Солнечная девочка

Прошла ещё пара томительных дней. Они уже могли переезжать в тот домик у моря, о котором так мечтал Малфой, но её состояние снова ухудшилось. Она опять едва могла покинуть постель. Целая неделя для неё прошла в забытьи. Перед глазами только и стояли сцены того, как её рвёт в унитаз. Иногда протянутые его рукой таблетки и стакан воды. И всегда эта немного прохладная ладонь на её спине. С каждым днём этой недели ей становилось едва заметно лучше. Но всё же лучше. В какой-то момент она даже смогла выслушать Драко. Он сказал, что поговорил с Биллом об их свадьбе. О нападении. Она попросила не говорить о том, как брат отреагировал. Поэтому знала лишь то, что он теперь набирает людей. Теперь в это была включена вся её семья, кроме миссис Уизли и Джорджа, Гермиона, те, кто не погиб и был в состве Ордена и в составе ОД. Об этом она тоже не хотела слушать. Ведь они все пытались что-то сделать для того, чтобы победить Волан-де-Морта. Собираясь вместе, они рисковали. Своими жизнями. В некотором смысле из-за неё. В то время, как она целыми днями прохлаждалась в тёплой постели и знать не знала о том, что происходило за стенами поместья. Но думать об этом она старалась по меньше. Ей нужно было думать о своём здоровье. По крайней мере, она пыталась. И после числа двадцатого даже смогла спуститься вниз на завтрак, с аппетитом набросившись на яичницу с беконом. Опять же стараясь не думать о том, что происходило снаружи. И смогла таким образом порадовать Нарциссу. Женщина вновь принесла каталог с изображениями свадебных церемоний. После к этому каталогу прибавилось ещё два. У Джинни просто не было выбора. Но спустя целый час или даже больше она всё же сбежала, вцепившись в рукав рубашки Малфоя. Его мать решила взяться и за платья.

***

На следующий день они кое-как снова обошли всех врачей. Под конец девушка валилась с ног от усталости. Голова шла кругом от всех этих рекомендаций. А одна женщина пожилого возраста и вовсе начала рассказывать ей о какой-то там дыхательной гимнатстике. Думая о том, что её хотят заставить выполнять физические упражнения, ей хотелось просто лечь на пол и расплакаться. Но Драко не позволял ей этого. Подхватывал под руки и вводил в следующий кабинет. Единственная радость была в том, что ей дали новую колдографию её малыша. Ей даже показали, где располагается его головка. И так, оказавшись в своей комнате, она без большого желания приняла от парня лекарства и упала на кровать. Тут же забылась сном. Лишь ощущая то, как кто-то накрывает её сверху тяжёлым одеялом и стягивает обувь. Этот кто-то был Драко, и на утро он разбудил её. Сообщил о том, что пришло письмо от Перси. Который настоятельно просил, чтобы сегодня вечером она навестила мать. Так же Драко сказал, что до этого она должна собрать все свои вещи и что завтра утром они уже будут у моря. Джинни лишь с мученическим стоном натянула на себя одеяло. Сил для чего бы то ни было, она не имела. — Ты выглядишь уставшей, — приложила к её лбу свою мягкую и тёплую руку её мать, когда она всё же вышла из камина и принялась отряхиваться от пыли. — Не заболела? За сильно похудевшим телом женщины, она увидела лицо потухшего Джорджа. Рядом с ним сидел Перси. Красноречиво смотрящий на неё. Джинни перевела взгляд с него на маму. — Всё хорошо, — улыбнулась она, невольно дёргая руку к животу, но удерживая себя от этого жеста. — Поздно легла сегодня. — Джинни, — строго начала она, — я же говорила тебе следить за собой. А ты работать пошла, — девушка опустила взгляд, — не спишь допоздна, — почти не видно её глаз, — похудела так, — всё лицо закрыто волосами, — что страшно смотреть. Почему ты заставляешь меня волноваться? Такое чувство, будто никто и не умирал. Словно всё так, как и было всегда. Как и должно быть. Мать отчитывает её. Браться сидят тихо и молчат. Чтобы ещё и к ним не начали приставать. Но всё её существо осознавало то, что ничто не так, как было прежде. Всё изменилось настолько, что вообразить нельзя. — Это только сегодня, — вновь улыбнулась она. — Не стоит тебе работать, — продолжала миссис Уизли. — Нам и так на жизнь хватало, а теперь… денег даже больше, чем было при твоём отце. — О чём ты? — О чём я? — изумилась она. — Джинни, дорогая, ты же сама недавно прислала нам с совой целое состояние. Мы с Джорджем так удивились. Ты же ничем плохим не занимаешься? — вцепилась в её руку женщина. И правда, всё так, как и было раньше. После её ухода стало. От этого в груди что-то защемило, но она лишь вновь улыбнулась. Так фальшиво. — Нет, что ты, я бы никогда… — Я пристроил её в один из отделов Министерства, — вмешался Перси, — и она смогла проявить себя, так что вот и результат. Их мать поверила. И от этого Джинни почувствовала лёгкую тошноту. Мать даже не задумалась о том, что и Перси так же проявлял себя, но не получал такие суммы. Она даже боялась узнавать, сколько Малфой отправил денег её семье. Но ведь выходит так, что она за пару недель смогла заработать больше, чем зарабатывал её отец. Что мёртв. И что проработал в Министерстве почти всю свою жизнь. Разве было возможно то, что она смогла принести в дом больше? Видимо, с точки зрения её матери, возможно.

