Иной мир

— Цубаки, убей. Убей её. — тихий, но до жути пугающий голос, отдавал команду лису, который пытался сопротивляться этим приказам. Снова я приношу проблемы людям, которые меня окружают. Забрав от меня Ванессу, я все думала о том как ее вернуть, но о том, что она чувствует рядом со мной, даже не догадывалась. Но в этот раз, на моей дороге возникла преграда, в виде Мико. Проблема в том, что я ей ничего плохого не сделала. — За что? Почему ты делаешь это? Слишком много игр переиграла? Раз уж на то пошло. Я надеру твою прыщавую задницу, сопля. — пытаясь задеть за живое Мико, я пытаюсь вспомнить свои вампирские навыки и в моей руке появляется коса, черная как смоль. Цубаки бежит в мою сторону, готовясь напасть своим красным мечом, но передо мной встает Куро, отбивая его атаку голыми руками. Сонный пепел выглядел настолько серьезно, он не хочет чтобы я вновь уходила из его жизни. Но Лили… Махиру все еще издает этот яркий свет, пытаясь достучаться к нему. Разве человек может быть столь сильным? Может ли Махиру, имея двух сервампов, владеть такой силой чтобы вернуть Лили? Я все еще не знаю всех секретов его сущности, как и своей. Воспользовавшись ситуацией я бегу в направлении Мико, но мой путь преграждает Ванесса. — Прости подруга, но я решила напомнить о себе. — с нашей последней встречи поведение Ванессы изменилось. — Это ты прости, мы поговорим немного позднее. — ловко перепрыгнув через нее я направилась к Мико, и схватив ее за шею услышала ее противный смех, который звенел в моей голове. — Эмма. — крик со стороны Цубаки заставил меня повернуться к нему, сервамп стоял сзади меня, дрожа подняв руки с мечом. Что делать? Куда бежать? Я просто стояла на месте, не зная куда себя деть. Но в голове словно что-то щелкнуло, и мои руки обхватили шею Цубаки, заключая его в объятия. Куро стоял сзади, глядя на меня с большой ревностью в глазах. — Ты больной что ли. Кто мне обещал быть всегда рядом? А потом сам же меня бросил одну. Я все еще зла на тебя, дурак. Быстро приходи в себя и перестань подчиняться этой мерзкой женщине. Заключил контракт ты со мной, а не с ней. Подчинись мне! — закричав последние слова, я ощутила его меч своей шеей, он оттолкнул меня от себя, а я даже не заметила. Зацепив мою шею, кровь решает медленно стекать с нее, по ключицам, пачкая одежду. Я впервые испытываю такую боль. Куро приходит в себя и не успеваю я опомниться, как Цубаки падает на Землю, а сзади издается стон. Я падаю вместе с Цубаки, хватая того за руки, пытаясь привести его в чувство, давая пощечину. — Нет, нет. Что ты наделал? Он же умрет. — слезы медленно потекли из глаз, а руки задрожали, все передо мной враз потемнело и я закрыв глаза, потеряла сознание. Что было дальше я не знаю.

***

Снова Солнце обжигает глаза своим лучом, заставляя кривить носом и поглубже зарываться в подушку. Но мое тело столь тяжелое, что любое движение приносит боль, даже дышать трудно. Медленно открыв глаза, которые быстро привыкли к свету, я вижу Куро, лежащего рядом со мной. Рука никак не хочет подниматься, но делая небольшие усилия мои пальцы все-таки достигают руки Сонного пепла, который тоже открывает глаза, что довольно странно для такого ленивого вампира. — Где Лили и Махиру? То, что случилось вчера, это ведь не сон? — как только я выдавливаю из себя слова, мне становиться легче и боль постепенно уходит. — Это случилось не вчера, прошло три дня. — лениво сказал он, поднявшись из кровати и доходя к дверям открывает их, и как ни странно входят Лили со своей девой и Махиру. — Я убедилась что вы не померли, но, а теперь переходим к трапезе, а то я сейчас котика зажарю. — не боясь шутить в такой ситуации, я поднимаюсь с кровати, по дороге снимая бинты с моей шеи и прыгаю на Лили. Тот в свою очередь обнимает меня, глядя на недовольные взгляды парней. Но после иду щупать и остальных, точнее обнимаю их и радуюсь, что те живы. Но передо мной возникает следующий вопрос: Что случилось с Цубаки и Ванессой? Они убежали?  — Ты так и не ответил что случилось после моей потери сознания. — воспользовавшись ситуацией, я продолжаю уплетать еду быстрого приготовления, которая мне сейчас кажется просто Божественной едой. — Дело в том…