Последнее слово за Ким Ханбином

POV Ким Чживон       С тех пор как я свалил, прошло немного больше трех лет. Я бы и дальше не появлялся, если бы мог держаться от Анны на расстоянии.       Первый год я прожил в США. Там я заново стал на ноги. Открыл свое дело и заслужил уважение отца. Человека, которому всегда было на меня плевать. За тот год в Америке я повзрослел и наконец, понял свои чувства. Ко мне наконец-то дошло, что за всю свою жизнь я никого и никогда, не любил, но Анна…эта маленькая девочка приструнила зверя живущего во мне. Она изменила меня. Заставила ценить дружбу и любовь. Если поначалу я не мог понять, что чувствую к ней, то сейчас с полной уверенностью могу сказать, что дружбы между нами никогда и не было. В этом она была права. Эта девчонка знала меня лучше меня самого. И видимо пришло время признать это. Пожив некоторое время вдали от нее, я понял, как мне не хватает ее ворчания, заботы и просто ощущения того, что рядом есть человечек, которому не все равно, что с тобою происходит. Теперь ко мне, наконец, дошло, что она и есть тот самый мир, в котором я могу спрятаться как маленький мальчишка от всего того, что меня пугает или расстраивает. Анна была лучшим, что у меня когда-либо было. И я не хочу ее снова потерять. Три года вдали от нее изменили меня. Я стал самостоятельным и научился отвечать за свои слова и поступки. Теперь мне не стыдно смотреть ей в глаза и признаться в своих чувствах. Теперь мое решение вернуть ее улыбку назад твердо и несокрушимо. От того шабашного и бунтарного мальчишки не осталось и следа. Я покажу ей, каким я стал. Она должна все увидеть своими глазами.       Полгода назад ко мне позвонил старый знакомый и рассказал о том, что Ханбину так и не удалось затащить ее в постель. И еще о том, что он стал играть на два фронта. Поэтому я не мог сидеть, сложа рук. Мне стало обидно за мою девочку. Она не достойна такого обращения к себе. Возможно, если бы не это, то я бы продолжил играть роль «мертвеца», но такой поступок Ханбина относительно нее меня взбесил. Еще я подтвердил свои догадки о том, что Анна все эти годы не опускала рук и искала меня. Однажды ей это почти удалось, но благодаря моим старым знакомым я смог улизнуть. Я тысячу раз пожалел потом об этом, но не мог допустить нашей встречи. Тогда я еще не стоял столько крепко на ногах, как сейчас. Тогда я бы не смог ей ничего предложить и дать ей уверенность в нашем общем будущем.       Возможно, сейчас уже будет сложно ее вернуть, но я обязан хотя бы попытаться. Если у меня этого не получиться, то я хочу, хотя бы признаться ей в своих чувствах, а после и, правда, исчезнуть из ее жизни навсегда. Если она мне откажет и оттолкнет я приму уговор отца на брак по расчету, ради надежной финансовой поддержки со стороны отца девушки, которую мне выбрал отец. А этого я не хочу. И только поэтому я должен приложить как можно больше усилий и вернуть назад мою девочку.       После того звонка, я вернусь обратно домой. Я стал тенью. Я ходил по пятам за Ким Ханбином, чем сводил его с ума. Я понимал, что рано или поздно он догадается, но меня это не волновало. Я, ведь Ким Чживон, человек, которому спрятаться ничего не стоит. Мне нужно было убедиться в том, что он и, правда не изменился и остался той же сволочью, что и был до этого. Я жаждал мести и крови. Я хотел растоптать его. Хотел почувствовать, как он тонет в собственной лжи и немощности в глазах той, которую он так хотел отобрать у меня. Желание заставить его мучиться стало мой целью. Поэтому я сводил его с ума каждый день все больше и больше.

