Голодные Игры: больше, чем жизнь...

Я, конечно, много уже пережила в своей жизни: потрясение, смерть, предательства, но такое у меня впервые. Смешанные чувства переполнили меня с ног до головы. Красавчик все приближался ко мне, а я не могла отвести взгляд. Мне хотелось рассмеяться, как сумасшедшей, убежать прочь от смущения и ругнуться матом от неожиданности. Я почувствовала себя немного сконфужено, когда он подошел ко мне и поцеловал руку. Господи, как тесен мир однако! Парень ухмыльнулся, словно забавлялся моей реакции, и незаметно подмигнул. Что за игру он затеял? И с каких пор он подался в бизнес? — Эээ… Мистер Кристенсен? — тихонечко спросила я, так как только сейчас узнала его фамилию. Он слегка кивнул, но продолжал держать мою руку. Что он делает? — Добро пожаловать в «Элеон». Очень рады, что Вы выбрали наш ресторан… — я замолкла, когда заметила, что лицо парня изменило выражение. Он кого-то увидел позади меня и тут же посерьезнел. Я боялась повернуться. Кто там? Бизнесмен отпустил мою руку и уже без нотки игривости, сухо произнес: — Куда мне? — я замешкалась, стараясь сориентироваться в пространстве, а потом на ватных ногах провела мистера Кристенсена в нужный банкетный зал. Когда дверь за ним закрылась, я прислонилась к холодной стене, пытаясь успокоиться. Что это было? Почему такая реакция? Кого он увидел? Ко мне подлетает Гэри с самым грозным лицом, на которое был способен: — Мисс Эвердин, мистер Мелларк хотел бы поговорить с Вами. Мне его выпроводить за дверь? — поговорить? Что ж. Мне есть, что ему сказать. Собрав последние силы, хотя вечер только начался, я вернулась на свое рабочее место, около которого уже стоял Пит, обнимая за талию Тейт, и кого-то высматривал в толпе: — Я слушаю Вас, — как можно более спокойнее и безразличнее произнесла я. Блондин, как только увидел меня, еще крепче прижал к себе девушку. Что за показуха? — Скажите пожалуйста, а почему в таком дорогом ресторане такое дешевое обслуживание? Я уже Вас десять минут жду. Разве Вам платят деньги за то, чтобы Вы бездельничали не пойми с кем? — Татум одернула Мелларка за рукав: — Пит, ты чего? Это же Китнисс! — я дышала полной грудью и сжимала стойку руками. Спокойно, Эвердин, не реагируй на него: — И что? Она прежде всего на работе и обязана выполнять то, для чего ее наняли! — у спутницы Пита округлились глаза. Удивительно, что она не в курсе наших «любовных» отношений: — Простите, но сегодня в нашем ресторане обширный банкет. Я должна была обслужить другого клиента. Вам нужен столик, или Вы ждали меня, чтобы поскандалить, а потом сфотографировать? — его желваки напряглись. Ну что ж. Игра началась. Вокруг нас было мало людей, поэтому я могла не следить за своим языком: — Да кому Вы нужны, чтобы тратить на Вас память фотоаппарата? — он хмыкнул, а я почувствовала привкус победы: — Похоже, я нужна Вам, если Вы тратите свою память, а потом еще и деньги за доставку почты. Я польщена таким вниманием. А теперь вернемся к сути вопроса. Для чего Вы ждали меня 10 минут? — Тейт вышла немного вперед, словно защищая Пита от тигрицы. Господи, ты то хоть куда лезешь? — Китнисс, что ты несешь? Остановись. Помнишь, я просила столик в укромном месте? Есть ли здесь такое? — не прерывая зрительного контакта с Мелларком, я ткнула пальцем в сторону ВИП-кабинок: — Проходите туда, официант скоро примет ваш заказ, — я больше не могла тут находится, поэтому взглянула последний раз на удаляющегося пекаря, а затем направилась в сторону банкетного зала. Остатки вечера я провела в более уютной атмосфере. Пока именинник отмечал свой день в компании неизвестных мне людей, я общалась с Никой и Мэри. Мы успели обсудить всех: их костюмы, отношения и оценить состояние. Удивительно, что всего лишь спустя пять лет после разгрома, эти люди смогли достичь