Инь и Ян или история о новых супергероях

Бип-Бип-Бип-Бип. Из-под белоснежного одеяла вытянулась маленькая женская ручка, старающаяся найти будильник, так мешавший досматривать сон. Семь утра — наикошмарнейшее время. Особенно, если сегодня первый учебный день после двухнедельных весенних каникул, когда все послали режим далеко и надолго, гуляя до полуночи, а потом поднимаясь из теплой постельки чуть ли не в обед. Именно по этой причине под одеялом раздалось недовольное фырканье. Но житель, а вернее, жительница пододеяльного мира просто перевернулась на другой бок, уверяя себя, что полежит еще каких-то пять минут, а после обязательно встанет. Каждый знаком с такой ситуацией: решил полежать еще немного, а оказывается, прошло полчаса. Именно это и произошло, вот только прошло гораздо больше тридцати минут: полтора часа в мире сновидений пролетели незаметно. — Маринетт! Маринетт, вставай! — Маленькое розовое существо летало над тем местом, где должна была быть голова девушки. Но из-под белого укрытия послышалось только мычание, говорящее о нежелании Дюпэн-Чэн уходить из объятий Морфея. — Но, Маринетт! — Тикки подлетела поближе к высунувшемуся из-под одеяла уху хозяйки. — Ты должна была встретиться с Алей… — ...полчаса назад! — закончил за квами недовольный женский голос. Посреди комнаты стояла рассерженная Фаер Фокс, сложившая руки на груди. Она уничтожающе посматривала на белое одеяло, под которым скрывалась её лучшая подруга. Тикки подлетела к хранительнице кулона панды и извиняющимся тоном произнесла: — Прости, Аля… Я уже полчаса её бужу… — Тикки развела лапками. — Ничего, ты не виновата, — Фаер погладила квами по головке, после чего перевела взгляд на всё еще спящую Маринетт, — а эта соня у меня получит! Фаер Фокс медленно подошла к кровати, внимательно посмотрела на умиротворенное лицо Дюпэн-Чэн, ухмыльнувшись, она опустила руки в темных перчатках на одеяло. И вот, с удивленными возгласами, сонная Маринетт с огромным грохотом падает на пол. — Ай! Аля! Больно же! — Девушка потирает ушибленную коленку и со злостью смотрит на довольную Фаер, сжимающую в руках одеяло. Но тут голубые глаза Маринетт в ужасе расширяются, и она быстро поворачивает голову в сторону люка, ведущего в пекарню. — Аля! А если мама зайдет?! — в мыслях Дюпэн-Чэн тут же предстала картина, как она объясняет маме, что в её комнате с утра пораньше делает героиня Парижа. — Во-первых, в вашей пекарне столько народу, словно там дает концерт сам Джаггет Стоун. — Фокс опустила одеяло обратно на кровать и направилась в сторону большого шкафа. — А во-вторых, мы уже должны быть у входа в коллеж! Фаер распахивает створки шкафа и вынимает из него повседневную одежду подруги, после чего передает все вещи в руки не до конца пришедшей в себя после сна и неудачного пробуждения Маринетт. Удовлетворенно кивнув, она развернулась и пошла к лестнице, ведущей на крышу, через которую Фаер как раз и попала в комнату. Остановившись на верхней ступеньке, героиня свесилась через перила: — Ах, да! Возьмешь мне два круассана? Улыбнувшись, девушка скрылась на крыше, а Мари, наконец осознав сколько время, начала лихорадочно собираться.

