Адмирал Траун

Первый день в гареме Татьяны не предвещал ничего хорошего. Однако оказалось, что на Трауна ни кто просто не обращал внимания, ровно до того момента когда сам чисс не решил взять реванш. Он захотел уделать Энакина немного по другому, не физической силой и дракой по-простому, на кулачках, а своими знаниями и способностями разума так сказать. Он вызвал Скайуокера на умственную дуэль и в течение двух часов унижал его всеми доступными способами. Адмирал был невероятно силён в аналитике, а его способности к логике славилась на всю галактику. Поэтому ситх потерпел невероятное сокрушительное поражение в их диспуте, чему остальные мужчины несказанно удивлялись. Но дело подходило к вечеру, изумление подутихло, Эни почти забыл, что его нагнул какой-то чисс, все занимались своими делами. Кайло сидел на розовом пуфике перед большим зеркалом, пока его длинные по плечи чёрные волосы заплетал в непонятную прическу Квай-Гон, который умудрялся ещё и пританцовывать под жёсткий рок доносящийся из колонок Хакса. Оный, кстати, забрался с ногами на диван рядом с Траурном и пихал его носком ботинка в бок в такт музыке. Энакин стоял по середине комнаты и упражнялся в фехтовании световым мечем, хотя это скорее походило на странный танец опять же под рок генерала. Оби-Ван разбросал на полу туеву кучу подушек и валялся в них, смотря мультики на большом головизере (он от фиксиков особенно тащился). — Привет, мальчики! — вдруг громко крикнула Татьяна, проходя через двери, ведущие в зал. Все мужчины разом подскочили. Энакин улыбнулся, а Траун недоуменно уставился на дополнение к Наследнице. Девушка держала за руку своего сына Люка. Ребёнок вежливо поклонился, а дальше на несколько секунд замер склонив голову к левому плечу, будто к чему-то прислушиваясь. Потом он как-то странно улыбнулся и кинулся к чиссу: — Папочка! Привет, а вот и я! Ты соскучился? Миттʼрауʼнуруодо машинально нагнулся и подхватил малыша на руки. — Ч-что прости? — заикаясь выдавил из себя в конец офигевший адмирал. — Но я же твой отец. — севшим голосом медленно проговорил Энакин, ничего не понимая, смотря как его маленький сынишка сидит на правой руке у синекожего экзота. — Кто сильнее, тот и папа. — ответил сразу на два вопроса Люк и погладил Трауна по голове, — Папочка, а ты погуляешь со мной сегодня по Имперской Площади? — Но Люк, я же твой папочка. — все ещё пытался достучаться до мальчика Энакин — Неа. — бросил Люцифер, и уже больше не обращал внимания на ситха. Эни потер глаза, всхлипнул и выбежал за дверь. — Ну Люцифееер, — протянула Таня, — ты обидел своего отца. — Теперь гранд-адирал, — для наглядности малыш ткнул пальцем в мужчину, на руке у которого сидел, — мой папа. Наследница покачала головой и поправила складки своего длинного ало-золотого платья. Потом подошла к Хаксу: — Генерал, — прошептала Татьяна на ушко рыжеволосому парню, — нам надо обсудить одно очень важное дело. Она взяла фюрера за ворот рубашки и утащила за дверь, ведущую в коридор, в неведомом направлении. — Ну почему не я?! Почемууууу? — закричал Оби-Ван, падая на колени и хватаясь за волосы. — Это я должен быть с неееей!!! Кайло, стоящий рядом, весело засмеялся и стал тыкать пальцем в Кеноби: — Лооооох!! — а потом обратился к Джинну, — Да он сейчас слезами пол помоет! Смотрите!! Траун почувствовал, что его сознание куда-то уплывает, со стольким количеством бреда в минуту он ещё никогда в своей жизни не сталкивался. Его мозг, который пытался проанализировать всю эту информацию, сейчас просто завис, отображая синий экран смерти. Сначала какой-то ребёнок, потом он неожиданно стал папой, потом генерал, Кайло… Здравый смысл, где ты? Однако такового уже ооочень давно не водилось в ближних кругах Татьяны. — Да успокойся ты! — услышал чей-то голос Траун, который доносится будто бы сквозь вату. Чисс поднял глаза, увидел Квай-Гона, мозг справился с глюком и снова начал работать: — Кто это? — экзот приподнял правую руку с дитем. — О, это сын Энакина, он единственный из нас, кто был удостоен чести иметь ребёнка от Её Величества. — ответил рыцарь-джедай и печально улыбнулся. — И что мне с ним делать? — Идти гулять по Имперской площади. Если господин Люцифер захотел чего-то, то он должен это получить — таков закон Силы. — изрек Джинн, подняв указательный палец. — Иди, а не то хуже будет. Тем более это твоя последняя прогулка в жизни, ибо когда Энакин успокоится, он придёт и отомстит. А для нас это будет веселым зрелищем. Ты уж прости, но в этом обществе по-другому не выжить. Чисс медленно кивнул. Он скоро будет трупом. Энакин — это беспощадная машина для убийств, он точно не простит того, что его сын назвал отцом другого человека. Что он сделал этой Силе? За что она так с ним? Тот ещё вопрос. Говорила ж мама «не связывайся с женщинами, которые имеют огромную власть», а он как дурак все две недели бегал за Наследницей с высунутым языком, капая слюной на пол, да над ним весь экипаж смеялся. Вот думал — буду фаворитом, так нифига, у этой больной дуры ещё и гарем оказывается имеется. Из пяти человек! Пятиии! А он шестым в добавок ко всему. Жееесть. Полная жесть. Гранд-адмирал тихо шёл по коридорам, еле переступая ногами, неся на руках маленькое светловолосое чудовище. Имперская площадь не ждёт, собственно как и Императорский внучёк. * Энакин бежал по нескончаемым коридорам Императорского дворца. Вытирать слёзы на бегу было не очень удобным занятием, поэтому ситх об этом даже не беспокоился. Ибо весь персонал дворца все равно прятался, заслышав быстрые шаги и почуяв жуткую атмосферу чёрной ярости, злости и обиды. Ситх злился на Люцифера. Как его любимый сынок, которого он холил и лелеял эти пять лет, мог назвать отцом не его? Как? Он давал ему все самое лучшее, все самое дорогое. Это он ходил с Люком гулять по Имперской Площади, чтобы троллить проходящих там нищебродов, это он носил Люка на руках, это его Люк называл папочкой. О, как же он ненавидит этого сраного чисса! Он все испортил! Их прекрасную жизнь испортил какой-то синекожий экзот с идиотским именем. Мало того, что этот Траун хотел занять его первое место среди мужчин рядом с Татьяной, так он ещё и сына украл. — Ненавижу!! — зарычал Энакин, выскакивая за огромные двери, ведущие из замка. Ситх заставил себя остановиться у Парадных ворот и вытереть предательские слезы, такие же предательские как и его сын. А потом он быстрым шагом пошёл по главной дороге, ведущей от дворца, к кфс, чтоб напиться. Скайуокер с ноги открыл дверь в помещение. Люди и не очень люди, находившиеся внутри, сразу же посмотрели на вошедшего, а потом почти одновременно отвели взгляд. Сотрудники заведения начали спешно писать завещания, завидев на горизонте невозможно злого Верховного Главнокомандующего Имперской армией. Энакин подошёл к стойке с кассиром, смахнул рукой большой компьютер, который к тому же был привинчен металлическими скобами. — Тащи бухло! — Извините, но самый крепкий напиток у нас — это пиво. — пропищал низенький мужчина, прячась за угол стены. Ситх зарычал и ударил кулаком по массивному столу, по которому сразу же побежали трещины. — Тогда тащи самый жгучий перец из всех что есть. — прорычал Эни. — Сколько с меня? — За счёт заведения, милорд. Мужчинка-кассир побежал в сторону кухни с криками «Нам нужна огромная тарелка с перцем. С самым жгучим перцем во вселенной. Спаси нас Сила, главком требует перца!!!» Скайуокер пошёл в зал, искать свободное место и нашёл его возле огромного панорамного окна, дающего прекрасный обзор всей Имперской Площади и кусочка Сенатской улицы. Энакин взглянул на улицу и его сердце пропустило удар — по освещённой вечерним солнцем улице шёл Траун, изредка поправляя военный китель. Он держал за руку Люцифера, который кажется о чем-то весело рассказывал и тащил адмирала по направлению к лавке с уменьшенными копиями разной военной техники. «А ведь это со мной он все время ходил в этот магазин за игрушечными истребителями и звёздными разрушителями» — грустно подумалось ситху. Люк прошёл совсем рядом с окном и Эни ощутил темную силу сына, такую родную и привычную. Гзаза снова защипало, сердце, казалось, горит в огне Мустафара, а в душе царил вечный хаос ярости. — Где мой перец?! — заорал главком, подперев лицо рукой, чтобы скрыть слезы от окружающих. И свои чувства от самого себя. Кассир принёс огроменную тарелку с красным мясистым жгучим перцем, ибо Вейдер видимо не собирался сам за ним идти, и поставил на стол перед мужчиной. * Энакин открыл двери в