Мамочка

- Разбуди меня, разбуди меня, - напевал Стайлз, в одних боксерах спускаясь на кухню. Он был чертовски рад тому, что научился неслышно выскальзывать из кровати, не разбудив Дерека. Теперь можно было порадовать хмуроволка. - Стилински! – раздался женский визг. В гостиной сидели Скотт с Кирой и Лидия. Парочка смотрела какой-то дурацкий фильм, а банши самозабвенно читала какой-то старинный фолиант, который, наверняка, сперла у Питера. - Не нравится – идите лесом, - улыбнулся парень, качая тощей задницей с еще большей амплитудой, продолжая фальшиво напевать. И тут же стал объектом пристального внимания всех троих. Кира прикрыла рукой глаза, а рыжая, напротив, с интересом принялась разглядывать Стилински. Но парню было плевать, что оценивает девушка, которую он когда-то боготворил. Он сменил религию вместе с ориентацией. - Стайлз! – теперь уже Скотт заступился за девушек. - Это теперь мой дом, волчата, хоть голый буду ходить, - он засунул два кусочка хлеба в тостер и еще два мазал арахисовым маслом, облизывая пачкающиеся пальцы и постанывая от удовольствия. - Чувак, ну, слушай, мы все, конечно, понимаем, но… - МакКол подошел к другу и попытался вглядеться ему в глаза. - Нет, Скотти, это ты меня послушай, - Стайлз порезал сыр и принялся за ветчину. – Я – не один из вас, блохастики. Я – что-то вроде… - он задумался, помахивая ножом в опасной близости от лица Скотта. - Мамочки, - закончил за него друг. - Именно! – радостно воскликнул Стилински, продолжая резать мясо. - Тогда и не шатайся голым по дому, мамуля! – язвительно откликнулась Лидия из гостиной. - Нам и так хватает ваших ночных…концертов, - поморщившись, прошептал МакКол, бросив смущенный взгляд на свою девушку. - Скажите это Дереку, - громко сказал Стайлз, ставя на поднос две тарелки с импровизированными бутербродами, два стакана ненавистного Хейлу ледяного молока – «потому что жизнь не сахар, Дерек», и, пританцовывая, отправился наверх. Волчата благоразумно промолчали, надеясь, что без споров парень быстрее уйдет. Только Лидия что-то хмыкнула. Краем сознания парень уловил, что интонация была одобрительной. - Волчара, просыпайся, солнышко встало, - завопил Стилински, подходя к двери в их спальню. – Дерек! Деркушенька! – парень засюсюкал, увидев раскрывающего мутные со сна глаза альфу. - Чего орешь? – совсем неромантично буркнул альфа, растирая лицо от отпечатков подушки, от чего его брови стали еще больше похожи на огромных лохматых гусениц. - Фи, как некультурно, я его бужу, возвращаю в этот бренный мир, несу ему завтрак в постель, а он… - Стайлз попытался сделать вид, что обиделся, но по-детски наивное «Завтрак? Мне?» от Дерека заставило его расцвести. – Не мне, а нам, запомни, - и он, легко поцеловав того в щеку, откусил свой бутерброд.