Солнечная девочка

Ещё немного и их губы соприкоснуться в поцелуе. Джинни уже буквально ощущала это. Его дыхание. Она чувствовала нечто странное. Ей казалось, ещё немного, и она расплачется. От того, что он творил с ней. От того, как насмешливо смотрел ей в глаза. Закрыв их, она приготовилась к самом худшему. Не зная, что для неё сейчас самое худшее. Она почти возжелала того, чтобы он прильнул к ней своими дементоровыми губами. Как во сне. Она почти потянулась к нему. А он, сжав её руки, подтянулся вперед и поцеловал её. Не в губы. В лоб. Со смехом отстраняясь. Смотря на её покрасневшее лицо. Такое смущённое. — Да ты издеваешься! — подскочила она, толкая его своими маленькими ладошками, уваливая на спину. — Я же только что попросила! Ей казалось, она сейчас разревётся. Она чувствовала себя преданной. И в то же время предательницей она ощущала саму себя. Такое возможно? Сейчас она только и могла, что думать о Гарри. И об этом… — Мерзкий слизеринский хорёк! — кричала она, усаживаясь на него и колотя его своими слабенькими кулачками. Сдавливая его ключицы. Опуская голову и боясь посмотреть ему в глаза. — Безмозглый флоббер!.. Я же попросила, а ты сразу же… Зачем так шутишь со мной? — А ты хотела, чтобы я всё же поцеловал тебя? — хитро взглянул он на неё. — Прямо в губы? — облизнулся он, перемещая свои руки на её талию, обнажённую из-за слишком большой для неё футболки. — Или ты хотела даже большего? Внутри неё всё перевернулось от этих прохладных пальцев на коже. Мурашки покрыли каждый участок её тела. Дыхание участилось. И она с опозданием отскочила от него. Всё ещё ощущая его прикосновения. Как во сне. Только теперь реальные. Как тяжело вдруг с ним стало. — Ничего я не хотела, — отодвинулась она от него ещё дальше, выглядя, словно загнанный в ловушку зверёк. — Я только просила, чтобы ты больше… — Чтобы я что, Уизли? — перебил он её, всё ещё улыбаясь. Только теперь не так весело. — Чего конкретно ты хотела, чтобы я перестал делать? Помогать тебе, поддерживать? Сомневаюсь, что это так. Да и что в этом такого? За исключением, конечно же, того, что мы никогда не ладили. — Теперь он придвинулся к ней, а ей оставалось ещё немного. И она бы упала. Он же просто смотрел в её одичалые глаза. — Я веду себя, как твой брат, друг, близкий знакомый. Выбирай, что больше нравится, — проговорил он ей в губы. — Ты спрашивала, что между нами происходит, Уизли? Из-за того, что я делаю для тебя слишком много. Но я не делаю так уж много. — Ты рискуешь собой… — Ты знаешь причину. Даже если для тебя это ничто, для меня это значит много, — холодно сказал он. — То, почему ты задала мне этот вопрос, это то, что происходит в твоей голове. Ты, — ткнул он в неё пальцем, — что-то чувствуешь. Это происходит на ментальном уровне. И что же ты просишь меня прекратить делать? Я не делаю ничего. — Из-за того, что ты так себя ведёшь, — сбивчиво говорила она, ощущая, что заходит в тупик, — я это чувствую. Ведёшь себя так. — Мне не утешать тебя, когда ты ревёшь? Не помогать, когда тебя тошнит? — отрешённо задавал он ей вопросы. — Это введёт тебя в состояние ещё большего стресса. А это не то, что нам нужно. Поэтому я вчера и сказал тебе, что и ты, и я, когда всё это закончится, будем стыдится этих дней. Потому что на данный момент с этим ничего нельзя поделать. — Но ведь… — до конца зашла в тупик Джинни. Больше некуда шагать. — Тогда зачем ты повёл себя так? — Ты сказала, чтобы я вёл себя так, как должен, — пожал он плечами. — Я и повёл себя так, как повёл бы себя раньше. Может, хоть это заставит тебя вспомнить, кто я. — Я всегда об этом помню, — сжала она кулаки. — Не уверен, — резко приблизил он своё лицо к её так, что почувствовал её лёгкое дыхание, — что когда я делаю так, ты об этом помнишь. Она резко соскочила с кровати, едва не упав, отталкивая его в сторону. Слыша его звенящий смех. Слизеринский смех. Она будто и правда только сейчас вспомнила, за что раньше так сильно ненавидела его. — Да пошёл ты! — воскликнула она, бросаясь к выходу и хлопая дверью. Оставляя его в одиночестве. Ворвавшись в свою комнату, она кулем упала на