Пиво, секс и Свон

      Генри поднялся наверх, когда закончил смотреть очередной фильм из его любимой вселенной «MARVEL», сонно потирая глаза. Он услышал, как из комнаты для гостей раздается громкий смех. Мальчик аккуратно прошел ближе на цыпочках и заглянул в щель приоткрытой двери.       Его мама лежала на кровати на боку, подставив руку под голову, а Эмма была на полу возле кровати и подбрасывала виноград вверх, по видимому, пытаясь словить его своим открытым ртом. Зрелище было таким забавным, что Реджина заливалась громким смехом. Сын не видел мать такой вот уже много-много лет, поэтому широко улыбнулся и побрел к себе в спальню, предоставляя женщин друг другу.       — Нужно проверить, как там Генри, — вспомнила Реджина, когда Эмма в очередной раз не смогла словить виноград.       Женщина поднялась с кровати, а Свон успела перехватить её руку и притянула к себе на пол. Реджина не удержалась на ногах и рухнула в крепкие объятия Эммы. Теперь девушки сидели друг на друге. Миллс смущенно хмыкнула, опуская глаза, но не пытаясь освободиться от приятных объятий.       — Он пошел спать, — сказала Свон и провела рукой по пряди темных волос Реджины, которые от встряски упали на её лицо и теперь закрывали смущенные глаза. Она умело заправила прядку за ухо женщины. — Я видела его. Он навестил нас несколько минут назад.       Кажется, сказанное привело Реджину в ужас и она вскочила на ноги, поправляя платье.       — Я проверю, — извинилась она и вышла из комнаты, останавливаясь в коридоре, чтобы перевести дыхание.       — Мам? — мальчик выглянул из ванны с зубной щеткой во рту.       — Генри! — обрадовалась брюнетка, словно мальчик стал её спасательным кругом.       — У вас там все в порядке? — хихикнул Генри и зубная паста потекла по его подбородку.       — Да, милый, все хорошо. Я вышла, чтобы проверить тебя.       — Я в норме, — сказал мальчик и вернулся в ванну, чтобы закончить свой вечерний ритуал. Реджина вошла следом, наблюдая за своим умным сыном.       — Эмма смешная, — сказал он, когда прополоскал рот. — Я видел, как она ловила виноград.       — Да, смешная, — смущенно подтвердила Миллс и провела рукой по пряди волос, которую минутой раннее поправляла блондинка. — Эмма нравится тебе. Правда, родной?       — Угу, — ответил мальчик и вытер лицо полотенцем, наблюдая за мамой через зеркало. — А тебе нравится Эмма?       Вопрос обдал щеки Реджины жаром, заставляя её краснеть. Она тут же докоснулась до кожи тыльной стороной ладони, чтобы хоть как-то себя остудить.       — Я давно не видел, чтобы ты так смеялась, — улыбнулся мальчик и получил крепкие объятия от своей матери.       Проводив сына в комнату, Реджина переоделась в шелковую пижаму у себя в комнате, которая состояла из рубашки и штанов, а после вернулась в гостевую комнату.       — Смотри! — воскликнула Эмма и в тысячный раз за вечер подбросила виноград в воздух, и, к большому удивлению карих глаз, наконец, словила его. Она раскинула руки в победном жесте, ожидая реакции брюнетки.       — Вы превзошли себя, Эмма Свон, — хихикнула Реджина. — Должно быть, тренировались во время моего отсутствия.       — А как же: «Ура, Эмма, ты лучший поедатель винограда в этом доме!»? — расстроенно буркнула блондинка и отогнула губу.       Реджина хрипло рассмеялась, устраиваясь на кровати.       — Я поняла, Ваше Величество, Вы устали, — заметила Эмма и забралась на кровать рядом. Она легла на бок, устраивая руку под подбородок, чтобы ей удобнее было смотреть на брюнетку сверху.       Реджина кивнула и провела рукой по лицу. Кажется, её щеки до сих пор горели.       — Самая смешная история, которая приключилась у Вас в жизни? — вдруг спросила Эмма.       — Хм-м, — промычала Реджина и следом расхохоталась.       — Ну-ну, я вижу, как воспоминания нахлынули на Вас с головой! Поделитесь.       — Хорошо, — Миллс приподнялась на локтях и уселась к изголовью кровати. — Однажды, Генри заболел. К нам тогда впервые приехали родители, чтобы повидать своего новорожденного внука. Мама подняла малыша вверх, что-то мило мурлыкая, а он так сильно чихнул, что все его сопли оказались на лице моей матери.       Эмма громко рассмеялась.       — Она была вся в зеленых соплях! — Реджина смеялась так же громко, как и Эмма, пытаясь унять трепещущее от смеха тело. Робин запрещал женщине громко смеяться и Генри был прав, когда заметил, что давно не слышал её искреннего смеха.       Эмма заметила, как Реджина пытается успокоиться и взяла её за руку.       — Все в порядке, — позвала она. — У тебя очень красивый, ласковый смех.       — Ну, его тяжело назвать ласковым, — смутилась женщина и вернула руку к себе на живот.       — Мне нравится эта хрипотца, — добавила Свон.       — Робин... Запрещал мне... Выражать свои эмоции, — призналась Миллс, а лицо Эммы приобрело выражение глубокого сочувствия и девушка вновь потянулась к руке женщины, которая, в этот раз, приняла жест.       — Он говнюк, — сказала блондинка. — А твой смех - потрясающий. Я никогда не слышала ничего подобного.       Реджина рассмеялась с новой силой.       — Правда! — подбадривала девушка. — Словно птицы поют в саду и...       — Замолчи, Свон! — приказала Реджина, продолжая хохотать.       Справившись со смехом, Миллс спросила:       — Хорошо, а твой? Самый смешной момент?       Эмме нравилось то, как они с Реджиной разговаривают. Кажется, она и не могла мечтать о большем. Она была рада, что заставила девушку искренне смеяться, вспоминая о чем-то хорошем в её жизни. А вот со своими собственными воспоминаниями было куда тяжелее.       — Хм, дай мне подумать, — блондинка нахмурилась, пытаясь вызвать хоть какое-то смешное событие у себя в голове. — Блин, я даже не знаю.       Она пожала плечами и приподнялась, чтобы сесть к изголовью так же, как Реджина.       — Совершенно ни одного? — удивленно спросила Миллс.       Эмма снова пожала плечами, а потом вспомнила:       — Нет, есть одно! — она обрадовалась, словно выиграла в лотерею и устроилась поудобнее, поджимая ноги под себя. — Хм, итак! Как-то раз мы отправились на футбольный матч. Детей было много... Очень много. Ну, то есть. ОЧЕНЬ!       Эмма развела руками, показывая большую кучу. Реджина внимательно наблюдала за жестами девушки: ей нравилась непосредственность и открытость блондинки.       — Я не помню... Ты же знаешь, что я выросла в приюте? — вдруг вспомнила Свон.       Реджина подняла брови и отрицательно качнула головой. Эта информация действительно оказалась для неё шокирующей - Генри рассказывал ей кое-какие факты об Эмме, но упустил, кажется, самый важный - у девушки не было родителей.       Эмма махнула рукой, а Миллс продолжала думать о новом открывшемся ей факте и слегка помрачнела, что помешало ей окунуться в глубину истории.       — Эй, все в порядке, — заметив реакцию собеседницы, убедила Свон. — У меня нет травмы или что-то типа того. Все нормально, правда. Не думай об этом.       Реджина кивнула, но не поверила в то, что у Эммы действительно все в порядке.       — Так вот... Эй, я не буду продолжать, если ты продолжишь думать о том, что я брошенка, — серьезно сказала блондинка.       — Прости, — ответила Реджина и собрала под себя ноги так же, как это сделала её гостья. — Нет, я должна спросить. Как так получилось?       Эмма закатила глаза.       — Можешь не отвечать, — извинилась Миллс, поднимая руки.       Блондинка рассмеялась.       — Я не знаю. Я в приюте с пеленок.       — Тебя не пытались удочерить?       — О, ну знаешь... Я была такой... Не знаю, какой, — воспоминания вызвали у Эммы не лучшие эмоции и она поморщилась. — Ну, хулиганкой? Не лучшей версией дочери, которую хотят видеть у себя богатенькие родители, понимаешь.       Реджина понимающе кивнула. Она на самом деле понимала.       — Такой была я, — призналась она. — Меня всю жизнь пытаются сделать идеальной, то и дело запрещая делать привычные обычным людям вещи. Сначала мать, потом Робин и теперь...       Она глубоко вздохнула.       — И теперь я словно не знаю, какая я на самом деле.       Эмма не думала, что их разговор приобретет такую откровенность и очень ценила слова Реджины.       — Спасибо, что делишься этим со мной.       Миллс улыбнулась, кивая в ответ.       — Сегодня я впервые почувствовала, что не притворяюсь.       — Тебе не нужно, — напомнила Эмма. — Ты можешь быть любой, какой захочешь.       Эмма остановила себя перед очередным порывом прикоснуться к женщине, боясь испортить происходящее. Она не хотела, чтобы Реджина усомнилась в её отношении к ней, ссылаясь на похоть, поэтому вернулась к теме.       — Так вот, мы отправились на футбол! — Эмма широко раскинула руки, вырисовывая каждое описываемое действие. — Мы заняли несколько рядов и Ингрид не успевала наблюдать за всеми. Она носилась как ужаленная туда-сюда, вверх и вниз по лестнице. Один из мальчиков поставил ей подножку, она споткнулась и ухватилась за рядом сидящего мужчину. У него в руке был попкорн, а в другой пиво и что ты думаешь? Все это оказалось на Ингрид. И не на одежде, как у меня сегодня, а прямо на её белоснежных волосах!       Эмма хохотала громче Реджины, которую, казалось, не так сильно впечатлил рассказ, но она поддерживающе смеялась в ответ.       — Это её ты упомянула сегодня? За столом? — спросила Миллс. — Ингрид.       — Да, — смахивая выступившие от смеха слезы, ответила Эмма. — В чем дело?       — Она была у вас вроде...       — Управляющей, — кивнула блондинка.       — Она заботилась о тебе?       — О, Реджина, брось, в приюте никто ни о ком не заботится, — фыркнула Эмма и, кажется, обидела брюнетку резким высказыванием. — Блин, прости. Я не это имела в виду. Просто тема приюта... Она такая... Щепетильная, понимаешь?       — Хочешь еще поговорить об этом?       Эмма пожала плечами. Она ни с кем не обсуждала свое детство и не знала, готова ли рассказать все, что с ней происходило Реджине. Девушка понимала, что Реджина с понимаем отнесется ко всему и не осудит, но что-то внутри останавливало её. Наверное, меньше всего Эмма хотела, чтобы её жалели.       — А ты? — спросила она в ответ. — Самое ужасное воспоминание?       Реджина удивленно моргнула. Она не ожидала, что их разговор от громкого смеха перейдет к ужасным, шокирующим воспоминаниям.       — Я пойму, если ты не готова, — напомнила Эмма.       Миллс помедлила, а потом вдруг сказала:       — Когда Робин изнасиловал меня.       Эмма сглотнула. Теперь ей было стыдно, что вызвала брюнетку на этот разговор, а ещё постыднее было знать об этом не из её уст. Реджина рассказала, что произошло в ту ночь, разумеется, опустив несколько моментов, которые Эмма и так знала из уст Кэтрин.       — Я была уверена, что умру в ту ночь, — выдохнула Миллс и закрыла лицо ладонями. — И лучше бы умерла.       — Не говори так, — Эмма подвинулась ближе, желая успокоить женщину. Реджина с благодарностью откликнулась на жест и уткнулась в плечо девушки мокрыми от слез глазами. — Единственный человек, кто заслуживает смерти - это он.       Реджина впервые за долгое время ощутила себя в безопасности. Несколькими неделями раннее она содрогалась в холодной постели от одиночества и безвыходности, а сейчас чувствовала себя спасенной.       — Он делал это еще когда-то? Бил тебя? — спросила Эмма.       Реджина кивнула.       — И до, и после. Да.       — Боже, Реджина, мне ужасно жаль, — произнесла девушка и крепче прижала к себе Миллс.       Через какое-то время тело брюнетки обмякло и она тихо засопела на влажном от слез плече Эммы. Блондинка усмехнулась приятному факту, начиная поглаживать шелковые темные волосы. А вот она, кажется, сегодня не уснет.

