Мужчина со скелетом

Следующий день встретил Леви голосом доктора. Он был жутко противен, поэтому, прежде чем открыть глаза, Аккерман сморщил нос, как от дурного запаха. — Он получил травму и может поменяться в поведении. Я бы хотел, чтобы Вы проследили, и, если будут какие-нибудь отклонения, сразу же сообщили мне. Мы уже записали мальчика на прием к психологу. — Хорошо. Спасибо, доктор, – поблагодарил дворецкий, после повернувшись в сторону кровати. – Молодой господин, Вы проснулись? — Угу, – брюнет поднялся с постели. К нему сразу же подбежал мужчина. — Ваши родители, услышав об этом инциденте, решили вернуться раньше, – докладывал дворецкий. — Они уже здесь? – монотонно спросил наследник Аккерманов. Мужчина положительно закивал. Брюнет уже хотел избавиться от дворецкого, но пока что решил молча терпеть. — Да. Ждут, пока Вы проснетесь. — Хорошо. Оденьте меня. Я с ними встречусь, – Леви проследил за тем, как дворецкий пошел за одеждой, а затем взглянул в окно. На подоконник села ворона. — Кыш! – шикнул на неё мальчик, а та, как будто повинуясь, улетела с подоконника на ветку ближайшего дерева. — Вы точно в порядке? – мужчина вернулся, так ничего и не заметив. – Такое пережили. — Я в порядке, – усмехнулся мальчик. – Просто вчера был не в состоянии говорить. Извините, что доставил хлопот. Вам, наверное, досталось от родителей. — Ну, что Вы, молодой господин. Главное, Вы вернулись живым, – разнежился дворецкий. Он нянчил Леви с самого рождения, поэтому частенько обращался с ним, как с сыном. — Хорошо.

***

После разговора с родителями прошло три дня. Леви прошел обследование у доктора и психолога. Оба сказали, что ребенок здоров. До поместья дошли слухи, что пропавших детей не нашли, а виновного так и не установили. — Эй, Леви, – тихо позвал друга Эрен, который тайком выбрался из деревни, чтобы встретиться с Аккерманом. Узнав о пропаже друзей, Йегер три дня плакал и не мог поверить в это. Он надеялся, что те вернутся. — Эрен? – удивился Леви, откладывая книгу на покрывало. По расписанию у Леви стояло чтение в саду. Аккерман поднялся и подошел к другу. Йегер обнял его и вздохнул. — Леви, я так рад, что ты в порядке. Я бы не знал, что делать, если бы и ты пропал, – бубнил Эрен в шею брюнета. – Я не могу поверить, что их нет. — Нет? – решил переспросить Аккерман. Его сердце бешено застучало от такой близости. Он не обнял Йегера в ответ, но прикрыл глаза, наслаждаясь объятьями. — Я чувствую это. Они не вернутся, – пытался дышать ровно шатен, едва сдерживая слезы. – Я знаю их с рождения. Я не могу поверить в это… что их нет в нашем мире. Аккерман удивился. Как Эрен так быстро узнал об этом? — Ты уверен? Может, они вернутся, как и я? — Нет. Этого уже не случится, – шмыгнув носом, Йегер отстранился от Леви. – Кстати, ты как вообще вернулся? — Ну, – начал Леви, – я сильно ударился головой и ничего не помню. Доктор сказал, что у меня память стерло из-за шока и травмы. Я даже не помню, как добрался до дома. — Ах, прости, я задаю такие вопросы, – закивал Эрен, понимая, что сейчас не время расспрашивать друга. — Господин, Вы с кем-то разговариваете? – крикнул дворецкий. — Нет, – тихо ответил Аккерман. — Мне пора. Я просто хотел тебя увидеть, – прошептал Эрен, обнимая мальчика напоследок. – Я не знаю, когда мы увидимся в следующий раз, но я приду, обещаю. — Я буду ждать, – также шепотом ответил Леви, и через пару секунд Йегер исчез из его сада, оставляя лишь тепло своего тела.

***

Проследив за тем, чтобы родители уехали, Аккерман ушел из поместья, перед этим сказав дворецкому, что будет спать. Мальчик пошел в лес, к склепу. Увидев его, он усмехнулся. Леви зашел вовнутрь, и дверь закрылась за его спиной, образуя темноту. Но это не помешало Леви спуститься по лестнице вниз. Холод и полнейшая тишина умиротворяли. Дверь самостоятельно открылась, характерно скрипя, и Аккерман вошел в комнату, наполненную костями и трупами друзей, которые уже начинали разлагаться. — Привет, давно не виделись, – подойдя к друзьям, брюнет присел на корточки напротив. – Вас здесь не обижали? Мальчик взял ближайшую кость и резко ударил ею по полу. Та раскололась, образуя тонкий конец, напоминающий нож. — Что, правда? Здорово. Знаете, сегодня Эрен приходил. Он сказал, что не ждет вас. Так что можете не переживать. Микаса, представляешь, я с ним сегодня обнимался. Он такой теплый. Леви закатал рукав и костью стал резать свои вены, от чего его кровь закапала на пол. — Жрите, надоели отвлекать от разговоров. Я хочу поговорить с этой троицей, а не с вами, – злобно посмотрел на кости мальчик. Все выглядело так, будто у него хорошее зрение. Обычный человек ничего бы не увидел в этой кромешной тьме. — Простите, что ничего не принес. Армин, чего ты хочешь? Было бы интересно почитать пару книг? Я принесу, – улыбнулся Леви. – О, у вас романтическое свидание? Хорошо, значит, ничего не принесу. Аккерман подполз к стене и закрыл глаза, начиная напевать мрачные песенки.

