Трепещите, жалкие людишки! Или великое пришествие Локи в Коноху.

      — Я записал вас на экзамен на чунина, ребята!       Ух-ты, как у него глаз-то заблестел: уж не прослезился ли наш сентиментальный сенсей от такого-то свалившегося на голову счастья. По его мнению, нам радоваться, что ли надо? Знаю я все эти экзамены: списываешь у Тора или Шикамару, стараешься, а потом — Бац — и какая-нибудь сволочь учёная взяла и подпортила всю малину. То задание поменяют, то предмет.       Хотя вон моя драгоценная вечно розовая подруга чуть ли не ревёт от гордости, да и Саске чего-то напыжился как индюк. Когда это я успел упустить всю важность этого события?       — Так и к чему готовиться-то? — я решил нарушить затянувшуюся паузу всеобщего умиления и торжества. Это у этих двух малявок цели в жизни одна мельче другой, а мне надо торопиться на пути к мировому господству. Я и так уже вон сколько времени потерял.       — Экзамен будет состоять из трёх частей, — сенсей сообщил эту новость так радостно, что я окончательно убедился в его умственной неполноценности. — Но что именно вам придётся делать, я сказать не смогу.       Последнее предложение он произнёс и вовсе как-то чересчур довольным голосом, так что в пришлось усомниться уже в его неадекватности. Может, ещё не всё потеряно на пути приобщения Какаши-сенсея к группе избранных? Пока в неё входили только я и Курама — и то наполовину, чай не Бог всё-таки, — но Хатаке Какаши мне чем-то импонировал, так что его бы я включил, несмотря на ряд существенных недостатков.       — Толку тогда от вас, если вы нифига не знаете, — я поджал губы и с кислой физиономией уставился на сенсея, краем глаза отметив, что мои напарники тоже воззрились на капитана нашей команды с напускным разочарованием.       — Эй, — даже сквозь маску было заметно, что он ухмыляется, — я не сказал, что не знаю. Просто вам не скажу. Первый экзамен через два дня, завтра начнём подготовку.       И прежде чем мы успели хоть что-то ответить, Копирующий ниндзя исчез в клубах дыма.       — И что у него за позёрская привычка? Хочешь свалить — так хоть попрощайся. Элементарный закон вежливости, — тут же забрюзжал я, вспоминая, как нас долбали этикой и эстетикой в стенах Асгарда.       — И что же нам делать? — в зелёных глазах Сакуры плескалось отчаяние. Вот же идиотка — ещё даже ничего начать не успели, а она уже в панику впадает. Хотя, если она экзамен не сдаст — мои шансы только повысятся. Если только…       — Да, — в моей голове раздался голос Лиса, отвечающий на незаданный вопрос, — первые этапы сдают команды. Один за всех…       Класс! И все за одного! То есть ещё и это бревно стоеросовое нужно как-то протащить. Эх, да сколько же будут продолжаться мои мучения: столько лет учиться в Асгарде под присмотром Фригги, потом в этой их Академии с милейшим Уминой Ирукой, а теперь ещё и подготовка к каким-то очередным идиотским заданиям! Ладно, если экзамен не идёт к Локи, почему бы Локи не подобраться к экзамену поближе самому.       — Гей, народ, — я бодро подскочил к понурившей голову Сакуре и пытающемуся идти на приличном расстоянии от неё белотрусому чурбану Учихе, — а давайте выясним, какие такие задания нас ожидают на первом этапе.       — Это же нечестно! — тут же взвилась Харуно. Ишь ты, апофеоз честности — а кто меня к дереву привязал и собирался сдать садисту Какаши-сенсею?!       — Наруто, ты идиот, — спокойно ответил Саске, хотя в его глазах и читалась определённая заинтересованность. — Каким образом мы это выясним? При подготовке каждого этапа участвует несколько элитных джонинов. Чтобы выкрасть задание, нужно как-то их одолеть.       — Тьфу, вы что никогда билеты экзаменационные не крали, что ли? — я прямо-таки почувствовал былую асгардскую удаль, когда ловкими манёврами умудрялся не только выяснить любые задания до тестов, так ещё и подставить Тора в нужный момент. Эх, какие были деньки — всех пакостей, которые мне сошли с рук, и не упомнить!       — Нет, — спокойно ответил Учиха, хотя интерес в его глазах не пропал. — А ты будто выкрадывал.       Я уже хотел было похвастаться, как сумел стащить даже свиток с запретной техникой, но вовремя вспомнил печальное лицо Ируки-сенсея и промолчал. Ётун его знает, какую лекцию он мне прочтёт, если мои конохские подвиги станут достоянием гласности. Поэтому я лишь неопределённо махнул рукой и загадочно улыбнулся. Как бы то ни было, эти две малявки мне просто необходимы в осуществлении моего коварного плана.       — Кажется, у меня имеется одна прекрасная идейка!

