес Вадим, — Чуда, жги. С меня пиво потом, если выиграешь. — Поставил что ли? — я рассмеялся. — Не скажу, — хмыкнул Вадим. Но я понял, что поставил. Ох, надо тебе, Вадя, было на Пашу ставить. Он сейчас как вколотит три шара и все, плакала ставка Шипачева. Но сегодня, похоже, не Пашин день. Потому что через удар меня уже поздравляли с победой. Что не говори, а Дацюку приятно пожимать руку. Я все посматривал на Сашу, которая улыбалась. Потом я сыграл еще одну партию с Хафи, уступив, хотел присесть к своей соседке, но не обнаружил ее в зале. Ушла уже что ли? Белов вопросительно посмотрел на меня, я пожал плечами и кивнул, мол — выйду. Антон тут же потерял ко мне всякий интерес, наблюдая за партией Хафи и Яковлева. Оглянул еще раз зал в поисках Саши. Ну и где же ты? — И снова привет, — я услышал ее голос у себя за спиной в пустой гардеробной бара, когда вышел из зала. — Привет, — только и мог, как дурак, повторить. — Отлично сыграл партию, — похвалила Саша. — Да брось, в хоккей я лучше играю, — я скромно улыбнулся. — Охотно верю! — сказала она. — Смотрю, твое настроение окончательно улучшилось, — подметил ее веселость, — что вы здесь делаете? — Отдыхаем с друзьями, — Саша пожала плечами, — они у меня хоккейные фанаты, знают, что вы здесь тусите, вот и ходят в этот бар. Сегодня им повезло. — Ну да, — я кивнул, — собрались отметить начало сезона, уже совсем скоро первая игра. — Самое увлекательное только начинается, — заметила она, — я теперь, наверняка, с еще большим интересом буду ходить на матчи СКА. Ух ты. Нескромная какая. Или мне показалось? Что же, в любом случае, это приятно. — Не хочешь выйти? А то, мне, кажется, здесь душно, — предложил я. — Да я уже домой собиралась, — сказала Саша. Я даже бровь от удивления поднял. — Еще даже часу ночи нет, куда так рано в пятницу вечером? Завтра же выходной, у нас тоже, презентация команды только в воскресение. — Просто я не любитель клубных тусовок, — пожала она плечами, — вот и парня до сих пор нет, шутит подруга. — Как будто только в клубе можно познакомиться, — вздохнул я, вспоминая, где мы с женой познакомились. Тоже в клубе. Но потом нас представили официально. Моя мама работает в рекламном агентстве, и сотрудничает с бизнесом, который ведут родители жены. Закончив университет, Катя пришла работать в фирму отца. — Так может, я подвезу тебя до дома? — сказал я, спустя одну неловкую паузу между нами. — А как же друзья? — поинтересовалась Саша. — А им там весело, они в бильярд играют, — улыбнулся я, вспомнив Белова, увлеченно следившего за партией, — да и сам уже отдохнуть хочу. — Ну, давай, — через некоторое время, после того, как кому-то написала в телефоне, сказала Саша. Ехали молча, девушка старалась не смотреть на меня, разглядывала ночной Петербург и вид с моста Петра Великого*. Приезжим кажется, что он похож на мосты через лондонскую Темзу. По архитектуре, действительно, несколько напоминает. И так получилось, что это первый разводной мост в Питере, который показали мне, когда я только сюда переехал. Так что можно сказать, это мой любимый мост. В парадной, когда мы приехали домой, кто-то жалобно мяукал. Точнее, не мяукал даже, а пищал, и так тоскливо, что нельзя пройти мимо. — Слышишь, — спросила Саша, — кто-то плачет. — Ага, такое ощущение, что мышь пищит, — на лестничной клетке привычно темно. Лампочка опять перегорела, и некому её заменить. Куда смотрит домоуправление? Подам жалобу. Я включил фонарик на телефоне. Серое существо, что громко плакало на весь подъезд, съёжилось под неработающей батареей. Совсем малявочка, месяца два. Я не силен в кошачьих, мама больше собак любит. В Череповце и Москве наша девочка первые места на выставках занимала. Что же нам с тобой теперь делать, пушистик? Я наклонился к котенку и взял его на руки. Удивительно, но он сразу замолчал, уткнувшись своим мокрым носом мне в ладонь. — Господи, какая прелесть, — вздохнула девушка, улыбнулась, провела рукой по котенку, и тыльной стороной ладони непроизвольно коснулась моей. Легкое, ненавязчивое прикосновение, но оставляющее свой незримый след. Хоть и всего на пару секунд, найденыш привлек все наше внимание. — Я бы взяла себе, — сказала Саша, — но меня вместе с ним хозяйка выгонит, она строго настрого запретила любую живность в квартире. — Возьму Пушистика себе. До выезда пристрою, скоро сезон начнется, и кормить некому будет его, пока я в разъездах. Предложу своим, может, кто захочет, у кого жены и дети есть, — я погладил везунчика и прижал его к себе. — Тогда я за него спокойна, — кивнула Саша, — ладно, мне уже пора, могу угостить дитеныша молоком, у меня еще осталось. — О, спасибо. У меня в холодильнике мышь повесилась, — обрадовался я. Саша скрылась в своей квартире, а через пару минут передала мне картонную коробку с молоком. — Спокойной ночи, — сказала она, — ещё раз потрепав котенка на прощание. — Спокойной ночи, — улыбнулся я, открыл ключом свою дверь, так из рук котенка и не выпуская. Пушистиком будешь. По крайней мере, пока у меня поживешь. Я поставил котенка на пол, пока разувался, а он уже шустренько побежал обследовать квартиру. Стоп, а где он ходить будет? Я тяжело вздохнул. Вспомнил, что на балконе есть старые коробки, одну приспособил для временного лотка, а другую как корзиночку для сна. Которую, однако, он не признал, и попытался залезть ко мне на диван. Выглядело это очень смешно. Я пожалел малыша. Он уже достаточно большой, чтобы улизнуть от меня, если я во сне нечаянно захочу его раздавить. Малявочка укуталась в моем одеяле, так мы вместе и заснули.