***

Через год после пропажи детей это дело закрыли. Родители не хотели с этим мириться. Отец Жана запил и, возвращаясь домой одним вечером, исчез. Мать Жана, думая, что муж где-то засиделся, решила подождать его до утра. На следующий день Кирштайна нашли мёртвым в деревенской канаве. Для людей это было самым логическим концом для пьяницы, но вдова утверждала, что муж не мог так просто умереть, и кто-то помог ему. Через неделю ее нашли мёртвой в собственном доме. Она повесилась на одежде сына, из которой связала петлю. Этому жители деревни тоже нашли объяснение. Женщина не выдержала смерти сына и мужа. Через месяц этот случай старался не упоминаться.

***

Аккерман-младший поменялся в поведении. Это стали замечать все живущие в поместье, кроме постоянно отсутствующих родителей. Эрвин и Ханджи решили оставить сына на дворецкого, а сами уехали улаживать дела на Западе. Вся прислуга боялась даже дышать в присутствии мальчика. Его взгляд прожигал и сильно пугал всех, особенно женскую половину дома. — Молодой господин, Вам письмо от матери, – в гостиную зашел дворецкий с конвертом в руке. Леви сидел в кресле у камина и читал. — Что в нём? — На конверте написано, чтобы Вы прочли сами. Я не имею права. — Не имею права, – повторив это, Леви встал с кресла. Он взял конверт с подноса. – Знаешь, что в нём? — Нет, господин. — Очередное, – махая письмом, Аккерман подошел к камину, – письмо с извинениями. Мальчик кинул бумагу в огонь. Та моментально загорелась. — Господин! Вдруг там что-нибудь важное! — Там было что-то важное? – Леви смотрел на огонь. — Откуда мне знать? – дворецкий был удивлен таким поведением мальчика. На самом деле вопрос Аккермана был адресован одной из душ, которую ребенок забрал из склепа. — Скучно, – зевнул мальчик. – Я прогуляюсь. — Опять пойдете в лес? — Всё возможно.

***

Через месяц в поместье Аккерманов пришли родители Армина. Они допрашивали Леви, где дети гуляли, и что было до пропажи. — Помню, они шутили насчёт склепа. Но он закрыт, да и Армин бы туда сам не пошел. — Склеп? – удивились не только родители, но и дворецкий. — Да, склеп. Мы с ребятами ходили туда. Место проклято, поэтому не думаю, что они решились его открыть, – Леви посмотрел на родителей, и те, как будто решили. — Покажи нам, где он, Леви. Может, они каким-то образом попали туда? – мать Армина уже была готова встать на колени. — Хорошо, – Аккерман посмотрел на дворецкого, и тот, немного поразмыслив, решил все-таки позволить господину показать путь, естественно, в его сопровождении. — Только там сыро. Мне нужно переодеться, – ответил мальчик. – Подождите здесь. Я сейчас спущусь. — Конечно.

