Бойтесь своих желаний: они иногда сбываются иначе

      Старосты школы гриффиндорец Джордж Уилкинс и его коллега Эмма Грант со Слизерина очень удивились, когда увидели «Ночного Рыцаря» около платформы Хогсмита. Еще больше они поразились, когда из автобуса вышли две девушки, лет 15-16, одетых в странную школьную форму. Самым странным в их одежде было то, что она полностью не соответствовала осени Англии.       — Джордж, ты видишь этих странных мисс?       — Да. Думаешь, они тоже в Хогвартс?       — Скорее всего, да. Но если бы их пригласили в школу, или они перевелись, то им бы прислали уведомления и как попасть на поезд, и какие вещи нужны, да и оделись бы они по погоде.       — Ладно. Поехали в Школу, пока еще есть кареты, а там сообщим преподавателям. В конце концов, в любом случае им с этим разбираться. Ты не видела, они сели в карету?       — Да, в последнюю. Мы как раз успеем найти кого-нибудь, пока они доедут. Вскорости они прибыли и помчались, насколько позволяли приличия старостам школы, искать кого-нибудь из преподавателей.       — Мерлин, вот когда не надо, всегда на кого-нибудь натыкаешься! — в сердцах воскликнула Эмма.       — Ага, и чаще всего на нашего декана, — поддержал её Джордж. — И где она сейчас, когда так нужна?       — И зачем я вам так нужна, мистер Уилкинс? — раздался низкий бархатный голос декана Гриффиндора Минервы МакГонаглл.       — Профессор, — вступила в диалог Эмма, — дело в том, что на платформе Хогсмида мы стали свидетелями странного происшествия, — Минерва подбодрила её вопросительно изогнутой левой бровью. — Около платформы остановился «Ночной Рыцарь» и из него вышли две девушки, лет 15-16, одеты в школьную форму, но не нашу. Я бы сказала, южную: блузки с коротким рукавом, жилетки, туфли, гольфы… Никаких мантий, никаких теплых вещей. Только сумки, похожие на наши, как мы на уроки ходим.       — Одна из них, похоже, видит фестралов, — вставил Джордж.       — Даже так? — удивилась Миневра МакГонаглл.       — Да, профессор, — подтвердил мистер Уилкинс. — Они сели в последнюю карету. И, я думаю, уже скоро будут здесь.       — Хорошо. Спасибо, мистер Уилкинс, мисс Грант. Из вас должны получиться хорошие старосты Школы. Я рада, что профессора в вас не ошиблись, когда утверждали ваши кандидатуры. Идите на пир, дальше я сама справлюсь.       И он абсолютно неслышно исчез в коридорах школы. Дети переглянулись и поспешили в Большой зал: они уже выросли, чтобы обсуждать своего профессора.

***

      Профессор трансфигурации как раз успела подойти к школьным дверям, когда в них вошли две девушки, точно описанные мисс Грант. Было видно, что они замерзли: одеты они были действительно не по сезону в Англии. Девочки о чем-то переговаривались, но понять она могла с трудом. Одно можно было сказать точно: они южанки, похоже, всё-таки испанки.       — Ты знаешь, — в это время говорила Агата своей подруге, — а замок вблизи гораздо величественнее, чем в фильме. Интересно, какой он внутри?       — Скоро узнаем. Даже, если нас не примут в ученицы, вряд ли нас выставят на улицу ночью.       — Зато, если оставят!!! О!!! Вот где нам будет разгуляться! А представляешь, если бы в этом году еще и Амбридж была? Мм, — Аги закатила глаза от предвкушения, что можно будет сделать, используя чисто испанский юмор и навыки выживания в приюте.       — Губу закатай… Здесь все может быть. Еще попадем во времена учебы Темного Лорда, и будет нам… Весело… И незабываемо…       Однако их очень неожиданно прервал жесткий голос:       — Вы кто и что здесь делаете? — женщина, задавшая этот вопрос, была одета в строгое платье зеленого цвета в клеточку и в мантию черного цвета. Волосы были убраны наподобие дульки.       Девочки с удивлением узнали в женщине более молодую версию профессора трансфигурации. Они, конечно, понимали, что их наверняка кто-то будет встречать из состава преподавателей, но думали на старост или Дамблдора. А тут… Сразу…       — Теперь ты точно веришь, что мы в Хогвартсе? — спросила Агата подругу все еще на испанском.       — Да… В это не поверить уже сложно… — так же потрясенно ответила Мелания.       — Еще раз спрашиваю: кто вы и что тут делаете? — уже более напряженно повторила Миневра, судорожно думая, что делать, если эти барышни не понимают английский.       — Здравствуйте, мисс, — всё-таки откликнулись девушки по-английски. — Отвечая на ваш вопрос: мы — девушки, что делаем — стоим, — и рыжеволосая невинно похлопала глазками, вызывая у профессора зубовный скрежет.       — Аги, — прошептала по-испански шатенка, — ты бы не злила ее прямо с порога… На улице темно и холодно. Да и клаустрофобия у меня…       — Мелли, — так же быстро ей ответили, — где ты здесь видишь замкнутое пространство?       — В гробу! Если он у нас будет. Сейчас прибьет по-тихому и скажет, что мы не доехали. А куда делись, она не знает, — голос шатенки сочился сарказмом.       — Значит так, мисс, — проговорила несколько забытая профессор трансфигурации Минерва МакГонагалл и взмахом палочки вызвала серебристую пантеру, — Альбус, вы СРОЧНО нужны в своем кабинете. Жду вас там, — и отправила патронус адресату. — Теперь вы, — повернулась обратно к замершим девушкам. — Идемте со мной. И учтите — потеряетесь, искать не буду. Может быть, домовики вас найдут… Лет через десять… В виде скелетов… — и Минерва быстро развернулась, взмахнув мантией, и помчалась куда-то явно не по парадным коридорам.       Девушки еле успевали уследить на очередном повороте за краешком мантии. Иначе бы они уже давно потерялись в этом хитросплетении потайных ходов. Через десять минут такого забега, когда в правом боку нестерпимо закололо, сердце грозилось покинуть организм навсегда, а дыхание попрощалось еще за прошлым поворотом, они оказались около каменной статуи какого-то монстра.       — Лимонный шербет, — быстро проговорила профессор и взлетела на открывшуюся лестницу, крутящуюся вокруг своей оси. Девушки еле успели вскочить на ступеньку, когда горгулья, а это именно её статуя стояла у входа, с хлопком закрыла проход. И уже через минуту они стояли в каком-то большом кабинете. Стены были увешаны различными двигающимися портретами, стояло много книжных шкафов, на некоторых полках было много различных непонятных штуковин, что-то вертелось, что-то жужжало… За столом, на стуле, больше напоминающим трон, сидел очень пожилой волшебник, который, однако, как и Макгонагалл, выглядел немного моложе, чем в фильме, с длинными волосами и не менее длинной бородой в темно-красной мантии, непонятной шапке, подбитой белым мехом. Голубые глаза смотрели с такой всепрощающей добротой, что от этого взгляда становилось тошно. Как от большого количества сладкого и приторного.       Увидев вошедших, старик на «троне» обласкал взглядом двух девушек в форме магловских школьниц и обратился к их сопровождающему.       — Профессор МакГонагалл, вы вызвали меня, сказав, что дело срочное. Как я понимаю, речь пойдет об этих милых мисс?       — Да, директор, старосты мистер Уилкинс и мисс Грант предупредили меня, что в кареты в Хогсмите сели две странные девушки. Я решила, что в этой ситуации изначально надо разбираться вам.       — Вы правы, Минерва. Здравствуйте, мисс. Представьтесь, пожалуйста.       — Добрый вечер, директор, — начала рыжеволосая, — меня зовут Агата Мендерс.       — Добрый вечер, — продолжила шатенка, — я — Мелания Гонсалес.       — Очень приятно, мисс. Вы испанки?       — Я гречанка, сэр, — ответила Агата, — но мы действительно из Испании.       — Девочки, вы можете рассказать, как вы оказались в наших местах? Ведь судя по вам, вы не собирались в такое длительное путешествие.       — Видите ли, господин директор, — взяла слово Агата, — мы действительно не собирались к вам. Мы всего лишь возвращались с рынка в своем городе Кордоба, столица провинции Андалусии в Испании. И когда мы возвращались в приют, нас поразило, что в шесть часов вечера на улице не было ни одного прохожего, ни одной машины, автобуса… Даже автобусной остановки, на которой мы днем вышли, не было! — чуть вскрикнула девочка, но быстро взяла себя в руки. — Поскольку уже вечерело, а транспорта не было, мы решили дойти пешком. Там всего четыре квартала. Правда, идти пришлось через арабский квартал, а там очень небезопасно даже днем, а уж вечером тем более. Но деваться нам некуда было. И мы пошли пешком. В арабском квартале нас кто-то начал преследовать, и мы начали бежать. Бежали долго. И когда уже нас почти догнали, раздался визг тормозов, и все залило светом фар. Мы просто вскочили в автобус: главное было скрыться от преследователей. От всего этого нас вырубило, и мы уснули. Проснулись только, когда кондуктор нас разбудил со словами, что мы приехали. А выйдя, мы увидели учеников, спешащих к каретам и уезжающих в сторону замка. Мы решили последовать за ними, надеясь, что в замке мы сможем если не найти ответы на наши вопросы, то хотя бы получить приют на эту ночь.       Взрослые долго молчали, обдумывая полученную информацию. Альбус Дамблдор во время рассказа легонько прошелся по мыслям девушек. Испанского он не знал, поэтому директор мог только соотнести картинки. И они совпадали с рассказом.       — То есть, — начал он, — вы купили вещи для школы в Испании, а оказались у нас в Англии?       — Да, сэр, — похоже, Агата взяла на себя роль переговорщика.       — Судя по вашему рассказу, вы приехали на автобусе «Ночной Рыцарь». Он появляется перед волшебниками, попавшими в беду. Но для его вызова надо взмахнуть волшебной палочкой, а их я у вас не вижу. Может, вы что-то сказали? — Девушки переглянулись, о чем-то задумались, и в конце концов, видимо, что-то вспомнили.       — Да, мисс, — продолжила рыжеволосая, — я в сердцах воскликнула, почему никогда нет автобуса, когда он так нужен. И через пять-десять секунд появился этот странный двухэтажный автобус, весь в огнях. И так резко стартует… Мы, не удержавшись, даже впечатались в водительскую кабину.       — О! — обрадовался Дамблдор. — Магический выброс! Это очень интересно. А сколько вам лет?       — Шестнадцать, обеим, сэр.       — Вы живете в приюте?       — Да, сэр.       — А что случилось с вашими родными?       — Простите, сэр, но мы не хотели бы об этом говорить. К сожалению, они умерли. Большего вам знать не нужно.       — Простите, мисс, — директор задумался. Потом взял какой-то шар с полки и подал его сначала рыжеволосой, решив, что она самая смелая, раз только она с ним разговаривала. — Возьмите этот шар. Это артефакт, определяющий, есть ли в ребенке магический дар, достаточный для обучения в нашей школе. Если дара хватает, шар поменяет цвет.       Агата первой взяла шар и задумалась о том, что очень хочет остаться в Школе, ведь, судя по дате на газете, они попали в 1973 год из своего 2012. Шар долго оставался неизменным. Дамблдор уже протянул руку, чтобы забрать артефакт, но шар резко стал менять цвет на небесно-голубой. Все ошарашено смотрели на изменения. Директор, ухмыляясь про себя, старался источать доброту и счастье, одновременно пытаясь придумать, что делать с этими двумя неизвестными, и можно ли их приставить к своим планам. Забрав шар у рыжеволосой, он передал его второй девушке.       Шатенка так же спокойно взяла шар, стараясь не соприкасаться с директором. Артефакт вел себя в руках Мелании так же, как и у Агаты: долго хранил молчание, а том резко изменил цвет на бледно-розовый.       — Ну, что же, милые девушки. Артефакт решил, что у вас достаточно магических сил для успешного обучения в нашей школе. А раз так, то предлагаю пройти в Большой зал и пройти распределение. Тем более первокурсники уже заждались. Для всех остальных вы - студентки испанской школы «Инмакулада» по обмену. А появились так из-за ошибки вашего куратора: он не учел, что учебный год в Англии начинается раньше, чем в Испании. Сейчас вас распределят на факультеты. На все время обучения факультет — это ваша семья. А завтра кто-нибудь из преподавателей сводит вас в наш магический квартал для покупки всего необходимого.       — Простите, господин директор, — впервые подала голос шатенка, однако её речь была абсолютно спокойной, даже монотонной. Директор предположил, что за этим юная девушка скрывает стеснительность, тем лучше. Уверенным барышням куда сложнее что-либо внушить, с такой могло быть много больше ненужных ему трудностей, одной проблемой меньше. — Но у нас осталось очень мало денег. И мы не уверены, что их хватит на закупки.       — Не волнуйтесь. В нашей школе существует благотворительный фонд для помощи сиротам и детям из бедных семей. Так что… На новые вещи может не хватить, но при правильном планировании вам на все хватит. А вот за тем, чтобы хватило, проследят сопровождающие вас преподаватели.       — Спасибо, сэр. Но что нам за это надо будет делать? Никто из обеспеченных людей не отдает деньги просто так, даже в благотворительные фонды. Всегда что-то хотят взамен. Что вы потребуете он нас?       «А рыженькая не так проста», — одновременно подумали взрослые маги.       — Девочка моя, — начал директор, но был перебит.       — Простите, сэр, но вы не наш дедушка. Поэтому давайте более официально.       Дамблдор скривился, как будто вместо своих любимых долек съел настоящий лимон.       — Хорошо, мисс Мендерс. Я не знаю, как у вас в Испании, но у нас в Хогвартсе такой фонд не требует от нуждающихся ничего взамен.       Агата не поверила в сладкие речи директора, но, как говорится, вариантов нет. Совсем нет…       — Пройдемте на пир, — поторопил всех хозяин кабинета, вставая со своего трона.       