Мальчик с обложки

Глава 15 В комнате витал противный запах его сигарет. Как же он ненавидел этот аромат. Он всем своим существом проклинал тот злосчастный день, когда связался с этим человеком. Перспектива оказаться успешной моделью в престижном рекламном агентстве показалась семнадцатилетнему Алексею очень заманчивой. Что же может быть лучше, чем умудриться в столь юном возрасте стать финансово независимым от своих родителей, которые только и могут, что шантажировать его деньгами? Да, деньгами, видите ли, они стыдятся того, что их старший наследник, будущий руководитель семейного дела, гей. А то, что их сын плачет по ночам, от безысходности и нерешительности покинуть этот, такой проклятый им дом, они даже и не догадывались. Конечно, он же такой всегда невозмутимый. Всегда знает, что сказать, и как это сделать. Когда промолчать, а когда уколоть врага в самый центр его раны. Чтобы уже точно знать, что враг побежден и не нанесет ответный удар со спины. Куда же подевался этот парень? Теперь он сидит на огромной кровати в этом вонючем месте, вздрагивает от каждого шороха. - Ты ничего не ел, мой сладкий? – спросил высокий мужчина, и по спине Ала уже побежал холодный пот лишь от этого невинного, как казалось бы, вопроса. Он начинает отодвигаться все дальше от него, но тот не останавливается. Ему нравится видеть страх в глазах своего пленника. Неужели этот паршивец думает, что стать всемирно популярным он сможет лишь за эти обалденные глазищи? Как наивно. А казалось, что он умный. - Ну, это не дело. Нужно кушать. Мне анорексики в моделях не нужны, - мужчина схватил со стоящего на тумбочке подноса тост и протянул парню. Этот кусок жареного хлеба, принесенного прислугой еще в обед, автоматически стал чем-то ядовитым. Ал лишь посмотрел на него ненавидящими глазами и крепче сжал кулаки. - Не хочешь, значит? Противишься? – тогда я тебя накормлю другим способом. Мужчина резко снял с себя пиджак и расстегнул брюки. - Я теперь тебе покажу, как меня не слушаться. Ты у меня сейчас будешь просить пощады и будешь жрать у меня из-под ног! А я ведь предлагал тебе по-хорошему быть моим? Предлагал. А ты отказался, чем выбрал свою судьбу, - мужчина уже освободился от брюк. Парень сильно зажмурил глаза и приготовился к еще одной пытке. А ведь еще вчера, когда этот самый Михаил Федорович Славянцев пригласил его на первую крупную фотосессию, радости не было предела. Он радовался как ребенок, потому что он может, наконец, не зависеть от семейного бизнеса и родителей и жить в свое удовольствие. Но, видимо, самый вкусный сыр бывает лишь в мышеловках. - Меня будут искать, - попытался хоть немного выиграть для себя время Ал, но эта минута или две лишь немного оттянули бы неминуемое. - А ты наивней, чем я думал, - сказал Михаил со зверской улыбкой на лице и, схватив парня за руку, рванул на себя. По всему телу сразу раздалась тупая боль из-за множества синяков, нанесенных прошлой ночью. Его тело было бесцеремонно брошено на кровать животом вниз, пальцы его мучителя грубо впивались в нежную кожу и оставляли новые отметины. Сил вырываться не было. Оставалось только сжать сильнее зубы и делать то, что он скажет, потому что будет еще хуже. Острая боль пронзила тело юноши, когда Михаил грубо и резко его взял. Слезы лились из глаз, кричать было нельзя, потому что этот урод бил его куда попало и изо всей дури. Когда Ал услышал дикий рык и почувствовал стекающую по ногам сперму, то облегченно вздохнул. Может быть, этого ему хватит. - Ну, что, крысеныш? Не понравилось? А ведь это может быть тебе в кайф. Завтра я приду снова, и мы либо повторим сегодняшний урок, либо ты будешь купаться как сыр в масле, когда дашь согласие быть моим. Ал с трудом переборол рвотный рефлекс, когда чужые губы властно прижались к его губам. Сейчас в душе Алексея боролись два чувства: наложить на себя руки или убить чертову тварь, чтобы такое ничтожество больше не ходило по белому свету. *** Кружка черного кофе давно остыла в руках у Золотарева, а перед глазами все витали