Няня

— Антон, я покакал. — Молодец, но мне об этом сообщать не обязательно. — Антош, ну помоги мне. — Мась, ты же уже взрослый мужик? — Конечно же. — Так вот, взрослые мужики сами себе зад вытирают, понял? — Понял… Антош? — Ну что еще? — Я тут размазал немного…

***

Вот примерно так выглядит обычный будний (и не очень) день восемнадцатилетнего меня. Зовут меня Антон Шастун. А это Мася. Точнее, Максим, но матушкины подружки, первый раз увидев мелкого, запричитали: «Какая же он Масечка, тю-тю-тю», - поэтому с того самого момента он Мася. Живем мы втроем. Мой «любимый» папаша, заделавший меня на сеновале 18 лет назад, свалил на следующее же утро, не оставив даже записки. И вот четыре года назад он объявился с распростертыми объятиями, готовый к новой жизни с моей мамой. А она, как и любая другая вполне молодая женщина (35 — это только начало жизни), хотела любви, вот и простила ему старые грехи. А я особо не бунтовал по этому поводу, хотя уже тогда понимал, что этот человек ее не достоин. Как я всегда себе говорил, «мамино счастье важнее». Месяц мы жили в относительном порядке, а мамуля расцветала буквально на глазах. После первого его «Я тебя люблю» она подарила ему машину. А после второго — дом в Италии. Благо процветающий бизнес, перешедший ей от отца, позволял и не такие подарки. Третьего раза так и не случилось. Папаня, получив дом и машину, укатил куда-то с малолетней шалавой, украв при этом кругленькую сумму с кредитки и оставив после себя лишь «Сынок, кажется, у тебя будет братик». Скажем так, было сложно. Горем убитая мать чуть с ума не сошла, благо тогда еще не родившийся братишка давал ей силы. И вот представьте: мать-одиночка с двумя сыновьями. Так себе картина, да? Я в те свои 15 умел пеленать и кормить новорожденного ребенка получше любой домохозяйки, так как мама сразу после родов с головой ушла в работу. Часто возвращалась под утро полностью вымотанная. Так что вместо посиделок с друзьями у меня были подгузники и смеси для кормления, а вместо обнимашек с девчонками — учебники. И я ни в чем ее не винил, понимал, поддерживал, да и она со своими подружками нередко оставались вечерами с мелким, давая мне время на себя.

***

Но все хорошее имеет свойство когда-нибудь заканчиваться. Сидим с Масей на диване и ждем мать. Я читаю учебник по менеджменту, Максим жрет свои козявки. Ну и пусть жрет, а кто их не жевал в свои четыре года? Неожиданно, но ожидаемо раздается трель звонка, от чего малой резко подскакивает, напрочь забывает о своей козявке и несется в прихожую, услужливо оставляя эту зеленоватую гадость на моих шортах. — Мамуля пришла! — радостно кричит Макс и пытается дотянуться до замка. — Уйди, Антон, я сам, — чуть отталкивает в сторону подошедшего меня. — Мы можем дружно постоять и подождать, пока ты подрастешь и дотянешься до замка, но наша злая тетя Маша может в это время украсть маму, поэтому давай я, — все же подхожу к двери и открываю ее. — Мое солнышко! — радостно вскрикивает мама и поднимает на руки кинувшегося в объятия Максима. — Моя радость! — это она уже обращается ко мне. Я лишь закатываю на это глаза. Все потому, что они оба просто обожают «Kinder-сюрприз», и такое приветствие у нас уже как традиция. — Смотри, что я тебе купила, — мать опускает мелкого на пол и достает из сумочки нового робота в коробочке. — Огосподибожемой, — одним словом проговаривает Макс, хватает игрушку и, поцеловав маму в щеку, уносится в свою комнату. — Ты его так разбалуешь, — с упреком произношу я, помогая снять легенькое пальто. — Чувствую себя маленькой, когда ты разговариваешь таким тоном, — она чуть улыбается, и я понимаю, что готов на все ради этого. — Накормишь непутевую мать? Я лишь молча разворачиваюсь и иду на кухню.