Тем временем Мелания думала о том, что роль тихой и смущенной девушки получилась у неё почти идеально, ведь и дураку было бы понятно, что Дамби увидел в ней именно этот искусственно созданный ею образ. Как говорилось в одной нравившейся девушке пословице, «Всегда лучше, если друг недооценивает твои достоинства, а враг преувеличивает твои недостатки ».        Однако как часто водилось среди особей рода человеческого, « язык мой — враг мой » — с такими мыслями девушка набрала в грудь побольше воздуха и обернулась к уже собиравшемуся уходить Дамблдору, украсив лицо одной из самых дурацких и доброжелательных из когда-либо имевшихся у нее в арсенале улыбок и преувеличенно громко и радостно обратилась к жерве её специфического юмора. (Святая Мария, главное чтобы он действительно не ответил согласием на её шутку, а то выйдет крайне неловко)       — Знаете, когда я сегодня днём еще до этого прискорбного случая гуляла по магазинам, то не могла удержаться, чтобы не зайти в кондитерскую и не купить своих любимых сладостей, а сейчас мне кажется, что не поделиться было бы нечестно, поэтому… Директор, хотите лимонных долек? — в и так не слишком-то наполненном звуками кабинете мгновенно воцарилась напряженная тишина.       — Что, простите? —  Дамблдор выглядел откровенно растерянным, кажется, этот простой вопрос каким-то образом все же умудрился выбить его из колеи. — Ну, лимонные дольки — конфеты, между прочим, очень вкусные. Так хотите? — Девушка, казалось, была искренне заинтересована в том, чтобы он принял от нее это угощение. Но хоть со стороны это и было похоже на то, что она захотела подружиться с ведущим себя достаточно приветливо «светлым магом», на самом дели Мелания планировала в будущем как-нибудь использовать это знакомство в своих интересах. — Да-да, моя девочка, прости старика, задумался о своём и не понял сразу, о чём ты, — Дамблдор приторно улыбнулся и понизив тон, словно рассказывая какую-то страшную тайну, доверительно сообщил: — Знаешь, я тоже их люблю и всегда храню в кабинете пару пачек для себя или чтобы поделиться ими с кем-то из учеников за дружеской беседой. Ты тоже можешь приходить сюда, если захочешь, порадуешь беседой одинокого старика.       Мелания едва удержалась от насмешливого фырканья, но тут же взяла себя в руки и начала со спокойным лицом рыться в сумочке. Однако уже через минуту подняв взгляд на директора, расстроенно сообщила: — Ой, извините, я кажется потеряла упаковку во время бега. Но у меня ещё остались пакетики с чаем, может, Вы хотите взять его? Он сделан в одном из магазинов моей родины, я уверена, что Вам бы понравилось.       — Мисс, что Вы себе позволяете — впервые подала голос Минерва, видимо подумав, что ученица издевается над ними, но Альбус её прервал.       — Все нормально, профессор Макгонагалл. Мисс Гонсалес, спасибо Вам, от такого подарка я просто не могу отказаться. — Мысленно скривившись, тот уже представлял, как выкинет этот чай в мусорку. Нет, он конечно все понимал — и то, что ученица не собирается его травить или что-то туда подмешивать тоже, но слишком плохие ассоциации вызывало у него сочетание лимонных долек и чая. Впрочем, в этом однозначно была и его вина, все-таки поводом для подобной антипатии Альбусу служили его собственные действия.       Тем временем Минерва думала о том, что первая девушка с ярко-рыжими волосами однозначно попадет на Слизерин, она это поняла по тому, как та хорошо держалась, общаясь с директором и не позволяя себе частично запудрить мозги. Хитрости и смекалки ей не занимать. Вторая же девушка… С такой храбростью предлагать сладости самому директору, несмотря на очевидную стеснительность, может не каждый. « Путь этой девушке на Гриффиндор » — решительно заключила она.       Альбуса же одолевали думы, имеющие несколько иное направление. Он вышел вместе со всеми из кабинета и захватил с собой пару взятых из своего стола лимонных долек, в отличии от тех, что стояли в вазочке на столе, точно ничем не напичканных. «Первая не так проста, как она хочет казаться. Есть в ней что-то слизеринское, но при этом ярко видится храбрость, судя по тому, как она держалась, ведя со мной разговор. Слизерин или Гриффиндор ожидает ее, это уж точно. Вторая же барышня, оказывается, не только скромная, а еще и немного странная. Такой оптимизм и невозможная наивность… Она попадет на Хаффлпафф, да, определённо туда.»       Немногим позже, отойдя пару метров от злосчастного кабинета и стараясь как можно менее незаметно перевести сбившееся от волнения дыхания, Мелания думала: «В гроб, такими темпами я определенно попаду в гроб.»