кровать, утонула с головой в подушках, в попытке задушить себя. Сдавленно закричала. Чувствуя безысходность. Чувствуя себя той, кто предаёт всех близких ей людей. Ведя себя так с Пожирателем. С тем, кто был замешан во всём этом. С тем, кто был на Тёмной стороне. Сейчас она и правда вспомнила. Вспомнила всё то, что он делал. В её голове всплыл цельный образ Драко Малфоя. А не того паренька, что она узнала за эти несколько дней. Каким же он казался ей теперь подлым. Говорил так легко о Гарри, поступал с ней так. Разве не понятно, что на самом деле она ничего этого не хочет? Разве не понятно, что ей нужно, чтобы он вёл себя отстранённо по отношению к ней? Чтобы она не ощущала этой заботы. Ему же плевать на неё. Плевать. И он это доказал. Сердце стучало ни на секунду не останавливаясь. Так быстро. Перед глазами мелькали все самые близкие ей люди. Те, на кого всегда можно положиться. Те, кого теперь не было в живых. Из-за тех, на чьей стороне теперь был Малфой. Человек, который теперь вместо них опекал её. И это было самое отвратительное. Самое гадкое. За что она начинала ненавидеть себя. Что бы сказал Рон, увидь он это? Он же так рьяно защищал её ото всех парней в школе. А её это злило. Раздражало. Эта его опека, которая была ей совершенно не нужна. Но сейчас она бы с радостью посмотрела на то, как он бы разбил лицо Драко. Как покраснело бы его собственное. Выслушала бы его часовую лекцию. Все эти нападки. Из-за того, что она «совершенно не разбиралась в личностях мужского пола». Как часто он это говорил ей. Как часто называл слишком легкомысленной. А потом она жаловалась Фреду и Джорджу. Вдвоём они всегда помогали ей подшутить над братом. Были как один. Теперь же только половина. Сейчас, наверняка, они бы тоже не одобрили её поступка. Особенно Фред. Он был самым рассудительным из них. Всегда защищал её. По особому. Не так, как Рон. Не бросался рьяно в бой. Он вместе с Джорджем изобретал очередную страшилку для того, чтобы отпугивать от неё потенциальных ухажёров. Отец бы просто пришёл сюда и забрал бы её. Начал наговаривать на её легкомыслие. Как и Рон. Они оба упрекали её в одном и том же. После первого курса. Когда она начала писать в дневнике Реддла. Как же ей это не нравилось. Она никогда их не слушала. Либо с улыбкой кивала, либо начинала кричать в ответ. А Гарри. Её любимый Гарри. Отец её ребёнка. Единственный из них всех, кто хоть в некоторой степени остался с ней. Посмотрел бы он на неё с тем же презрением, с каким посмотрел во сне? Сказал бы, что разочарован в ней? Вероятно, да. Она ведь, нося их малыша под сердцем, едва не изменила ему с другим. Пусть и не совсем по своей воле. Какое глупое оправдание. Не по своей воле… Продолжая кричать в подушку, держать руки на животе, пытаясь обнять последнее, из-за чего она ещё просыпалась по утрам, Джинни ощутила слёзы на своих щеках. Незаметно для себя она звучно зарыдала. Вспоминая всех тех, кого теперь не было в её жизни. Вспоминая маму, братьев, Гермиону, маленького Тедди. Она не представляла, как паршиво сейчас было им. После стольких потерь. Но их чувства всё равно как-то неуловимо уходили на задний план. Сейчас она могла думать только о своей собственной пустоте. Чёрной дыре, что образовалась в её грудной клетке и не хотела убираться восвояси. И только рядом с Драко она немного затягивалась. Что было ещё хуже. Что сейчас ещё сильнее разрывало её изнутри. Но она не могла позволить себе уйти от него. Она была вынуждена полагаться на него. И если пару дней назад у неё ещё был выбор, то сейчас нет. Она потеряла его. В тот момент, когда не сказала «нет». Когда согласилась с его словами. И теперь она зависела от этого предателя. Пожирателя Смерти. Того, кто был причастен к смертям близких ей людей. И думая об этом, осознавая, что ей придётся полагаться на него во всём, девушка зарыдала громче. Срывая голос. Вопя в подушку. Выгибаясь. Словно пытаясь сломать кости. Не осознавая себя. Чувствуя только пустоту. Ту, что ей казалось, она начала потихоньку забывать. И стоя за дверью, Драко Малфой вслушивался в её рыдания. Ему казалось, что это он был причиной.