***

— Я уже думала опять идти тебя будить! — Аля хмыкнула, когда Маринетт вышла из дверей пекарни. — Надо бы закрыть этот люк, а то не комната, а проходной двор! — Мари недовольно хмыкнула и раскрыла бумажный пакет с эмблемой пекарни. — И кто это ходит к нашей Маринетт, а? Не Агрест ли часом? — Алья улыбнулась и достала из пакета два круассана. — Ага, приходил на каникулах, — Мари убрала пакет в сумку, и подруги двинулись по направлению к коллежу. — И чем же вы таким там занимались? — Сезер подозрительно сузила глаза, но в них все равно были веселые огоньки. — Аля! — Ладно, ладно! Поняла! — Алья подняла руки вверх, показывая, что сдается. — Кстати, ты понадобишься мне на выходных, имей в виду и не строй планов. — А зачем, если не секрет? — Мари гипнотизировала взглядом красного человечка, который, как казалось девушке, уже вечность горит на этом светофоре. — Не секрет. Помнишь, я рассказывала про свою кузину? Ну, Арлетт? — видя, что Маринетт явно не понимает, о ком девушка говорит, Сезер просто махнула на это рукой. — Так вот, она выходит замуж, а я получила приглашение. Но тут у нас возникает огромная, со слона проблема! — У тебя нет платья? — предположила Мари. — В яблочко, подруга! — Но ведь я могу его сшить без особых проблем… Зачем в магазин? — Ну да, ты же не помнишь моих историй про Арлетт… — Аля хлопнула себя по лбу. — Арлетт — такая же Хлоя, только ниже уровнем. Я с детства её не особо люблю, поэтому не хочу, чтобы ты тратила свои силы на пошив платья для свадьбы недо-Хлои. Легче просто купить. — А я думала, что у нас Хлоя — одна на семь миллиардов! — Мари улыбнулась, поправив лямку сумки. — Поверь, подруга, таких, как она, в мире хоть отбавляй! И вот впереди показалось светлое трехэтажное здание — коллеж Франсуа Дюпон, к которому устремился целый поток не до конца выспавшихся студентов. И среди этой толпы девушки без труда увидели светлые, словно золотые, волосы и красную кепку, надетую на самую макушку. — Адриан! Нино! — завопила Аля, энергично замахав рукой. Её крик был услышан, и к ним, попутно извиняясь перед учениками, пробрались Адриан Агрест и Нино Ляиф. — Доброе утро, принцесса! — Адриан поцеловал Мари в щеку, на что та мило улыбнулась, даже не покраснев. — Доброе утро, Адриан. В этот момент Аля уже во всю обнимала Нино, словно не видела его несколько лет, хотя они виделись каких-то два дня назад. — Я так соскучилась! — Я тоже по тебе соскучился! — Нино провел рукой по волосам шатенки. — Но вот по походам к директору за опоздания я совсем не скучал, так что, может, все же пойдем? — Ага, — Адриан взял Мари за руку и повел к массивным дверям. Школьники ошарашено смотрели, как блондин вел синеволосую за руку к нужному им кабинету. Они, конечно, слышали, что знаменитый Адриан Агрест, мечта многих парижанок да и не только их, начал встречаться с девушкой, да не с какой-нибудь моделью с ногами до ушей, а с обычной девушкой из коллежа. Но не поверишь — пока не увидишь, поэтому многие расценивали эту новость как очередную, ничем не доказанную сплетню, но сейчас… Пока парочка шла по коридору, сопровождаемая многочисленными взглядами, по социальным сетям распространялась информация о том, что девушка Адриана Агреста — скромная и тихая Маринетт Дюпэн-Чэн, которая, кстати, хоть немного, но стала знаменитой благодаря тому интервью с героями. Но вот впереди уже виден спасительный кабинет, который скроет их от всех этих взглядов — кабинет мисс Бюстье, их классной.

