Мальчик с обложки

2002 год. - Маришка, а я тебя все равно догоню. - Ноги еще не выросли, чтобы меня догнать. - Ну и что? Зато я их могу быстрее, чем ты, переставлять, и падать не так высоко. - Эй, вы там! Смотрите мне, а то опять шишки понабиваете. София смотрела на своих чад и не могла нарадоваться. Маришка такая взрослая стала. Ей только двенадцать. Совсем вроде ребенок еще, но какая взрослая иногда. А Максим… настоящий мужчина. Хоть и одиннадцатилетний. Он весь в отца. Уже видно, что будет такого же высокого роста, что будут такие же светлые волосы, как у него, такие же серые глаза… С такими мыслями и с блаженной улыбкой на лице она сидела на крыльце дома и довязывала любимому сыну обещанный шарф. До зимы было еще далеко, но дитя сделало такое ангельское личико, когда просило его связать, что Соня решила начать сейчас, в августе. - А вот и мы, - радостно воскликнул высокий стройный блондин, подходя ближе к Софье. - Мы все купили и готовы к пикнику, - дополнила его худенькая, среднего роста, девушка. Это была самая старшая из детей семьи Громовых. Кристине было шестнадцать. В отличие от младших, которые были похожи точь-в-точь на отца, она будто была копией своей мамы. Невысокая, с точеной фигуркой, прямым аккуратным носиком, каштановыми волосами и ярко-зелеными глазами. - Вы мои умницы! Быстро справились. Мариша, Кристи, пошли, будем складывать корзину, и в путь. Вить, можешь укладывать покрывала. - А мне что делать, мам? Я тоже хочу вам помочь, - подбежав, спросил Максим. - Мой ты помощник, - Соня ласково улыбнулась и потрепала парнишку с длинными волосами по голове, - мы пока сами, а ты потом поможешь огонь папе развести. - Ла-а-а-дно, - весело протянул мальчик и побежал делать любимое дело: играть с Мухой – их собакой. Виктор с Соней любили всех своих детей одинаково, но Максима они иногда баловали, что, естественно, вызывало бурю эмоций у Марины и только смешки у уже понимающей Кристины. *** Родители детей познакомились в очень юном возрасте. Когда Вите было всего девятнадцать, а Соне только семнадцать лет. Все было, как в романах или сериалах. Только не так красочно и жизнерадостно, а со всеми теми ямами и горбами, которые случаются на жизненном пути. Через год после знакомства они поженились, и родилась Кристи. Они жили в городе, работали оба на заводе и были в то время счастливы. Но, как и жизнь многих, в то время, людей, счастье кончилось, когда наступил кризис. Работы нет, денег нет. Громовы переехали в деревню. Перебивались случайными заработками и жили за те деньги, которые получали за огородину. Вскоре Соня узнала, что беременна вторым ребенком. Нельзя точно сказать, какие чувства были у них. Это и радость, и растерянность, и страх. Масла в огонь подливала мама Сони, которая ужасно не любила зятя: «Соня, подумай, зачем тебе этот хмыренок. Вы же и так еле концы с концами сводите. Вы тут все с голоду издохнете. Этот козел даже на работу нормальную устроиться не может». Подобные лекции Соня выслушивала каждый раз, когда ее мама приезжала в гости. София тогда смеялась и говорила, что не удивляется, откуда берутся анекдоты про тещу и зятя. Ведь только из ее жизни можно было книгу подобных шуток написать. Хотя Виктор никогда ничего против Марии Степановны не говорил, даже когда слышал очередную колкость в свой адрес. Когда Соня забеременела в третий раз, было то же самое, но она была непоколебима. И на очередные слова мамы сделать аборт она ответила: «Я не буду убивать своего сына». Соня была уверена, что родится долгожданный мальчик. Так оно и случилось. Не теряя своей любви и желания быть счастливыми, Громовы все-таки добились успеха. У них теперь большая ферма, много рабочих и такое долгожданное счастье. Вот и сегодня они собрались всей семьей на пикник. Ведь пока есть возможность быть рядом с родными, нужно использовать каждую секунду. *** - Пааап, а вы сосисок купили моих любимых, с сыром? – ласковым голоском пролепетал Максимка. - Ой, елки, извини, Солнышко, я забыл. Давай в другой раз, ладно? - Так, никакого другого раза, - вмешалась Соня, - здесь же не далеко, сейчас схожу и куплю ребенку сосисок. Вить, ну я же тебе список написала. Вот чем смотрел, а? В ее голосе не было и капли укора. Ее «нотация» была лишь формальной, и та с улыбкой. Соня вообще была жизнерадостным человеком. Ее очень любили соседи и коллеги на работе. Последние несколько лет она работала учителем в школе. Виктор убеждал ее, что ей не нужно идти работать, ведь их семья достаточно обеспечена, но Соня была упрямая. И с фразой: «Я не могу сидеть дома. Хочу реализовываться. Зря я, что ли, пединститут закончила?» первого сентября пошла работать учителем математики. - Ну ладно, а мы проверим, ничего ли мы не забыли, - согласился Виктор и удалился к машине. Прошло уже около часа, а Сони все не было. - Пап, что-то мамы долго нет, - подошла к отцу Кристина. - Да не переживай. Наверное, опять тетю Веру встретила, и разговаривают на дороге. Виктор знал свою жену, как никто. Она ужасно любила поговорить, но так как сплетен не переносила на дух, с местными соседками ей это плохо удавалось. А Вера, ее коллега, начитанная и умная женщина, могла поддержать любой разговор и тоже не особо любила перемывать местным косточки. Живет она как раз у магазина, и Соня часто ее там встречает, когда идет за покупками, таким образом, ее «на пять минут» перерастает в полчаса, а то и в час. Максим и дальше продолжал мучить собаку, а девочки ждали в своих комнатах прихода мамы. - Макс, возьми трубку, - прокричал из гаража Виктор, когда услышал телефонный звонок. Мальчик прытью подбежал к аппарату и тоненьким детским голосом ответил: - Алло, я слушаю. - Это дом Громовых? - Да, он самый, а Вам кого? - Это из больницы, София Громова попала под машину, спасти ее не удалось. Приезжайте, забирайте тело. Трубка с грохотом была поставлена на место. А мальчик присел у стола, обхватил ноги руками, пытался переубедить себя, что это чья-то глупая шутка, и мама скоро придет, они вместе, как и планировали, поедут на пикник. Но его мысли снова прервал телефонный звонок. На этот раз трубку взяла Кристина. Это были снова из больницы. Так как они не услышали ничего в ответ, им надо было удостовериться, что сегодня кто-то приедет. То, что было дальше, нет смысла рассказывать. Максим не заметил, как его затолкали в машину, и они на бешеной скорости ехали больницу. А там уже разговор с врачом, опознание. Конечно, детей не было при этом всем. Виктор вышел из больницы, молча сел в машину и тронулся с места. И только Максим, который сидел на переднем сидении видел, как по щекам папы стекают слезы. В салоне была тишина, все молча плакали. Они не знали, что же будет дальше. Как переживут похороны и будут жить без нее. Сами же похороны были ужасны. Крики детей, обмороки, уйма народу. Лишь Виктор пил стакан за стаканом, пытаясь хоть как-нибудь унять ту жуткую боль у него в груди. Как теперь жить, он не знал. В душе была лишь пустота и желание забыться.