***

      - Нет времени ничего объяснять. Собирайся. Нам нужно ехать. Мы должны уйти прежде, чем приедет Ханбин, – второпях проговорил Чживон, хватая пальто девушки.       Без лишних слов Анна обула ботинки и схватив Чживона за руку так сильно, словно это спасательный круг, брошенный утопающему. Как только они уселись в машину и тронулись с места, увидели, как у подъезда припарковался порше Ханбина. Парень яро надавил на газ, и машина сорвалась с места, оставляя лишь черные следы шин на сером асфальте. Ханбин лишь покосился на машину и вошел в подъезд.       Подойдя к нужной ему двери, он нажал на звонок. Раз, два, три…но в ответ тишина. Пугающая тишина. Но почему именно пугающая тишина парень еще не мог понять. Вытащив телефон с кармана дранных джинс набрал номер Анны. Гудок, еще гудок, а после раздражительный и режущий слух голос оповестил о том, что данный абонент находится в зоне недосягаемости. В этот самый миг внутри что-то оборвалось. Что-то упало вниз с такой силой, что захотелось упасть на колени, лишь бы не было так жутко больно. Молчание, шаг назад. Снова тишина, а потом звук разбивающего стекла о лестничную клетку и алые пятна на светлых джинсах. Ханбин, наконец, очнулся. Он, наконец, пришел в себя. POV Ким Ханбин       Сегодня был очень тяжелый и трудный день. Я устал, решая налившиеся проблемы на работе. Мне хотелось сегодняшний вечер провести с Анной. Я понемногу начал смиряться с тем, что она не подпускает меня к себе как к женщине, поэтому и не пытался ничего предпринять. Я начал просто наслаждаться тем, что она шаг за шагом стала делиться со мною своими переживаниями и заботами. Стала относиться ко мне как к другу и важному в ее жизни человеку. Я стал ценить это больше, чем то, чего так отчаянно пытался от нее получить. Я не отказываюсь от этого, но не силой, же мне взять ее. Я мог сделать это, но не хотел причинять ей боль. Ей и так было нелегко после ухода Чживона. И, кстати, о нем. Я недавно узнал, что он стал, весьма, влиятельным в США. Узнал, что он добился-таки признания отца. Теперь я понял причину, по которой он так внезапно решил прекратить этот детский спор. Я всегда относился к нему как к глупому и неопытному, а он ступень за ступенью превосходил меня, что ему и удалось. Он стал настоящим мужчиной. Вокруг него теперь вертится уже не низкосортный пластик, а настоящий хрусталь. Впервые слава опередила его и заставила повзрослеть. И пусть я ненавижу его, но все, же я горд за него.       Сегодня у подъезда Анны я стал свидетелем занятной картины. Какой-то ума лишенный так стартанул с места, что из-под колес повеяло дымкой горелой резины. Это было ерундой, но единственным человеком в городе, которому это было под силу, был Чживон. Только он так делал, дабы не быть пойманным. Но учитывая то, что его не было в городе, это стало весьма странным фактом. Возникло чувство, что призрак вернулся в город. Но после того как я поднялся и, позвонил в дверной звонок, ко мне, наконец, дошло. Что этим ума лишенным чудоком был Чживон. Понял, почему последние несколько месяцев отчетливо ощущалось его присутствие. Чувствовал, как кто-то дышит мне в затылок и сулит безумие. Мне хотелось закричать, но это ничего бы не изменило. Чживону удалось меня уделать. Впервые он выиграл бой, который даже и не начался. Но я все равно не могу опустить рук. Теперь он своего не упустит. Да и она не станет сопротивляться. Анна ведь его так долго искала и ждала. Эта девчонка всегда принадлежала ему и только ему. Для нее я продолжал быть пустым местом, просто надоедливой липучкой, которая не желала отлипнуть, оставив ее в покое. Впервые мои глаза открылись настолько широко, что стало даже страшно. Я не мог злиться ни на него, ни на нее. Эти двое всегда были неразлучными. В их отношениях никогда для меня не было места. Да и мои чувства к ней им обоим были до лампочки. Анна лишь старалась не сделать мне больно, ведь прекрасно знала, что это впервые, когда я так отчаянно полюбил кого-то без оглядки. Эта несносная девчонка все эти три года просто берегла мое сердце, не давая ему разбиться о грязный пол. Она бережно хранила его и живущие в нем чувства. Анна провела меня как мальчишку. Она превратила мою любовь к ней как к женщине в любовь к ней как к другу. Вот ведь. А я повелся, я сам помог ей в этом. Какой же я глупец, влюбленный глупец. Но как теперь мне найти ее? Как вернуть все на свои места? Может, стоит ее отпустить? Может, хватит думать, что она моя? Она ведь никогда и не была моей по-настоящему. Сейчас уже поздно, что-либо делать. Пора отдать должное Чживону и открыть золотую клетку и дать птице почувствовать свободу. Эта девочка ее заслужила. Но я ведь не смогу так, же беззаботно исчезнуть как Чживон. Наоборот, я докажу ей, что я надежный щит, за которым она сможет спрятаться в любую минуту. Она просто еще не знает, что Чживону суждено жениться по хладнокровному расчету и ни как уж не по любви. Это удел всех рожденных с серебряной ложкой во рту, а Чживон один из этих самых.

***

      Телефон оповестил о входящем сообщении. «Я знаю, что ты ходил за мною по пятам. Я знаю, что ждал нужного момента. Не думай, что я утратил хватку. Наш бой еще не окончен.»

