Там, где нет надежды

Палпатин уже так устал ждать хоть чего-нибудь нового в этом деле о похищении. Каждый день был хуже предыдущего. Журналисты шумели о смерти наследников, люди на площади кричали о проигранных боевых сражениях, мысли в голове Императора гремели обо всем на свете. Траун вот уже почти две недели был невесть где. Выполнял важное задание, и от него не было ни слуху, ни духу, ни рапорта. Император уже начинал побаиваться того, что чисса тоже похитили, только уже со второй попытки. Но об этом никто не докладывал. Да хотя и кто бы доложил? Недееспособные люди с флота? Конечно же нет. Империя разваливается на части, а почему, до сих пор не известно. Не было абсолютно ничего, никаких зацепок. Пусто и гладко. Кем-то спланированное разрушение империи шло как по маслу. И помешать этому никто пока что не мог. Да кажется никто и не старался, кроме, разумеется, императора. Палпатин тратил все свои силы на это, он был уже на исходе, сильное переутомление сказалось на нем депрессией и проблемами с восприятием Силы. У Шива было предчувствие, что совсем чуть-чуть и это все закончится. Либо сумасшествием и окончательным развалом государства, либо смертью и уже неизвестно чем. Судьба, вероятно, готовила нелёгкую кончину императору и его империи. - Ваше Высочество! - вежливо обратился к владыке взволнованный помощник. - От похитителей пришло послание. Император от этого заявления аж подпрыгнул на месте. От похитителей пришло послание! Это же то, чего он ждал все это время. Наконец-то можно узнать, что им надо, каковы их мотивы, цели, желания. Там наверняка сказано, что с его семьёй. Названы условия, при которых эти террористы оставят империю. Да и в конце концов можно установить откуда было послано письмо, и тогда все загадки можно будет распутать, просто подтянув за одну ниточку. Превосходно! - Выведите послание на экран. - охрипшим от долгого молчания голосом велел Палпатин. У стены пошевелись гвардейцы императора. Помощник подсоединил гаджеты. - Это видео-послание, владыка. - сообщил мужчина, он включил запись и отошёл в сторону от большого экрана, располагавшегося на тёмной стене кабинета императора. Включилось видео, и на экране возникло темное помещение. На первом плане показался краснокожий мужчина в черной броне. Он ухмыльнулся и начал говорить: - Приветствую, Император! Думаю, Вам интересно, зачем мы все это делаем и что с вашими родственниками? Интересно. Так вот, сегодня мы просто покажем Вам один очень интересный момент. Просто так, для раздумий. Надеюсь, Вам понравиться! Наслаждайтесь! - мужчина махнул рукой. Кадр сменился. Посередине этого же помещения стоял стол, похожий на операционный. Мужчины в броне уже не было. Зато на столе лежал Энакин в одних тёмных штанах, он выглядел очень измучено и устало. Его бледное худое лицо ничего не выражало, будто ему было уже абсолютно все равно на происходящее. Голос за кадром спросил у него: - Хочешь, что бы это прекратилось? Кого ты сейчас хочешь видеть больше всего? Энакин тяжело вздохнул, слабо сжал кулаки, но промолчал. Его грудь неровно вздымалась и опускалась в так его судрожным вздохам, а лоб блестел от выступившего пота. - Улыбнитесь, Энакин! Мы снимаем видео для императора. Он услышит Вас. - хохотнул мужчина за кадром. И сразу же после этого начался форменный ужас. Энакин резко выгнулся дугой, но кандалы на руках и ногах не позволили ему вырваться. Он тихо застонал или даже скорее заскулил от боли, сжимая руки в кулаки все сильнее, протыкая ногтями кожу. С ладоней медленно сочилась его алая кровь, падая на белоснежные плитки пола. Прокушенные во многих местах его пухлые красивые губы блестели свежей кровью в свете ярких ламп. Кажется они чем-то воздействовали на Эни, и эта пытка продолжалась довольно долго. Ещё до того, как они решили записать послание. Они скорее всего пытали его, чтобы выведать какие-нибудь данные относительно вооруженных сил и систем обороны. Наверное, он ничего не выдал, раз несостоятельные войска остаются на месте. Император испытал бы чувство гордости за ученика, если бы не был так поражен этой ситуацией. Палпатин схватился за деревянные