Ты узнаешь ее из тысячи...

Илиана

***

      Вокруг Лили хлопотали парикмахеры, визажисты и стилисты. Она походила на огромный цветок, вокруг которого порхали феечки. Нас с Мариной и подругу Лили, Оксану, уже вымучали: мы были в одинаковых белых платьях на тоненьких бретельках, украшенных золотистой вышивкой; волосы нам уложили в затейливые прически, украшенные живыми цветами.       Но Лиле, конечно, приходилось хуже всех. Пока мы позировали фотографу и раскладывали на белом столе букеты, кольца, кексики для красивых фотографий, невеста уже третий час стоически терпела издевательства, чтобы быть красивее всех.       Не понимаю, почему я считала ее заносчивой золотой девочкой… И почему сразу не спросила, за кого она за муж выходит… Она же не скрывала, просто никому в голову не пришло, что они могут ошибаться.       Вообще, получилось очень глупо. Тем вечером, после экзамена, когда Арсентий несколько часов ждал моего возвращения домой, а я поливала слезами Ениссейский, он все мне рассказал: про выдуманный идеал, с голосом из компьютерной игры, про поиски студентки, голос которой он случайно услышал после пары, про попытки узнать, являюсь ли я Дэни Иллинойс. Я смеялась, как сумасшедшая, и во время рассказа Сени, и когда пересказывал в ролях свое устройство на работу щупленький Гера, с которым меня познакомил Арсентий.       Следующим же днем он собрал всех своих друзей, которые принимали непосредственное участие в разработке плана по поимке Дэни, в небольшом итальянском ресторанчике, чтобы представить им результаты трудов.       Я все-таки очень глупая. Как можно было так себя накрутить? Воистину, глас толпы затмевает разум, как заметил Михаил, еще один друг Арсентия. Михаил был лысым огромным, накачанным и очень пофигистичным, от чего казался этаким типичным строителем-птушником, но при этом являлся умнейшим человеком.       Пока Марина и Оксана отвлеклись раскладыванием фотокарточек Лили и Саши в виде сердечка, я решила выйти на балкон, подышать воздухом. Первое июля было удивительно солнечным, но абсолютно не душным; балкон Лилиной двушки — островком спокойствия среди предсвадебного хаоса. Я закрыла глаза и вспоминала тот день... Арсентий

***

- Боже, Илиана, ты вся дрожишь, - Арсений попытался поплотнее укутать девушку в свой пиджак, - идем, я заведу тебя домой. Тебе нужно согреться. - А ты? - девушка вцепилась в него так, как будто он стоял на краю пропасти. - А я, в отличие от тебя, почти не намок. Печку включу в машине и все будет отлично. - Но, Сеня! - Идем, тебе цветы еще нужно в воду поставить. - Пошли со мной... - С родителями знакомиться? - Сеня дурашливо затряс головой и заморгал, - что, так сразу? - Родители в Воркуте. Я тут с тетей живу. - Илиана потянула его к двери парадной, - идем, не съест она тебя, - девушка сделала комичную паузу, прикрыв один глаз, - только понадкусывает.       Арсентий обреченно шагнул вслед за девушкой.       В квартире, как только они зашли, сразу локализовался смерч под названием "Тетя Маша встречает дорогих гостей".       Кругленькая невысокая женщина кружила вокруг мужчины, помогая ему снять с Илианы пиджак, забирая цветы; девушка не успела даже снять пальто, а ТетьМаша уже определила цветы в вазу, включила воду в ванной, притащила полотенце вытереть волосы, Арсентию — сухую майку и свитер, оставшиеся от мужа.       Пока тот переодевался в комнате Илианы, саму девушку заботливая тетя определила в ванную, заварила чай и достала вкусности; развлекая гостя до прихода племянницы, Тетя Маша еще и бисквит успела приготовить. - У тебя не тетя, а метеор, - улыбнулся профессор наливающей чай девушке. - Да, она такая! - Иля улыбнулась. - Знаешь, - Сеня взял ее за руку, - я не верю, что наконец-то нашел тебя. - А ты искал? - Искал... - Арсентий снова повторил рассказ для Марины, только не так сухо, а делясь своими переживаниями. - ... что, вся эта стажировка чистый фарс? - удивлялась девушка. - Нет, почему же? Студентов возьмут. Но затевалось все ради того, чтобы найти тебя!.. - ... Это действительно было так важно? - Конечно! Я ведь мечтал целый год найти Дэни! - ... И что, ты правда отправил туда своего друга? - смеясь, спрашивала Илиана. - Да, мне же нужно было узнать...       