Судьба

Слезы – это проявление чувств, считает он. Слезы – проявление слабости, считает она.

Стены резиденции Хокаге напоминают серость его будничных дней. Поэтому он соглашается на долгосрочные миссии, желательно самые отчаянные. Весьма неплохо скрашивает эту серость. Какаши задумывается о своей жизни каждый раз, когда идет по длинному коридору. Но в этот раз он останавливается не у двери кабинета Пятой, а рядом с плачущей девушкой, чей цвет волос знаком ему больше пяти лет. Что же её расстроило? Недоумение скрыто под маской. Он внимательно рассматривает: форма элитного джонина, жилет, как и у него самого, снят из-за жаркой погоды, пряди светло-розового оттенка прикрывают личико. Словно она погрузилась в собственный мир. Да вот только слёзы капают. Прозрачные слёзы, которые заметны благодаря солнцу из окна – капельки блестят, напоминая алмазы. Какаши относится к плачущим девушкам более чем терпимо, но именно эта девушка, его ученица, тревожит. Тревожит уже долгие месяцы или даже годы. Он не знает, как поступить. Молча обнять и выслушать? Мог бы, конечно мог. Да только до того, как она стала его любовницей, и сама же разорвала с ним все отношения. Ради вернувшегося Саске. Удивительно, но долгое путешествие и наличие любящего мужчины под боком не изменили её чувств. Будь Какаши девятнадцатилетним юнцом, не простил и ненавидел бы всем сердцем. Но Какаши тридцать три, он пережил многое и недолгая игра в любовь с Сакурой осчастливила. Поэтому он и простил. Она еще молода – запуталась в себе. А он запутался в ней. – Сакура? – тихо обращается он к ней. Девушка вздрагивает, поднимает голову и широко раскрытыми глазами испуганно смотрит на него. Нижняя губа подрагивает. Она кажется подавленной, бледнота выдаёт. «К-какаши-сенсей», – слова словно два слога поделены паузой и ноткой удивления. Она спешно вытирает с щёк слёзы, пытается сделать вид, что наблюдала пейзаж за окном. Какаши видит в ней беззащитную птичку. Привычная нежность к Сакуре сопровождает его, когда подушечками пальцев он стирает слёзы. Очередная помощь, выраженная в мелочи. Сакура не хочет принимать помощи – отодвигается, боясь посмотреть в глаза. Какаши благодарен ей за это – невыносимо погружаться во взгляд полный вины, когда как раньше видел отражение её любви. Он задавался вопросом: а понимает ли Саске, кого он заполучил? Слишком преданную, чрезмерно обаятельную, не в меру непредсказуемую и женственно прекрасную. Они ведь похожи. Что он, что Сакура – оба как собаки, которые готовы следовать куда угодно за хозяином, готовы отдать свою жизнь. – Мне нужно встретиться с Ино, – бормочет она в свое оправдание. И когда научится врать? Неуверенное «Ино» выдает с головой, уж лучше призналась, что спешит к Саске. Какаши насильно подавляет ревность. – Он тебя обидел? – он не цедит, не говорит со злобой или ненавистью, а просто с беспокойством. Мужчина, которому пришлось сдаться, которого вынудили её упрямые просьбы оставить в покое. Злость прошла, как только он увидел её счастливую улыбку. Точнее сказать особенную, название и причина которой «Саске». Недоумение отражается на её лице. Какаши воспринимает это как возмущение – как, мол, Учиха Саске может её обидеть, уму непостижимо. Сакура может посчитать по пальцам сколько раз Учиха причинял ей боль, Какаши насчитывает сотню. – Причём тут Саске? – раздраженно отвечает и добавляет ворчливое. – Всегда во всем и у всех виноваты Учиха. Она всегда на стороне Саске. – Тогда, - Какаши собирается с мыслями. – Ответь, ты справишься с этим? Вопрос застает врасплох. Мысли крутятся у неё в голове, тень неуверенности, еще не застывшие слезы. Какаши ненавидит порой свою наблюдательность и способность анализировать. – Справлюсь, – она смотрит вдаль, кулаки сжаты, полна решимости. Почти схоже с той решимостью, с которой она спасала Наруто, с которой боролась на войне. – Конечно, справлюсь. Какаши не нравится последнее предложение. Неуверенность закралась и вмиг сгубила всю решимость. Он, несмотря на её неприязнь, приближается. И тогда она падает в его объятия и заливается слезами. Как в детстве, когда в кровь расцарапал колени, но как взрослый с отчаянием. Конечно, он мечтал о том моменте, когда она снова будет нежиться в его объятиях. А получилось, что находит в нём утешение. Мужчина-плечо – вот кто он, всегда готов предоставить свое плечо и впитывать её горькие слёзы. – Что мне делать, Какаши? Что? – всхлипы между строк. Какаши сильнее прижимает к себе и поглаживает спину. Подрагивающие плечи, ослабшие мышцы, от этого сильнее чувствуется, насколько она расстроена. – Что нам делать? – Пройдет время и всё наладится, – вряд ли он сам верит в это. Сейчас он хочет одного: чтобы она улыбнулась, перестала грустить и была как можно счастливее. – Что он мне скажет? Выгонит? Возненавидит? Я не могу скрывать от него, даже если бы и хотела, не могу. Мы наконец вместе, не прошло и времени. Этот ребенок. Этот малыш. Ребенок? Откуда? Кто? Почему? Что происходит? Одни вопросы и никаких ответов в голове. – Это же прекрасно. Вы станете семьей, Саске будет любить тебя еще больше. Я думаю, не стоит так переживать, – никогда он не говорил так быстро. Так быстро, чтобы поскорее успокоить её и уйти. В свою берлогу, где он проанализирует сложившуюся ситуацию, придумает всевозможные варианты, которые убедят