Зверь

Дереку нельзя превращаться в волка. Это Стайлз понял сразу после того, как они вернулись из Мексики. Дерек был непривычно бледен несколько дней, а потом, посреди одной из тренировок, мешком свалился на землю. И провел сутки в бреду, не приходя в сознание. Лидия на все молчаливые вопросы только качала головой - нет, кричать не хотелось. Стайлз почти не переживал. Это же Хейл - выкарабкается. Надорвется, станет снова хмурым и неразговорчивым, хотя Стилински уже успел привыкнуть к несмелой улыбке, иногда проскальзывающей на лице оборотня, но придет в себя. Дерек действительно очнулся. Позвал первым делом Скотта и долго-долго о чем-то с ним говорил. А потом сказал, что ему нельзя превращаться в волка. Вообще. Никогда. Стилински на него тогда жутко обиделся. Волк это такая сила, такая мощь, такое преимущество в их бесконечной гонке на выживание и тут вдруг Хейл становится в позу. Стайлз хотел высказать это оборотню прямо тогда, наплевав на все, но осекся, едва поймав потухший, полный боли взгляд. Дерек просто не мог обращаться. - Он не одиночка, - втолковывал ему Дитон, рассыпая очередную порцию аконита по пулям, - он один из тех волков, для которых стая - все. Сейчас из его родных остались только Кора и Питер. Если Дерек превратится в волка, то либо помчится к ним, либо станет как Малия и скроется в лесу. Стайлза такая перспектива не радовала и он заткнулся. В стае про способности Хейла будто и забыли вовсе. Равно как и про самого Дерека. Скотт занимался Лиамом и Кирой, Брейден укатила навстречу ветру и приключениям. И только Стилински помнил о словах Дитона. Оказалось, что Дерек неплохой собеседник и что поговорить с ним можно буквально обо всем. И что Звездные Войны он смотрел и не один раз. И что где-то на верхнем этаже лофта у него есть коробка со старыми кассетами. Бегущий по Лезвию, Индиана Джонс, едва ли не весь олдскульный Звездный Путь. Стайлз постепенно начал все больше времени проводить в лофте, все больше привязываться к Дереку и все чаще ловить себя на мысли, что, Брейден стоит задержаться по своим делам еще, хотя бы, на несколько лет. -- А потом к ним наведалась стая из северных штатов. Большая, человек шесть, закаленная в боях и очень, очень злая. Маккол пытался поговорить, как-то уладить конфликт, бесконечно веря в то, что можно договориться без драк. Альфа чужой стаи на этот принцип плевал с самого высокого здания в Бейкон Хиллс. И когда Стайлза сбил с ног один из увальней, чем-то напоминающих Эниса, он уже подумал, что все. Его песня окончательно спета. Он даже зажмурил глаза, желая, чтобы последним видением в его жизни была Лидия. Вспоминался, почему-то, с незавидным упорством, Дерек. А потом тяжесть, навалившаяся на него, неожиданно исчезла и Стилински решился открыть глаза. В метре от него чужой бета безуспешно пытался спихнуть с себя волка. Большого, черного, с лоснящейся шерстью волка. - Дерек, - выдохнул Стайлз, пораженно уставившись на зверя, - твою ж мать, Дерек. Волк повернул к нему голову и оскалил клыки. Морда перепачканная в крови, полыхающие нездоровой синевой глаза и тело, пригнувшееся к земле. Стайлз осознал, что ему страшно. Что ему действительно, до чертиков, страшно, что Дерек не узнает его, что волк уже полностью поглотил человеческую личность. И, будто в подтверждение этого, волк рыкнул, низко, угрожающе, и отступил назад. И в эту секунду Стилински осознал, что если зверь сейчас убежит, то назад уже не вернется. А он не хотел этого. Ему нужен был этот волк. Стайлза нуждался в Дереке. И не собирался так просто его отпускать. - Дерек, - почти подавив дрожь в голосе, выдавил парень, - Дерек, пожалуйста. Волк помедлил, все так же скаля клыки, но не издавая ни звука. Стайлз не знал, добрый это знак, или нет, но все равно решил попробовать. - Дерек, - мягко, ненавязчиво, - это же я, Стайлз. Стилински, мысленно похоронив себя уже несколько раз, медленно поднял руку и осторожно потянулся к зверь, протягивая ему раскрытую ладонь. В лучшем случае волк узнает знакомый запах. В худшем... кто-то останется без руки. - Ну же, Дерек. Вернись ко мне, - Стайлз закусил губу, а потом, как в омут с головой, - ты мне нужен. Зверь осторожно шагнул вперед. Вытянул морду и ткнулся носом в протянутую ему ладонь. Недовольно качнул головой, услышав, как оглушительно забилось сердце в груди у парня. А потом, рыкнув что-то невразумительное, но совсем не грозное, стремительно метнулся в чащу леса. Несколько секунд спустя, оттуда раздался человеческий, абсолютно человеческий и такой знакомый голос Дерека. - Он признал, что ты его семья, - пояснял Дитон, зашивая рану на боку Киры, - а значит, ему есть к кому возвращаться. Стайлз чувствовал, как щеки медленно заливает краской смущения. Сам Дерек стоял неподалеку, сложив руки на груди - его извечный защитный жест. - Мы теперь, вроде как, связаны? - Стилински не знает, как подобрать правильное слово, поэтому что говорит первое, что пришло в голову. - Можно и так сказать, - важно кивает Дитон, накладывая последний стежок. Дерек все это время сохраняет молчание, никак не показав свою заинтересованность. И только легкая, почти незаметная улыбка кроется где-то в уголках его губ. - Ну что, мы теперь, вроде как семья? - Стайлз нервно трет вспотевшие ладони и старательно отводит взгляд от Хейла. Тот, как всегда невозмутимо, кивает и Стайлз чувствует, как огромная каменная глыба падает с его плеч. Потому что теперь он уверен, что Дерек не исчезнет уже никогда.