Илиана рассказывала, как череда нелепых случайностей заставила всех думать, что Лиля выходит замуж за Арсентия, а лично ее — ненавидеть свою любовь. Она сомневалась, но все же призналась Сене, что он нашел свою Дэни. - Как же все удачно сложилось, - Арсентий пересадил любимую к себе на колени. Илиана прижалась к нему. За сегодняшний день девушка так вымоталась, что уснула почти сразу, как ее голова коснулась плеча мужчины.       Вошедшая на кухню женщина наблюдала умилительную картину: племянница свернулась, словно котенок, на руках у гостя и сладко спала.       Она кивнула в сторону комнаты; когда Арсентий перенес девушку, кровать уже была расстелена. Он уложил Илиану и укрыл ее одеялом.       Легкая ткань обрисовала стройное тело. Он погладил девушку по щеке. Провел рукой по волосам, она потянулась к теплу и еще сильнее прижалась щекой к его ладони. Тело пронзило острым желанием.       Арсентий смотрел на спящую Илиану, вспоминал их поцелуй у подъезда. Как бы ему сейчас хотелось сорвать эту ночнушку, исследовать поцелуями любимое тело, овладеть, страстно вбиваясь в нее, отдаться своим желаниям до последней капли...       Девушка, словно почувствовав его настроение, тихо застонала. Этого он вытерпеть уже не мог. Арсентий быстро поднялся, поцеловал девушку в лоб и вышел в корридор.       Тетя Маша вышла на шум, проводить гостя. - Спит? - спросила она. - Спит, - кивнул Арсентий, надевая пиджак. - Пусть позвонит мне, когда проснется? Я записал номер на листике, который лежит на столе.       Женщина кивнула, закрывая за гостем дверь.       На следующий день Илиана позвонила с самого утра. Арсентий еще спал, но тут же подскочил от звуков ее голоса. - Приехать за тобой? - спросил он девушку. - А какие у нас планы? - Хочу познакомить тебя с героями всей этой истории. Вчера договорился, что вечером посидим где-нибудь все вместе. Должен же я представить друзьям свою девушку. - Девушку? - Илиана была удивлена. - А ты против? - Не-ет... - Ты действительно думаешь, я отпущу ту, что так долго искал? - Я не знаю, - голос был растерянным. - И не надейся. Ты и Я. Навсегда. Помнишь? - Помню, - по голосу он понял, что девушка улыбается.       Она приехала к нему сама. Арсентий не верил своему счастью: на пороге его квартиры стояла Илиана, в легком ситцевом сарафане и бежевых босоножках. Нежная. Воздушная. - Моя, - пронеслось в его голове. Он сгреб девушку в охапку, захлопнул двери и потащил в спальню. Илиана смеялась, пищала, дрыгала ногами до тех пор, пока он не уложил ее на кровать, а сам лег рядом. Девушка прижалась к нему и положила голову на плечо. - Знаешь, о чем я давно мечтала? - спросила она. - О чем? - О тебе. Я хотела, чтобы ты был моим, а я твоей. Полностью. Без остатка, как бывает в красивых книгах. Первый и последний. - Первый? - голос мужчины охрип от волнения. - Ты станешь первым... - Ты уверенна? - Абсолютно... - Девушка замолчала и прижалась к груди мужчины, долгие минуты тишина нарушалась только тихим дыханием обоих, а потом раздался шепот, - Только, сделай это сам... Сейчас... Я совсем не знаю, что надо делать. Но очень хочу этого.       Мужчина вздрогнул. В его глазах смешались нежность, страсть и предвкушение. Как долго он ждал этого момента. Верил в него, как ребенок, в чудо... - Наслаждайся, - шепнул он на ухо любимой. Илиана

***

      Большая светлая комната с огромной белой кроватью и кованными спинками, белый венецианский комод и огромный зеркальный шкаф, в котором отражаются наши тела...       Руки Арсентия скользят по моему телу, задирая все выше подол легкого белого сарафанчика, вот уже видны кружевные резинки чулок, белые трусики с подвязками...       Когда я покупала этот комплект белья, я думала, что он слишком нарядный для повседневности. Он был таким идеальным, праздничным, подходящим... невесте!       И сейчас я чувствовала себя так, как будто только что вышла замуж.       