***

      Реджина открыла глаза, когда на часах было пять утра. Она проморгалась и поняла, что разговор так вымотал её, что она не заметила, как уснула. Да, Эмма Свон действительно успокаивающе влияла на неё.       — Привет, — хрипло прошептала Эмма, ощутив, как женщина приподнялась с её плеча.       — Привет, — ответила Реджина и размяла шею, усаживаясь к изголовью кровати. — Не ожидала, что усну вот так.       — Ничего, все в порядке, — улыбнулась Эмма. — Я глаз не сомкнула. Боялась, что тебя кто-то похитит.       Пошутила девушка и довольно улыбнулась, услышав сдержанный, тихий ответный смех.       — Выходит, Вы всегда на страже моего сна, мисс Свон?       — Если Вы того пожелаете. Всегда.       — Генри встанет через полтора часа, так что... Предлагаю спуститься вниз и позавтракать, — начала Реджина, вставая с кровати. — Или можете остаться и вздремнуть.       Эмма, разумеется, не собиралась тратить время в доме Миллс на сон, поэтому покорно спустилась на кухню, ожидая хозяйку особняка за столом, пока та умывалась. Блондинка заботливо сменила воду в вазе с ромашками и поставила чайник, который к приходу Реджины вскипел.       Реджина заварила зеленый чай и предложила Эмме яичницу с овощами. Быстро приготовив завтрак для гостьи, женщина поставила перед ней тарелку и села рядом.       — Вы не завтракаете? — удивилась Свон.       — Нет аппетита, — отмахнулась Реджина и внимательно смотрела на то, как Эмма ловко справляется с яичницей.       — Я могу отвезти Генри в школу, — предложила она с набитым ртом. — Ах, да. Я в Вашей блузке, поэтому вчерашний прокол мне не простится.       Добавила девушка, вспомнив о вчерашней случайности с майкой.       — Вы хорошо поладили с моим сыном, — заметила Реджина и получила ответный кивок.       Прожевав пищу, Эмма сказала:       — Он славный мальчик. Очень умный. И безумно любит Вас.       Реджина повеселела. Конечно, она понимала, что Генри любит её, но слышать это от других людей было приятно и важно.       — Он многое сделал для Вас. Вы даже не представляете, наверное, сколько.       Реджина поджала губы и внимательно слушала.       — Он знает больше, чем обычный ребенок. И хочет, чтобы Вы были счастливы.       — Спасибо, Эмма.       Эмма доела завтрак и тут же направилась к раковине, чтобы убрать за собой, чем вызвала очередное удивление. Реджина ринулась следом по старой привычке, но Эмма не позволила ей прикоснуться к тарелке. Вымыв посуду, Эмма вернулась за стол и принялась пить чай.       — Что насчет самого ужасного в Вашей жизни? — вспомнила Миллс.       — О, Вам понравилась моя игра, — хихикнула Эмма. — Ну, что до меня... Меня изнасиловали в приюте. Я была влюблена в свою подругу, а она рассказала об этом парням и, в общем...       — Эмма... — вздохнула Реджина и потянулась рукой к ладони Эммы.       Блондинка поджала губы, стараясь не заплакать и неловко похлопала по руке Реджины, а затем принялась допивать чай.