***

Обед в поместье прошёл тихо. Все были погружены в свои мысли и особо ни о чём не разговаривали. Только перебросились парой дежурных фраз. Джинни это немного удивило. Но не очень сильно. Сейчас её мало что могло взволновать. Но когда она и Драко покинули столовую, оказавшись в его комнате, он сказал: — Помнишь, что сегодня мы должны связаться с твоим братом? Она подняла на него хмурый взгляд. Не сразу он просветлел. Стал осознанным. Малфой мог видеть опухшие веки. Она и правда плакала недавно. — Когда? — Сейчас, — кивнул он в сторону камина. На мгновение ей захотелось возмутиться из-за того, что он не сказал ей раньше. Но тогда бы он, наверняка, напомнил ей утреннее происшествие. Она этого не хотела. Поэтому кашлянула, прикрыла рот рукой, задавливая желающие вырваться из её уст слова. И… ей стало легче. Скоро она сможет поговорить с Биллом. С кем-то родным. Кто знает, чей это ребёнок. С тем, кто не будет осуждать. Билл никогда никого не осуждал. Это было самое лучшее в нём. Наверное, она даже могла бы решиться и рассказать ему про то, что происходит между ней и Драко. Пока девушка размышляла об этом, Малфой подошёл к камину и установил связь с текущим местом жительства мистера Уизли в Египте. Тут же послышался плач младенца. Это сбило все мысли Джинни. Она приложила руки к животу. Испуганно глянув в камин. Конечно, она ничего не увидела. — Билл? — позвала она, подходя к парню. — Ты там? Послышался грохот. Что-то явно упало. Оглушительные крики Тедди. Женский голос. И лишь спустя целую минуту девушка увидела в огне запыхавшееся лицо брата. — Привет, — едва различимо сказал он. — Долго говорить не могу. Вырвался на обед, а тут… — С Тедди всё хорошо? — заслонила Драко девушка, сжимая ткань рубашки на животе. — Дети всегда орут, — закатил глаза Малфой. — Заткнись, — обернулась на него Джинни и снова вернулась к камину, не видя задохнувшегося от возмущения парня, слыша тёплый смех брата. — На вас не напали? — Думаешь, если бы произошло что-то такое, я бы тебе ответил? — улыбнулся он. — У малыша просто какие-то колики или… не знаю. Флёр в этом разбирается. Она сейчас ушла с ним наверх, так что можем поговорить спокойно. — А она… — Ничего не знает. И, кстати, об этом, — посерьезнел Билл от чего девушка и парень внутренне напряглись, — недавно я встречался с Волан-де-Мортом. Он потребовал, чтобы я пришёл. — Джинни перестала дышать. У Драко перестало биться сердце. — Ты знал? — зло посмотрела она на парня. — Первый раз слышу, — нахохлился он. — Не ругайтесь, — попросил её брат. — Мои воспоминания ему ничего не дали. Я применил на себе сложное заклинание, чтобы он ничего не увидел, но тем не менее сам ничего не забыл… — Видя непонимающе лица подростков, он добавил: — Заклинание высокого уровня. Не заморачивайтесь по этому поводу. Главное, что никто ничего не знает. Кроме меня и вас. — Но почему Волан-де-Морт?.. — Это семейное что ли? — перебил её Драко. — Так называть Тёмного лорда. — Черта тех, кто не боится. Тебе не понять. — Заметно было, как ты не боялась, когда стояла перед ним и тряслась как сосулька… Он охнул от удара её острого локтя по рёбрам. Встретился со сверкающим взглядом. Желая придушить её. И обоим стало от этого намного легче. Всё и правда возвращалось на круги своя. Они вели себя так, как и в Хогвартсе. — Если не замолчишь!.. — подняла она кулак. — Тише-тише, — заговорил Билл, — понимаю, что вы всегда были школьными врагами… да и эта война распределила нас на разные стороны, но сейчас вы должны научиться уживаться друг с другом. — Невозможно, — фыркнула Джинни. — За гранью разумного, — кивнул Драко. Билл вздохнул, смотря на этих двоих. Чьё поведение казалось ему