***

Трое взрослых и Леви шагали по лесу. — Вот он, – Аккерман жестом указал на здание. Родители сразу же побежали к входу. Да, он был закрыт, но те продолжали осматривать дверь. Дворецкий и Леви подошли к ним. — Даже если они там, прошло уже больше года, – тихо проговорил дворецкий. Аккерман усмехнулся. — Мам? Спасите, кто-нибудь! Мы здесь! – послышались звуки из склепа. Родители как обезумели. — Вы слышали? — Что? – не понял мужчина. — Спасите! Мы здесь! – повторился крик о помощи. Отец Армина принялся искать путь внутрь. — Я, похоже, тоже что-то слышу, – испугался Леви, подходя ближе к дворецкому. Тот приобнял мальчика. — Успокойтесь. Это не могут быть они. — Нет! Это они зовут нас! Голос сына я везде узнаю! – настаивала женщина. Провозившись с замком, они все же открыли дверь. Их встретила темнота, повеяло холодом. — Мам! – слабый голос звал их туда. Обезумевшие родители ступают на порог. — Здесь спуск в подвал! — Вы туда не пойдете, – стал отговаривать их дворецкий. — Их нельзя оставить там, – внезапно разрыдался Леви. – Вдруг из-за моей невнимательности они действительно были там? — Мы будем ждать здесь, – настаивал дворецкий. Аккерман повернулся в сторону склепа. Он как будто манил, просил зайти. — Хорошо. Оставайся здесь, – Леви засмеялся и побежал в склеп. Можно было воспринимать это как ребячество, но мальчик действительно хотел зайти. Испугавшись за ребенка, дворецкий побежал следом. — Молодой господин! Как только Леви вбежал в склеп, он толкнул спускающихся родителей, и те упали с лестницы на каменный пол подвала. Дворецкий вбегает в склеп. Дверь за ним тут же закрывается. — Чт... молодой господин! – мужчина слышит женский крик, звуки, грохот, а после тишину. Ориентироваться в темноте непросто. – Что это было? – доносится эхом в сыром склепе. – Молодой господин, где Вы? — Я здесь, – тихо откликнулся Леви. – Родители Армина упали с лестницы, а женщина потащила меня за собой. Вытащите меня! — Где Вы? — Внизу лестницы. Спускайтесь, только осторожно. Они меня раздавят! – проскулил Аккерман. Дворецкий принялся спускаться вниз, слыша тяжелые вздохи. — Молодой господин? Мужчина споткнулся обо что-то и упал на пол. Он никак не мог знать, что его падение произошло благодаря лежащим на полу Арлертам. — Они умерли? – испугался Аккерман. – Они сами упали! Мальчик спрятал за спину нож, которым успел зарезать обоих, но из-за темноты дворецкий не увидел этого. Мужчина медленно подошел к лежащим и присел на корточки, нащупывая сонную артерию женщины. Пульс отсутствует. — Нет. Они просто без сознания, – соврал дворецкий, дабы не травмировать психику ребенка еще больше. — Тогда почему они не дышат? – Аккерман наклонился к трупам и провел пальцем по шее женщины, задевая кровавый след. Поднеся палец ко рту, мальчик лизнул кровь. – Невкусно. — Что невкусно? – не понял дворецкий, пытаясь в темноте определить, где сейчас ребенок. — Конфета, сделанная нашей слугой. — Надо выбираться отсюда, – решил мужчина. Находиться в этой атмосфере было жутковато. — Я нашел дверь! – воскликнул Леви. Мужчина услышал, как скрипнула дверь. Он пытался на ощупь идти за Аккерманом. — Не ходите туда. Вдруг там небезопасно. — Как это? – удивился Леви, заходя в комнату. Услышав, как что-то хрустит под ногами, дворецкий все же зашел следом. — Идите за нами. Чего разлеглись? – властно проговорил Аккерман. Мужчина сразу же заподозрил неладное. — Молодой господин? – он почувствовал, как его толкнули в левое плечо, как будто кто-то зашел в комнату вместе с ним. — Будьте как дома, – захохотав, Аккерман достал нож и расставил руки в стороны. Настенные факелы зажглись, и дверь тут же закрылась. Дворецкий наконец-то смог увидеть, что происходит вокруг. У стены стоял Леви с безумной улыбкой на лице. Рядом с ним находились родители Арлерта с перерезанными шеями. Вся комната была заполнена скелетами и костями. Но что его поразило, так это троица детей, сидящих у стены по левую руку Аккермана. — О, ты их заметил? Жан так хотел сказать родителям о любви к Микасе, что мне пришлось их убить, – усмехнулся Леви. – Но мне помогли. Я уже благодарил, так что заткнись! — Молодой господин? – мужчина ощущал дрожь в коленях. Ребенок, стоявший напротив, был безумен. Он слетел с катушек. — Я обещал им подарок за их помощь, – проговорив это, Аккерман нанес удар и вспорол живот Арлерта, из-за чего все внутренности стали вываливаться, повисая в воздухе. – Ах, какое облегчение! Смотри, какие красивые внутренности. Семья Арлертов вела здоровый образ жизни. Не то, что родители Жана. — Молодой господин? — Не переживай, – спокойно проговорил мальчик. – Ты следующий. Факелы внезапно погасли, как будто подул сильный ветер, и дворецкий учащенно задышал. Похоже, это его конец.

***

Леви Аккерману исполнилось пятнадцать лет. — Пора идти, – усмехнулся парень, поворачивая голову в сторону дворецкого. — Погодите, я подготовлю книги для мистера Арлерта. Он ведь их так любит, – проговорил мужчина, красиво раскладывая содержимое корзины. — Ты скучный. — Простите, молодой господин. Можете наказать меня, когда мы прибудем на место. — Конечно, – засмеявшись, Аккерман лизнул острее ножа, пряча его за спину, под пиджак. Все в поместье заметили, что дворецкий стал каким-то безжизненным и по пятам следует за Леви. Боясь за свою жизнь, мужчина в тот день в склепе поклялся в верности Леви. Мальчик был поражен такой преданности, поэтому решил оставить мужчину в живых, но при одном условии. Мужчина должен был продержаться три дня в склепе и не сойти с ума. Брюнет оставил ему галлюцинации в виде бесчисленного количества трупов. Сам же мальчик вернулся в поместье, вот только все боялись спрашивать у него, где дворецкий. Когда ребенок посетил склеп, мужчина сидел на полу, напевая какую-то песенку, что сразу понравилась Аккерману-младшему. Этот день положил новый старт в их тесной связи как хозяин и подчиненный. Все последующие годы они приходили в склеп каждый день. Леви кормил души и разговаривал с друзьями, которые под воздействием времени превратились в склеп. А дворецкий молча стоял у стены, ожидая приказ. Жители города так и не нашли пропавших детей. Виновный также не был установлен. Эрен Йегер больше не улыбался на людях, однако родители разрешили ему приходить к Леви, который стал самым лучшим другом для Эрена. Они постоянно гуляли вместе, и никто не мог разлучить эту парочку. Аккерман рос умным и начитанным парнем, поэтому родители не переживали за будущее своего ребенка. Бизнес отца процветал, а мать решилась сесть за рояль в поместье. В прошлом году умер психолог, который хотел сообщить Аккерманам то, что обнаружил. В тот день Леви случайно показал свою истинную натуру, и его глаза, пока тот был в трансе, покраснели. Психолог сразу понял, что в Леви вселился бес. Мужчина был верующим и постоянно посещал церковь. Чтобы не навести на себя подозрение, он спокойно закончил сеанс и быстрым шагом вышел из поместья, спеша в церковь с заявлением. Но, случайно поскользнувшись на льду, его убило огромной сосулькой, висящей на крыше поместья. Никто так и не заметил, что эта сосулька висела возле окна Леви. Всё списали на несчастный случай и похоронили мужчину на кладбище у церкви. Леви отказался идти туда, потому что много плакал и говорил, что ему страшно видеть мёртвого дядечку. Дворецкий остался с ним и, пока все были на кладбище, парень с мужчиной пошли в склеп, чтобы рассказать всё друзьям. Но это было лишь начало.