***

      — И это ты называешь хорошей идеей?       Даже в кромешной темноте было видно, как Саске сверкнул на меня глазами.       — Эм, а у тебя была получше, теме?       — Да, можно было просто спокойно готовиться к экзамену, а не заниматься чёрт-те чем. Я потомок клана Учиха, а не какой-нибудь…       — Тише ты, не заводи шарманку — слышали уже! Сакура, доложи обстановку.       — Какаши-сенсей попрощался с двумя джонинами из нашей деревни и ещё одним, кажется из деревни Песка. Форма такая светло-коричневая…       — Сакура, — вот же полено вишнёвое, всё дело так загубит, — не отвлекайся.       — Они все разошлись по домам, можете приступать.       — Саске, ты готов? — вопрос можно было не задавать: по кислой физиономии Учихи, как и по свирепому взгляду — тоже мне воинственный тушканчик — можно было понять, что Саске совершенно точно готов к чему бы то ни было, кроме той ответственной миссии, которую я на него возложил.       — Подобная идиотская идея могла прийти в голову только такому придурку как ты, — зло процедил Учиха, но всё-таки с места не двинулся. — И как я мог только на это согласиться?       — Наверно поддался моему безграничному обаянию! Или боишься опозориться и не пройти первый этап? Не дрейфь, задания точно тут. Где они их ещё могли оставить, как не в экзаменационном классе. Это ж логично.       Видимо, мои гениальные доводы до мозговых клеток Учихи как-то не доходили, потому что на его угрюмой физиономии читался совершенно необоснованный скептицизм.       — И ты думаешь, их бы никто не стал охранять? — Саске посмотрел на меня как на конченного идиота. Пожалуй, надо будет что-то сделать с этими его имперскими замашками — а то он мне всё больше начинает любимого братца напоминать. — Даже если нам удастся вытащить тесты, делать что мы с ними будем? Всю ночь переписывать? Ты совсем головой ударился — а если нас обнаружат?! Нас же в лепёшку расшибут. Или этого твой логически подкованный умишко не просёк?       Ого! Это до чего ж вдруг наш бесстрашный Саске испугался, раз стал тарахтеть как из пулемётной очереди. Я лишь вяло запротестовал, гордо покачав головой, — не признаваться же Учихе, что мой план как-то дальше ограбления экзаменационного класса не дошёл. Я уже давно понял, что лучше действовать по ситуации — глобальные многоходовки у меня выходили что-то не очень. Можем и переписать: не сахарные ведь — не обломимся!       — Слушай, давай, сначала посмотрим, что именно там так бережно хранят, а потом будем думать, что дальше делать. Может, и копировать ничего не придётся.       — Ты это серьёзно? — что-то мне в интонации Учихи не понравилось. Но спасение пришло откуда не ждали — раздался истерически-взволнованный голос нашей любимой японской вишни.       — Саске-кун, Наруто, все уже разошлись. Вы внутри?       — Почти, — тихим шёпотом ответил я, сложив руки в печать: через долю секунды рядом со мной стояла пара моих клонов. Да, надо признать, даже в светловолосом варианте я рос красавчиком! Нет, конечно, того налёта томной сексуальности, что придавала мне вид аристократической неприступности в Асгарде, но всё равно лучше, чем могло быть.       — Наруто, — Учиха довольно ощутимо ткнул меня в бок, бесцеремонно прервав моё самолюбование. Понять-то его можно, конечно, — с внешностью ему в отличие от меня не особо подфартило. Вот и вымещает свою обиду на природу на тех, кому повезло больше.       — Да не парься ты. Я это уже тысячу раз делал.       Заметив на себе его подозрительный взгляд, я решил не уточнять, где именно мне доводилось взламывать замки. Ничего, Учиха, вот дорастёшь до половой зрелости — не такому научишься, чтобы только голую бабу увидеть!       Спустя пару минут тихой возни мои клоны успешно открыли дверь аудитории. Мы с Учихой быстро прошмыгнули внутрь и выжидающе затаились — мало ли, вдруг в комнате всё-таки осталась охрана.       Да, Локи, ты определённо везунчик! Эти придурки действительно не придумали ничего лучше, чем поставить простенький барьер. Странно ещё, что только мы одни додумались выкрасть задания — при такой охране тут должна была образоваться очередь из будущих чунинов.       Быстро просканировав аудиторию, мы нашли то, за чем собственно и явились: под одним из учительских столов стоял огромный железный сейф на свинцовой цепи. Чёрт, возьми, сегодня точно мой день! На цепи! Ещё и из свинца!       — Саске, давай!       Учиха злобно скосил на меня глаза, а затем прижав палец к губам еле слышно процедил:       — Катон: Гокакью, но Дзюцу!       Цепь стала потихоньку плавиться: да, не хотелось бы мне оказаться в эпицентре такой горячей техники клана Учиха. Ещё пара минут и мы его откроем — даже отмычки использовать не пришлось!       И тут что-то пошло не так! Да уж, последствия превзошли все мои ожидания. Ком огня внезапно охватил занавески на окне, возле которого мы так неразумно расположились. И вот именно в этот момент удача окончательно покинула меня — дверь внезапно открылась.       Надо же, сенсей собственной персоной. Блин, дерево розоволосое, чем ты там занимаешься?!       В чём-чём, а в умении сохранять спокойствие сенсею не откажешь — вместо того, чтобы опрометью нестись к сейфу и спасать своё ненаглядное имущество, а заодно и любимых учеников, Копирующий ниндзя сложил руки в печать:       — Суитон: Суиджинхеки.       В ту же секунду нас вынесло из окна наружу ревущим потоком воды, и вот мы валялись на холодном асфальте под окнами экзаменационной аудитории.       — Итак, ребятки, и что же вы здесь забыли?       Хатаке Какаши, уже не казавшийся таким миролюбивым, сидел на подоконнике и, положив руку под подбородок, с живейшим интересом наблюдал, как его дражайшие и дрожащие от сырости и унижения ученики пытаются принять вертикальное положение.       — Вот же мы влипли из-за тебя, уссуратонкачи, — убийственным шёпотом процедил Саске, так что мне даже стало как-то не по себе.