***

      Агата мягкой походкой прирожденного хищника приблизилась к столу Слизерина, где уже ждала ее подруга, улыбавшаяся ей уголком рта. Дети аристократов не знали, как себя вести с новенькими. Они все друг друга знали, многих еще до школы. Такие девушки, как эти, редкость у змей. Но раз шляпа их сюда направила, значит, в них что-то есть. И ребята решили пока что присмотреться к ним.       Как заметила рыжеволосая девушка, все места были заняты. Только между блондином и черноволосой девушкой, в которой она сразу узнала молодую копию Беллатрисы Лэстренж, но сейчас пока Блэк, места было чуть больше. И они с Мелли отправились прямиком туда.       — Извините, но тут единственное более-менее свободное место для нас подругой, — просто сказала Агата, легко отодвигая Беллу в сторону и садясь рядом с Малфоем, потянув за руку застывшую от подобного обращения с одним из её любимых персонажей Мелли.       — Здесь было менее свободно, чем там! — возмутилась Блэк, указывая рукой на узкое пустое пространство у стола немного правее.       — Уже нет, — пожала плечами Агата.       Все остальные змеи смотрели на нее кто настороженно, а кто-то восхищенно.       — Агата Мендерс, по рождению гречанка.       — И Мелания Гонсалес — испанка! — добавила ее подруга, обернувшись к юноше слева, одновременно с Агатой поняв, что за блондин сидит возле них.       — Люциус Малфой, — подтвердил их догадки симпатичный парень, манерно произнеся слова.       — По своим корням француз, — сдал соседа темноволосый смуглый юноша, который так же был тем еще красавцем. — Я Теодор Нотт, по рождению англичанин.       — А я думала, испанец, — стрельнула глазками Агата, на что парень улыбнулся самой искренней милой улыбкой.       — На какой курс вы идете? — нехотя поинтересовалась Белла, прожигая взглядам сидящих с ней Агату и Мелани. Если бы можно было убивать взглядом, девушек уже не было бы живых.       — На шестой…       — Да? Получается, мы сокурсники. Не могу ручаться за остальных, но я определенно буду не против такой компании, — снова влез в разговор Нотт, многозначительно поигрывая бровями.       Белла и Малфой на это только уничижительно фыркнули, причем абсолютно синхронно. Видимо, они уже не в первый раз имели счастье наблюдать подобное поведение друга и уже успели изрядно от него устать.       Молчание затянулось и посему Люциус, как истинный джентльмен, решил спасти положение.       — Леди, если вам здесь будет что-то непонятно или что-то понадобится, можете обращаться ко мне или Беллатрикс. Предотвращая вопросы по этому поводу, сразу объяснюсь. Дело в том, что мы с Беллой — старосты факультета Слизерин. Малфой бросил выразительный взгляд на значок, прикрепленный к мантии сокурсницы, у него имелся идентичный.       Девушки сдержанно улыбнулись повернувшемуся к ним блондину.       — Уверяю, именно так мы и сделаем в случае необходимости, благодарю, мистер Малфой, — подала голос шатенка.       — Ну зачем же так официально— нахально усмехнулся блондин, насмешливо глядя на девушку.— Можно просто Люциус. — Хорошо, Люциус, Но в таком случае ожидаем от вас ответной любезности, — зеркально повторив ухмылку блондина, ответила Агги.       Дождавшись конца распределения, все наконец-то приступили к ужину. Соседи немного настороженно ждали этого момента. Хоть эти Агата и Мелани и демонстрировали хорошее воспитание, но Белла словно ожидала, что девушки где-то, но ошибутся. Однако все прошло без эксцессов, к крайнему неудовольствию Блэк. Девушки умели не только правильно пользоваться всеми столовыми приборами, но и без труда поддерживали ничего не значащую беседу, задавая уточняющие вопросы и пытаясь узнать о своем факультете немного больше, чем было в книгах Роулинг.