***

В день шестнадцатилетия сына отец подарил ему бумаги. В них говорилось о том, что Леви может управлять делами компании отца и постепенно входить в курс дела, чтобы в восемнадцать уже вступить в полноправное владение всем состоянием Аккерманов. Это никак не впечатлило Леви. Вскоре у отца начались жуткие головные боли, и он стал срываться на всех. Мужчина кричал на прислугу и даже на жену. Никто не мог понять такой странной перемены. Аккерман-старший все чаще закрывался в кабинете и впускал туда только дворецкого и Леви. — Отец, вызывал? – парень зашел в кабинет и закрыл дверь на ключ. Мужчина сидел в своем кресле и, укутавшись в одеяло, смотрел на сына испуганными глазами. — Они пришли за мной, – прошептав это, блондин спрятался под одеяло. — Кто? — Души ненайденных детей. Леви, ты должен был умереть вместе с ними. Тогда бы я не чувствовал такой груз на сердце. Почему именно ты выжил? — А почему бы не умереть тебе? – усмехнулся Аккерман-младший. Эрвин сорвался с места, сметая все со своего стола. — Что ты сказал, щенок? — То, что слышал. Сдохни, – глаза Леви стали красными, и Эрвин внезапно повернулся в сторону балкона, открыл его. — И куда мы? Не нужно это афишировать, идиот. Сдохни в кресле, – приказал Леви. Мужчина сел обратно за стол и достал из тумбочки канцелярский нож. Аккерман открыл дверь и, выйдя из кабинета, заметил стоявшего у двери дворецкого. — Прибери здесь, – парень вышел из кабинета, меняясь с дворецким местами. Эрвин так и остался за столом с перерезанными венами.

***

— О, сынок. Ты был у отца? – в коридоре Леви встретила Ханджи. — Да. Он закрылся в кабинете и просил никому не входить, – соврал парень. – А ты куда идёшь? — Ах, поиграть хочу, – улыбнулась женщина. – Послушаешь? — Конечно. Ради тебя, что угодно, – согласился брюнет, направляясь за мамой в комнату, где стоял рояль. Ханджи села и, вдохнув полной грудью, заиграла. Её пальцы медленно, но уверенно, заскользили по клавишам, создавая необыкновенную мелодию. Сидящий рядом мальчик так заслушался, что не сразу ощутил, как ему на левую щеку что-то брызнуло. — Ты не мог убить ее красиво? – возмущенно проговорил Леви и, открыв глаза, повернул голову в сторону матери и стоявшего за ней дворецкого. Мужчина держал в руке нож, приставленный к перерезанному горлу Ханджи. Из раны сочилась кровь, а на её прекрасном лице застыла добродушная улыбка. — Простите, господин. Я не хотел, – второй рукой дворецкий достал из кармана белый платочек и вручил парню. — Документы подписаны? – забрав платок, Леви принялся вытирать щеку. — Да. Вот они, – мужчина отдал Аккерману документы. Парень сразу же принялся их читать. — Великолепно. Теперь осталось сделать всего пару дел, – поднявшись со скамьи, Леви усмехнулся и направился к выходу из комнаты. Дворецкий последовал за парнем.

***

Прошло два года, и всё наследство перешло мальчику. После смерти родителей дворецкий объявил поместью, что Аккерманы уехали, и их вновь не будет некоторое время. Так как они всегда были в разъездах, вся прислуга в доме поверила в это. Но они все же считали странным то, что заходить в кабинет и музыкальную комнату было дозволено лишь Леви и дворецкому. Первый сидел там каждый день по два часа, а второй периодически убирал и стоял у двери, пока Леви находился там. Некоторые хотели узнать правду, но, в итоге, умирали странными и глупыми смертями. К восемнадцатилетию остались менее любопытные и те, кто любит жить. Леви Аккерман продолжил дело отца, но вел его из поместья, утверждая, что еще недостаточно опытен для командировок, и ему нужно сначала научиться разбираться с документацией. Также он каждый день ходил в склеп. Традиция не поменялась, и это уже вошло в норму. Хозяин ежедневно уходит из поместья в одно и тоже время. Однажды, Аккерман взял с собой несколько душ, и те ночью вселились в тела прислуг, которые им подошли. Это был подарок парня для самых послушных изгнанников. Теперь пропали вопросы насчёт родителей, Леви и происходящего в поместье. Таким образом, парень избавился от крыс в своем доме. — Сегодня придет семья Йегеров, Хозяин. — Черт! А я уже и забыл, – Леви задумчиво читал документ, держа в руке перо. – Отец, ты слышал? Скелет за главным столом не подал и знака. Эрвин даже после смерти остался в той же одежде, а на его плечи был накинут плед, как в день его смерти. — Ты же с ними уже знаком. Нет, я не буду тебя с ним знакомить. О! Отличная идея! Спасибо, пап. Отложив лист бумаги, Леви повернулся в сторону дворецкого. — Я хочу привести сюда Жана, Армина и Микасу. Пусть поздороваются с Эреном. Они ведь так давно не виделись, – вздохнув, Леви поднялся. – Чего встал? Нужно придумать, как мне их сюда позвать. Вдруг они не согласятся? — Если Вы прикажете, они пойдут на этот вечер.