Единственной. Неповторимой. Желанной. Когда руки любимого дошли до живота, он склонился надо мной. Распущенные волосы щекотали оголенный живот, горячие губы дарили жаркие поцелуи, вызывающие дрожь, а сильные руки медленно освобождали мое тело из плена одежды.       Вот я осталась в одном белье. Сеня слегка приподнялся, рывком снял с себя майку и вдавил меня в кровать горячим возбужденным телом. Наши руки сплелись между собой, а его губы вырисовывали затейливые узоры на моей коже, скользя по шее, груди, подбородку, пока не добрались до губ.       Поцелуй жаркий, страстный окатил меня волной чужого желания. Я подалась вперед, еще сильнее прижимаясь к нему. - Илиана,- его губы шептали мое имя.       Он подхватил меня на руки и резко перевернул. Теперь он лежал на спине, а я сидела сверху.       Развратная улыбка, которая так долго была моим самым сладким кошмаром, сопровождала быстрые движения рук. Мой бюстгальтер заскользил по предплечьям, оголяя грудь. Я залилась краской. - Ну же, Илиана, - мужские руки настойчиво стягивали ненужный предмет гардероба с моей груди, - перестань стесняться.       Он нежно массировал мои груди, сжимая их в руках; сжимал пальцами возбужденные затвердевшие соски, словно играл на каком-то музыкальном инструменте, водил руками по телу, массажировал, щекотал пальцами. Я снова оказалась на кровати. Лежа на спине, наблюдала из под ресниц, как он целует мой живот, спускаясь все ниже. Мокрые от возбуждения трусики заскользили по ногам, а горячий язык прошелся по лобку, раздвинул чуть припухшие губы и заскользил по клитору, проникая в меня. Я застонала, придерживая руками распущенные волосы любимого, чуть оттянула его голову назад. От этого он еще сильнее впился в меня, заталкивая язык глубже в мое лоно, массируя и посасывая складочки. Когда тело сотрясли первые спазмы оргазма, он отлип от меня, переворачивая на живот, все еще поглаживая руками попу и нарочно задевая клитор.       Внутренности сладко сминались. Арсентий отстранился от меня на секунду, чтобы скинуть штаны. Глухой звук падения и звон от удара ремня о деревянный пол. Сильные руки поднимают мои бедра вверх. И вот я стою на коленях, голова лежит на подушке, а мне в попу упираются горячие бедра мужчины.       Возбужденный член трется головкой о мои мокрые складочки. - Илиана, ты плохая девочка! - шепчет Сеня, водя головкой члена по моей вагине, чуть надавливая около мокрой дырочки.       Я глухо застонала: - Почему? - Потому, что я долго тебя ждал, - Арсений рассмеялся и укусил меня за попу! - Ай! - я вскрикнула. - Тебя нужно наказать! - Не надо! - я покрутила попой, как бы сопротивляясь. - Надо-надо! - подтвердил любимый и шлепнул меня по ягодице. - А-ах! - Илиана! - второй шлепок вызвал еще более прочувствованный стон... - когда ты так стонешь, я не могу сдерживаться! - А-ах! А-а!       Раздался еще один шлепок и еще. А я все больше выпячивала попу, зная, что теперь буду представлять на работе для повышения качества озвучки. - Илиана! Я кончу раньше, чем войду в тебя! - простонал Сеня. - Так поспеши, - я подалась ему навстречу.       Разгоряченное ласками тело требовало мужчину.       Он снова провел членом от клитора, до попы, чуть надавив в середине. И обратно. Снова повел от клитора, чуть проникая вовнутрь меня... Я уже была готова и резко прижалась к нему. Мое возбужденное тело было мокрым, и смазка сделала проникновение более нежным и скользящим, но я все равно громко вскрикнула от резкой боли и ощущение наполненности. Даже не так! Как будто меня разрывали на части. - Илиана! - раздался громкий стон. - Я же не смогу остановиться! - И не останавливайся! - боль на грани удовольствия, удовольствие на грани боли. Мне не хотелось терять эти восхитительные ощущения, и я задвигалась, насаживаясь все глубже на член любимого.       Он зарычал, прижал меня рукой к матрасу и яростно входя в мое тело. - Да! - Еще!       Мы кричали и стонали почти синхронно...       Арсентий резко вышел из меня, одним движением перевернул на спину. Я раздвинула ножки, обхватывая его талию, и он снова вошел в меня, яростно двигаясь, прижимаясь своим телом к моему. Нежные поцелуи, мы словно играли: я ловила его язык у себя во рту. А он мой. Еще и еще.       