Анимешник vs Яойщица и их невольный зритель

– Опять свои мультики смотришь? Аня даже не повернулась, чтобы посмотреть на мать. Такое повторялось каждый раз, когда мама заставала её за просмотром аниме. – Эти твои мюню-куню достали! Ты же не отрываясь смотришь. Все каникулы, словно приросла к экрану. Скоро отупеешь и сама станешь так разговаривать! Собирайся! – Куда это? Аня наконец-то соизволила повернуться. Это не было похоже на обычные: «Сходи в магазин» или «Помой посуду». – К психологу! Мне его порекомендовала знакомая. Отличный врач. Уж он то тебе мозги на место поставит. Аня тяжело вздохнула. Потом ещё раз. Но мать была непреклонна. Пришлось закрывать только что вышедшую серию Ханды-куна и одеваться. *** Хлоп. Захлопнулась дверь клиники. Аня усмехнулась: по жанру ей полагалось вздрогнуть и обернуться, но стеклянные двери совсем не внушали опасения. – Иди в приёмную, я скоро подойду. Роман Васильевич предупредил, что сейчас такое сплошь и рядом. Так что тебе там не будет скучно. Направившись к кофейному автомату, мама тихо произнесла: «И за что мне такое наказание?», но вины Аня не почувствовала. В приёмной на диванчике по разным углам сидели двое. Девушка в темном, длинном платье с рукавами и высоким горлом, её волосы схвачены в аккуратный пучок, а на бледном лице выделяются круги под глазами. Для лета весьма странный выбор одежды. Она выглядела такой сдержанной, и её злой зырк на Аню привел бы в ужас кого угодно. Если бы в руках у девушки не был смартфон, в который она смотрела с нежностью и иногда её губы расплывались в улыбке. Вторым оказался парень с тоже весьма странным прикидом. Соломенная шляпа, белый клетчатый шарф, оранжевая курточка, белая футболка со стилизованной черепушкой временного шинигами, в обычных джинсах и высоких черных ботинках. Апогеем всего стал плащ. Около него лежала бело-васильковая сумка с тонной значков. Когда они случайно встретились глазами, то Аня заметила красные линзы. Позже Аня поняла, что одна из них с рисунком шарингана, а вторая с японским иероглифом шесть. Все предметы гардероба данного индивида были легко опознаваемы. Пристроившись в кресле напротив, Аня пожалела, что ничего не взяла с собой развлечься. Ей сказали, что позовут, но не сказали когда. Мать же настояла, чтобы Аня прилично оделась. В понимании матери прилично – это платье, туфли и маленькая сумочка, куда поместился впопыхах схваченный полудохлый телефон на 11% процентах зарядки и… и всё. Больше девушка не успела ничего взять с собой. Маму наряд дочери порадовал, а на мнение девушки, неуютно чувствующей себя в нём, постоянно одергивающую юбку и перебирающую звенья ремешка сумочки, было плевать. Мама лучше знает! Вот бы любимые джинсы, кеды и рюкзак с кучей всякой полезной всячины. Девушка вздохнула. В приёмную вошла мама и села за столик в углу, поставив на него стаканчик с кофе. Дочери, видимо, кофе не полагался. Раздражительно отвернувшись от матери, девушка сделала вид, что они не знакомы. Неожиданно заиграла «We are», песня знакомая каждому анимешнику. Звонил телефон парня. – Комбан ва, Ячи-кун. О генки дес га? – … – Нани?! Вечер? О, гомен-гомен. – … – Таскиде, Ячи-сан. – … – Я не Антон, я Заруми. – … – Я не прервал свою тренировку, мне надо смахнуться со злым порождением скверны. Я стану Хокаге, силой посмертной воли! Банкай! Сенбонзакура кагейоши, дай мне силу! Аня чуть не подавилась, но сделала вид что кашляет. Кашлять пришлось долго, от натуги она аж покраснела. Хотелось фэйспалмнуть, но она упорно прикрывала только нижнюю часть лица. – Кусо! Мои мобильные доспехи стоят ржавеют, вечером выгуляем, – парень почесал затылок. Точнее попытался, но из-за шляпы не получилось. Под ней мелькнул клок светлых волос, но парень быстро вернул шляпу на место. – … – Анооо, нацу кончается. Онегай, сделаем чиби-пробег. – … – Дайджобу. Домо, Ячи-сан. – … – Нани?! Яменасай! Позвони 555-1212. Я тебе не Ято! Бака Ячи-кун! – … – Да, я твой томодачи! Но, вакару, Ячи-кун. У меня встреча с акумой, у меня тотемо абунай битва. Йабай… – … – Нэ, Ячи. Всякий раз, когда ты волнуешься или в беде, просто смейся! – пафосно произнёс парень, стараясь копировать интонацию главного героя. – … – Урусай! – … – А... Кои. Матта нэ! [1] «Твою же мать! – Подумала Аня, разглаживая складки платья. – Я его не знаю. Ох... Глядя на него, хочется либо сквозь землю провалиться от того, что меня с ним связывает аниме, либо прибить его и закопать под кустом, чтобы не позорил гордое звание анимешника.» Прикрывшись сумочкой и уставившись в окно, Аня сделала вид, что её ничего не связывает с этим парнем. – А, так ты по поводу мультиков тут сидишь? – спросила тихо парня девушка в черном. – Аниме — это не мультики!!! – мгновенно взвился парень. – А что же это ещё? Японская анимация, то бишь японские мультики. Чего ты такой