***

— Маринетт, да ты теперь звезда! — Да, да! Дашь автограф? — Классно провела интервью, молодец! И такое доносилось со всех парт, что заставляло девушку покраснеть до уровня спелого помидора. Видя всю плачевность ситуации, Аля кладет локоть на плечо Маринетт и деловито поправляет очки. — Маринетт теперь официально является второй ведущей ЛедиБлога! Я хотела объявить об этом позже, но решила сказать вам первым, ведь мы все-таки один класс! — Аля подмигнула одноклассникам, на что класс ответил ей улыбками. — Поэтому готовьтесь видеть эту милую мордашку в эфирах ЛедиБлога, — Аля отошла от подруги и направилась к своему месту, параллельно добавив, — милая мордашка — это про меня! Школьники захохотали, а Маринетт благодарно улыбнулась подруге, ведь ей еще стоит привыкать к подобной, пусть маленькой, но популярности. Да, конечно, она же Леди Баг — самая знаменитая девушка всего Парижа, но все же быть узнаваемой в образе обычной девушки, Мари все еще непривычно. Маринетт проследовала к своему месту и опустилась на скамейку под потихоньку стихающий хохот школьников. Но было что-то неприятное, словно какой-то холодный ветер, направленный прямиком на Дюпэн-Чэн. Девушка оглядела класс: все весело болтали, обсуждая так быстро прошедшие каникулы, и никто не смотрел на девушку. «Или всё же?» Мари посмотрела вперед. «Ну конечно, Хлоя!» — блондинка не отрываясь смотрела на Маринетт холодным, пронизывающим насквозь взглядом, казалось даже не моргая. Но смотрела Буржуа не на её лицо, а на ногу, прямо буравя её взглядом. Синеволосая перевела голубые глаза на свою ногу, но ничего удивительного там не нашла. «Разве что, она смотрит вовсе не на мою ногу». Круглая маленькая сумочка на боку Маринетт — вот что интересовало Хлою. «Она же видела, как Тикки спасла меня в тот раз…» — сглотнув, Дюпэн-Чэн сняла с плеча сумочку и положила на стол, после чего вырвала из тетради листок, да простит её учитель, и быстренько что-то начеркала на обрывке. Осторожно расстегнув замок круглой сумочки и стараясь сделать наиболее непринужденный вид, Мари положила записку и вновь повесила через плечо. В это время Тикки сидела там, поедая одну из печенек с шоколадной крошкой, которые Маринетт всегда клала про запас и которые квами просто обожала. Но вот она чувствует какое-то движение, будто сумочка, приходящаяся её укрытием от посторонних глаз, была снята с плеча хозяйки. Да, за такое долгое сидение в ней Тикки уже различала обыкновенную тряску при ходьбе, и когда Мари снимала сумку. Вот «укрытие» легло на стол, и внутрь пролезает кусочек бумаги. «Хлоя наблюдает, сиди тихо!» Квами только успела прочитать, как вновь оказалась перекинута через плечо. В класс вошла мисс Бюстье и поздравила всех с началом последней четверти, на что ученики ответили недовольным ворчанием. Улыбнувшись, рыжеволосая учительница велела открыть тетради и записать тему урока.

***

— Да говорю я тебе, это — лучшая игра из всех! — Да не так она уж и хороша! — Какой же ты упертый, Агрест! — Нино покачал головой. — Эта игра круче! — Нет! — Да! — Нет! — Да! — … выполняют Адриан Агрест и Нино Ляиф, раз им явно нечем заняться! — прервал спор двух друзей голос мисс Бюстье, записавшей что-то в своей тетради. — Простите, я не услышал, а что мы выполняем? — Адриан надеялся, что это не какой-нибудь доклад страниц на сорок. — Доклад о жизни Александра Дюма с учетом каждого написанного им произведения, — ответила Бюстье, высказав страшнейшие опасения Агреста, — к завтрашнему уроку. — На завтра?! — Нино положил голову на стол и принялся биться лбом о деревянную столешницу. — А что вам не нравится? Ах да, вам же задали сочинение на четыре с лишним страницы. — учительница ухмыльнулась. — Нечего было прохлаждаться на каникулах. «Прохлаждаться?! Да вы хоть знаете, сколько акум атаковали Париж за прошлую неделю?! Двадцать одна! И почти от каждой я вас спасал!» — думал про себя Ляиф, расстроено вздыхая. — Чувствую, что на патруль мы пойдем вдвоем, — прошептала Аля Маринетт, посматривая на мальчишек, находившихся в полном отчаянии. — Но нам все же надо встретиться и кое-что обсудить. Сегодня после школы у тебя? Будет нормально? — Не думаю, что мои родители откажут, — Маринетт кивнула, а Аля принялась что-то строчить. Что же она такого писала, стало понятно после того, как у Нино и Адриана сработали оповещения об СМС. Вскоре Агрест завел руку за спину и показал Але поднятый вверх палец, тем самым говоря, что придет. Нино поступил так же.