Волна наслаждения все нарастала, Арсентий склонил голову и облизал мою грудь, втянул сосок. Мои руки заскребли по простыням. Я стиснула зубы. - Кричи! - приказал он. - А-а-а-а-!.. - вырвалось у меня, когда он ускорился. - А-ах! А-а! А-а!       В бешеном темпе соединялись наши тела. В какой-то момент я ощутила, что на грани... Любимый, словно почувствовав это, сперва ускорился, а затем медленно вошел в меня, силой вдавливая в матрас.       Во мне как будто что-то взорвалось, я застонала от нахлынувшего наслаждения, царапая руками его спину, и почувствовала внутри себя жаркую пульсацию и толчки.       Любимый обмяк, все еще оставаясь во мне, и хрипло задышал: - Илиана! Ты — нереальная!       Говорить я уже не могла... Просто прижалась к нему покрепче. Зачем говорить, если главная мечта уже сбылась?..       Из сладких грез меня вырвал хлопок балконной двери. - Вот ты где? - Марина осуждающе смотрела на меня, - мы тебя обыскались. - Хотела немного отдохнуть от суеты, - вздохнула я, прогоняя непрошенные воспоминания. Не сейчас. А то еще наброшусь на свидетеля прямо во время регистрации... - Идем, кортеж уже ждет, - подруга потянула меня в комнату.       Лиля заметно волновалась, ждала пока подружки невесты наконец-то соизволят помочь ей со шлейфом, и мы все спустимся вниз. По задумке тамады, жених и невеста встретятся только в загсе. После церемонии будет прогулка, потом — ресторан, и в конце салют.       Скучно и предсказуемо, конечно, я бы хотела себе совсем другую свадьбу, но эта помпезная церемония с ресторанами, знаменитыми певцами, приглашенными отцом Лили, на пятьсот с лишним человек устраивалась больше для родителей. Сами молодожены решили после медового месяца в Дубаях взять самых близких друзей и уехать на пять дней в Абхазию.       Я подхватила Лилин шлейф, и наша небольшая процессия двинулась к выходу.       По дороге мы попали в пробку. Лиля бледнела с каждой минутой и уже почти сливалась со своим белоснежным платьем, расшитым стразами Сваровски. Когда я узнала, в какую цену обошлась подготовка к свадьбе — чуть в осадок не выпала. Моим родителям таких денег за десять лет не заработать...       Поэтому мы с девчонками принялись успокаивать невесту. А запасливая Оксана даже достала из сумочки пластинку валерьянки и бутылочку Ягермейстера. - Выбирай, как нервишки успокаивать будешь, - протянула она подруге оба успокоительных. - Красная или синяя? - улыбнулась Лилька, - пусть лучше от меня пахнет валерьянкой в первую брачную ночь, чем перегаром, - она выдавила сразу полпластинки таблеток на руку и отправила пригоршню в рот под наши изумленные взгляды. Поморщилась и запила водой из бутылки, протянутой все той же Оксаной. - Сколько у нас времени до начала церемонии? - деловито спросила Марина. - Сорок минут, - посмотрела я на часы. - Тут ехать минут пятнадцать, даже если на всех светофорах будем стоять — успеем.       Лиля вроде успокоилась. А девчонки стали отвлекать ее какими-то историями, то ли из жизни, то ли анекдотами...       В ЗАГС мы успели вовремя.       Александр, при виде своей невесты, пустил скупую мужскую слезу, поэтому отцы Саши и Лили задержали церемонию на десять минут, не пуская никого в зал регистрации, чтобы "детишки полюбовались друг на друга".       Арсентий, одетый в серебристый костюм с лентой свидетеля, с самого нашего приезда жадно пожирающий меня глазами, со словами "знаем мы, как они там любуются", утащил меня в какой-то закуток. - Такое ощущение, что ты не первый раз тут подружку невесты тискаешь, - пыталась отшутиться я, когда он одной рукой прижал меня к стене, а другую запустил в высокий, до середины бедра, разрез платья.       Губы любимого выцеловывали дорожку от ключицы к мочке уха, от чего по коже бегали мурашки... - Я просто по тебе соскучился, - шепнул он, - вас так долго не было, что мы от скуки облазили здесь все. - Мальчишки, - улыбнулась я и издала глухой стон. Рука любимого чувственно ласкала клитор. Мгновенно намокшие трусики только подстегнули его. Вторая рука сжала грудь. Легкие поцелуи стали более настойчивыми и страстными. Я почувствовала его возбуждение и стала гладить руками напрягшийся в штанах член. - Как неудобно, что у тебя нет выреза, - с сожалением выдохнула я, понимая, что мне не пробраться через плотно застегнутый ремень. - А нам и не надо, - издевательски лизнув мое ухо, ответил Арсентий. - Мы продолжим вечером, а сейчас я сделаю так, чтобы ты мечтала о нем.       