***

      На старостах факультета Слизерин сегодня лежала дополнительная ответственность, кроме новоприбывших первокурсников, им нужно было ознакомить с правилами и особенностями их факультета еще и переведенных из другой школы девушек. Правда, сей груз, казалось, был обременителен только для Беллы, Малфой же вел с вышеупомянутыми студентками непринужденную беседу и был, по крайней мере внешне, абсолютно доволен происходящим.       Когда они завернули в последний коридор, перед учениками открылся вид на потрясающую своей массивностью дверь. Портрет, который вроде бы должен был отвечать за пропуск в гостиную, висел рядом на стене и казалось, не имел никакого отношения к все еще закрытой двери. Малфой тем временем подошел к закрытому проходу и положив руку на ручку в виде головы какой-то большой змеи, произнес:       — « Sanguinis pura » * — в этот же момент дверные створки распахнулись, открыв взглядам учеников большое просторное помещение.       — Заходите, тут нечего бояться, право слово, вас никто не съест. По крайней мере пока что. — запугивание новичков явно забавляло Малфоя.       Когда все уже зашли в гостиную, от начинавшегося закрываться дверного проема послышался насмешливый голос, видимо принадлежавший портрету.       — И вот так всегда, а обо мне даже и не вспоминают, какое однако неуважение, не находите?       Некоторые первокурсники рассмеялись, а Белла, казалось, на полном серьезе произнесла:       — Ну ничего, если мы когда-то решим устроить учебную революцию и сжечь при этом всеми нами пылко ненавидимый Хогвартс, мы уж точно Вас не забудем и предварительно вынесем.       Ответом ей послужил приятный тихий, немного хриплый смех призрака и гулкий стук от захлопнувшихся дверных створок       — Так что же вы замерли, господа? Леди, прошу, не стоит смотреть на меня столь потрясенно, словно у вас появилась цель остаться здесь навечно, держа распахнутыми свои прекрасные рты. Юные джентльмены, ну, а вам уж совсем не к лицу пялиться в потолок с таким отрешенным выражением. Раз вам нечем заняться, возьмите пока у однокурсниц их весьма внушительный багаж. Нечего им тяжести таскать, так что не витайте в облаках, лучше помогите дамам, — тут же принялся вовсю демонстрировать свое организаторское мастерство Малфой, заодно прерывая общее оцепенение.       — Что касается вас, барышни, — он обернулся к Мелании и Агате. — Прошу подождать, пока мы расскажем первокурсникам основные нюансы поведения на факультете и распределим их по спальням. И я полагаю, что нашу с ними поучительную беседу вам сейчас слушать абсолютно необязательно. Немного позже мы разъясним ее вам индивидуально, добавив те нюансы, которые еще не следует знать первокурсникам. Усмехнувшись, он снова обернулся к детям— Итак юные слизеринцы, внимайте. Наш факультет…       Тем временем Агги и Мелли, решившие и вправду пропустить эту часть беседы мимо ушей, оглядывали помещение.       Гостиная казалось была даже больше, чем они видели в фильме, ее стены были из камня, вероятно испытавшего на себя целый арсенал утепляющих и укрепляющих заклинаний. Это ведь все же подземелья как никак. Потолок однако был низким, видимо из-за того же размещения гостиной. На стенах висели массивные гобелены с изображенными на них мужчинами и изредка женщинами, зачастую колдующими или сражающимися с разными существами. По периметру и немного в отдалении от тускло мерцающего оранжевыми всполохами камином были с определенным чередованием расставлены низкие темно-зеленые диваны и высокие старинные черные стулья с обивкой из зеленого бархата. Кто на них, а кто и вовсе на зеленом, в тон цветовой гамме помещения, ковре — в гостиной расположилось где-то с полтора десятка слизеринцев с разных курсов, которые ушли из большого зала раньше, поскольку их не задерживала толпа младшекурсников. Хотя большой процент учеников отсутствовал, что было заметно. Вероятно, они сразу принялись за распаковывание багажа и тому подобные вещи и девушки их прекрасно понимали.       Сама гостиная освещалась холодным болотным светом многочисленных магических светильников, оставлявших загадочные блики на стенах и окружающей мебели. Как еще успели отметить девушки, диваны, расположенные по углам помещения и тот, что был возле камина, имели отличный от остальных темно-зеленый цвет. Да, Слизеринская гостиная действительно отличалась какой-то завораживающей красотой.       Однако дальше рассматривать помещение девушкам не дали, прервав их наблюдения самым непосредственным образом. Рядом с ними внезапно раздалось многозначительное покашливание и девушки, синхронно вздрогнув, обернулись на звук. Рядом с ними стояла высокая светловолосая девушка, еще недавно мирно сидящая у камина, а около нее стояла еще пара человек. Если исходить из логики, то они видимо являлись их однокурсниками, хотя Мерлин их знает.       — Вы что-то хотели? — первой подала голос Агата.       — Да, конечно. Мы как раз собирались познакомиться, — ответила та самая девушка, видимо, служившая дипломатом в их компании. — Меня зовут Серена Гринграсс, а это Августус Руквуд и Рабастан Лейстрендж. Мы ваши новые сокурсники.       « Хм, значит все-таки угадала » — мысленно хмыкнула Мелания.       — Наши имена вы уже слышали, однако не представиться не позволяет этикет. Приятно познакомиться. — Девушка изящно приложила ладонь к сердцу — Мелания Гонсалес, а моя подруга — Агата Мендерс. Можете обращаться к нам по имени, так вести диалог будет несколько легче.       На этот раз им ответил уже Рабастан. Его мягкий насмешливый голос с едва заметной хрипотцой сразу понравился обоим девушкам.       — Без проблем, барышни. Тогда уж не сочтите за дерзость и позвольте задать интересующий всех нас еще с момента распределения вопрос — вы чистокровны?       Агата хмыкнула и проговорила насмешливым голосом: — Что, прямо все это время думали только о состоянии нашего генеалогического древа и родовом статусе? Осторожнее, господа, подобное отношение к чистоте крови смахивает на одержимость. И отвечая на Ваш вопрос, скажу — да, мы чистокровные. Обе наследницы своих родов.       Рабастан на секунду завис не зная, что отвечать. С одной стороны, девушка ответила на его вопрос о чистоте их крови насмешливо, что делает неоднозначной ее позицию в данном вопросе. С другой, они с подругой чистокровны, да еще и наследницы рода, это составляет для них неплохую характеристику, а остальное наживное. Поэтому он, кашлянув, поспешил ответить.       — Ну и юмор у вас, леди, однако вынужден признать, что сам грешен, и мои шутки имеют много больший размах и уж точно, скажем так, грязнее ваших. — Он пошловато ухмыльнулся и сразу отскочил в сторону, уклоняясь от подзатыльника Августуса, который после провалившейся попытки поучить друга уму разуму не смог удержать серьезное выражение лица и рассмеялся.       — Вы уж простите его грешного, на беднягу иногда находит.       Неизвестно, чем бы закончился этот на первый взгляд забавный разговор, однако в следующую секунду дверь, ведущая в коридор, отворилась и из нее вышел и так уже немного припозднившийся декан Слизнорт.       Первым делом он подошел к Малфою и что-то прошептав, подошел к девушкам.       — Мисс Мелания, мисс Мендерс, прошу за мной.       Отойдя с девушками к одному из диванов в углу, он накинул на них полог невидимости и сразу начал взволнованно вещать о том, из-за чего он собственно их и позвал.       — Директор Дамблдор мне все рассказал, вы действительно смогли вызвать магический автобус стихийным выбросом? Впрочем, что я спрашиваю, Альбус не стал бы врать. Даже не знаю, что теперь делать, вы же совершенно не были ознакомлены с программой предыдущих курсов.       Агги уже успел надоесть сбивчивый лепет Горация и его оды Дамблдору, да и сейчас был вопрос, волнующий ее куда больше, поэтому она с удовольствием его прервала.       — Подождите, Дамблдор сказал только Вам и если да, то знаете ли Вы, планирует ли он рассказать об этом кому-то еще? — Слизнорт даже опешил от подобного. Казалось, что он даже и представить не мог, что директор может рассказать это кому-то, кроме его.       — Нет-нет, что вы, он рассказал мне потому, что я ваш декан, да и как вы знаете, в курсе еще Миневра. Вы можете не волноваться по этому пово…       — А как мы можем быть уверены, что ВЫ никому об этом не расскажете? Вы давали Дамблдору обет молчания? — нагло перебила его Агата.       — Н-нет, но…       — Тогда у нас нет никаких гарантий.       — Юная леди, не перебивайте меня! — Угрожающе повысил голос Слизнорт, Мендерс стушевалась, да уж, это была одна из самых пакостных ее привычек.       — Извините, я просто очень нервничаю, однако я все еще настаиваю на обете.       — Позвольте узнать, откуда вы знаете об этом? Если вы о магии до этого ничего не знали. — Слизнорт поморщился.       — С чего вы взяли, профессор? До того, как мы попали в магловский приют, нам успели предостаточно рассказать наши родители. Так что мы хорошо осведомлены, легко догоним школьную программу и освоим магию! — по правде Агата лукавила лишь самую малость, так как отец при жизни действительно говорил ей какие-то странные вещи, когда она была мала, но тогда в детстве девочка считала, что папа рассказывал ей все эти сказки только для того, чтобы его дочь быстрее заснула. Но вот теперь она уже в этом не уверена, но Агата еще успеет выяснить все и во всем разберется, особенно с папиными сказками, которые как подсказывало ее чутье, не такие уж выдуманные.       — Это правда, мисс Мелания?       — Да, конечно.       — Тогда кем были ваши родители? Что с ними произошло? — полюбопыствовал Гораций Слизнорт.       — Вас это не касается. Это личное, — осадила его Агата.       — Хорошо, говорите, что я должен произносить, — ответил только он доставая свою палочку.       Через несколько минут те ученики, что еще остались в гостиной смогли наблюдать прекраснейшую картину: помещение озарило ярким светом, вырванным из палочки их декана. Спустя еще пару секунд сквозь все еще яркую стену света можно было различить, как тонкие светящиеся нити, идущие от палочки декана, тремя мерцающими обручами сковали запястье Горация, чьи руки были сцеплены руками двух новеньких. За этим последовала вспышка света, а после так же внезапно, как и появился, он померк, вернув комнате ее привычный для всех приятный полумрак.       — Мерлин и Моргана… Ничего себе. — озвучил общее мнение потрясенный не меньше других Рабастан. « Нет, эти девушки точно не так уж просты. »