таких высот. Вероника постоянно намекала мне, что мистер Кристенсен не сводит с меня глаз. Я тоже это замечала, но старалась сделать вид, что мне абсолютно плевать. Знаете, это очень неловко, когда просыпаешься с мужчиной в одной постели, а потом узнаешь, что он еще достаточно популярный в своих кругах. И как я только умудрилась впутаться в этот круговорот отношений? Пита и Тейт обслуживала Пенелопа. По ее словам, эта парочка совсем не похожа на влюбленных. Она что-то ему говорит, но он словно в своих мыслях. Не знаю почему, но это позабавило меня. Какое представление ради моей реакции он устроил! Актер мирового уровня! И вроде вечер продолжался так, как должен, пока юбиляр не подошел к нашему женскому кругу: — Дамы, я украду у вас на пару минут эту леди? — у меня подкосились ноги. Господи! Он перебрал с выпивкой? Ибо другого объяснения его вниманию я не нахожу: — Только верни ее в трезвом виде, идет? Она еще потребуется нам тут, — Кристенсен с улыбкой кивнул Мэри, а потом повел меня в более тихое место. Я не знала, что делать, что нужно ему и почему вообще следую за ним. Мы зашли в маленький холл перед банкетным залом, когда парень отпустил меня и встал напротив: — Вот это встреча, не находишь? — я не понимала реакции своего тела. Мурашки бежали по коже, а сердце отбивало уверенные и громкие удары. Казалось, что его слышно в этой глухой тишине: — Да уж, — все, что смогла ответить я. Да что же это такое? Скрещиваю руки на груди, чтобы унять мандраж. Удивительно, что сейчас он такой разговорчивый. Во время революции было трудно вытянуть из него хоть слово: — Вижу, жизнь наладилась после тех времен? — я не понимала, к чему он клонит. Неужели та же песня, что и с Мелларком? Это немного разозлило меня: — Почему все уверены, что я живу шикарно сейчас? Нет, ничего не наладилось, Райан. Я обитаю в маленькой квартире со своими тараканами и кошмарами, а работа — просто род деятельности, чтобы совсем не увязнуть в депрессии! — я впервые за этот день назвала его по имени. Что же будет дальше? — Эй, слушай, я не хотел тебя обидеть, просто…- но мой поток эмоций уже было сложно остановить: — Нет, все хорошо. Все прекрасно. Мы не виделись пять лет. Никто не подавал даже намеков на общение, а тут, все в один день объявились, будто мы старые друзья и спрашивают, хорошо ли мне живется в лучах славы! Хреново, Райан. Я думала, что как только весь тот ужас закончится, я отравлюсь каким-нибудь морником или таблетками, но увы. И сейчас я до сих пор в глазах людей та Сойка-Пересмешница, что спасла «весь мир». Я уже жалею, что ты тогда откачал меня от газа, — все, что накопилось за этот день или даже два, я выплеснула на бедного парня. Он молча стоял и смотрел на меня, а потом тихо произнес: — Узнаю Китнисс Эвердин, — и я не могла не ответить на его заразительную улыбку. Праздник подходил к концу, и гости прощались. Я надеялась, что хоть кто-то из них додумается написать пару ласковых в книге жалоб и предложений, и лишний раз похвалит мою работу. Но больше всего я не хотела вновь пересечься с Райаном. Мне стало еще хуже, после того, как я наорала на него, так и не дав ему договорить. В любом случае, теперь он понимает, что я все та же истеричка. Убирая со столов, я заметила, что ни один алкогольный напиток не был открыт. В смысле, официанты поставили на стол самые дорогие виды этой жидкости, но все бутылки так и остались закупорены. Да не уж то бизнесмены и предприниматели не употребляют алкоголь? Ну надо же, сколько открытий я за сегодня сделала. Во всяком случае, это было неважным, так как я хотела домой и побыстрее. Моя реакция на Райана Кристенсена меня пугала. Почему я то дрожу от его присутствия, то ору на него, как чокнутая? Мне явно нужно к психологу и поскорее. Идя по темной улице, в душе у меня засело