Предательство знакомо мне

Губы Итачи сложились в едва заметную вымученную улыбку. Закрыв глаза, он с тяжелым вздохом опустил голову, уткнувшись темной макушкой в плечо девушки. Сакура на мгновение нерешительно замерла, а затем осторожно приобняла Итачи. -Как же ты дошел до такого,— пробормотала Сакура, прислонившись щекой к длинным черным волосам— Чтобы нукенин так и напрашивался на жалость. -Я не напрашивался. Я сразу попросил, чтобы ты исчезла отсюда куда подальше. -Не начинай. Я почти хочу хоть как-то помочь тебе. Впрочем, я сделала, что могла. Теперь тебе распоряжаться своей жизнью. Надеюсь только, что сделаешь это ты правильно. Итачи долго молчал. -Сакура, помоги мне отыскать Саске. На миг девушке захотелось со всей своей нешуточной силы дать затрещины парню, с каким-то мазохистским удовольствием стремившегося лишить себя нормального существования. Сакура также долго не отвечала Учихе, обдумывая возможные действия. -Итачи, когда Утаката и Хотару тебя нашли... Это все у тебя пошло от боя с Саске? -Да. -И... Чем все закончилось? -Он решил, что я мертв. Я пришел в себя значительно позже, и пришлось разбираться с Кабуто, который явно строил какие-то планы на мой труп. Справедливее сказать, что по-настоящему плохо мне стало уже после этого. Но, по крайней мере, теперь стало одним ничтожеством меньше. -Значит...— задумчиво протянула Сакура— Сделаем так. Я отправлю Цунаде в Коноху все мои исследования Шарингана и полученное лекарство. Далее они попробуют разыскать Саске и предложить лечение от побочных последствий генома,— Сакура вдруг злорадно усмехнулась— К тому времени, как Саске узнает о том, что избавление такое возможно, ломать его будет предостаточно. Если у него найдется частица благоразумия, он вернется в Коноху, и будет проходить реабилитацию. Такой вариант тебя устраивает? -Возможно,— не сразу ответил Итачи. -У Саске будет выбор самому решить, что для него лучше,— напомнила Сакура. -Хорошо,— сдался Итачи— Согласен. Так и сделаем. Сакура, почти ожидавшая новых возражений, с облегчением перевела дух. "Ну, Саске,— язвительно подумала Сакура— Можешь сказать спасибо своему брату. Иначе бы я постаралась обеспечить тебе долгую и мучительную смерть." Когда все бумаги и образцы были упакованы и отправлены с курьером, Сакура долго не не решалась спрашивать Итачи, что он будет делать дальше. Поэтому она чуть не пропустила уход Итачи. Сакура не сразу поняла, что Итачи собирается покинуть город, поскольку никаких вещей при нем не было. -Куда-то собрался?— поинтересовалась Сакура, заметив шедшего навстречу ей Итачи. -Да. Здесь мне больше нечего делать. Сакура недоуменно посмотрела на юношу. -Ты уходишь? Прямо сейчас? -Да. -А как же вещи... -Я привык ходить налегке. Нет необходимости носить с собой лишние вещи. -Но как же... Вот так сразу...— растерянно сказала Сакура— Даже мне ничего не сказал. -А зачем? -Действительно, а зачем?— не на шутку обиделась Харуно— Ты даже попрощаться со мной не собирался?.. -Прощай,— спокойно ответил Итачи. Сакура расстроенно опустила голову. -И куда ты пойдешь? -Посмотрим. -Вот как. Ладно,— нахмурилась Сакура и сердито, с вызовом сверкнула глазами— Жди меня. Я соберу вещи и расплачусь за номер. А потом действительно ПОСМОТРИМ, куда пойдем. -Я не собирался брать тебя с собой,— сухо заметил Итачи. -А что такого, если я хочу пойти с тобой?— добавив в голос немного наглости осведомилась Сакура. -Проблема в том, что я этого не хочу. -Снова заводишь старую песню? Тогда я снова отвечаю, что мне неважно, что было у тебя в прошлом. Я просто хочу, чтобы ты наконец понял, что даже для тебя жизнь еще не закончена. Итачи уже с почти не нескрываемой снисходительной усмешкой смотрел на шедшую впереди него девушку. Он не видел ее лица, но знал, что она тоже улыбается. Зеленый, теплый, пронизанный золотистой паутинкой солнечных нитей и дорожек, смыкающийся над их головами полог леса сводил на нет все раздражение, что так часто охватывало юношу в городе. Злился Итачи больше на себя, чем на назойливую розоволосую. С какой стати она ему указывает, а он ее слушает?! Однако она указывала, а он слушал. И Итачи это нравилось, и именно за это он злился на свою слабость. В тот вечер Итачи почти готов был поцеловать эту девчонку, и теперь уже сомневался, правильно он сделал, что остановился. Необъяснимое внезапное влечение Сакуры заставляло нукенина чувствовать нечто вроде благодарности за подобное легкомыслие, хотя, как оказалось, Сакура вполне отдавала себе отчет в том, что делает. И все-таки, девчонка эта так и напрашивается на неприятности... Всей своей преступной и такой заманчивой доверчивостью. Отсветы костра дрожали на погруженных в ночную тьму деревьях, сочной, окрашенной в густой, почти черный, темно-зеленый цвет, траве и бледном, сосредоточенном лице юноши. -Я не буду ждать завтра до обеда, пока ты проспишься. Сакура неопределенно хмыкнула и натянула накидку повыше. Голос Итачи звучал слишком спокойно и безмятежно, чтобы всерьез воспринять эту угрозу. -А сам спать собираешься?— невнятно поинтересовалась Сакура из-под плотной теплой ткани. -Да. Только позже. -И где ты ляжешь? Будешь лежать на одном плаще под сквозняком? -Я привык. -Не сомневаюсь. Нет, в самом деле, ты что, специально делаешь так, чтобы тебя жалели? -Еще одно слово о моем жалком виде... -И что ты мне сделаешь?— не без интереса и опасения спросила Сакура. -Отберу твой спальный мешок, и сама будешь спать на одном плаще. Сакура невольно фыркнула, но затем улыбнулась. -Дать еще плащ? -Если хочешь. Сакура выползла из спальника и, пошарившись немного в рюкзаке, вытянула просторный длинный серый плащ с широкой красной каймой по низу. Помедлив, Сакура подошла к Итачи и накрыла плащом, а после осторожно коснулась его руки. -Мог бы сразу сам сказать, что замерз. Итачи, не отвечая, внимательно смотрел на опустившуюся перед ним девушку. А затем притянул к себе и половину плаща накинул на нее. Сакура удивленно распахнула глаза, но тут же, несколько смущенно улыбнувшись, покрепче прижалась к обнявшему ее Учихе. -Теплее?— прошептала Сакура, повернувшись и уставившись на костер. -Намного,— Итачи наклонил голову, прислонившись щекой к мягким розовым волосам. Какое-то время слышно было лишь уютное потрескивание огня и шорох и и поскрипывание ветвей. -Сакура. -Да? -Поцелуешь меня? По интонации Итачи невозможно было понять, вопрос это или просьба. Сакура нарочито медленно вновь обернулась к нему. Отсветы костра блеснули в зеленых глазах лукавыми искорками. -А если нет? У меня, сам понимаешь, есть причины отказаться. Итачи усмехнулся. -Тогда сама виновата будешь. Холодные губы юноши накрыли губы Сакуры, прижавшись к ним жадно и требовательно, словно желая забрать, впитать в себя их нежность и жар.