***

Слышится стук в дверь, и через пару секунд ее открывает дворецкий. — Добрый вечер. — Здравствуйте. Нас Леви пригласил, – улыбнулся Эрен, как всегда забегая раньше остальных. — Я уже осведомлен. Заходите, – мужчина открыл дверь, впуская их в дом. Родители принялись осматривать холл, а Эрен сразу заметил спускающегося по лестнице Аккермана. — Добрый вечер. Спасибо, что посетили наше скромное жилище, – парень спустился вниз. — Ничего себе скромное, – выдал комментарий Гриша. Карла сразу же стукнула его по животу. — Леви, привет, – подойдя к другу, Эрен обнял его. Брюнет усмехнулся и похлопал шатена по спине. — Я рад тебя видеть. Всё уже готово. Прошу к столу, – Леви пригласил гостей в столовую. Дворецкий тут же повел всех в нужную сторону. После ужина Леви поднялся с места и осмотрел присутствующих. — Предлагаю перейти в гостиную и попить там чай. Не против? — Думаю, что нет, – улыбнулся Эрен, поднимаясь следом. — Кстати, Леви, а где Ваши родители? – спросила Карла. — О, они скоро приедут. Вы их увидите, – усмехнулся Аккерман, направляясь в гостиную. Гости последовали за ним. Дворецкий ушел делать чай и через пять минут подал его на стол у дивана и кресел, где все расположились. — Леви, Вы будете вести дела отца? – Гриша взял напиток и отпил немного. — Да, я уже делаю это. — А как это у молодого и красивого парня еще нет невесты? – задала вопрос Карла, аналогично взяв кружку. — У меня уже есть человек, которого я безумно люблю, – ответив, Леви повернул голову в сторону Йегера-младшего. Эрен улыбался, не замечая взгляд друга. Он также взял в руки чашку, пробуя содержимое на вкус. — Это тот черный чай, о котором ты говорил? — Да. Он очень вкусный, – усмехнувшись, Аккерман взглянул на дворецкого. — И очень сонливый, – зевнул Гриша. — Согласна, – Карла тоже зевнула и положила голову на плечо мужа. – Простите, я вздремну. — Леви, что это за чай? – удивился Эрен, прежде чем уронить чашку, которая тут же упала на пол и разбилась в луже. — Ничего. Это временный эффект, – предупредил Леви, ставя чашку на стол. Гости заснули. Аккерман посмотрел на дворецкого, и тот, кивнув, принялся за работу.