нормальным. Ведь он не видел того, что было утром, что было вчера. Что происходило каждый день до этого момента. — Ты хотела что-то узнать? — обратился он к сестре, надеясь заставить их отвлечься от споров. — Да, — слишком резко повернулась она к нему, сразу же поняв, что забыла вопрос. Через пару секунд вспомнила. — Почему Волан-де-Морт проверял тебя? И он же не залезал в голову к… маме? — Нет, только ко мне, — ответил брат. — На сколько я понял, по воспоминаниям Перси он сделал вывод, что единственный раз, когда ты могла встретиться с Гарри, был в то время, когда он находился в нашем с Флёр доме. И так как я был единственным, кто мог сопроводить тебя туда, я был проверен. Но, как я уже сказал, проблем возникнуть не должно. — Хорошо, — выдохнула девушка. — А теперь, — взялся за дело Драко, — скажи мне, сколько из ваших готово сражаться? — Волан-де-Морт угрожал ребёнку? — тут же спросил Билл. — Нет, — поспешно сказала Джинни. — Но я всё равно боюсь, что он может как-нибудь понять, что это ребёнок Гарри. — Тебе не стоит об этом волноваться, — скрестил руки на груди Малфой. — Не стоит? — поморщилась девушка. — А что мы будем делать, если мой малыш родиться темноволосым, например? Вся моя семья рыжеволосая, а у вас вон какие волосы, — коснулась она его макушки, перебрав пальцами пару светлых прядей, и он почувствовал холодок её рук. — А если у него глаза будут зелёные? — снова спросила она, приблизила лицо к огню. — Может быть я зря беспокоюсь, но мне кажется, что ребёнок будет точной копией Гарри, поэтому нужно разобраться с Волан-де-Мортом как можно быстрее. — Джинни, — успокоительно начал Билл, — мы говорим о войне. Её «как можно быстрее» не заканчивают. Это не просто мелкая проблема. — Я знаю, но, — ухватила она за рукав парня, сидящего рядом и всё ещё ощущающего её пальцы на своей голове, — Малфой сказал, что сейчас он ослаблен, как никогда. Все его восемь крестражей уничтожены. Жива только одна девятая часть его души, и делить её снова так быстро было бы не разумно. Волан-де-Морт набирается сил, и пока он этого не сделал, — тараторила она, — мы должны уничтожить его, закончить дело Гарри, иначе его смерть станет напрасной. И… — Это понятно, — перебил её брат, — но по силе с Волан-де-Мортом мог сравниться только Дамблдор, а он был сильнейшим волшебником, которого я когда-либо знал. Как бы он не был ослаблен, мы не можем так безрассудно нанести удар. — Так ещё есть люди, готовые сражаться? — отодвинув Джинни, спросил парень. — Они всегда были, — кивнул Билл, — и в последнее время их становится всё больше. — Почему? — оттолкнула Малфоя девушка. — Из-за слухов… — начал было её брат, но сразу замолк, увидев выражение её лица. Он перевёл взгляд на Драко. — Ты ей не сказал? — Не сказал что? — вцепилась в его ворот она. — Не хотел лишний раз её беспокоить, — ответил он Биллу. — И так врачи жалуются, что она живёт одним стрессом, а это плохо влияет на её состояние. — Какие слухи? — притянула его к себе девушка, едва не начиная душить. — Слухи о том, что ты беременна от Гарри, — ответил ей брат. — Что? — ослабила она хватку. — Мы же вчера обошли всех врачей, не скрывая своих имён. Наверняка, кто-нибудь из врачей проболтался об этом при журналистах, да и при просто знакомых… — пояснил он, смотря в её расширившиеся от ужаса глаза. — Я только не думал, что слухи распространятся так быстро. Даже до Египта дошли в такие короткие сроки. — Тут не так много людей знает, — опроверг его слова Билл. — Только те, кто как-то связаны с Англией. — Но мы же говорили, что этот ребёнок от тебя, — снова вцепилась в него Джинни. — Люди хотят иметь надежду на то, что это ещё не конец, — сказал Драко, — а