фрагменты тех дней. Да, среди тех двух вариантов Ал смог найти и третий. Просто убить его Алу показалось мало. Ему захотелось его унизить, уничтожить и стереть в порошок, что он со временем и сделал. Алу хотелось больше всего на свете забыть события прошедших дней и больше никогда не вспоминать, и, может быть, это у него и получилось бы, если бы Михаил не напоминал о себе. Вот и на этот раз он позвонил и напомнил, каким жалким Ал был, когда-то. Но если бы не он, то кто знает, смог ли бы Золотарев стать тем, кем он есть сейчас. На столе лежали три приглашения. На улице был уже поздний вечер, но домой ехать не хотелось. Чего он там не видел? Телека с разнообразной фигней? Или четырех стен? А коротать вечера в клубах ему уже осточертело. Ал все чаще стал задерживаться на работе, и все чаще ощущал одиночество внутри. Да, ему ничего не стоило найти себе какого-нибудь парня, чтобы провести вечер нескучно, но эти ничего не обещающие и непродолжительные связи уже сидели ему в печенках. Рука сама потянулась к телефонной трубке. Он надеялся, что этот человек сможет, как и прежде, его подбодрить. *** Макс лежал на кровати и бездумно щелкал каналами. Мысли его были где-то далеко. Что самое странное, он и сам не понимал своего состояния. Казалось бы, что он должен быть счастлив, ведь есть человек, который его любит и готов посвятить ему всю свою жизнь, и этот человек ему вроде нравится. Так почему тогда на душе кошки скребут? Парень так углубился в свои размышления, что от резкого телефонного звонка чуть не упал с кровати. - Возьми трубку, у меня руки заняты, - послышался голос Севы из кухни, который уже полчаса с диким грохотом кастрюлями и сковородками пытался приготовить обещанные блинчики. - Алло, - ответил Макс, но в ответ было лишь молчание. - Э… А Сева есть, - прозвучало как-то странно и до боли знакомым голосом. - Алексей? – неуверенно спросил Максим. - Да, я. Так Сева есть? - Да, он на кухне. Сейчас позову. На другом конце послышался легкий стук трубки о стол, и Ал нервно вздохнул. Он никак не ожидал услышать сейчас Максима. Почему-то сердце снова заныло. Ал в очередной раз поразился тому, как влияет на него этот парень. - Ты с чем любишь: с вареньем или со сгущенкой? - спросил Сева, как только увидел в дверном проеме своего возлюбленного. - Там тебе Алексей звонит. - Ал? Что случилось? – Сева начал мыть руки и пошел телефону. - Он не сказал, - Макс старался выглядеть невозмутимо и для убедительности даже стянул у Севы новоиспеченный блин, и весь засунул его в рот. Правда уже через мгновение пожалел об этом, так как блин был только со сковородки и ужасно горячий. Максим мысленно поблагодарил Бога, что Сева ушел к тому моменту, потому что картина бегающего по кухне парня была великолепна. - Ал, что случилось? – голос Севы выдавал все его беспокойство. Он прекрасно знал своего друга и понимал, что если тот в это время не развлекается в каком-нибудь клубе, а звонит ему, то тому очень плохо. - Славянцев звонил, просто… - с небольшой уже охотой сказал Алекс. - Вот сука! И что хотел? - Он тоже участвует в тендере, - голос немного подрагивал, и Сева сразу понял, почему. - Ты что, пил? Ал, твою мать, ну зачем ты? У Алекса была такая аллергия, о которой, наверное, мечтали все девушки для своих парней – аллергия на алкоголь. У Золотарева сразу все лицо, шея и грудь покрывалось красными пятнами, так мало этого, он от малейшей дозы уходил в аут. Да, как это ни парадоксально звучит, но такой с виду крепкий и несгибаемый Алекс тоже имел свои слабости. - Да я совсем немного, - начал оправдываться Ал, но много говорить ему не дали. - Я сейчас приеду. Ты где? - Я в офисе. Ал услышал только короткие гудки после этой фразы. Он не знал, почему позволил Севе ехать за ним, ведь он испортил тому вечер. Но на душе было так гадко, что автоматически захотелось испортить настроение кому-то еще. В таком состоянии больше всего хотелось чувствовать рядом близкого человека. Услышать слова поддержки и на ушко тихое: «я люблю тебя несмотря ни