***

Она просидела в гостиной вместе со всеми полтора часа. Или около того. То и дело подмечая, что стало чище. И дело даже не в том, что она убиралась, прежде чем ушла. Было такое чувство, что кто-то начал наводить здесь порядок после её ухода. И от этого в очередной раз стало как-то нехорошо. Извинившись за прерванную беседу ни о чём, Джинни поднялась с кресла и кое-как добралась до лестницы. Худшее предстояло впереди. По этой лестнице нужно было подняться. Пришлось держаться за перила, идти с нормальной скоростью. Потому что остальные могли заметить, что что-то не так. Ценой непердаваемых усилий, она таки поднялась на второй этаж и проскользнула в туалет, причивычно опускаясь на колени перед унитазом и склоняя голову. Она смотрела в эту чёрную дыру, оранжеватые разводы, ощущала запах далеко не самой чистой воды. Быстро дышала через рот. Голову повело. Её так сильно затошнило, но рвота всё не появлялась. Это было самое гадкое. Сжимая тонкими пальцами сиденье от унитаза, она приложила к нему же лицо. В области подбородка. И слабая боль пронзила лицо. Всё дело в небольшом синяке, что образовался от частых посиделок в туалете. Послышались звуки чужих шагов в коридоре. Они будто бы стремительно приближались. Хотя на самом деле они приближались с нормальной скоростью. Возможно, даже чуть медленнее необходимого. Но в эти секунды ей казалось, что кто-то вот-вот настигнет её. И она резко поднялась на ноги, тут же теряя равновесие и едва не падая на холодный пол. Пришлось схватиться за раковину. В этот момент девушка увидела Перси в дверном проёме. Там он и остался. Прислонился к дверному косяку. Посмотрел на неё. Слишком бледную. — Нужно сказать маме о тебе и Малфое, — произнёс он вслух то, что слышать не хотелось. — Потом. — Мы не можем скрывать это вечно, — прищурившись, сказал брат. — Столько людей уже вовлечено. Про вас пишут в газетах. Скоро она и сама узнает. Или Джордж сделает это быстрее. Поэтому лучше, чтобы ты сама сказала. — В следующий раз, — тихо продолжила настаивать она, но встретилась с неверящим взглядом брата. Даже не так. Это был ещё и взгляд, которым смотрят на ребёнка, что натворил дел, но боялся признаваться. Он всегда смотрел на неё так. — Обещаю. Он вздохнул. Словно перед ним стояла мелкая, ничего не значащая помеха. Но такая проблема, которую было невозможно решить быстро. — Анджелина пришла, — отлепился Перси от двери. Предугадал вопрос сестры. — Я попросил её присматривать за ними. — Поэтому так чисто? — догадалась она. — Да. Ей не понравилось то, что кто-то занял её место. Да и к тому же справлялся с её обязанностями намного лучше её. Но иного выбора, кроме как принять это, у неё не было. Потому что если не Анджелина, то никто. Поэтому, умывшись, она спустилась вниз и расплылась улыбкой при виде темноволосой девушки. Поблагодарила её за заботу о близких ей людях. В ответ получила что-то вроде того, что ей не сложно. Не сложно! А Джинни просто не имела тогда сил, чтобы сказать это. Но это не было такой уж большой проблемой. В конце концов, было очевидно, что произойдёт нечто подобное, если она уйдёт. Но смотреть на то, как девушка готовит ужин было невозможно. Поэтому юная Уизли попращалась со всеми и скрылась в камине. Буквально шепча «Комната Малфоя». Спустя пару секунд она увидела его комнату. И его самого. Лежащего на кровати и читающего некую книгу. Если она правильно помнила, это была всё та же иностранная книга, которую он читал, когда она первый раз оказалась здесь. Казалось, с того момента прошла целая вечность. Он оторвал взгляд от иностранных слов. Взглянул на неё. На то, как она отряхивалась от чёрной золы. На то, как ступала своими грязными ботинками на его ковёр. Чистый. — Почему так долго? — раздражительно