ребёнок Поттера — это надежда. — Они что, хотят, чтобы он сражался? — укрыла она одной рукой свой живот, выглядя дико. Словно готова вцепиться в глотку любому, кто хоть на мгновение задумается об этом. — Едва ли, — попытался успокоить её брат. — Твой малыш ещё не скоро сможет постоять за себя. Тем более за других. Я думаю, для них это значит, что Волан-де-Морт не смог одержать окончательную победу. Часть Гарри всё ещё жива. А значит, есть шанс. Для людей твой ребёнок — это лучик света. Он позволяет им верить в то, что конец ещё не наступил, поэтому я хотел бы поговорить с тобой о том, чтобы… — Нет! — тут же прервала его девушка, поняв ход его мыслей. — Ты никому и никогда не скажешь, чей это ребёнок. Слухов достаточно. — Но это могло бы помочь нам справиться со всем быстрее, — сказал Билл. — Как ты и говоришь, Волан-де-Морт ослаб и нам нужно действовать сейчас. Лучше с первой попытки. И чем больше нас будет, тем больше вероятность того, что у нас получиться. — Тем более, у них вероятно и так будет лишь одна попытка, — вставил Драко. — Тёмный лорд знает, что ослаблен. Поэтому он долго в одном месте не задерживается. При нём всегда есть пара лично им отобранных бойцов, — начал объяснять парень. — Он и так слишком осторожен. Представь, что будет, если на него будет совершенно нападение. — Мне всё равно, — нахмурилась девушка. — Кроме нас никто не должен знать. — Но реальная надежда и призрачная… — Пару месяцев назад у нас тоже была только призрачная надежда на то, что Гарри жив и придёт за нами, — перебила она брата, — но мы всё равно находили в себе силы для того, чтобы сражаться. — Вы были кучкой подростков, — фыркнул Малфой, — способных верить в невозможное, а тут взрослые люди. — Плевать, — оскалилась она. — И так справитесь. Нужно лишь одно хорошо продуманное нападение, и тогда я смогу жить и не беспокоиться за жизнь своего ребёнка. — Ты слишком наивна, — прошипел Драко. — Мне хватает и слухов. — Это просто слухи. — Которые ещё неизвестно к чему нас приведут, — сжала она руки в кулаки. — Думаешь, твоему «повелителю» они понравятся? — Ты параноик. — Я так чувствую. — И как часто в последнее время твои предчувствия подтверждаются? — прищурился парень. — Относительно меня. Она едва не ударила его. Не перед братом. — Не ссорьтесь, — примирительно сказал Билл. — Если Джинни не хочет… — Мало ли что она хочет? — перебил его он. — Можно просто не говорить ей, а сделать по своему. Он получил очередной удар по рёбрам. Охнул. — Мы никому ничего не скажем, — попытался убедить её брат. — Я придумаю что-нибудь другое, а пока вы должны информировать меня обо всём важном, что узнаёте, находясь там. Кстати, благодаря вам я смогу привлечь к нам больше людей. Раз мы имеем шпионов… — Не смей, — сказала девушка. — Если пойдут слухи ещё и об этом… — Я просто не скажу, кто является нашим информатором. Так устроит? — Вы слишком осторожничаете. — Да, — ударила она его вновь. — Тогда, — протянул её брат, — если мы решили основные вопросы, мне стоит вернуться к работе, да и Тедди… В общем, лучше я пойду, — улыбнулся он. — Надеюсь, как можно быстрее снова выйти на связь. А вы пока постарайтесь не поубивать друг друга. — Ничего не обещаю, — буркнул Драко. Джинни только ядовито улыбнулась ему, после попрощалась с Биллом. Он с сомнением посмотрел на них. Но вскоре связь всё же прервалась. Они остались один на один. — Ты опять цеплялась за меня, — встряхнул руки парень. — Это был просто Билл, — отмахнулась она. — Нужно всегда находиться в образе, чтобы потом при других вести себя правильно. — Помниться, — злобно взглянула она, — ты говорил, что наедине с тобой я могу вести себя как хочу. — Помниться, ещё утром