на что», хотелось опереться на кого-то, почувствовать, что ты нужен, полюбить, наконец-то. Бутылка дорого конька была не допита даже до половины. После звонка старого «друга» всегда появляется желание напиться и забыться, хоть на некоторое время. Хоть немного выкинуть из головы те времена и то унижение, которое ему пришлось пережить. А еще хочется хотя бы одну ночь не видеть кошмаров. Не срываться в холодном поту с криками… Но этого никто и никогда не узнает. Даже Сева не знает всего, что происходит с Алом. Он никогда и никому не позволит залезть в его душу так далеко, чтобы прочитать эти мысли и желания. Он Алексей Золотарев! Всегда строгий, невозмутимый и непоколебимый, и никто не узнает, что он может быть слабым. *** - Сев, что случилось? – Макс стоял в полном недоумении, когда Сева резко положил трубку и начал собираться. - Нужно забрать Ала из офиса. Этот дурак снова выпил. - Ну, выпил человек, и что? – Максим до сих пор не мог понять, что происходит. Голос ему показался вполне нормальным, и он не видел места для паники, а вот Севе, скорее всего, казалось наоборот. - Его нельзя оставлять пьяного одного. Если хочешь, можешь поехать со мной, и я тебе все расскажу. Макс не колебался ни минутки. Узнать больше об Алексе ему хотелось подсознательно. Парни вышли из дома, и, уже выехав на дорогу, Сева нарушил образовавшуюся тишину. - У Ала аллергия на алкоголь, и если он выпьет, то ему делается плохо. Причем обычной рвотой не обходится. В последний раз его еле откачали. - Так зачем пьет? – Макс слушал как никогда внимательно, дабы не пропустить ни единого факта. - Он пьет крайне редко. Лишь тогда, когда ему очень плохо. - У него неприятности? – парень не понимал, почему такому человеку может быть плохо. У него есть семья, любимая и хорошая работа, внешность, деньги, положение. Но он не понимал тогда, что все эти привилегии не делают человека счастливым. - Я не имею права рассказывать тебе об этом, котенок. Не обижайся, но это не моя тайна. Скажу только, что есть один человек, который когда-то сильно навредил Алу и теперь постоянно мешает ему жить. Макс не имел привычки что-либо выспрашивать у людей, когда рассказывать отказывались. И никогда не страдал по этому поводу, но сейчас все внутри просто распирало от любопытства. - Видать сильно напортачил этот человек, - Макс решил зайти издалека. - О, ты даже не представляешь как. Но если бы не он, кто знает, может, мы бы сейчас и не были знакомы с таким Золотаревым, и не факт, что знали бы друг друга вообще. Макс, было уже, хотел задать очередной вопрос, как Сева с криком: - Черт, Ал! – резко выкрутил руль и развернулся прямо на дороге. Благо, что в такое время на дороге никого не было. По тротуару пыталось идти «синее» тело. Галстук был развязан и болтался на шее, пиджак он забросил на правое плечо, а в левой руке держал бутылку. От такого Золотарева Макс был в шоке. Он его, конечно, недолго знает, но такой образ он себе точно не представлял. Сева остановил машину и рванулся запихивать этого полутрупа в машину. Это не было так просто, как казалось. Парни еле успели схватить того, когда он хотел шагнуть на дорогу прямо под летящую машину, а потом еще с трудом отрывали Ала от столба и пытались закрыть рот, потому что за такое поведение не долго было и в милицию загреметь. - Ох, ты ж блин, какой ты сильный, оказывается, Леха, - сказал Сева, когда они уселись, наконец, в машину. Макс сел на заднее сидение вместе с Алом, так, на всякий случай, а Сева за руль. - Ты же говорил, что ему плохо делается, а он просто дебоширить начинает, - Макс сидел на сидении, отбросив голову назад, и пытался отдышаться после такого непосильного задания. - Сам в шоке. Обычно его после первого же бокала шампанского уносит, а тут, вообще капец, - Сева завел машину и рванул с места. - Ну зачем вы меня забрали? – проснулось пьяное чудо сзади. – Я шел в клуб. Я хочу ве-се-лить-ся! Хочу! Открывай дверь, холоп! – Ал посмотрел на Макса и указал на дверь. - Эй, щас дам "холоп", - возмутился парень. - Не