***

      Уже много позже после беседы с Горацием и просьбы послезавтра зайти нему в кабинет, Мелания и Агги с задумчивыми лицами разглядывали вещи, которые им крайне неохотно выдала для сна Беллатриса. Ведь своих вещей у них с собой не было, что неудивительно, никто из них не ожидал, что с ними случится что-то подобное. Сама Белла тем временем в их, как оказалось, общей спальне, раскладывала при помощи магии свои оставшиеся вещи по полкам в шкафу, абсолютно игнорируя запрет на использование магии стенах школы где-либо, кроме учебных кабинетов. Меланию новость о внезапном сожительстве видимо не слишком огорчала, а вот Агата напротив, была в ужасе от их новой соседки.       — Я не собираюсь жить, а уж тем более спать в одной комнате с убийцей, Мелли. Не говоря уже о том, чтобы носить ее одежду. В фильме я относилась к ней более менее нормально, но эта версия просто ужасна. — рассержено шипела Агата на испанском. Их родной язык кстати был использован неслучайно, немногим ранее девушками было решено использовать его, дабы избежать раскрытия, если их диалог кто-то случайно, (а может и нет, не так ли мистер Дамблдор?) подслушает. Конечно, можно было пользоваться барьером тишины, но у них сейчас не было палочек Да, они знали наизусть заклинания, которые описывались в книгах Роулинг, ну и во многих других книгах фэнтези, связанных с магией, поэтому девушки немного, но были осведомлены о волшебных мирах, о магии и о магических дисциплинах. Но кто знает, получиться ли у них выполнять простые заклинания, когда они впервые возьмут в руки волшебные палочки, которые купят завтра в Косом переулке. Хотя даже если у них сейчас были палочки и они могли бы ловко наколдовать магический барьер, согласитесь, если бы он стоял при всех их разговорах, то это выглядело бы вдвое подозрительнее, чем сейчас.       — Эй, погоди, любому же было бы ясно, что все дело в том, что она сейчас на два года младше канона. Вероятно, она просто еще не успела понять для себя ту вещь, которая делала из нее ту Беллу, которую мы знаем.       — Убийцу-маньячку и Пожирателя смерти? — невинно осведомилась подруга.       Мелания обижено фыркнула: — А вот об этом не стоит, она, между прочим, была одним из моих любимых персонажей.       — Ох, хорошо-хорошо, не обижайся, Мелли, я постараюсь не начинать ссориться, если только она не начнет делать мне подлянки. А если она посмеет учудить что-то подобное, уж я тогда…       Однако тут ее прервала до этого молчавшая и так же раскладывающая вещи Беллатриса.       — Оу, неужели вы мне настолько не доверяете, что даже беседы ведете на чужом для англичан языке… Впрочем неважно, я пожалуй, пойду, меня ваша компания, между прочим, тоже не особо прельщает. — И окинув их напоследок странным взглядом, не дав девушкам и слово сказать, громко хмыкнула и развернувшись, последовала в направлении выхода из спальни, а после и вовсе покинула помещение, затворив за собой дверь. Поневоле в душу Мелании закрылись нехорошие подозрения насчет лингвистических познаний Блэк. Уж не знает ли она часом испанский?       — Нет, ну ты видела?! — возмущенно воскликнула Агги, мученически обратив свой взор к потолку.       — Видела, конечно, рядом с тобой ведь стояла, но не беспокойся. Я уверена, что со временем вы даже подружитесь, — оптимистически завершила Мелли, получив за это полный сарказма смешок подруги в ответ.       В конце-концов сходив в душ и одевшись в предложенные вещи, девушки устало переговариваясь, переодевались, планируя расстелить кровати и незамедлительно лечь спать. Неясно как, но в результате разговор плавно перетек в обсуждение их будущего на факультете.       — А спорим, что сейчас они в гостиной именно нас обсуждают? — проговорила Мендерс, весело глянув на Мелли.       — И правда, что же им еще делать, кроме этого, у них же больше нет стоящих тем для обсуждения, кроме нас. Ты немного преувеличиваешь, Агги. Однако я действительно надеюсь, что мы обойдемся без скандалов так долго, насколько нас только хватит.         — Ну, насчет этого можешь не волноваться, они ведь теперь думают, что мы чистокровные. Хотя чем Святая Мария не шутит, кто знает, может, это и так. Не зря же шляпа мне предложила сходить в Гринготтс и тебя за собой потащить. Да и тем более они ведь слышали, что сегодня сказала шляпа. Кстати, только между нами, это не единственная странная вещь, которую она сказала, но об этом завтра. В общем, все будет в порядке! — загадочно проговорила Агата, прикрыла рот ладошкой и еле сдержав зевок, продолжила: — Спокойной ночи, Мел!       — Спокойной ночи, Аги! — в тон ей ответила Мелания. Девушки были столь сильно перегружены усталостью и новыми впечатлениями, что они заснули, едва их головы коснулись подушки.       Год обещал быть насыщенным…