ты вспомнила, кто я, и теперь тебе розовые очки глаза не застилают, — передразнил её он. — У меня создалось впечатление, что ты больше никогда ко мне не приблизишься. — Если уж ты считаешь мои удары тёплыми прикосновениями, с помощью которых я ищу в тебе успокоения… — протянула она. — Я про другое, — прищурился он. — Правда? Мне так не показалось, — повторила выражение его лица девушка. — И с чего вообще тебя так волнуют мои прикосновения? Даже в прошлый раз, когда ты говорил мне вести себя естественней, сделал акцент на этом. Словно… это что-то личное. — Потому что это явнее всего показывало то, что я тебя не изнасиловал. Ты могла нас выдать. — А ты нас не выдаешь? — сверкнула глазами она. — Перед своей матерью ведёшь себя так… заботливо. Она постоянно на меня смотрит во время завтраков, обедов и ужинов. — Она наблюдает за тобой, потому что в самом начале ты не показала правильного поведения. — А сейчас ты хочешь усугубить её подозрения? — Но ты же не выполняешь наставления врачей, — пожал Драко плечами. — Лекарства хоть принимаешь? — Конечно, — покосилась она в сторону. — И не переводи тему. Я прошу не вести себя при ней так. — Моё поведение можно назвать нормальным, — усмехнулся он. — Я же имею право беспокоиться о здоровье матери моего ребёнка? — Но из-за этого я не могу вести себя правильно, — возразила она. — Почему же? — Потому что… — Он внезапно оказался очень близко к ней. Эти слизеринские глаза ждали её промаха. — Просто… — Тебе нравится то, как я веду себя с тобой при матери? — Нисколько! — А такое моё поведение тебе нравится? Он приблизил своё лицо к её, внутренне смеясь над этими покрасневшими щеками. Установил руки по бокам от неё. И чтобы оказаться чуть дальше, ей пришлось принять полулежачее положение. Он склонился ниже. И она легла на ковёр. Не имея возможности сбежать. — Зачем ты опять так? — Хочу узнать, что тебе тогда приснилось, — повёл бровями парень. — Ничего особенного, — отвернулась она. Он почти касался губами кожи её лица. — После него ты стала вести себя по другому, — коснулся он пальцами её подбородка, заставляя смотреть себе в глаза. — Теперь мы и правда ссоримся. Я чувствую, как ты начинаешь ненавидеть меня. — Это просто неприязнь, — сглотнула Джинни. — То же самое чувство, что было всегда. — Три дня ты привыкала ко мне и в конце начала полагаться, чувствовать себя рядом со мной спокойно, а сейчас снова. Не понимаю. Даже если и ребёнок в этом виноват, почему сейчас это вдруг пропало. — Потому что раньше ты вёл себя по другому. — Если бы ты не начала выяснять причины, я бы так и продолжал вести себя, — коснулся он её волос. — Но напомню, что то моё поведение тебе так же не нравилось. Тебе не нравилось то, что я позволяю тебе так много, а теперь… тебе не нравится то, что сама позволяешь мне это, — перевёл он взгляд на её губы, словно раздумывая. — Не смей. — Ты мне запрещаешь? — А ты правда этого хочешь? — Вопрос в том, хочешь ли этого ты, — лукаво посмотрел Драко. — Зачем ты это делаешь? — Подшучивать над тобой весело, — отстранился он, давай ей возможность дышать. И снова этот холодок. От его тела веяло теплом. — Это делает мои мрачные будни чуточку смешнее. — Только мне совсем не весело, — поднялась она. — Не каждый способен понять. — Никогда больше… — строго начала она, но парень перебил: — Разве не понимаешь, что когда говоришь так, мне хочется продолжить? Джинни открыла было рот. Снова закрыла. Он рассмеялся. И девушка, не сильно пнув его пяткой, скрылась за дверью. А там прислонилась спиной к стене, прикасаясь пальцами к губам. Прикрыла глаза. Сердце так и стучало. Того и гляди выскочит из грудной клетки. Одинокая слеза скатилась по щеке.