***

— Ты уже решил, в какой ВУЗ пойдешь? — Да, готовлюсь потихоньку к вступительному экзамену. С завтрашнего дня начинаются курсы. — Тогда я вовремя подсуетилась, — смотрю на эту самую красивую женщину в мире и не понимаю, к чему она клонит. — Нашла хорошее агентство, они подберут нам няню. — Мы же уже обсуждали это! Я не хочу, чтобы с ним сидела какая-то левая тетка и кормила противным супом с огромными дольками лука. Разве я не справляюсь? — Антон, тебе 18, а у тебя друзей-то нету. Ну разве так можно? Ты должен учиться, а не выполнять мои обязанности, — она берет меня за руку и смотрит в глаза. — Я связалась с самым лучшим агентством, завтра утром пришлют лучшую няню. Давай сначала посмотрим? Смотрю на нее строгим взглядом, обдумывая ситуацию. И ведь действительно, другого выхода у нас нет. — Хорошо, но если она мне не понравится, мы найдем другую? — дождавшись ее утвердительного кивка, продолжаю. — А сейчас ты пойдешь уложишь Максима, примешь душ и пойдешь спать. — Что бы я без тебя делала? — для нас это уже риторический вопрос, который она задает каждый вечер. Проследив взглядом за удаляющейся хрупкой фигурой, отправляюсь спать. Завтра предстоит сложный день.

***

— Здравствуйте, меня зовут Алевтина Александровна. Имею два высших образования: педагогическое, филологическое. А также незаконченное медицинское, — на часах 6:30 утра, а в этой женщине энергии хоть отбавляй. Аж бесит. — Доброе утро. Я Екатерина, это мой сын Антон, а… — Мне сообщили, что ребенку четыре года, а ваш уже, скорее всего, студент. — Вы не дослушали. Антон мой старший сын, а Максим — младший. Он еще спит. — Что?! Уже тридцать минут седьмого! По стандартному распорядку дня ребенка он должен был встать еще в ровно шесть! А что за запах? Хлопья на завтрак?! Это же ужас! Вы хоть понимаете, как воспитывать ребенка? Уж я-то поставлю все на свои места. Когда я могу приступить к своим обязанностям? — Да-да, конечно, только дайте нам сначала переговорить наедине, — мать хватает меня за локоть и утаскивает за угол. — Даже спрашивать не буду, что ты о ней думаешь. По глазам видно все. — Я не оставлю с ней Макса! — достаточно громко говорю я, получая за это подзатыльник. — Ай! — Я уже на работу опаздываю, а ты на курсы, так что выбора у нас нет. Скрытые камеры работают без перебоев, так что все будет под контролем. Если что случится, Максим в состоянии тебе позвонить. — Ладно, ты права, но чтобы с завтрашнего дня я ее больше не видел. Подкинешь меня?

***

Выпроводив непутевых мать и брата, Алевтина Александровна направилась на кухню, дабы приготовить завтрак. Что может быть лучше овсянки на завтрак? Правильно, только овсянка на воде! Фильтрованной, между прочим, по высшему классу. Открыв первый попавшийся шкафчик, женщина обнаружила полки, забитые всякими вредными хлопьями. — Ну что за мать?! И как только у таких рождаются дети? Приготовив «завтрак», женщина пошла в спальню мальчика. — Подъем, Максимилиан. Сейчас быстро идешь умываться, затем зарядка и завтрак. На все у тебя есть ровно 15 минут. — Но меня зовут Максим… — несмело подал голос сонный мальчик. — Максимилиан — красивое латинское имя, а «Максим» — лишь жалкая пародия. А теперь шагом марш в душ!

***

После самого ужасного завтрака и самой дурацкой зарядки Алевтина заставила Макса надеть не менее дурацкие колготки, потому что «на улице целых минус три градуса — ты можешь заболеть». Еще и шапку натянула до самого подбородка. А ведь он не девчонка, чтобы носить колготки! После садика она забрала его домой, не разрешая по дороге лопнуть хотя бы одну ледышку на лужице, как это позволял Антон. А дома заставила съесть целых две тарелки гречки. Даже сок не позволила налить. И телик смотреть тоже не разрешила. И в игры играть. И погулять тоже. Да даже поспать не дала! После того, как она позвала Максима самостоятельно стирать свои вещи, он решил позвонить Антоше, ну, на всякий случай.