***

Эрен открыл глаза первым. Парень ощущал, что его руки были связаны, поэтому запаниковал. Осматриваясь, шатен нашел своих родителей, сидящих напротив. Они были без сознания и так же связаны. Эта ситуация испугала парня. Какого черта вообще происходит? Они в той же гостиной, а значит, в доме Аккерманов. Впервые Эрен видел своих родителей такими беспомощными. Появилось желание помочь. — Мам, пап! Проснитесь! О, Господи, что происходит? – парень принялся прыгать на стуле, пытаясь освободиться от веревок, однако это было невозможно. — Ты уже проснулся? – в гостиную зашел Аккерман. За ним последовал дворецкий. — Леви, как это понимать? – в глазах Эрена читалось искреннее непонимание происходящего. — Я наконец-то поймал тебя! – захлопав в ладони, брюнет засмеялся как безумец. Шатен попытался еще раз подвигаться на стуле, но это ничего не дало. Он обратил внимание на диваны. Эрен испуганно посмотрел на скелеты, сидящие на обивках. — Черт! Ты такой торопливый, Эрен, – закивал головой Леви и, подойдя к Йегеру-младшему, остановился за его спиной и наклонился к левому уху. – Они уже соскучились. Я просто не мог их не привести. — Что? Кто они? – тяжело задышал Эрен, ощущая чужое дыхание около уха. — Как жаль, что ты не помнишь, – покачал головой Аккерман и, выпрямившись, подошел к диванам, указывая жестом на каждого по очереди. – Жан, Армин и Микаса, – представил скелеты детей Йегеру. — Чт… Почему они такие маленькие? – на миг удивился Эрен, но после быстро осознавая. – Значит, это ты их убил! Когда они исчезли! Аккерман внезапно пнул кофейный столик, образуя громкий звук, заставляющий Эрена заткнуться. — Микаса и Жан решили использовать мою слабость, чтобы пошутить надо мной, – вечно нахмуренный Леви теперь выглядел озлобленным. – Они заманили меня к склепу под предлогом, который касался тебя. Я не мог не пойти. Они ударили меня по голове и бросили в склеп, оставили там почти на два дня. Эрен смотрел на Аккермана и видел в глазах не злость, а обиду и боль. — Ты просто не представляешь, как было тяжело сопротивляться, когда все они зовут тебя, – Леви схватился за голову и резко замотал ею. – Я до сих пор слышу их! Хотя мы сейчас и далеко от склепа, – Леви тяжело задышал. Дворецкий подбежал к парню. — Хозяин! Вы сегодня не пили тот отвар? Черт! – мужчина посмотрел на Эрена. — Что происходит? – шатен продолжал смотреть на то, как брюнет мотал головой из стороны в сторону. — Уйдите! — Хозяин! Эрен здесь, он здесь! — Эрен, – выдохнув, Аккерман успокоился и поднял на шатена глаза. — Эрен! – тут же проснулись родители. Они сразу же постарались освободиться. — Мой любимый Эрен, – прошептал Аккерман каким-то охрипшим голосом. Парень медленно приближался к сидящему шатену. — Нет! Что происходит? – Карла ничего не понимала, но чувствовала четкую опасность. — Леви, объяснись! – Гриша пытался привлечь внимание Аккермана на себя. Леви подошел к Эрену и резко поднял руку, от чего тот подумал, что его сейчас изобьют, и зажмурился. Но вместо избиения Эрен ощутил прикосновение к своей щеке. — Я так давно люблю тебя, – с болью в голосе произнес Аккерман. – Но нам все мешали. Друзья, мои родители и все последствия моих действий. Сейчас я наконец-то решил признаться. Эрен открыл глаза и удивленно посмотрел на Леви. — Ты… что? — Эрен, не верь ему! Он психопат! – крикнула Карла. — Не называй его так, а то он обезумит! – шикнул Гриша, пытаясь заткнуть жену, чтобы не усугубить положение. — Ты меня любишь? – выдохнул Йегер-младший, видя как глаза парня, которые были красными, становятся обратно серыми. – Мне было хорошо с тобой, но, прости, я не чувствую того же в романтическом плане. Этот ответ был грубой ошибкой Эрена. Леви засмеялся так громко, что у всех присутствующих прошлись мурашки по коже. — Леви, это он шутит, правда, сынок? – Гриша пытался двигаться на стуле. — Я не шучу, – серьезно добавил Эрен. Гриша не мог понять: его сын действительно тупой или притворяется? Леви тут же дает ему пощечину. — Не переживай, ты отсюда никуда не уйдешь, – усмехнувшись, Леви наклонился и схватил парня за подбородок. – Я тебя не отпущу. — Не смей его бить! – закричала Карла, не желая мириться с тем, что происходит. Аккерман посмотрел на родителей. — Смотрите, мы с ним любим друг друга, – наклонившись, брюнет поцеловал шокированного Эрена. Губы Леви были холодными, и Йегер ощущал это своими, более теплыми, хотя и не спешил отвечать. Он не хотел целовать Аккермана, поэтому при возможности укусил за нижнюю губу. Леви не отстранился, решив, что парень просто заигрывает с ним, поэтому укусил парня в ответ, смешивая их кровь в поцелуе. Именно на вздохе Эрен теряет бдительность и пропускает в свой рот язык Леви. В этот момент они оба не слышали криков родителей, а желание ответить на поцелуй все росло. Эрен никогда не целовался, ощущения приятные, пусть даже и осознаешь, что целует его Леви, его лучший друг с детства. Но, прежде чем Йегер уже собирается сдаться, Аккерман отстраняется и смотрит в затуманенные бирюзовые глаза шатена. Гриша не знал, как реагировать, зато Карла кричала как потерпевшая. — Я люблю его, и я хочу, чтобы вы нас благословили, – серьезно заявил Аккерман, становясь рядом со стулом Эрена. Шатен все еще пытался прийти в себя. — Ты его никогда не получишь! – кричала Карла. — Родители тебя уже благословили? – спросил Гриша у брюнета, понимая, что им уже не выбраться. Мужчина не был глупцом, и те скелеты сидели на диване не просто так. Он смог догадаться, что те трое – пропавшие дети, а двое взрослых скорей всего родители Леви. Подозрительно, что за два года те ни разу не посетили поместье. — Да. Когда я им рассказал, они, – Леви показал жестом на скелеты, – были рады и дали благословение. — Ты же нас отпустишь? – Гриша наконец-то задал вопрос, интересующий не только его. — Как только благословите. — Хорошо, тогда покончим с этим, – ответил Йегер-старший. – Карла, прошу, благослови их. — Ни за что! Мой ребенок не будет жить с этим психом! – запротестовала женщина. — Эти пытки будут продолжаться, пока ты не дашь благословение, – объяснил Гриша и, с трудом прыгая на стуле, приблизился к жене вплотную, насколько мог. – Ты же понимаешь, что это конец. — Нет! – из глаз Карлы полились слёзы. Она замотала головой, не желая мириться с этим исходом. — Я рад, что прожил жизнь с тобой и Эреном. Вы – мое самое любимое и самое дорогое сокровище, – Гриша продолжал, пока женщина плакала. — Пап, мам, что происходит? Леви отошел в сторону, к дивану, и посмотрел на дворецкого, который уже был готов исполнить свою роль в этом плане. — Эрен, слушай внимательно. Выберись отсюда любым способом, – прошептала Карла, затем посмотрев на Гришу. – Готов? — Не переживайте, Эрен будет в надежных руках, – Аккерман усмехнулся. — Надеюсь на это, Аккерман. Иначе я найду тебя на том свете, и ты за всё ответишь, – прошипев угрозу, Карла выдохнула. — Прости, Эрен, – Гриша посмотрел на сына, а после на Леви. – Мы даем свое благословение. В этот момент позади них уже появился дворецкий. — Вот и отлично, – хлопнул в ладоши Леви. В ту же секунду мужчина выставил меч и одним движением перерезал горло родителям Эрена. Кровь сразу же стала заливать одежду обоих. — НЕТ! МАМА! ПАПА! НЕ-Е-Е-ЕТ! – шатен закричал и задергался на стуле, порываясь подбежать к ним. Слёзы сами полились из глаз. Йегер посмотрел на Аккермана. – ТЫ ЧУДОВИЩЕ! ЗАЧЕМ? ОНИ ЖЕ ДАЛИ БЛАГОСЛОВЕНИЕ! — Не нужно меня ненавидеть, прошу, – боль отразилась в глазах Леви. Он посмотрел на родителей парня, как будто слушая, о чем они говорят. – Что? Зато теперь вы всегда будете с Эреном. — Что? – не понял Йегер. — Хозяин разговаривает с теми умершими, которых он убил, или которые были убиты по его приказу, – объяснил дворецкий, вытирая меч от крови. — Нам пора идти, – сказал Леви, смотря на время. Было уже за полночь. – Я должен был вернуть их до полуночи. Они будут злиться. — Ты чудовище, - сжал кулаки Эрен. – Развяжи меня! — Тебе нужно отдыхать, милый. Завтра поговорим. Переведи его в мою комнату, - приказал дворецкому Аккерман, а сам вышел из гостиной. Ему нужно было успокоится, ведь ему было больно из-за ненависти парня.