***

Во время ужина Нарцисса увлечённо разговаривала с мужем о каком-то там вечере, что она собиралась устраивать в поместье. Тот сухо отвечал. Выбирал из предложенных ему вариантов декораций, или блюд, или гостей, то, что ему не нравилось, чему бы он никогда не позволил появиться в его доме. В основном это были другие волшебники. Иногда свои комментарии вставлял Драко. В такие моменты Джинни искоса смотрела на него. Снова утыкалась носом в тарелку. Какой-то там вечер её особо не интересовал. Главное, что она услышала, было то, что вечер будет проходить после того, как она переедет. А значит, это событие тем более утрачивало свою значимость. — Ты собираешься пригласить Тёмного лорда? — будто между делом спросил парень. Девушка вздрогнула. Нарцисса удивлённо взглянула на сына. Мистер Малфой нахмурился. Но ничего не сказал. Лишь сделал глоток из своего бокала. — Даже не знаю, стоит ли, — осторожно ответила женщина, посмотрев на мужа. — Конечно, мы пригласим его в наше поместье, но ты же знаешь, Драко, что… Тёмный лорд предпочитает избегать многолюдных мест и таких событий. Уверена, он не почтит нас своим присутствием. — Я просто подумал, он захочет показать людям свою силу и могущество… — Лучше бы думал над решением проблемы с Францией, — перебил его Люциус. — Эти подобия волшебников… — Не за столом, — твёрдо сказала миссис Малфой, прерывая мистера Малфоя. Отец и сын повели носом по разные стороны. Если бы не ситуация, в которой оказалась, Джинни бы расхохоталась во весь голос. Сейчас же она опустила голову ниже. Как услышала странный выдох. Даже два. Она осмотрелась по сторонам и увидела, как два представителя мужского пола схватились за свои руки. На предплечье метка почернела. Джинни не видела этого. Просто знала. Как чёрные змейки извиваются на одинакового белой коже. — Тёмный лорд вызывает, — глухо прокомментировал Люциус. — Но что ему могло понадобиться в это время? — Сейчас узнаем. Перед тем как растворился тёмной дымкой, Драко взглянул на девушку. Было в его взгляде что-то особенное. Но она не поняла. Только ощутила, как его дух прошёл сквозь неё. А в следующее мгновение исчез и глава семейства. Она осталась один на один с Нарциссой. Не знала, что сказать. — После того, как доешь, — кивнула женщина на остатки ужина, — можешь пойти отдохнуть в свою комнату, пока они не вернуться. Нарцисса скрестила руки на груди, сжимая пальцами свои плечи. Они побелели. И их обладательница хмуро смотрела в сторону. Она просто ждала, пока Джинни уйдёт. — А вы?.. — Останусь здесь. — Я лучше тоже… — пробормотала девушка, — если позволите. — В этом нет необходимости. — Просто у меня плохое предчувствие, — сглотнула она, продолжая настаивать на своём. Миссис Малфой окинула её холодным оценивающим взглядом. Вздохнула. Кивнула, словно сама себе. И после этого они замолчали. И Джинни не знала, сколько они так молчали. Иногда ей казалось, что прошла лишь секунда. Иногда — целая вечность. Когда мужчина и парень снова оказались в столовой, она так и не смогла понять, сколько прошло секунд, минут, часов. Но это её больше и не волновало. Она ожидала их слов. — Тёмный лорд хочет, чтобы они связали себя узами брака, — почти равнодушно сказал Люциус, едва не убивая её своим ледяным взглядом. Это предложение заставило её замереть на месте. Впасть в состояние шока. А от этого взгляда, всё внутри мгновенно заморозилось. Не зная как, она смогла посмотреть на Драко. Его глаза, лицо, поза… всё говорило о том, что пути назад нет. Выбора нет. Она должна будет стать его невестой.