бешеный? – казалось, эту девушку ничем не смутить. Она равнодушно смотрела на своего собеседника. А только минуту назад с улыбкой пялилась в телефон. – Да ты ничего не понимаешь! Ты никогда в своей жизни не видела ни одного аниме! Аниме это не какие-то там мультики, там всё серьёзно! Девушка слегка улыбнулась, только уголками губ. От этого её образ стал каким-то таинственным и загадочным. Глядя на её спокойную улыбку, парень всё больше распалялся. – Да ты тупая, ничего не знаешь и не понимаешь! Ты даже не знаешь о таких шедеврах! Ооо! Ван Пис. Блич. Наруто. Реборн. Фейри Тейл. Дигра. Тетрадка. Титаны. Гуль. Сао. Ванпанчмен. Куроко. Норагами. Хайкью. Ева. Призрак. Меланхолия. Везельвул. Маги. Семь грехов. Гинтама. Эх… – передохнул парень и продолжил: – Пожиратель. Шаман. Нурарихён. Инуяша. Гурен лаган. Бакуман… Эх, да что тебе говорить, не поймешь. Парень даже встал и начал размахивать руками, делая какие-то непонятные пассы. Некоторые из них Аня узнала – видела в аниме. Когда парень закончил, Ане даже захотелось похлопать ему, сама бы она сходу едва ли назвала десяток. А черная девушка и не слушала его, ещё в начале тирады уткнулась в телефон. Аня украдкой бросила взгляд на мать, но лицо женщины оставалось непроницаемым. – Да что ты там смотришь постоянно?! Ещё и лыбишься так противно! Взбешенный парень вырвал телефон из рук девушки и вперился взглядов в экран. – Фу, бля, гомосятина! Ну ты извращенка! – на его лице возникла гримаса отвращения и он отбросил телефон от себя, как ядовитую змею. На упавшем телефоне Аня заметила черно-белую картинку манги. Более подробно рассмотреть не смогла, экран погас. – Извращенка, – девушка усмехнулась. От её усмешки стало как-то холодно и Аня еда удержалась, чтобы не передернуть плечами. – На себя посмотри, натурал недобитый. Зарос жиром пялясь в комп, не удивительно, что у тебя девушки нет. Её размеренный тон бесил парня похлеще слов. – Есть у меня девушка! Тебе то откуда знать? Девушка подняла телефон и вытерла его об оранжевую курточку парня. – Ты что делаешь, гомоведьма? – Помолчи, му… Ладно, объяснюсь на твоём языке. Урусай касуга. – Что? Я не понимаю. – Ха! Мнишь себя великим анимешником? Небось дрочишь на хентайчик? И на юри засматриваешься? Так чем же яой плох? Хотя... тебе не то что девушка не даст, а даже гей. Тебе никто не даст! Фапай дальше на 2D-тян! – Возможно… – девушка демонстративно окинула парня взглядом, – ты точно уке. И ничего что в парне чуть-чуть не хватало до двух метров. – Чего? – слегка офигел парень. – Хм… Если ты так хочешь… – Что хочу? – Реборн – это сборище геев. D18, XS, B26. А в Дигре Лаванда. А, ты же ничего не понял. Лаванда – это Лави и Канда. D18 – Дино с Хибари, XS – Занзас со Скуало, B26 – Бельфегор и Фран. Дальше Блич: тут тоже всё понятно. Особенно Хёринмару и Тоширо. Я их фанат. – На последнем слове голос девушки слегка сбился и оно получилось с придыханием. – Эх… Гинтама, чего только Гин и Тоширо стоят. Особенно когда Гин рекламирует додзи с ГинТоши. А в Наруто и так всё показали, ну, ты видел. Где есть два парня, там есть яой. В любом твоём любимом аниме есть яой! И не спорь со мной. А иначе твою покореженную визжащую психику не выправить никакому мозгоправу. Смирись с этим. – Да что ты несешь? Нет там ничего! – Споришь? Значит ты мазохист! Приятно-то как! Всегда мечтала встретить уке-мазохиста. Сейчас добрая девочка научит тебя подчинению. Аня уткнулась покрасневшим лицом в руки. «Я их не знаю. Я их не знаю,» – повторяла она. Ей было стыдно. Не за себя, что она всё понимает, а за то, что они делают. Кажется, именно это называют испанским стыдом. Казалось, она чувствует прожигающий взгляд матери, девушка боялась даже бросить взгляд на мать, не то, что заговорить. В комнату вошла медсестра. – Маргулов Антон Викторович, пройдемте со мной. – Я не Маргулов Антон Викторович, а Заруми. – Да-да, идемте, – медсестра ласково согласилась с пациентом. Отвёв парня в кабинет неподалеку, она вернулась. – Варгелева Анжелика Тимофеевна, пройдемте со мной. – Хорошо, – улыбнулась девушка. – Милый доктор меня уже заждался. Встав, девушка оказалась высокой и тощей, а черное платье делало её ещё тоньше. При ней не было сумочки, но телефон при появлении медсестры куда-то исчез в бесчисленных складках платья. Когда они скрылись, женщина сказала: – Вовремя я тебя привела. Надеюсь, тебя вылечат от этого. Девушка промолчала. Подумав, она подошла к двери – по коридору возвращалась медсестра. – Извините, не подскажете где здесь туалет? – По коридору направо. – Спасибо. Уже идя по коридору, она тихо пробормотала: – Ну, по сравнению с ними я точно нормальная. Психи! В туалете, около рукомойников было шикарное огромное окно. И совсем не высоко – какой-то второй этаж, к тому же внизу клумба. Первыми в окно полетели мерзкие туфли.