надо мне. Ты парень моего друга, и тебе мне давать нель…ик…зя. Хотя… ик… хотелось бы… Макс поймал резкий взгляд Севы и понял, что эта фраза его не на шутку обеспокоила. - Сев, а может, его свяжем? А то сейчас драться начнет, - Макс решил перевести все это в шутку и сделать вид, что не услышал этих слов. Хотя он еще с детства знал, что пьяный человек всегда говорит правду. - Не, не полезет. Мы уже приехали почти. Хорошо, что не далеко. Вы посидите здесь, а я заскочу в аптеку и прикуплю что-нибудь, а то чувствую, что этим не кончится сегодня. Сева вышел, а на Макса сразу посмотрели два мутных глаза. Парню показалось, что у Ала в глазах двоится, так как он никак не мог сосредоточиться на лице собеседника. Спустя несколько попыток определить настоящего Максима, Ал приблизился к его лицу и почти шепотом сказал: - Он отличный друг. Он мой самый … близкий. Вот почему, когда я вот здесь что-то почувствовал, - Алекс постучал по груди в области сердца, - то это оказалось запретным плодом? Дикое желание обнять Ала появилось у Максима. Этот человек сейчас выглядел как никогда несчастным и ранимым. Макс невольно вздрогнул, когда на его плечи легли сильные руки. По каким-то необъяснимым причинам совсем не хотелось их убирать. Его лицо становилось все ближе и ближе, глаза немного прикрыты, а язык облизнул пересохшие губы. Спина у Макса автоматически вспотела... Сейчас он был будто очарован. Взгляд не отводился, как бы парень себя ни заставлял. - Ты знаешь, что ты чудо? - практически в губы прошептал Ал и плавно повалился на Максима, тихо посапывая. - Он уснул, - сам себе сказал парень, и на его лице появилась улыбка умиления. Алекс сейчас был таким безобидным. Длинные ресницы слегка подрагивали, тонкие губы были растянуты в улыбке. Еще немного, и он бы не удержался от соблазна поцеловать это чудо. - Спит? - голос Севы вырвал Макса из состояния ступора. Он даже не заметил, как открылась дверца машины. Мысленно чертыхнувшись, он мило улыбнулся. "Надеюсь, не заметил, как я на него смотрел", - подумал Максим и уложил голову Ала себе на колени. Сева повернул ключ зажигания, и машина плавно тронулась с места. Дорога была недолгой, и, спустя несколько минут, парни пытались вытащить еле дышащее тело из салона. - Сев, блин, ему нужно однозначно меньше жрать, - просипел Макс, когда они заталкивали тушку Золотарева в лифт. Наконец, когда все преграды были преодолены, включая раздевания виновника сего торжества с песнями Алекса и ржачем парней. Сева не переставал повторять, что его друга подменили, ибо такого состояния не было даже тогда, когда тот заключил очень выгодную сделку с французами. Ал мирно посапывал на диване в гостиной, а парни, наконец, смогли отдохнуть. - Значит так, – с улыбкой на лице Макс отпил глоток предложенного ему кофе, – за то, что я сейчас надорвал спину, ты выполнишь мое желание. - Ммм, я крайне заинтригован, – Сева положил свою кружку, подошел к своему парню и обнял того за талию. – И как я с тобой могу рассчитаться? Он уже запустил руки под футболку Макса и принялся целовать шею любимого, но… - Сев... Стой... Погоди... Я не это имел в виду. - А что? - Что это с ним? – Громов кивнул в сторону гостиной, где уже в полный голос раздавался дикий храп. - Так, давай спать, – Сева обернулся и направился в спальню. - Сев... Ну, Сев... Ну чего там такого? Ну, он ведь не убивал никого? Ну почему тайна такая? – Максим сейчас злился как никогда, но не на Севу, а на собственное любопытство. Никогда он еще так не унижался, но сей уникум заставил его изменить своим принципам. - Солнышко, ну не могу я тебе рассказать, – Сева начал уже отпираться, но когда увидел жалостливое лицо Макса, сдался. – Ладно, что ты хочешь знать? Он понимал, что если Ал узнает, то четвертует его, но и Максиму он отказать не мог. Этот парень все глубже врастался в его душе, а также ему было понятно, что если он его бросит, то вырвет вместе со своими корнями и его сердце. Макс же был весь во внимании и пока не догадывался, что играет с огнем.