плохое предчувствие. Все не может закончится вот так просто. Сейчас что-то случится. Меня либо убьют в подворотне, либо изнасилуют, либо ограбят. Я оглядывалась по сторонам — никого, но интуиция подсказывала мне, что судьба преподнесет еще один сюрприз. Я жила на пятом этаже. Насколько мне было известно, в квартире напротив была пустота. Ни одного звука оттуда я не слышала; не видела, чтобы хоть кто-то заходил или выходил оттуда. В любом случае, меня это устраивало. Никаких конфликтов с соседями и полное одиночество — все, как я люблю. Но это разрушилось одним махом, когда поднимаясь на свой этаж, я услышала какое-то шебуршание. Резко затормозив, я затаила дыхание, в ожидании, что кто-то перережет мне горло или пустит пулю в лоб. Безусловно, то время, когда миротворцы могли такое сделать, прошло, но страх никуда не делся. Кровь быстро циркулировала по венам, а ноги задрожали. Успокойся. Просто пройди мимо, словно ничего не заметила! Делая шаг за шагом и приближаясь к непонятному звяканью, я чувствовала себя все хуже и хуже. Вспоминай Арену. Ударь его чем-нибудь! И когда я наконец увидела источник звука… Лучше бы меня зарезали. Серьезно. Пит Мелларк стоял у двери, которая никогда до этого не открывалась, и старательно пытался вставить ключ в замочную скважину. Что он тут делает? Устроил за мной массовую слежку, чтобы в любой момент как следует засосать Тейт? Я покашляла, привлекая внимание парня. Блондин резко вскинул голову, а глаза полезли на лоб. Нет, он настоящий актер! Зачем же в пекари подался? Поднимаюсь по лестнице, при этом громко стуча ногами, показывая свое недовольство. В руке в кармане я держала ключ от своей двери. В моей голове было столько мыслей, как орудую им против Мелларка. Что он тут забыл? Но, просто пройти мимо, у меня, конечно же, не получилось: — Ты заблудился? Здесь по близости нет шикарных вилл, где тебе можно устроиться, — съязвила я, открывая свою дверь. Блондин смачно хмыкнул, наконец расправившись со своей: — Значит, мало того, что ты доставала меня пять лет назад, так теперь мне придется лицезреть тебя каждый день? — я сжала ручку. Он специально провоцирует меня. Нет, так продолжаться не может. Резко поворачиваюсь и смотрю прямо на него: — Что случилось, Пит Мелларк? Откуда в тебе такая лютая ненависть? Что я сделала? Не я тебе память вырезала! Что ты на меня всех собак пускаешь? Ну, разошлись наши дороги, зачем ставить палки в колеса? — сегодня не день, а бред сумасшедшего какой-то! Блондин испепелил меня взглядом, но ничего не ответил, а просто зашел в квартиру и закрыл за собой дверь. Мне хотелось заорать во все горло! Нет, как такое возможно? Я все понимаю: пересечься пару раз на улице, случайно столкнуться где-нибудь в пекарне, на выставке художников, но чтобы жить друг напротив друга?! Судьба, ты издеваешься надо мной? Во мне бурлило столько эмоций ненависти, слабости и беспомощности, что я не знала, как себя вести дальше. Переезжать из-за этого урода я точно не планировала, но если наши отношения будут только ухудшаться, то либо я его убью, либо он меня. Другого не дано. Не раздеваясь, я залезла в душ и включила кран на всю мощь. Холодные струи воды намочили всю мою одежду, размазали косметику и заставили меня дрожать от холода. Но я продолжала стоять лицом к воде, медленно вдыхая и выдыхая. Зачем все эти люди снова вернулись в мою жизнь? Райан Кристенсен, который заставляет мое тело сходить с ума, но в тоже время отвергать его. Татум Брандт, как пешка в игре Мелларка. Ну и сам он. Живет напротив меня, а значит каждый день мне придется бороться с собой, чтобы не выколоть ему глаз ключом! Слезы и смех смешались в одну кучу. Мысли витали в голове, а мышцы требовали расслабления. Что мне делать дальше? Как пережить все это, и при этом не загреметь в психушку?..