спросил Драко. — Ведёшь себя так, будто мы уже поженились, — неловко усмехнулась она, проходя перед ним и устало падая в полюбившееся ей кресло. Не нужно было этого делать. Стоило уйти. Но она так сильно устала. Этот день высосал из неё все силы. — И я не поздно. Должна была просидеть там ещё где-то час, но ушла сейчас. Он открыл было рот, чтобы спросить, почему она не осталась там. Он ведь знал, как она не любит его дом. Но понял, что ответ ему не интересен. Разве что, совсем чуть-чуть. Не на столько, чтобы показывать это ей. — Пытаюсь войти в роль, — фыркнул он. Джинни подтянула к себе ноги, устанавливая подошву своих кроссовок на его кресле. Его, дементор бы её побрал! Да ещё и грязную! Да ещё и с наслаждением прикрыла свои глаза. Потянулась. Так сладко. — Кстати, — серьёзно начала она, так и не открыв глаза, — не присылай больше моей семье деньги. — О чём ты? — Ты знаешь. Он замолчал, не представляя, что сказать ей. Оправдываться он не любил. Не в его это было стиле. По крайней мере, в последние пару месяцев. — Но спасибо, — шепнула девушка, разрушая тишину. Малфой посмотрел на неё. Скрыл своё лицо в книге, безвольно водя взглядом по строчкам. Он не понимал и слова. Но всё равно смотрел. Пытался. Пока снова не рискнул глянуть на неё в надежде на то, что не встретиться с ней глазами. Он не встретился. Она так и не открыла их. Продолжала нежиться в его кресле. — Ты тут заночевать собралась? — сделал он голос немного злым. Ответа не последовало. И парень с большей внимательностью посмотрел на неё. Заметил приоткрывшийся рот. Услышал мерное посапывание. Очевидно, она уснула. Стоило бы разбудить её. Сказать уйти. В крайнем случае, просто отнести её в её комнату и уложить спать. Но Драко этого не сделал. Списал всё на то, что ему лень. В некотором смысле так и было. Ведь её дыхание мешало. Осознание того, что в его комнате находился кто-то ещё, напрягало. Но тем не менее он даже не пытался не обращать на это внимания. Читая свою книгу, он то и дело поднимал на неё взгляд. Ближе к полуночи, парень всё же не выдержал и подошёл к ней. Присел на корточки. В потёмках пытаясь разглядеть что-то в её лице. Заправляя непослушные пряди за уши. Касаясь таким образом её кожи. Теперь и правда нужно было выгонять её. Но будить не хотелось. Поэтому оставался лишь один вариант. Отнести её самостоятельно. Вздыхая, он потянулся к ней руками, осторожно подхватывая её слишком хрупкое тело. Она пошевелилась. Что-то промычала. С некоторым усилиями он поднялся на ноги. С ещё большими усилиями открывая двери, что были его препятствиями. В одном дверном проёме случайно ударяя её ноги о дверной косяк. И она снова что-то сказала. Продолжая спать. Кое-как он поднёс её к её кровати. Попытался уложить её на неё, но она, словно беспомощный котёнок, вцепилась в него своими руками. Так просто и не отпустить. Ему всё же удалось уложить её тело. Но тонкие пальчики всё продолжали удерживаться за его рубашку, из рта вылетали непонятные слова. И ему пришлось взять её руки и попытаться убрать их от себя. Как она всё же открыла глаза. Какие-то заспанные. — Гарри! — прошептала она. Выпуталась из его оков и притянула к себе за шею. Вновь закрыла глаза и требовательно поцеловала, подминая его губы под себя. Закусывая его нижнюю губу. Не ожидая такого, Драко по привычке приобнял её за талию и спустя секунды шока ответил на поцелуй, налегая на неё. Приоткрывая её сухие губы. Проводя по ним языком. Вдыхая свой воздух в неё. Вдыхая её. Ощущая её вкус. Чувствуя её слёзы на щеках. Слёзы, что теперь были на его лице. И он отстранился. И её руки потянулись за ним. Новый всхлип. — Не уходи, — снова прошептала она. Но было это не для него. Для Поттера. Для святого, Мерли его дери, Поттера.