***

      Следующий час девушки провели за разговорами, но уже не такими мрачными. Реджина рассказывала о маленьком Генри, а Эмма призналась, что большую часть жизни провела в баре Нила, где переспала, кажется, с половиной посетительниц. На удивление, это не смутило брюнетку, особенно, когда Эмма сказала, что к ней никто и никогда не притрагивался - травма после случившегося в приюте. А случайный секс - способ убежать от реальности. Также Свон рассказала о жизни после побега, скитаниях, уроках спорта от незнакомцев и желании поступать в колледж на юриспруденцию, чтобы отомстить тем ублюдкам. И, честно рассказала, что для неё расплата с Робином стоит наравне с отмщением своим обидчикам. Одной из причин, почему она так впряглась в дело, было и это тоже. Реджина улыбалась и благодарила девушку за честность.       Генри спустился вниз, обнаружив, как Эмма соорудила маску из салфетки, проделав в ней дырки для глаз и кружила вокруг стола, что-то увлеченно рассказывая. Оказалось, что это был рассказ о том, как однажды в приюте Свон напугала Ингрид на Хэллоуин. Реджина, не стесняясь, хохотала во весь голос и не заметила вошедшего сына.       — Доброе утро, ребята, — хихикнул он. — У вас так весело!       — О, малыш, ты даже не представляешь насколько! — выдохнула уставшая блондинка и плюхнулась на стул. — Как тебе спалось?       — Отлично! — мальчик потянулся к вазе с фруктами на столешнице, чтобы взять банан. — Не знал, что ты осталась на ночь.       Реджина смутилась замечанию сына и отошла к плите, чтобы сделать завтрак. Эмма проводила женщину взглядом и откашлялась:       — О, простите, мистер проницательность, я должна была спросить Вашего разрешения, — она сняла «маску» с лица и последним глотком допила свой остывший в кружке чай.       — Все верно, — серьезным голосом кивнул Генри и услышал, как его мама хихикает над их с Эммой диалогом.       — Так Вы не против, что моим сегодняшним ночлегом оказался Ваш с мамой дом?       Реджина обернулась и посмотрела на сына через плечо. Мальчик хихикнул, пытаясь сдержать смех, и, все также серьезно, ответил:       — Не против.       — Рада слышать, — кивнула Эмма. — В качестве моего извинения перед Вами, я подвезу Вас до школы, мистер.       — Благодарю Вас, — ответил Генри.       Все трое рассмеялись и Генри начал завтракать.

***

      Реджина передала сыну рюкзак, поцеловав на прощание и пожелав хорошего дня. Эмма переоделась в свою безупречно чистую майку и вышла с Генри на улицу. Они сели в машину и направились к школе. Эмма, по привычке, включила магнитолу, из которой послышались нотки любимых «The Beatles».       Генри начал качать головой в такт и громко подпевать. Когда песня закончилась, мальчик довольно расхохотался.       — Я всегда хотел такую семью, — с толикой грусти произнес он.       — Милый, мне очень жаль, — сочувственно сказала Эмма.       — Ты делаешь маму счастливой. В самом деле, — признался Генри. — Я не помню, чтобы она так сильно смеялась.       Свон поджала губы и посмотрела в глаза маленького пассажира, в которых читалась огромная благодарность.       — Ты ей нравишься, — следом сказал парень.       Эмма закашлялась.       — Правда! — засмеялся мальчик. — Я рад, что она наконец-то приняла тебя и поверила.       — Это благодаря тебе! — подмигнула девушка. — Кстати, что ты рассказывал обо мне? Мама же часто спрашивала тебя?       — Ага, — усмехнулся Генри, словно хранил какой-то большой секрет.       — Так ты... Расскажешь? — надавила Эмма.       — Не знаю, — он хитро сложил руки на груди. — А что мне за это будет?       — Ах ты, маленький вымогатель! — засмеялась блондинка и принялась щекотать Генри правой рукой.       — Ладно, ладно, — наконец сдался мальчик. — Ну, она спрашивала... Первое время, она пыталась понять, имеешь ли ты какое-то отношение к отцу.       — Угу, — Эмма внимала каждому слову.       — А потом... Спрашивала, замужем ли ты. Есть ли у тебя дети. Что мне вообще о тебе известно.       Девушка напряглась и сильнее сжала руль.       — Я честно сказал, что думаю, что ты лесбиянка и моя мама тебе нравится.       — Генри! — воскликнула Эмма.       Мальчик пожал плечами.       — Я не люблю врать.       — Это правильно, но...       — Тем более, своей маме!       — Ладно. Твоя взяла, — согласилась Эмма и протянула парню сжатый кулак, ожидая получить такой же в ответ. Генри стукнул маленьким кулачком в ответ.       Желтый жук припарковался возле школы и Генри радостно распахнул дверь.       — Хорошего дня в школе! — крикнула вслед Эмма, чем заставила мальчика остановиться. Он секунду подумал, а потом вернулся в машину и чмокнул девушку в щеку.       — Пока, Эмма!       Блондинка несколько секунд пребывала в приятном шоке, наблюдая, как Генри забегает в учебное здание. Кажется, она, также как и Генри, всегда мечтала о такой семье.