***

Дворецкий перенес Эрена на постель Аккермана, но так и не развязал. Леви вернулся только под утро, обнаружив, что парень не спит и смотрит в потолок. На все вопросы шатен не отвечал. Он не мог простить смерть родителей, друзей и то, что он все это время считал Леви другом, а он оказался чудовищем. — Зачем ты это делаешь? – спросил Эрен через три дня, ослабленный из-за того, что отказывался есть. Он не доставит Аккерману удовольствия своим согласием на такую жизнь. Уж лучше умереть. — Потому что я люблю тебя, – спокойно ответил Леви, как будто они говорят о погоде, и ушел в кабинет, заниматься делами. Дворецкий остался с Йегером. Парень продолжал смотреть в одну точку. — Ты говорил, что Леви может общаться только с теми, кого убил сам. — Совершенно верно, а что такое, молодой господин? — Просто мне интересно, когда он получил эту способность, – приврал Йегер. — Как только вернулся из склепа, – ответив, дворецкий поклонился и ушел с тарелками на кухню. Йегер же решился на то, о чем раньше никогда не думал. Будучи связанным, парень все же украл со стола нож и попросил разрешение у Леви, чтобы помыться в ванной. Аккерман разрешил сделать это под присмотром дворецкого. Только с таким условием руки парня будут развязны. Пока Эрен медленно раздевался, дворецкий отвернулся, чтобы наполнить ванную парню. Вот тогда-то он и спрятал нож под полотенце, после также незаметно кидая нож в воду. Пена скрыла столовый прибор, а вода заглушила падение серебра на дно. Дворецкий остался стоять у двери, а Йегер залез в воду и посмотрел в потолок. — Леви действительно любит меня? — Безумно любит. — Он будет страдать, если со мной что-нибудь случится? – спросил Эрен, сжимая нож под водой. Парень медленно поднес руку с ножом к венам, выступающим на внутренней стороне кисти, и провел по ним лезвием. Боль сразу почувствовалась, поэтому шатен закусил губу, наблюдая, как кровь вытекает в воду, окрашивая ее в красный цвет. Эрен почувствовал слабость в теле, но сил хватило, чтобы разрезать вены и на второй руке. — Думаю, он будет вне себя от горя. — Он уже вне себя, – пошутив, Йегер засмеялся, заканчивая слабым вздохом. – Знаешь, а я ведь тоже любил его. По-своему, но любил. Если бы он признался просто так, исход был бы другой. — И каким бы был исход? – спросил дворецкий, слыша, как что-то падает. Мужчина быстро поворачивается и видит, что глаза Эрена закрыты, а сам парень еле дышит. Вода и пена постепенно превращаются в красный цвет. — Хо…Хозяин! – закричал дворецкий, зная, что его все равно не услышат. Он побежал за Аккерманом, даже забыв о том, что Йегер не ел три дня, поэтому и без того слаб. Узнав о случившимся, Леви рванул в ванную, забыв обо всех манерах. Он забежал в комнату слишком поздно. Эрен лежал на бортике ванны с закрытыми глазами, а тело, находившиеся в красной воде, безжизненно обмякло. Почти вся пена пропала. — Полотенце, живо! – рявкнув, Аккерман достал из воды тело шатена. Дворецкий сразу же укутал Йегера в полотенце. – Ты идиот, Эрен! Вот так бросил меня, да? Одна из рук парня скользнула с живота и повисла. Леви перенес шатена в свою комнату и, продолжая надеяться, проверил пульс на шее. Он отсутствовал. — Черт! Почему ты не уследил? – рявкнул Аккерман на дворецкого, влепив ему пощечину. – Черт! Черт! Черт! Откуда он узнал? Эрен, скажи хоть слово! Не молчи! Это так мучительно, не слышать твоего голоса. Аккерман осел на пол. Он мог слышать голоса только тех, кого убил. Йегер сам убил себя, это было его решение. Поэтому Аккерман больше никогда не сможет поговорить с ним. Леви принялся стучать кулаками по ковру, стараясь заглушить боль. Все эти годы он жил, мечтая быть с Эреном, а теперь всё это бессмысленно. Как он посмотрит друзьям в глаза? Да Микаса возненавидит его после этого. А родители Эрена? Это еще хуже! — Хозяин, – дворецкий не знал, что сказать. — Пошел вон! Не приходи, пока я не позову! Аккерман остался сидеть на полу, проклиная всех и себя в том числе.