его, что он никогда не был предназначен ей судьбой. Просчитает невозможность своего счастья с ней и успокоится на время. Сакура на удивление перестаёт плакать. Вместо этого она медленно осознает, что у неё в скором времени появится малыш. Плод её и Саске любви. Какаши уверен, что всё так. Улыбка так некстати на заплаканном лице, как лучик солнца в дождливую погоду. До сих пор он надеялся, что когда-нибудь она постучит в дверь, и они снова будут вместе. Сакура по утрам будет будить его задорным «Какаши», он будет есть её ужасную стряпню на завтрак и ужин, провожать до работы, появляться на обед в проёме окна её кабинета, дарить цветы во время долгосрочных миссий. Просто любить её, по-глупому взаимно и наивно. Эта надежда вселяла дух. Однако бессмертная преграда «ребёнок» обрушилась всевозможными смертельными техниками. Какаши отступает на приличное расстояние, приличное в том смысле, что личное пространство Сакуры и её ребенка не будет нарушено. – Малыш, – счастливо и восторженно. – Она будет зеленоглазой красавицей. Или он. Такой же сильный и умный, как папа. Признаться, Какаши готов прямо сейчас раствориться в воздухе, лишь бы не слушать и не представлять чужого ребенка, такого же чудесного, как и Сакура. И с ониксовыми глазами – не стоит этого забывать и терять бдительность. Неожиданно их глаза встречаются. Сакура до невозможности счастливая, Какаши уверен, его взгляд выражает одну только боль. – Какаши, – и столько чувств, перемешаны радость, восторг, смятение и сомнение в одном произнесенном имени. Он, в свою очередь, внутренне содрогается, потому что взгляд Сакуры хорошо ему знаком. Она смотрела на него так, только когда слышала его признание в любви и когда в ответ благодарила и любила. Словно она возвращается. Слабое и неуверенное прикосновение к его руке, она сомневается взять ли его за руку, разрешено ли ей. Какаши молчит. Сакура же начинает говорить, не останавливаясь. Боится, наверное, что не хватит смелости или боится услышать отказ. – Какаши, я поняла. Я всё поняла. Мне не нужен Саске, мне не нужен другой. Кроме тебя. Человека, который всегда рядом. Кто сможет пробудить во мне искреннюю любовь и сделает счастливым. Я осознала это, сравнив тебя и Саске. Я не должна была вообще вас сравнивать. Но ощущение незавершенности не давало мне покоя. Обещание дождаться, которое я дала Саске, обязывало и душило. Когда сегодня я узнала, что жду ребенка. Я запаниковала. Ведь причинила тебе боль, ты в праве не простить. Страх, что ты теперь бросишь меня, отвернёшься, этот страх не покидает меня. Она говорит так быстро, Какаши не поспевает – хмурится и из всех сил пытается избавиться от иллюзии. Сакура признает свою неправоту, твердит о своей любви к нему, а всё о чём он может думать: она ждёт ребёнка от Саске. – Сакура, – он говорит мягко, пусть и хочется срываться громким криком, трясти её за плечи, а после покрывать поцелуями каждый дюйм её тела. – Отправляйся домой и хорошенько отдохни. Бывшая ученица, бывшая сокомандница, бывшая любовница – в Сакуре слишком много прошлого – трясёт головой и шепчет, что Саске убьёт её, всё не правильно, и ей нужен Какаши. Хатаке хочет поддаться её уговорам, крепко прижать к себе и никогда не отпускать, однако сегодня она его любит, а завтра выбрасывает за борт и слезливо просит прощения. Он не понимает, зачем Сакура говорит ему всё это, раз через семь месяцев родится долгожданный первенец Учиха. Какаши отворачивается от неё и остаются какие-то доли секунды до того, как он растворится в воздухе и отправится на шестимесячную миссию в Страну Волн, а лучше и вовсе на весь год. Сакура громко кричит: «Это наш с тобой малыш». И тогда замирает всё вокруг – Какаши не двигается, боясь спугнуть короткий миг счастья или осознать, что ему снится сон. Он спиной чувствует страх девушки. Необъяснимый страх. Резко поворачиваясь к ней и заключая в крепкие объятия, Какаши зарывается носом в её волосы и спрашивает, правда ли это. – Все эти два месяца я жила в его особняке. Он молча приказал готовиться к нашей свадьбе, действительно, старался построить отношения, которые, как оказалось, мне не нужны. А утром я узнала, что беременна и не знала, как жить дальше, ведь я поступила так эгоистично, – надломленный голос, постепенно переходящий на рыдания. – Я так виновата перед тобой. Не знаю, что мне делать. Если бы мы не столкнулись с тобой, я бы исчезла из деревни и растила ребёнка одна, боясь, что ты не примешь меня обратно. Сакура говорит много и повторяет, как виновата, какая дура, что он должен ненавидеть её, что она его не достойна. Она в смятении, эмоциях и пока не может сама понять, как объясниться перед Саске, как добиться доверия любимого мужчины, что сказать родителям. С каждой секундой Какаши верит в происходящее и забывает о своей боли, обиде и прочих ненужных мыслях – он не может больше терять её и отпускать так легко, не успев побороться. Какаши гладит по спине и на все её страхи отвечает: «Выходи за меня». В коридоре, ведущем в кабинет Хокаге, случалось многое, но никогда ещё не вершилась судьба двух людей. К слову, Тсунаде-сама выходит из своего кабинета и грозно спрашивает, что происходит. И застывает от удивления. Кто бы мог подумать, что любимая ученица прямо у порога её кабинета будет с кем-то обжиматься. И этим кем-то окажется сам Хатаке Какаши.