зал, которые уже успели починить, и остановился на пороге. Квай-Гон мельком взглянул на своего еще одного бывшего падавана, отвернулся, а потом резко уставился на ситха. Его внешность просто поражала — всклоченные волосы, слишком бледное лицо, очень-очень красные пятна вокруг глаз и синие круги под ними, а радужки глаз были цвета густого янтаря с кровавыми прожилками. Нос тоже был красный, такой красный, что казалось будто бы Энакин беспробудно пил несколько месяцев. Джинн вскочил с кресла: — Эни, мальчик, ты плакал? О Сила, ты так расстроился из-за того, что сказал Люк? — засюсюкал старший джедай, — Не плачь, Эничка. Солнышко наше. Квай-Гон прижал к себе Скайуокера и стал гладить его по голове. Энакин выглянул из-под плеча Джинна, посмотрел в ту сторону, где скучковались все остальные. Татьяна сидела на диване рядом с Оби-Ваном и отбирала у него гороздь большого чёрного винограда, Кайло плёл браслетик из розовых резиночек, генерал что-то записывал в свой датапад. Но самое страшное было то, что малыш Люцифер сидел на каленях у Трауна, прижимаясь к его груди. — О, мам, смотри твой ухажер пришел! — воскликнул Люк, как только увидел, что отец смотрит на него. Татуинец оттолкнул Квая и снова выбежал за двери неизвестно куда. Хотя потом люди на улицах поговаривали, что видели как Главнокомандующий флотом второй раз возвращался в кфс и как трескались стекла точно там, где он проходил. * Дарт Вейдер опять несся по коридорам Императорского дворца, ощущая жуткое чувство дежавю. Он сидел в кфс и ел чертов перец запивая ситским чаем, когда понял, что предательство Люцифера ещё пол беды. Самое страшное случится тогда, когда и Татьяна признает силу и превосходство Трауна над ним. Он же может все потерять! Ситх подорвался со своего места и пулей вылетел из зала, кажется, слегка не вписавшись в дверной проем. И вот сейчас он вновь со всех ног бежит к личному крылу наследницы императора. Двери её апартаментов опять срываются с петель, а в зал входит адски злой Энакин. — Да твою ж мать! — Татьяна вскакивает с дивана, — Это уже нифига не смешно! — девушка толкает ситха в плечо и продолжает кричать, — Ты задолбал двери ломать, больной идиот! Все мозги наверное вытрес себе, когда с Трауном дрался! Что, думаешь я не знаю, что ты вчера с ним делал? А? И правильно, что адмирал тебя сегодня нагнул! Энакин слегка офигел от такого приёма и даже слегка смутился. А наследница продолжала: — Наконец то нашёлся человек, который может тебя на место поставить! Главная роль может быть не только твоя! Даже Люк понял! И тут Дарт Вейдера взяла реальная ярость. — А может и Люк не мой сын?! — утробным голосом вдруг зарычал тёмный лорд, угрожающе надвигаясь на девушку. -Может я чего-то не знаю? — Да ты хоть понимаешь в чем меня обвиняешь!!? — взвизгнула Татьяна. Генерал Хакс, почувствовав что запахло жареным, согнал всех с дивана, чуть отодвинул его от стены и спрятался за ним. Оби-Ван последовал его примеру, взяв Люцифера с рук Трауна. Чисс затравленно оглянулся вокруг, понимая что вся эта фигня произошла из-за него, но самое стремное произойдёт тогда, когда эти двое помирятся и убьют его, адмирала. Миттʼрауʼнуруодо снова сел на диван, печально пустив голову. Квай строго посмотрел на маленькое место за диваном, не желая туда залезать, однако чувство самосохранения сказало: «надо». Энакин уже успел прижать Таню к стене, угражая кулаком. — Идиот. — зашипела будущая императрица, стараясь сдержать свой порыв наброситься на мужа, который сейчас тоже был во власти тёмной стороны. Татуинец со злостью замахнулся рукой и ударил ею в стену возле головы девушки, оставив вмятину. А после простонал: — Ненавиииижу… Татьяна вздохнула. — Лююююк! — прокричали оба ситха. Мальчик выскочил из-за кожанного дивана и медленно подошёл к родителям. В его эмофоне было сплошь раскаяние, сожаление, и очень сильно скрываемое веселье. Энакин дал Люку подзатыльник, да такой, что малыш покачнулся и чуть не упал, удержавшись на ногах только благодаря тому, что схватился за черный плащ отца. Квай высунул голову за спинку дивана. «Видимо сегодня конца света не будет. — подумал он. — Хотя Люцифер точно узнает где раки зимуют». Джинн положил руку на плечо Трауну. Он тоже вскоре многое поймет.