***

Школьный день прошел довольно быстро, поэтому Маринетт уже сидит в своем розовом кресле и рисует милое голубое платье с длинным подолом, когда ей приходит СМС. Отложив в сторону карандаш, девушка берет в руки телефон. «Я почти на месте! Окно или дверь?)» гласило сообщение от контакта «Адриан ♥». Девушка поспешила ему ответить, что выбирает дверь, а то будет довольно сложно объяснить родителям, откуда в её комнате появился Адриан. Ну не скажешь же, что он через окно вошел в образе Нуара! Вздохнув, Мари оттолкнулась ногами и проехала в кресле до середины комнаты, которая изменилась на прошлой неделе: на стенах больше не весели плакаты Адриана Агреста (ведь зачем ей плакат, если в её распоряжении есть живой и настоящий Адриан?), замененные эскизами нарядов, нарисованных рукой девушки, а на заставке монитора больше не было коллажа с блондином, теперь там красовался снимок их дружной четверки из одного кафе. Внизу раздался голос матери, приветствующей гостя дочери, и скрип ступенек, ведущих в комнату Маринетт. Люк приподнялся, и из проема показалась бессменная красная кепка, а после и её обладатель. — Привет, Нино! — Маринетт помахал ему. — Хай! — Ляиф махнул в ответ, опуская крышку люка. — А я бы на твоем месте спустился вниз. — Зачем? — Твой отец там во всю готовится к встрече с Адрианом. — Что?! Маринетт сорвалась с места и за считанные секунды оказалась у стеклянной входной двери. И как раз вовремя — из-за поворота вывернул Агрест, послушавшийся Мари и пришедший в обычном виде. Том, стоящий за прилавком, уже оценивал подходящего к зданию юношу, тем же была занята и Сабина. Вот парень подходит к двери, берется за ручку и… — Добро пожаловать в пекарню Дюпэн-Чэн! — радостно произносит Сабина, подходя к блондину. — Я Сабина — мама Маринетт. — Очень приятно! — Адриан пожимает протянутую ему руку. — Я Адриан Агрест, парень вашей дочери. Маринетт переводит взгляд на отца, который тщательно осматривает Агреста с ног до головы, делая у себя в голове какие-то выводы, после чего так же протягивает руку для приветствия, предварительно стряхнув с ладони муку. — Том. — Адриан, — Агрест пожимает мужчине руку, чувствуя, насколько сильное у того рукопожатие. — Ты ведь модель, да? — внезапно спрашивает Том Дюпэн, немного нахмурившись. — Папа, он… — Маринетт хотела было что-то сказать, но Адриан остановил её. — Да, мисье Дюпэн. — Что ж, — Мужчина продолжал смотреть на парня пристальным взглядом. — Маринетт с детских лет попадает в неприятности, и с возрастом это ни капли не изменилось. Я хочу спросить тебя: сможешь ли ты защитить её, если она попадет в беду? — Да, — не раздумывая, ответил Адриан, встретив и выдержав взгляд отца Маринетт. — Уверен? Адриан посмотрел на любимую девушку и улыбнулся: — Абсолютно! — Что ж, тогда… — Простите, я не помешала? — в дверях стояла Алья, держа в руке фиолетовый пакет. — Нет, что ты! — Маринетт, взяв за руку Адриана и схватив за локоть Алью, потащила наверх. — Простите, нам нужно обсудить…эм… кое-что очень и очень важное! Когда Маринетт с друзьями скрылась наверху, Сабина посмотрела на мужа и улыбнулась: — Мне он понравился, довольно милый. Том стоял все так же, сдвинув брови и глубоко задумавшись. Но вскоре он повернулся к Сабине и произнес: — А знаешь, я ему верю. Он отличная пара для нашей девочки!

***

— Так ради чего собрание? — спросил Нино, сидящий на ковре возле кровати в позе лотоса. — Мы ведь все время спасаем город от акум, так? — Аля стояла посреди комнаты и взирала на друзей. — Тише! Родители услышат! — Маринетт, сидящая на своей кровати рядом с Адрианом, указала на люк в полу. — Ладно, ладно! — Сезер понизила голос. — Мы вечно гоняемся за акумами, останавливаем их, спасаем город и отпускаем бабочек на волю… Но сколько это будет продолжаться?! Мы не можем вечно ловить акум! Нам нужно правильно расставить приоритеты, дорогие мои герои! — Аля вытащила из пакета сложенный в четверо плакат и потянула за кольцо рядом с одной из деревянных балок, опуская вниз натянутое белое полотно. — Надо выбрать то, что будет нашей главной целью! — Аля расправила края плаката и отошла. — И я думаю, что это и должна быть наша основная миссия! Перед школьниками открылась карта Парижа с огромным количеством всевозможных отметок и стикеров, прикрепленных по бокам. Но главной была надпись, расположенная на отдельном листке в самом верху. «Кто такой Бражник?»