Я почувствовала, как два пальца погружаются в мое нутро. Он медленно вводил их, чуть надавливая и выводил, массируя клитор. А я, закусив губу, пыталась не выдать нас слишком громкими стонами.       В кармане Арсентия завибрировал телефон. - Нас ищут, - улыбнулся любимый и ускорил движения внутри меня, запечатав рот поцелуем. Я не могла стонать, только жадно впивалась в его губы, чувствуя острое наслаждение внизу живота.       На самом пике это чувство резко оборвалось. Когда я пришла в себя, то увидела довольного Сеню, поправляющего костюм. - Эй, так не честно, - попыталась я призвать его к продолжению. - Идем, - он поправил мое платье, - вечером тебя ждет незабываемое блюдо. А это было так... закуска! - Я тебе отомщу, - я поправляла на ходу растрепавшуюся прическу. - Обязательно, а теперь, Иличка, будь хорошей девочкой, до вечера. - А потом можно быть плохой? - Очень плохой. - Мы вошли в зал церемоний, гости уже собрались, все рассаживались по местам. Алекс и его друзья стояли у стойки регистратрации, а я осталась у дверей, где мы с Мариной и Оксаной ждали Лилю...       Церемония прошла довольно быстро, а вот прогулка утомила. Щеки болели от неестественно широкой улыбки, которую требовали фотографы и видеооператоры, а ноги устали от туфель на высоченной шпильке.       Меня грела только одна мысль: вечером мы будем с Арсентием. Я уже почти переехала к нему, оставалась ночевать почти каждую ночь. Трусики снова намокли от воспоминаний...       Прогулка наконец закончилась и все гости, что были приглашены к началу церемонии, двинулись в ресторан, где их должны были ждать остальные.       Я наконец-то села и сняла под столом туфли, чтобы дать ногам отдохнуть. От обилия блюд рябило в глазах, ведущий постоянно дергал на какие-то конкурсы-тосты. К моменту, когда вынесли торт — огромный трехъярусный великан из белого шоколада, крема и бисквита, украшенный живыми цветами — я откровенно мечтала исчезнуть. Сил не было даже мечтать о бурном вечере с Сеней. - А сейчас, - голос ведущего был до неприличия бодрым, - самый долгожданный момент, все незамужние девушки выходят в центр. А невеста будет бросать букет. Толпы девушек ломанули в центр зала. - А ты чего не идешь? - неизвестно откуда появился Арсентий... Вроде сказал, что сходит проветриться... Неужели так быстро вернулся? - Ай, - протянула я, - я устала. - Иди-иди, не нарушай традиции.       Я хотела отказаться, но ко мне уже спешил ведущий.       Он взял меня за руку и вывел в центр зала, где уже стояла добрая сотня девушек. В двух метрах от меня стояла Лиля. Она улыбнулась, повернулась к нам спиной, чуть присела и вскинула руки вверх.       Девушки заозирались в поисках букета, а Лиля снова развернулась и пошла к нам, глядя прямо на меня.       Я слегка опешила, когда она вручила мне букет. В зале раздались аплодисменты, и я увидела подходящего ко мне Арсентия с микрофоном. Заиграла старая, но очень знакомая песня: "Ты узнаешь ее из тысячи, По словам, по глазам, по голосу, Ее образ на сердце высечен Ароматами гладиолусов..."       Лиля отошла к Саше. Он обнял жену за плечи, а Сеня опустился передо мной на одно колено и протянул руку.       На белой подушечке лежало самое прекрасное кольцо, которое я только видела: тоненькая полоска белого золота и крупный камень в окружении десятка помельче. - Я так долго искал тебя, мое сокровище, - под восторженный гул толпы начал он, - и нашел. Я просто не могу потерять тебя. Клянусь, что никому тебя не отдам. Я люблю тебя, Илиана, и обещаю любить вечно. Ты и я? Навсегда?       Он отложил микрофон и вопросительно взглянул на меня.       Слезы лились из глаз. Это лучший день в моей жизни. Разве я могла мечтать о чем-то другом?       Я сделала шаг к любимому, взяла его за руку, поднимая с колен, и крепко обняла. - Я согласна. - Прошептала я. - Ты и Я! Навсегда...