***

      - Девочка моя, с тобою все в порядке? Он не причинил тебе боль? – дрожащим голосом спросил Чживон.       - Не уже ли это то, что ты хотел меня спросить, после трех лет разлуки? Настоящую боль причинил мне не он, а ты. И тебе ли этого не знать. Так что не задавай глупых вопросов. Я скучала по тебе, – еле слышно сказала Анна.       - Ты права. Не это я хотел тебе сказать. Я хочу тебе в кое-чем признаться. Я долго думал над этим. Анна, я …       - Я знаю, что ты любишь меня уже давно. Я делала вид, что это не так. И слова, брошенные тебе напоследок, еще три года назад были ложью лишь наполовину. Потому что тогда нужно было поступить именно так. У меня были причины так поступить. И Ханбин не причастен к этому, так что не вини его в этом. Вам ребята стоит помириться, – перебив Чживона, поспешно объяснилась Анна.       - Я знаю. Я это почувствовал. Ты никогда не делала ничего просто так. Во всем, что ты говорила или делала, был смысл, который я понял спустя пару лет. Спасибо тебе за это! – мягким, словно плюш голосом проговорил парень.       После короткого разговора пара направились в квартиру молодого человека. Всю дорогу они не проронили ни слова. Каждый был погружен в свои мысли.       - Ты голодна? Может, закажем что-нибудь на ужин?       - Нет, я не голодна. Я пойду в душ, – на ходу снимая с себя одежду, в полуулыбке проговорила девушка.       - Хорошо. Только не увлекайся. Я буду ждать тебя, – еще более игриво ответил Чживон.       После принятия душа девушка вышла с ванной комнаты обернутая лишь одно полотенце, чем дала понять, что эта ночь только для них и никому не под силу это изменить. Увидев Анну в таком виде Чживон словно дикий зверь набросился на девушку. Одним лишь умелым движением, как умел только он, он усадил Анну на обеденный стол и жадно впился в ее губы. От внезапных ощущений из девушки вырвался первый тихий и неуверенный стон, от которого Чживону окончательно снесло и без того снесенную крышу. Девушка так же жадно отвечала на поцелуй парня, всячески пытаясь угомонить голод. Она срывала с него одежду, царапала до крови широкую спину, кусала кожу на шее, и прижимала Чживона сильнее и плотнее к себе, чувствуя его больше, ближе и теснее. Парня это сводило с ума. Он никогда не видел ее такой. Чживон всегда знал ее тихой, примерной и такой правильной, а сейчас перед ним словно совершенно другая Анна. Она ведет себя грязно, пошло и это не может не нравиться. Чживон позволяет ей все, что она хочет. Позволяет ей оцарапывать свою спину, кусать кожу и так ненасытно срывать с его уст тихое рычание. Она ведет себя в точности, так как вели с ним все те, кого он имел, вот только им было не под силу заставить его тиха, рычать, зарываясь длинными пальцами в волосы, оттягивая их на затылке, чтобы ослабить неудержимую хватку. Комната наполнялась стонами и запахом секса. Девушка была уже изведена до предела и не могла больше ждать. Понимая это, Чживон одной рукой подхватил податливое тело и направился в сторону спальни. Бросив девушку на постель Чживон навис, над ней смотря помутневшим взглядом, как будто в последний раз спрашивая разрешения, для того, чтобы сорвать все запреты. Анна лишь вызывающе улыбнулась, подаваясь вперед и скрещивая ноги у парня на пояснице. Закусив кожу на шее девушки Чживон без каких либо прелюдий вошел до основания. Анна выгнулась навстречу и, сквозь слезы с ее губ сорвался первый уверенный и громкий стон. Чживон не мог уже остановиться, хоть и почувствовал, как его девочка сжалась. Он срывался на бешеный ритм. Все сильнее и сильнее вдалбливаясь в хрупкое на своем фоне тело. Стоны превращались в отчаянные вскрики и отчаянные попытки убавить пыл Чживона, но его сложно контролировать, когда им руководить желание. Глаза затуманены, хватка сильная и желание обладать безумное. Но, даже не смотря на все это, девушка наслаждалась им, ведь впервые за все, то время, которое они провели вместе, она, наконец, может почувствовать его всем своим яством. Он причинял ей боль своими толчками, а он отвечала ему громкими стонами. Чживон делал с ней все, что так давно хотел, а она не сопротивлялась, она позволяла ему все. Он ставил ее на колени, разворачивал спиной к себе и вгонял в нее свою плоть так, словно понимал, что это первая и последняя ночь в их жизни. Чживон пытался запомнить каждый изгиб ее тела, уловить каждый порой отчаянный стон, что мел смелость сорваться с губ. Он знал, что этой ночью они в последний раз видятся. Понимал, что этой ночью сделал ее женщиной, от чего ненавидел себя и злился на нее. Но Чживон был благодарен ей за то, что она преподнесла эту возможность ему, а не Ким Ханбину. Ведь это он сорвал с ее уст первые в ее жизни стоны, которыми она заполнила спальню. Он любил ее и продолжит любить, даже если утром она исчез навсегда. Ведь если она знала о его чувствах еще три года назад, но поступила с ним так, как поступила тогда, когда он прощались, то это уже значило то, что она не будет его уже никогда.       Но он не хотел думать, ни о чем другом кроме нее. Сейчас важно только то, что она с ним и обладает ею он. Чживон делая несколько сильных толчков, изливается в ней и обессилено падает на постель, восстанавливая дыхания и притягивая Анну ближе к себе. Девушка мягко ложиться на широкую грудь парня и уткнувшись носом ему в шею, проваливается в сон. А Чживон лишь гладит ее длинные волнистые волосы и боится сомкнуть глаз, ведь не готов отпустить свою девочку, такую заботливую родную. Такую свою. Но сон все, же сильнее Чживона. Парень засыпает и засыпает очень крепко.