***

Дворецкому было дозволено войти только через месяц. Всё это время он оставлял немного еды, чтобы Леви хоть как-то питался. Когда он зашел в комнату, увидел, как Аккерман сидел на кровати, а рядом лежал мертвый Эрен. Немного усохший, но все же похожий на человека. — Как бы я не старался, он и слова не проронил за все это время. Он злится на меня? – прошептав, Аккерман посмотрел на дворецкого. У того прошлись мурашки по коже. Казалось, за эти тридцать дней Леви стал еще более безумным. Парень поднялся с постели, взяв с нее свой галстук. — Я слышу голоса. Они зовут меня. Мне нужно в склеп. — А как же Эрен? — Он пойдет со мной, – пригрозил Леви, и мужчина понял, что теперь будет только так. Это случилось. Аккерман постоянно таскался с Эреном. Прислуга, которая уже была полностью подменена, воспринимала это обычным делом. Несмотря на то, что Йегер молчал, это не мешало Леви говорить с ним. Он рассказывал шатену абсолютно все. Годы шли, ничего не менялось. Брюнет вспоминал тот день, когда впервые попал в склеп. Он проснулся из-за голосов, которые обещали, что все на свете будет его, если он будет убивать тех, кто стоит на его пути. Взрослея, он стал принимать таблетки, чтобы хоть как-то заглушать голоса, но они не помогали. Он все равно слышал их и считал, что правильно поступил, убив всех. Вот только смерть Эрена еще больше пошатнула и без того расшатанную нервную систему мужчины. Дворецкий очень сильно постарел, поэтому смерть была лишь вопросом времени. Понимая это, мужчина попросил Аккермана убить его, чтобы навсегда остаться с Хозяином. Леви исполнил просьбу старика, и тот, приняв смерть, остался в поместье. Аккерману исполнилось тридцать. Некоторая прислуга поменялась. Самые старые ушли на пенсию или умерли. Поместье убирали, но оно уже теряло все свое очарование. Леви продолжал вести дела через поместье и даже помог жителям деревни с продуктами, поэтому те и подумать не могли, что за этим мужчиной скрывается столько грехов. Однажды, одна девушка, которая влюбилась в Аккермана, когда тот приходил в город, решила навестить его. Ну, естественно, богат, красив, да еще и холост! Когда она подходила к дому, увидела то, что повергло ее в шок. На пороге стояли две служанки, которые кланялись выходящему на порог Аккерману. Картина весьма безобидная, если бы не скелет в руках мужчины. Едва сдерживая истерику, девушка побежала в город, чтобы рассказать об этом. Никто ей не поверил. Ее посчитали съехавшей с катушек, но все-таки решили проверить мужчину. На следующий вечер к поместью Аккермана подошел полицейский. Мужчина постучал, и через минуту ему открыл Леви. — Чем обязан? — Добрый вечер, мистер Аккерман. Поступило заявление, что у вас в доме есть скелет человека. Я бы хотел взять кость на экспертизу, чтобы определить, кто это. — Решили, что я убил человека, и у меня в поместье его скелет? – усмехнулся Аккерман, осматривая пришедшего. — Да, совершенно верно. Но это только подозрение. — Ну, хорошо. Только вот я в гостиной пью чай со своими родственниками, друзьями и возлюбленным. Надеюсь, Вы им не помешаете? — Нет, обещаю, что сразу же уйду, – пообещал мужчина, и Леви, сразу же отступив, открыл дверь полностью, пропуская полицейского вовнутрь. — Можете не спешить. Они любят поболтать, так что, думаю, Вы им понравитесь, – ухмыльнувшись, Аккерман закрывает дверь и достает из-за спины спрятанный под пиджаком кинжал. — Конец, – объявил шатен. — Эй, Йегер, ты всё наврал! – испуганно кричит Жан. – И вообще, что это за столетие такое, начинаешь рассказ чем-то историческим, а в конце уже экспертизы всякие. Усмехнувшись, Эрен складывает руки на груди и смотрит на друга. — Я лишь пересказал легенду. — Мне тоже кажется, что такого быть не может, – произносит напуганный Армин. – И вообще, зачем ты убил меня? — Так получилось, прости. — А что с этим главным персонажем? Почему он так странно убивал? — А я знаю? Эту историю мне рассказал старик, который живет в деревне, где мы покупали спички, – ответил Эрен. — Эй, Йегер, – из палатки вылез Леви. В его руках был скелет. – Какого хуя в нашей палатке делает скелет? Сидящие у костра ребята резко подскочили со своих мест и с криками начали разбегаться в разные стороны. У костра остались трое: Зоэ, удивленный Йегер и Микаса. — О, мистер Лорка! А я Вас искала! Вы чего в палатку Эрена и Леви залезли? – Ханджи поднялась и забрала из рук Аккермана скелет. — Ненормальная. Кто вообще берет в поход скелет человека? Больная на голову, – поворчав, Леви посмотрел на Йегера. – Кстати, о больных. Чё все разбежались? — Эрен рассказал им, что в лесу грибы растут, – ответила Микаса, палкой ковыряя угли в костре. – Пошли собирать, наверное. — Среди ночи? – не поверил Аккерман. – Реально больные. Ну, мне срать. Эй, Йегер! Йегер! Ответь! — Что? — Пойдем спать. — Да, пойдем. Спотыкаясь, Эрен подошел к брюнету. — Спокойной ночи, Микаса, Ханджи. — Спокойной ночи, Эрен. Леви схватил парня за руку и втащил его в палатку, даже не подозревая, что под утро так никто и не вернется из леса, а Аккерман проснется рядом со скелетом.