подлокотники кресла, сжимая их с такой силой, что по ним побежали трещины и посыпались щепки. Вид измученного ученика отдавался бесконечно сильной болью в груди, будто на том столе пытали сейчас не просто близкого знакомого, друга, а сына. Это ощущалось так, как будто бы, если издевались над его дочерью Татьяной. Но на столе лежал Энакин, который стал отчаянно кричать, срывая голос, после того, как, по видимому, кто-то усилил действие непонятной пыточной машины. По впалым щекам Эни текли слёзы, смешиваясь с потом. Могучий Лорд, коим Энакин остался в памяти у Палпатина, выглядел совсем неестественно беспомощным в этой ситуации. Он продолжал надрывно кричать от боли, но Императора это не так сильно изводило, как пронзительный и душераздирающий зов Эни: - Отец! - кричал в беспамятстве мужчина, рыдая и захлебываясь слезами. "У него нет отца." - мимолетно пронеслось в голове у Палпатина. Зачем ему звать отца? - Отец! - все так же беспомощно горько кричал Скайуокер, корчась на белом столе для пыток. - Отец! Помоги! За спиной Императора всполыхнули картины в тяжёлых золотых рамах. Яростная Сила ситха крушила все вокруг, накрывала угольно-черным покрывалом рядом стоящих людей, обволакивала весь замок и заставляла придворных дрожать от страха. В душе Императора бушевала ярость, он ненавидел сейчас всем своим существом этих террористов за то, что они мучили его семью. И даже в этот момент его не волновала судьба государства, а только судьба Энакина, мечущегося на столе для пыток, и его собственная, которая обещает быть весьма не завидной. Палпатину с каждой секундой становилось все хуже и страшнее, но на его лице не дрогнул ни один мускул, только холеные руки доламывали подлокотники кресла. С каждым произнесённым Энакином словом "отец", он понимал все более и более четко, что звал ситх не какую-то абстрактную фигуру родителя. Он звал Императора. Но почему-то не как обычно " учитель", а "отец". Отец. Это настолько плотно вбилось криками Энакина в подсознание ситха, что он на секунду подумал о нем, как о единственном сыне и вообще единственном своём ребенке. Это было неправильно и странно. Но душа Палпатина всеми силами рвалась избавить от страданий и защитить Эни. Тягучая боль за самого любимого ученика накрыла Императора и не позволяла ему вздохнуть, грозясь излиться наружу слезами, полными отчаяния и безысходности. Крик Энакина стал потихоньку замолкать, пока мужчина не выбился из сил. И последним ярко-черным аккордом в симфонии этой агонии прозвучал тихий шепот Эни: - Папа... - и последний взгляд мужчины в никуда, потухшими глазами, ищущими спасения. Он бездумно посмотрел в камеру, кажется, прямо в страдающую душу Палпатина, и закрыл мутные от боли глаза. Он больше не двигался. Его кулаки медленно разжались, и грудь больше не поднималась от вдохов. Послание закончилась, и экран потух, как и осознанности в глазах Эни секундой ранее. Палпатин сидел с идеально ровной спиной, плечи были расправлены, лицо выражало лишь спокойствие и отстраненность, а в глазах читалось холодное безразличие. Казалось ему было абсолютно все равно на содержание послания. Алые гвардейцы за спиной Императора тревожность пошевелились. Это затишье было совсем не к добру, воображаемая пружина внутри ситха сомкнулась до предела. - Ваше Величество! - осторожно позвал помощник, подходя к ситху. - Владыка! Я сейчас пропустил послание через анализатор. Данные с видеозаписи говорят о том, что... - он не успел договорить, терпение Сидиуса подошло к концу, Палпатин будто взлетел с кресла голодным ястребом и в мужчину полетели ярко-синие молнии. - Данные с видеозаписи говорят, о том, что моя семья страдает!!! - закричал Палпатин, швыряя в полуживого помощника всем, что было на столе. Его Сила закрутилась в смерч, разрушая помещение. По дорогому мраморному полу, взявшись из неоткуда, пополз синий огонь. - Все это говорит о том, что вы ничерта не делаете, чтобы им помочь! Я ненавижу вас всех! Император с бешено горящими янтарными глазами выбежал из полыхающего кабинета, за ним последовали Гвардейцы. - Я отомщу им... - прошипел на ситском, словно змея, Сидиус. - Я отомщу. ***